Кристина

Бегу на улицу, одной рукой прижимая к груди заветные пробирки, второй набирая номер такси на телефоне. Это чистой воды авантюра. Кажется, я сошла с ума. Что творю?

У меня нет уверенности, что анализы примут в другой клинике. Я ведь не могла договориться заранее. Так бы Марина все узнала.

Я действую наобум. Но у меня нет права отступать. За мной — дети. Если перестану бороться, предам их.

Такси приезжает быстро. Я врываюсь внутрь, хлопаю дверь, называю адрес и разве что не кричу — «Гони, шеф»! Это будет уже перебором, но меня аж трясет от адреналина. Такой дерзкой я себя еще никогда не чувствовала.

И вот мы мчим через город к следующей клинике. Я гуглила ее на днях. Хорошее оборудование, грамотный персонал, но главное — это недавно открывшийся филиал столичной сети. Есть шанс, что Марина еще не успела запустить туда свои акриловые коготки.

Наконец, мы на месте. Расплатившись с таксистом, я захожу в просторный холл клиники. Здесь все на высшем уровне — чисто, глянцево, дорого. Одна мраморная плитка на полу чего стоит. Это вам не линолеум в общественной поликлинике.

Я даже немного пугаюсь — а хватит ли у меня средств расплатиться за анализы? Тест ДНК не дешевое удовольствие. В прошлой клинике его оплачивал Андрей, но я не могла просить его дать мне еще денег. Снова из-за Марины. Она не должна знать о моем плане. А значит, и Андрей не должен. Понятия не имею, что он ей рассказывает. Не исключено, что всё.

— Здравствуйте, — милая девушка на ресепшн улыбается мне. — У вас назначен прием?

— Мне надо сдать анализы. Могу я поговорить с медсестрой? — отвечаю туманно. Всеми силами стараясь показать, что у меня есть право здесь находиться.

— Пройдите, пожалуйста, вправо по коридору и прямо до конца. Там будет процедурная, — отвечает девушка.

Я киваю и быстро иду в указанном направлении. Первая удача — меня пропустили без лишних вопросов. Вторая ждет у процедурного — там никого. Я стучу и, услышав приглашение, вхожу.

За столом сидит девушка примерно моего возраста — двадцать пять — двадцать шесть лет. Это хорошо. У ровесниц больше шансов понять друг друга.

Я выкладываю ей на стол пробирки.

— Что это? — хмурится она.

— Мне нужен срочный тест ДНК, но без документов. Я заплачу, сколько скажите, — говорю, а про себя молюсь — только бы хватило денег.

Второй раз этот номер не прокатит. Марина уже будет знать мою схему, да и Андрея вряд ли уговорю повторно сдать кровь. Он и в этот раз пришел неохотно.

— Как это без документов? — медсестра хмурится еще сильнее.

— Я просто назову вам фамилию, а вы не будете просить у меня паспорт, — объясняю.

Я не могу делать анализы под своим именем. Опять же из-за Марины. Ей ничего не стоит пробить по базам, где наши тесты.

— Девушка, — строго говорит медсестра, — что вы придумали? Мы так не работаем. Сначала вам надо записаться на анализы, потом я возьму у вас кровь, а уже затем оплата и получение результатов по готовности.

— Я все это знаю. Но у меня безвыходная ситуация, поверьте. Мне муж прислал документы о разводе… в роддом…

Я всхлипываю против воли. Не собиралась же плакать. Но каждый раз, когда думаю, что папа бросил Мишу в день его рождения, на глаза наворачиваются слезы. Это ужасно несправедливо! Мой сын не заслужил подобного отношения.

— Возьмите, — медсестра протягивает мне носовой платок и добавляет со знанием дела: — Все мужики — сволочи.

Кажется, я нашла родственную душу. Наверное, в жизни каждой женщины есть трагическая история, где в роли главного злодея выступает мужчина. У медсестры она тоже была.

Спустя полчаса мы с Людой уже на «ты» и понимает друг друга с полуслова.

— А хочешь, — предлагает она, — я прямо сейчас напишу тебе результат теста, где он будет отцом?

Вот это, я понимаю, женская солидарность! Люда делает мне щедрое предложение. И я на секунду колеблюсь, думая, — а может, стоит его принять? Но быстро прогоняю эту мысль прочь. Так нельзя.

Если однажды Андрей узнает о подлоге (а Марина постарается, чтобы этот факт всплыл), все станет еще хуже. Вот это точно будет конец.

Но есть еще одна причина, которая не позволяет мне согласиться. Я должна проверить совпадение своей ДНК с дочерью. Мне надо знать наверняка, что ее не подменили в роддоме. Те слова няни мучают меня. Поэтому я отказываюсь.

— Смотри сама, — пожимает Люда плечами. — Но ты не волнуйся, сделаю все в лучшем виде. И обещаю — лично прослежу, чтобы никакого подлога. Этой козе Марине здесь ничего не перепадет.

— Спасибо, — благодарю от чистого сердца.

Все-таки я счастливая — мне по жизни попадаются хорошие люди. Вот только с лучшей подругой не повезло.

— Полную стоимость я с тебя не возьму, — добавляет Люда, — но за анализ придется заплатить. Реактивы все подотчетные, сама понимаешь.

— Конечно, — киваю.

На прощание Люда обещает набрать меня, как только тесты будут готовы. Я покидаю клинику с чувством выполненного долга и верой в успех.