15 глава. Артем

Желудок словно обожгло кислотой от ее слов, а поведение… Но, по крайней мере, что-то стало ясно, правда, не до конца. Ощущение несправедливости изводило меня весь день, я сетовал, что недосмотрел и допустил ошибку, и вот теперь девушка находилась на больничной койке. И в довершение ко всему непонятно откуда взявшийся жгучий интерес, который лишал меня возможности здраво рассуждать и смотреть на вещи с прежним хладнокровием, разрушал меня изнутри.

— Выздоравливай и впредь думай о себе в первую очередь, — я не собирался больше «бить» ее словами. Достаточно.

Женя посмотрела на меня затравленным взглядом. А мне захотелось подтвердить свои опасения, что возможно она была и вовсе несовершеннолетней. Но тут же отмел эти мысли, Эндар навряд ли бы взял такую девочку к себе в клуб. Уж очень он был щепетилен всего, что касалось работы. Наверно от того у него был порядок во всех его трех клубах.

— Тебе, кстати, сколько лет? — но все же не удержался от соблазна и спросил.

Давно уже стоило брать ноги в руки и бежать из палаты, но я оттягивал время и стоял на месте, словно меня забетонировали в пол.

— Девятнадцать, — ответила Женя и резко вскинула голову, снова поднимая свой подбородок.

Зачем-то кивнул в ответ, и казалось, только сейчас до меня дошло, что я наделал. Но исправлять уже было поздно. Каждый в итоге сам выбирал себе путь. А у меня он был прямиком на Москву. Я направился в сторону двери. Нечего не оставалось, как уйти. Соблазн остаться был очень велик, хотелось снова вывести девочку на эмоции, позлить, но я все же не был садистом. Она только недавно отошла от наркоза и пережила операцию. А сколько бы много не было тараканов в моей голове, я все-таки имел сострадание и уважение. Не всегда и не ко всем. Но сейчас эта маленькая и юная, совсем беззащитная девушка с белым, как полотно лицом, заслуживала, чтобы ее оставили в покое. Пусть сама разбирается с Эндаром и своей связью с ним.

На том мы с ней и расстались. Глупо и без какого-либо продолжения. Но как лезть в душу человеку, когда тот даёт решительный отпор?

Я испытывал двойственные ощущения, мне понравилась девушка и ее стержень внутри, она казалась мне несгибаемой, точно смелой и решительной, а ещё не менее загадочной и непонятной. И будь у меня в запасе время, я бы остался в городе и попытался пробить эту брешь в ее стене, найти лазейку…

А… почему бы и нет?

Я резко остановился на месте, думая о спонтанном решении, что зрело в голове. И спустя пять минут, решительным шагом направился обратно в палату. У меня остались вопросы и несколько финальных слов. Нет, не обидного характера и даже язвить я не собирался. Просто хотел… а черт его знает, что хотел?

Когда я вошел в палату, то забыл обо всем на свете. Женя лежала на постели, свернувшись в калачик. Меня она не замечала или делала вид, что не услышала как скрипнула дверь. Я подошёл ближе и слегка коснулся плеча, но девушка снова никак не отреагировала. Размеренно и тихо дышала, уткнувшись носом в одеяло. Словно пыталась скрыться от всего мира. Моя рука застыла в воздухе, я рассматривал девушку внимательным взглядом, впитывая ее образ, помещая глубоко в сердце. Она мне очень нравилась, и это притяжение невозможно было ничем объяснить. Рука сама дернулась и коснулась шелковистых волос, я погладил ее по голове, нежно, аккуратно, будто боялся ее разбудить. Но удивительно, совсем не боялся быть застигнутым врасплох…

Женя слабо приоткрыла глаза и, заметив моё присутствие тут же встрепенулась и напряглась. Привстала и непонимающим усталым взглядом заглянула мне в лицо.

А я вконец сверженный и потерявший себя, не отдавая отчёта, что делаю, полагаясь лишь на сиюминутное помутнение рассудка, потянулся к ее лицу и впился губами в ее рот. Мне так хотелось почувствовать ее губы на вкус, ощутить их мягкость. Коснуться руками ее хрупкого тела. Будто эти дни я бродил по пустыне и вот сейчас передо мной вдруг возник живительный источник со спасительной влагой.

Женя поместила между нами ладонь и нажала на мою грудь, силясь оттолкнуть. Но что была её сила по сравнению с моей? В ответ я лишь сильнее прижался к ее губам и раздвинул их языком, такие горячие и податливые, жадно устремляясь внутрь, мечтая утолить свою жажду.

Даже не сразу понял, что девушка обмякла и отвечала на мой поцелуй. Ощущал как дрожало ее тело и сам не в силах был стоять на ногах. Ее запах даже вперемешку с больничным казался особенным, сладким с нотками аромата малины. Я обхватил Женю двумя руками едва ли не впечатываясь в неё, нависал сверху, словно айсберг и был готов потопить ее мелкое суденышко.

За эти несколько секунд я успел проклянуть себя несколько раз, что решил вернуться и забыл все слова, что хотел сказать, растерял вопросы которые собирался задать и кажется, утопал в этой девушке не в силах прервать поцелуй.

Благо из нас двоих инстинкты подводили только меня. Женя напряглась и оттолкнула меня. На этот раз у неё получилось восстановить между нами подобие границ, но моё тело и сознание бунтовали против данного жеста.

Я смотрел в раскрасневшееся лицо, заметил, как дрожали длинные ресницы, а тело застыло в неестественной позе, словно она боялась пошевелиться. Казалось, сделай она одно движение и рассыплется к моим ногам.

— Зачем ты вернулся? — я не помнил ничего, что хотел сказать.

На какое-то время нас накрыло потрясенное молчание, губы девушки подрагивали. А мое горло перехватило удушьем: я тщетно ловил ртом воздух, подбирая нужные слова. Но таких не находил.

— Пришёл показать тебе, как ты заблуждаешься.

— В чем?! — девушка с вызовом смотрела мне в лицо.

— Ты мне нравишься, — я давно не был застенчивым и молодым юношей и хорошо понимал, что говорю, зачем и когда. — Плевать я хотел на твои заморочки, просто давай попробуем… сходить на свидание?

Я ожидал услышать все что угодно, вплоть до того что она снова попросит меня уйти.

Но Женя опустила голову, пряча свои прекрасные глаза.

— Ты мне тоже нравишься. Но я не хочу никаких связей, — сказала она, и сквозь дрожь голоса я расслышал бесконечную грусть, смешанную с решимостью.

Она подняла голову и наши глаза встретились, а я увидел в ее взгляде ледяную бурю. И в то же время она смотрела на меня так, будто в моих возможностях было развесить по небу луну и звезды.

Нечто странное поднялось из моих глубин. Женя так настырно открещивалась от меня, что я начал ощущать себя назойливым насекомым. Но я не мог совладать с инстинктами, кружил рядом, норовясь отведать лакомство, заслуживая тем самым верную погибель для себя, и просто ждал, когда меня прихлопнут чем-то сверху.

И дабы не терять остатков своего достоинства, хотя какого достоинства, эгоизма будет точнее, потому что нормальный мужик вызвался бы решить все ее проблемы. Я же просто соскочил, из-за того что должен был уезжать в Москву. Как бы выглядели мои заверения, что я помогу, а через час сяду в автомобиль и уеду на неопределённый срок? Жалко и не достойно поступка взрослого мужчины.

— Хорошо, — ответил я. — Я тебя больше не потревожу.

Не имело смысла возвращаться в палату. Что и кому я собрался этим доказать? Верно говорят, не рой яму другому, сам в нее и попадёшь. Я понял, что все сам испортил и совершенно не располагал временем исправить сделанное. Ее мнимая враждебность и все мои нелицеприятные мысли красным пламенем сгорели в этом поцелуе и я осознал, что не хотел больше уезжать из родного города.

До Москвы я добрался быстро. Казалось, что несколько часов пролетели как десять минут. Двигался в потоке машин, словно находился не за рулем, а наблюдал за всем со стороны. И, тем не менее, был сосредоточен на плотном движении и запрещал себе думать о Жене. Но все равно вспоминал ее глаза глубокого синего оттенка, молочный почти белый цвет кожи, длинные тёмные волосы, чувственные пухлые губы. И до сих пор чувствовал ее аромат на пальцах. Прикладывал их к носу и вдыхал его или он мне уже просто мерещился…

Я хотел развернуться и ехать обратно в Волгоград, чтобы взглянуть на нее хоть одним глазком. А зачем-то ехал туда, где в мгновение ока перестал ощущать себя хорошим человеком. Бесконечные тусовки, выпивка, девочки… Нет, сам лично я редко всем этим баловался, но из нас двоих с Арчи у меня был лучше подвешен язык. Конкурсы и постоянные кастинги требовали финансовых вложений, наши же запасы иссякали быстро. С помощью спонсоров мы долго держались и держимся на плаву. Поэтому я вел ночную жизнь, крутился как мог. И до этой поездки меня в принципе все устраивало… Но сейчас я возвращался в Москву с такой пустотой внутри — огромной дырой, которая оставила эта девчонка, словно выпустила ракету в мой космос, образовав тем самым брешь в озоновом слое, запустив необратимый процесс.

Ведь я уже давно не наивный мальчишка, но рядом с ней жизнь как будто поворачивалась на сто восемьдесят градусов, и появлялось ощущение, что я хочу изменить привычный ритм жизни. Нет, конечно, не ради нее, но своим появлением она открыла мне глаза, разбудила после долгого сна.

Одним словом в Москву я возвращался тем самым Артёмом, который уезжал из Волгограда несколько лет назад — ехал в никуда и в большей степени попросту сбегал от себя и всех своих новых ощущений и чувств. Беда заключалась в том, что за эти годы я так и не обрел душевного покоя.

Просторная квартира встретила меня оглушительной тишиной и пустотой. Я бросил дорожную сумку в прихожей, ключи оставил на полке, а сам разделся, загрузил стиральную машину грязной одеждой и направился в душ. Арчи видеть не хотелось. А Леру так и вовсе — девушка уже набивала оскомину своим присутствием и досужестью. Но дел никто не отменял.

Спустя три дня после окончания кастинга на конкурс, я смог думать о чём-то ещё кроме работы, и отправился в парк. Захотелось просто подышать воздухом, погулять и побыть в одиночестве. Так меня измотало общение и яркие красивые девушки, которые была одна ослепительнее и талантливее другой. Мы ударно поработали с Арчи, и отснятого материала вполне должно было хватить для запуска нового шоу. Оставалось найти ещё где-то денег на запуск свежей передачи. И еще на один кастинг для парней, чтобы запустить в конце батл.

Я смотрел себе под ноги, рассматривая носы черных ботинок, и понимал одно — в последний раз я ввязывался в эту авантюру. Проект отнимал много сил, а удовольствия уже как раньше не приносил. Если только выгоду. Но и та не доставляла прежней радости. К деньгам я всегда относился просто. Да и не сказать, что у меня их было много. На открытие школы, конечно, хватит, но вот внутреннего подъема и желания поднимать детище с нуля и одному так точно не присутствовало.

Меня подмывало все бросить и сорваться в Волгоград. В суете последних дней я как-то потух, а сейчас вот разгреб завалы и снова думал о Жене, а еще ее связи с Эндаром. Даже порывался тому позвонить и сказать все, что о нем думаю. Но осознавал, что мне просто напросто понравилась эта девочка, и я оценивал поступки Эндара сквозь эту симпатию. А может и ничего такого и не было вовсе? Но хорошо поразмыслив обо всем, я решил, оставить все как есть. Не иначе увязну в этом всем, а выбираться придется самому.

Но только один единственный звонок расставил все по своим местам, и я воспринял его как знак.

Эндар позвонил мне первым. Я ответил не сразу, но в том, что отвечу, не сомневался. Просто смотрел на телефон, а сам думал о том, как возмущал меня поступок Эндара и его предательство Марине. Мне казалось такую крепкую семью ничего не в силах потрясти. И скорее всего, не узнай я что Миша на самом деле оказался братом Жени, подумал, что это его сын. Хоть внешне они, конечно, были и не схожи.

— Да, — сухо и сдержанно ответил я на звонок, а сам смотрел на толпу молодежи в парке, отвлекая себя от мыслей и намерений вылить все, что думал о связи Эндара и Жени ему в лицо.

Борец за справедливость, — хмыкнул себе под нос. Но мне было обидно за девочку, неужто он не видел, что она была другая и это болото просто в итоге ее засосет? Сделает такой же податливой куклой как остальных?

— Как дела? — издалека начал Эндар.

Дружелюбно и весело, а мне совсем не хотелось с ним говорить. Но все же я взял себя в руки.

— Работаю, — так же коротко и сухо ответил я. — Как сам? — чисто из вежливости поинтересовался я.

— Да как всегда. Все хорошо. Я что звоню… ты просил узнать, кому сейчас принадлежит родительский дом. Так вот, человека я нашёл, он готов оформить сделку и продать его. Правда, сумму запросил чуть выше.

— Нет проблем, денег мне хватит, — такого я честно сказать, и не ожидал.

Но денег точно хватит, потому как вырученные от продажи дома средства, так и лежали на счету в банке. Но говорить об этом не стал.

— Какая там разница? — спросил я, прикидывая в уме, что потяну не больше двухсот тысяч рублей.

— Сверху триста тысяч, там в саду деревьев каких-то насадили, техники в дом накупили и еще по мелочи работ сделали. Так что, добро?

— Да, — я потер рукой подбородок, думая о том, что и триста попробую наскрести. — Когда сделка?

— Хоть завтра, у меня все готово. Нужно твоё присутствие и деньги. У тебя самого со временем как? А то ты в Москву торопился… — задумчиво протянул Эндар.

— У меня со временем как раз все отлично, — сказал я, прикидывая в уме планы в Москве на ближайшие дни и свободные окна. Но срочных дел не припоминал. — Послезавтра буду на месте.

— Добро, — сказал Эндар и отключил связь.

А я тяжело вздохнул, мысленно пожимая себе руку, что сдержался и не спросил у него про Женю. Хватило духу. Но не был уверен, что в следующий раз я смолчу. Мысль о скорой поездке в Волгоград прибавила бодрости и я улыбнулся, потому как давно мечтал и лелеял надежду вернуть родительский дом. Как приеду, оформлю сделку, сразу найду женщину, чтобы та присматривала за порядком в доме и вернусь обратно. Возможно, навещу Женю в больнице. В последний раз взгляну на нее и попытаюсь поговорить, после чего навсегда исчезну из ее жизни.

В этот раз я решил, чтобы не терять много времени, отправиться в родной город на самолёте. Всего пару часов и буду на месте. А за время полета вполне можно вздремнуть или подумать о жизни. Но только я не любил копаться глубоко в себе. Всегда возвращался из этих глубин грустным и рассеянным, словно плутал по лесу несколько дней, заблудившись в трех соснах.

А сколько раз я пытался найти оправдание своему поступку, когда продал дом и вовсе сбился со счету. Но сейчас я как никогда был близок к тому, чтобы исправить эту ошибку. Даже если дом будет пустовать, и я не смогу там больше никогда жить, мне важно было его вернуть, как маленькую частичку отрезанной души попытаться приклеить обратно и оживить.

Я остановился в той же гостинице, какую покинул несколько дней назад. Девушка на ресепшене угадала меня и предложила тот же номер — он как раз был свободен. Но после сделки я собирался ночевать в нашем старом доме. Вернуть его не было спонтанным желанием, давно меня тяготил этот промах, а в последнее время так и вовсе я ощущал себя жалким предателем.

Эндару я отправил сообщение, что прибыл в город и ждал от него ответного сообщения, в котором он сообщит, где и когда будет проходить сделка.

Нисколько не удивлюсь, если он все же помог покупателю созреть на этот шаг. И я хотел надеяться, что вопрос решался денежным путем, а не… А в принципе все равно как он решался. Главное что скоро дом будет снова принадлежать мне.