Кристина

Это было… горячо. Я не ожидала, что сама так заведусь. Похоже, я соскучилась по мужу и нашей близости. Она была у нас жаркой. Андрей — отличный любовник, он всегда меня удовлетворял. А еще мы старались разнообразить супружескую близость. И этот опыт в стриптиз-баре мог стать интересной находкой, если бы не наша размолвка.

Но Андрей ушел, и я снова одна. Сижу на полу в вип-комнате. Разбитая, несчастная, но довольная. Вот такое странное сочетание.

Сложно понять, что я чувствую. Андрей мне только что изменил… или нет? Он ведь не знал, что это я. На моем месте могла быть любая стриптезерша этого клуба. Выходит, это все-таки измена.

И в то же время это была я. Знал Андрей или нет, а другой он не коснулся. Значит, это не измена.

Но он хотел другую…

Ой все, у меня сейчас голова лопнет от этих мыслей. Лучше сосредоточусь на деле. Мне удалось! Я сделала то, ради чего все это затеяла — взяла материал у Андрея. Оно того стоило.

Я возвращаюсь в гримерку и переодеваюсь в свою одежду. Выхожу из клуба осторожно, опасаясь наткнуться на Андрея, но его уже и след простыл. Он буквально сбежал от стриптезерши по имени Бриллиант. Что, Алмазов, грехи преследуют по пятам? То ли еще будет!

Достаю мобильник и набираю номер Люды. Она сказала звонить сразу, как достану материал. Сейчас, конечно, поздно, но я слишком боюсь, что материал придет в негодность. Второй раз у меня этот номер не прокатит.

— Крис, ты что ли? — отвечает мне сонный голос подруги.

Думаю, я могу назвать Люду своей подругой. Друг — это человек, который не бросит в беде. Марина не только меня бросила, но и подставила. Люда — совсем другое дело.

— У меня получилось, — сообщаю гордо. — Материал у меня.

— Отлично! — Люда мигом просыпается. — Поставь пробирку в холодильник. Встретимся завтра утром перед моей работой.

Мы договариваемся о встрече, я отключаюсь и вызываю такси. Мне нужно как можно скорее домой.

Ночь проходит беспокойно. Миша плохо спит. От смеси у него колики. Я пою сына укропной водой, укачиваю. Он засыпается только на рассвете, когда мне уже пора собираться к Люде.

Мы встречаемся в круглосуточном кафе напротив ее работы. Место так себе. Кофе здесь просто отвратительный. Но нам все равно, мы здесь не ради еды и напитков.

— Вот, — я протягиваю Люде пробирку с материалом Андрея и еще две — со слюной детей. — Я сделала все, как ты сказала.

— Прекрасно, — она забирает пробирку и прячет в сумочку. — Я сегодня же отправлю все на анализ. Результат будет дней через пять. Я тебе сразу позвоню.

— Спасибо, — киваю я. — За все. Не знаю, чтобы я без тебя делала…

— Жизнь бы свою налаживала, а не за прошлое цеплялась, — вздыхает Люда. — Вот он нужен тебе — такой мужик?

— Мне, может, и нет, а вот детям нужен отец.

— Понимаю, — кивает Люда.

Мы расстаемся, и я еду на работу. Спать хочется жутко, я весь день, как в тумане. Из-за этого путаюсь и делаю Паше кофе с молоком, как себе. А он пьет только черный.

— Веселая была ночка? — хмыкает Паша, заглянув в свою чашку.

— Ох, прости, я сейчас исправлю.

Я хочу забрать чашку, но он останавливает.

— Брось, это ерунда, — говорит и вдруг касается моих волос.

Когда он убирает руку, на его пальцах переливается блестка. Видимо, осталась после костюма Бриллианта. Я мыла голову с утра, но эти блестки такие въедливые.

— Хорошо повеселилась? — спрашивает Паша.

— Это не то, что ты думаешь, — шепчу я.

— Расслабься, ты не обязана передо мной отчитываться, Крис.

Он наклоняется ближе ко мне. Кладет руку мне на затылок и тянется к губам. Все это как-то неправильно, но я не останавливаю Пашу.

Последние пять лет я целовалась только с Андреем, что вполне естественно. Наверное, мне хочется попробовать что-то… другое. Ощутить, каково это — жить без Андрея. Поэтому я не противлюсь, когда Паша целует меня.

Его губы холодные и влажные. Они издают чмокающий звук, от которого меня тошнит. А еще от него пахнет тиной, уж не знаю почему. Я как будто целуюсь с чавкающим болотным монстром.

Мне не просто неприятно, мне противно. Возможно, дело в Паше, но, скорее всего, во мне. Я всегда знала, что я — однолюбка.

— Прости, — я обрываю поцелуй и выпутываюсь из объятий Паши.

— Слишком рано, да? — вздыхает он.

— Именно так, — я хватаюсь за это объяснение. Просто замечательно, что он сам все придумал.

— Я подожду, — кивает Паша.

Я спешу покинуть его кабинет, не говоря, что ждать придется долго. О-о-очень долго. Боюсь, он не дождется.

Теперь меня мучает еще один вопрос — а это была измена или нет? Почему-то кажется, что я больше изменила Андрею, чем он мне.

До чего мы оба докатились…

Люда перезванивает лишь через две недели. Я успеваю известись за это время. Почему так долго?! Это первое, что я спрашиваю у нее, ответив на звонок.

— Я заказала расширенный анализ, — отвечает она.

— А раньше какой делали?

— Ой, не забивай себе голову. Давай встретимся, и я все тебе расскажу.

Конечно же, я соглашаюсь на встречу. Сейчас! Немедленно! Паше что-то вру о том, что мне срочно нужно домой. Дети, все такое. Он отпускает.

Паша все еще не теряет надежду заполучить меня. Это не любовь, просто давний гештальт, который ему хочется закрыть. Чем скорее он это признает, тем проще будет нам обоим. Но мужчины такие упрямые…

Я несусь в кафе, где мы обычно встречаемся с Людой, и прибываю туда раньше нее. Хотя ей всего лишь надо перейти дорогу.

Ожидание сводит с ума. Но вот, наконец, вижу Люду в окно и аж на месте подпрыгиваю от нетерпения.

Пока она идет, я успеваю пережить целую гамму эмоций — надежду, страх, радость и разочарование. Пытаюсь прочесть ответ на лице Люды, но она кремень — ничего непонятно.

В итоге, когда она входит в кафе, я уже на пределе и готова сбежать. Но вот она садится напротив, и меня парализует. Даже поздороваться толком не могу, просто киваю в знак приветствия.

— Не буду тебя долго мариновать, — говорит она, понимая мое состояние. — Сразу перейдем к делу.

Люда достает из сумочки конверт. Я уже видела такой — в нем были прошлые результаты тестов. Отрицательные. Разница только в том, что тот конверт был запечатан, а этот — вскрыт.

— Я позволила себе открыть конверт и посмотреть результаты, — оправдывается Люда. — Надеюсь, ты не против.

— Просто скажи, что там, — прошу я чуть ли не со слезами на глазах. Еще минута этой пытки — и я за себя не отвечаю.

— Если коротко, то результаты положительные, — отвечает она.

— Что это значит? — уточняю.

Кажется, я отупела за эти недели в подвешенном состоянии. А может всему виной бессонные ночи. Миша спит просто ужасно, а вместе с ним бодрствую и я.

— Андрей Алмазов — отец твоих детей, — поясняет Люда.

— Ох, — я откидываюсь на спинку стула и прикрываю глаза.

Мне нужна минута, а лучше две, чтобы насладиться моментом. Определенно, это мой триумф. Я столько боролась… и не зря. Не зря!

Но у меня множество вопросов. Как? Почему? Что было с анализами не так до этого? Я хочу знать все. Мне необходимо знать все! Андрей задаст мне те же самые вопросы, и я должна буду правильно на них ответить.

— У твоего мужа редкая генетическая аномалия, — объясняет Люда. — Суть в том, что в его организме сочетается несколько ДНК. Так бывает, когда один плод поглощает другой в утробе матери. И тогда ДНК крови и, например, спермы у мужчины различается. Правда, даже в этом случае развернутый анализ ДНК может показать некую степень родства. Но беда в том, что в клиниках при тесте на отцовство не делаю развернутый анализ. Сверяют лишь несколько главных аллелей. В целом этого достаточно. А развернутый тест — это слишком дорого и долго. Даже в нашей клинике его не делают.

— А если бы сделали?.. — тихо спрашиваю.

— Вероятнее всего развернутый тест показал бы, что Алмазов родственник твоим детям. Дядя, например.

Я хмыкаю. У Андрея нет братьев. Такой результат теста заставил бы его задуматься, но проклятая оптимизация, урезание расходов и экономия времени сыграли с нами злую шутку.

— Поэтому в этот раз тест делали так долго, — доходит до меня. — Ты заказала развернутый.

— Именно. Решила подстраховаться. Впрочем, это было лишнее. Тест однозначно дал девяносто девять процентов совпадения.

Люда протягивает мне конверт, чтобы я убедилась лично. Я достаю из него бумаги. Руки дрожат, но уже не от страха, а от предвкушения. Минут пять, не меньше, я смотрю на заветную надпись.

Смотрела бы и дольше, но Люда прерывает молчание:

— Кто-то тебя подставил. Как будто знал, что так будет…

— Знал? — переспрашиваю глухо, а мысли уже несутся вскачь.

Где-то за месяц до моих родов Андрей проходил диспансеризацию. Это я настояла. У него скакало давление, и это меня напугало. Вообще-то Андрей, как большинство мужчин, терпеть не может врачей и обращается к ним только в крайнем случае. Но я знала, что у его отца был инфаркт.

Я переживала по этому поводу. Андрей решил не волновать беременную жену и согласился пройти обследование. Обратился он, естественно, в клинику Марины. По знакомству же проще. Там его приняли без очереди и сделали все быстро.

В тот момент мне и в голову не могло прийти, что наша счастливая жизнь рухнет из-за какого-то обследования! Оно, кстати, показало, что Андрей здоров. Но наверняка Марина лично просматривала результаты его анализов. Видимо, каком-то образом она поняла, с чем имеет дело.

Пусть Марина не медик, но у нее много друзей-врачей. Да вся ее родня — медики! Правда, возникает вопрос, почему никто не сказал об этом Андрею. И в результатах обследования ничего такого не было.

Это все Марина… Она позаботилась о том, чтобы все скрыть. Она вполне могла припугнуть персонал своей клиники, чтобы те молчать. Там хорошая зарплата, никто не захочет ее терять ради незнакомых людей.

В итоге Марина решила использовать знание о генетической аномалии Андрея себе на пользу. А я-то гадала, почему она ждала так долго, чтобы отомстить! А у нее просто средств не было. И вдруг ей в руки попала такая золотая жила.

Бывшая подруга быстро придумала, как это использовать. Она дождалась, когда меня положат в роддом, и развернула бурную деятельность. А Андрей, не подозревая о своей аномалии, повелся на ее манипуляции.

Я горько усмехнулась. Все встало на свои места, вот только облегчения это не принесло. То, с какой легкостью муж отказался от меня и детей, причиняло мне невыносимую боль.

Я протягиваю руку и сжимаю ладонь Люды в своей.

— Спасибо, — выдыхаю. — Ты не представляешь, как сильно мне помогла!

— Обращайся, — хмыкает она. — Хотя, надеюсь, больше не придется.

— Да уж, — передергиваю я плечами.

— Ты куда теперь? — спрашивает Люда.

— Мне нужно повидаться с одним человеком…

— С мужем?

— Нет, с ним поговорю позже. Для начала я хочу заглянуть в глаза бывшей подруге.

— Ох, не завидую я ей. Ты выглядишь очень воинственно. Задай ей жару!

После этого напутствия я прощаюсь с Людой и еду прямиком в клинику Марины. В это время суток она должна быть на работе.

Наша бывшая дружба играет мне на руку. В клинике никто не в курсе нашей размолвки, поэтому меня без проблем пропускают «за кулисы». Я иду, как ни в чем не бывало, по коридору, здороваюсь со знакомыми. Кто-то из них знал тайну Андрея и промолчал…

Мне не нравится видеть в людях врагов, но иначе не получается. Это раньше я была доброй и наивной, ко всем с распахнутой душой. Но последние месяцы меня изменили.

Я не стучу, прежде чем войти в кабинет Марины. Обойдется. Благо ее личного секретаря нет на месте. Видимо, отлучилась за кофе. Марина обожает кофе из кофейни неподалеку и вечно гоняет туда бедную секретаршу.

Пользуясь удачным стечением обстоятельств, я распахиваю дверь и вхожу в кабинет. Марина говорит по телефону. Улыбается. Но вот она поворачивается на звук двери, видит меня, и ее улыбка гаснет.

— Я перезвоню, — бросает она в трубку и отключается. — Так-так, кого я вижу. Чем обязана визиту?

— Лживая ты дрянь, — обвиняю прямо с порога. — Ты узнала про особенность Андрея и использовала это против нас. Ладно, ты меня ненавидишь, а дети-то причем? О них ты подумала? Ты едва не лишила их отца!

Марина резко бледнеет. Вовсе не от моих обвинений. Она просто не ожидала, что я так быстро ее разоблачу. На самом деле, она была уверена, что я никогда не докопаюсь до правды. И я бы не докопалась, если бы не Люда. Не иначе мне ее послало небо.

— Ты ничего не докажешь, — бормочет Марина. Ей даже голос изменил. Обычно она говорит громко и четко.

— Уже доказала, — я трясу результатами анализов у нее перед лицом.

— Как? — выдыхает она. — Для этого нужна…

— Сперма, — хмыкаю. — Пришлось постараться, но я достала материал. Ты же не думала, что я вот так все оставлю? Речь о моих детях!

— Знаешь, я тоже хотела детей, — к Марине возвращается былая уверенность, и она идет в атаку. — С Андреем. Но пришла ты и растоптала мои мечты. Ты отняла у меня все! И еще мило улыбалась. «Ты ведь не в обиде, Марина. Встретишь другого», — передразнивает она меня. — А я не хотела другого. Я хотела Андрея!

— Ты меняла мужиков, как перчатки. А в Андрея вцепилась только потому, что он тебе не достался.

— Так ты себя оправдываешь, да?

Мне становится не по себе от ее тона и обвинений. Марина попала в цель — прямиком в мою совесть. Та всегда кляла меня за то, что я увела мужчину у подруги. Пусть это вышло не специально, пусть Андрей сам так решил и с Мариной все равно бы не остался. Но я чувствовала себя виноватой, и Марина меня таковой считала.

Но я затолкала вину куда подальше. На кону будущее моих детей. Еще немного — и Марина лишила бы их отца. Вот на чем надо сосредоточиться.

— Что ж, наслаждайся своей победой, — кривится Марина. — Беги к Андрею, показывай ему результаты анализов… Вот только как прежде уже не будет. Не отрицай — я вбила между вами кол. На вот, полюбуйся на своего Алмазова, — она хватает сотовый со стола и что-то быстро там ищет.

Интуиция вопит — уходи! Прямо сейчас немедленно беги из кабинета, подальше от Марины. Тебе не понравится то, что она покажет. Не смотри! Не надо…

Но я стою на месте, будто подошвы приклеились к полу. Вот Марина находит, что искала, и поворачивает сотовый экраном ко мне.

Фотография. Я вижу фото. Сначала даже не понимаю, кого и где. Взгляд фокусируется постепенно. Кровать, на ней двое — мужчина спит, а женщина делает селфи.

У меня перехватывает дыхание. Я не могу вздохнуть. Даже пугаюсь, что это все. У меня инфаркт или инсульт, или еще бог знает что. Сейчас я свалюсь замертво прямо к ногам Марины. Вот она обрадуется.

Ценой неимоверных усилий я заставляю себя сделать вдох. Один, другой. Постепенно дышу все лучше, но боль в груди не уходит. Только это болит не сердце, это болит душа. Все потому, что я узнаю людей на фото — Марина и Андрей в одной кровати. Оба явно устали после жаркой ночи.

— Возможно, я беременна. Нас охватила такая страсть, что мы совершенно забыли о контрацепции, — добивает меня Марина. — Что ты на это скажешь?

— Что ты будешь паршивой матерью, — хриплю я сдавленным горлом. — Страшно представить, чему ты научишь своего ребенка.

— Пошла вон! — срывается на визг Марина. — Убирайся из моего кабинета.

— С превеликим удовольствием.

Шаркающей походкой я иду к двери. Оттуда по коридору на улицу. Я победила, добилась своего, доказала, что не изменяла мужу. Отчего же на душе так паршиво? Я не изменяла, а он…

Теперь мне предстоит встретиться с мужем. Показать ему новые результаты теста. Но сначала я должна захватить еще один документ из дома.