Глава 50

Можно ведь сразу условиться, что няня следит за Ильей, но в случае необходимости присмотрит и за Мишей, если он заболеет. За дополнительную оплату, разумеется. Вот и убьют двух зайцев. И не нужно бояться, что снова подведет Юность Леонидовну. Работа ей нравилась, и терять ее не хотелось. Надоело вздрагивать от каждого Мишиного чиха и с опаской трогать по утрам его лоб.

Кира коротко взглянула на Влада и тоже подлила себе вина. Увидела, что он нахмурился, но обдумывает ее предложение.

– Няню… - наконец, протянул он. – Думаешь?

– Да, - уверенно сказала Кира.

Влад, прищурившись, посмотрел на нее, на губах у него появилась улыбка и даже в иссиня-черных глазах засверкали искорки, как рябь на водной глади. Или это отблески вина?

– Хорошо! – он тряхнул головой и волнистая прядка выпала на лоб. – Завтра же прозвонюсь по агентствам.

– И я тоже посмотрю в интернете, - Кира приподняла бокал. – Ну, что за нас?

– За тебя! – воскликнул Влад. – Ты умница…

Негромко зазвенело стекло, приятное послевкусие освежило рот, растворилось в поцелуе. Допивали вино уже потом, когда мальчишки заснули. Кира нежилась в объятиях Влада, прислушивалась к его сонному дыханию и боялась вспугнуть то чувство радости, которое охватило ее после найденного из тупика выхода.

Как будто кто-то сверху подсказал ей, как все лучше устроить. Она уже не боялась, что няня может оказаться аферисткой. Нет. Все должно сложиться удачно, потому что раз закрылась одна дверь, должна открыться другая.

Кира убедилась, что именно так и происходит. Доказательства? Да, пожалуйста! Ее бросил Сергей, и она по воле случая встретила другого мужчину. Причем не просто мужчину, а того, кто влюблен в нее много лет, и кто, возможно, является отцом ее сына. Стоп! Об этом пока думать не станет. Сейчас ни к чему. Мише и так хватает потрясений.

Какие еще двери открылись? У нее не было работы, и неожиданно появилась. Причем если бы кто-то год назад предложил ей стать продавщицей канцелярии, она рассмеялась в лицо. Не получилось с садиком для Ильи, и снова открылась дверь – где-то ждет современная Мэри Поппинс. Наверняка ждет!

Кира улыбнулась. Хорошо, когда можно просто жить, не бояться, решать насущные проблемы и не считать себя беспомощной. Сергей говорил, что она без него пропадет. А вот и не пропала! Кира закрыла глаза, она чувствовала себя повзрослевшей, по-настоящему мудрой и счастливой женщиной.

Чудеса продолжали сыпаться, как из рога изобилия. Кира не уставала удивляться. Сложившийся в голове шаблон о том, что няню найти трудно, дорого и почти невозможно, рассыпался, как только на пороге появилась Серафима.

Седые волосы, короткая стрижка, проницательные, чуть навыкате серые глаза, с первого взгляда женщина производила хорошее впечатление. Правда, поначалу Серафима показалась Кире чересчур строгой, но после общения с ней, она поняла: строгость эта правильная, не строгость даже, а принципиальность.

– Я живу по законам Библии, - серьезно сообщила Серафима и поправила очки в тонкой оправе.

Кира и Влад озадаченно переглянулись: вот это да! Придется отказать, фанатически верующие им точно не подходят.

– Не пугайтесь, - усмехнулась Серафима, заметив их взгляды. – Это только про заповеди и уважение. В том числе к ребенку.

Кира вкратце пересказала ситуацию с Ильей, объяснила нюансы, с которыми придется работать, сразу же договорилась и о присмотре в случае болезни Миши. Услуги Серафимы стоили дорого, но Кира она нравилась и, самое главное, внушала доверие. Она была готова сэкономить на себе, лишь бы в доме наступил, наконец, покой. Лишь бы всем стало хорошо.

Нелегко было решиться впустить в дом постороннего человека, но Кира понимала: другого выхода нет. Нужно пробовать. О том, что ничего не получится, боялась даже думать. Тогда останется одно – расстаться с Владом. А от этой мысли становилось еще страшнее.

Она влюбилась.

Не прикипела, не прилипла к первому, кто оказался рядом, а именно влюбилась. Словно разрешила чувству, которое возникло еще много лет назад, наконец-то, раскрыться, несмело развернуться тонкими хрупкими лепестками навстречу солнцу.

И случилось это не в ясную безоблачную погоду, а во время бури, когда небо еще низко и затянуто темными тучами, но ливень уже стих, а сквозь сизую дымку проклюнулись первые теплые лучи.

Кира разрешила себе поверить, что ее тоже любят. Любят не за фигуру и отсутствие лишних килограммов, не за отдраенный пол и безупречно чистые полотенца, не за горячий ужин, а просто за то, что она есть. Это было странно. И страшно. Вдруг все исчезнет.

От несправедливости, что это удивительное состояние может ускользнуть, хотелось заранее выть волком. Вот и старалась Кира сохранить все, что так неожиданно свалилось ей прямо в руки, училась ценить и не разбрасываться. Теперь-то знала, как важно, просто быть для кого-то. И просто любить.

Серафима приходила утром, уезжала сразу же, как появлялись Кира с Мишей. С самого начала договорились, что ни готовкой, ни уборкой няня не занимается. Кире не хотелось, чтобы кто-то хозяйничал на ее кухне, и потом она же не домработницу наняла. Воспринимала Серафиму сугубо, как учительницу, приходящую помочь ученику. Обеих это устроило.

У Серафимы было строгое расписание, которому она неукоснительно следовала почти по секундомеру, минимум слов не по делу, зато много внимания к деталям. Она не суетилась, не одергивала Илью, если он баловался, не ругалась в ответ на его гримасы, а просто стояла и молча ждала, когда он прекратить свои безобразия. И Илья, словно нащупав почву под ногами и убедившись, что провоцировать Серафиму бесполезно, доставать ее перестал.

Кира толком не знала, как и что говорила Серафима своему подопечному. Она видела только результат. И он ее радовал. Илья, как будто понемножку оттаивал и уже не напоминал заколдованного Кая из сказки о Снежной Королеве.

Нет, он не стал веселым, черные глаза все также были задумчивы, как будто мальчик никак не мог найти ответа на какой-то важный вопрос, но черты лица стали мягче, и губы уже не сжимались в тонкую полоску.

Чем спокойнее становился Илья, тем больше доставлял хлопот Миша. Неожиданно он заговорил об отце. Сергей не сходил у него с языка. «А вот папа… когда папа приедет… если мы с папой…» – и прочее, и прочее…

– Миша видится с отцом? – строго спрашивала мама. – Ты рушишь ребенку психику!

И то ли она надоумила Сергея, то ли в нем неожиданно взыграли отцовские чувства, но перед выходными он тоже позвонил и стал настаивать на встрече с сыном.