Августина Светлая · По правилам и без

— Руки убери, — услышала крик напарницы из-за стенки, а по звуку удара догадалась — не убрал. — Эй, Эш, ты там скоро? Тут самоубийцы на каждом шагу.

Вышла из приватной комнаты, где только что, весьма удачно, обчистила карманы главы крупного вампирского клана и присвистнула. На полу валялось семеро вампиров разной степени побитости. Ещё трое, условно живых, прятались за портьерой, кадкой с пальмой и барной стойкой каждый соответственно. Условно живыми я их назвала, потому что, если Кара узнает, что пальму не на ветру качает, — кроме нас здесь прямо-ходящих не останется.

— Удачно?

Я кивнула и толкнула дверь. В уши тут же ударил грохот музыки, шум толпы, а в нос стремительно забрались запахи — табак, алкоголь и даже… ох, ты ж тёмная.

— Кара, уходим и быстро.

Дважды напарницу звать не пришлось. Мы обе знали, если в воздухе пахнет наркотиками — жди щенячий патруль.

— Тьма, — Кара резко отступила от окна, куда секундой назад намеревалась выскочить, и потащила меня за собой. — Они уже здесь. Попробуем по-другому.

Мы побежали. Преодолев два лестничных пролёта, оказались в полуподвальном служебном коридоре. Наверху как раз заглохла музыка — патруль работал быстро. Они уже начали прочёсывать толпу.

— Вечно обламывают всё веселье, — прорычала Кара. — Кто бы им сказал, что нормальные люди по ночам дома спят!

— Они не люди, — терпеливо прокомментировала я, взламывая вход в техническое помещение. В клубах, где собирались дети ночи в таком количестве, всегда было много выходов — действующих и нет. Перед любым делом мы изучали их все. Из-за того, сколько головной боли, благодаря нам, в последнее время появилось у вампирских кланов, — приходится быть на чеку.

Замок наконец поддался, дверь отворилась, и мы рванули внутрь. Этим ходом явно давно не пользовались. Я несколько раз споткнулась, оступилась и в итоге оказалась в бочке с какой-то жижей. Надеюсь, не с кровью. В темноте не разберёшь. Но, пожалуйста, пусть это будет не кровь.

— Аааа, тьма, муть, жесть, да ну, аааа, — кричала Кара. По характерному «хлюп», с которым жидкость принимает в себя любое физическое тело, я догадалась, что напарница тоже оказалась в бочке. Соседней. Теперь мы обе не успеем уйти.

— Кровь? — почти смиренно спросила я.

— Надеюсь, что не она, — сообщила чуть, поуспокоившись Кара. Наше главное правило: «Если всё катится во тьму само по себе — расслабься и получай удовольствие». — Просто противно. Оно, конечно, мягкое, но фууу… еще и мокро…

Через пару минут за нами уже явились. Помещение оказалось тупиковым — дверь давно замуровали. А вот бочки, причём в большом количестве, хранили. С кровью здесь тоже были. Но, к нашей удаче, мы им не достались.

Шестеро патрульных-оборотней быстренько вынули меня. Накинули магические арканы на Кару — так просто даже им чистильщика не удержать — и повели обратно. Два лестничных пролёта. На этот раз — наверх. Полутёмный коридор, освещённый тяжёлыми золоченными бра. Кроваво-красная приватная комната.

— По-моему, по нам успели соскучиться, — шепнула напарнице и получила несильный, но ощутимый тычок в плечо от оборотня. Кара дёрнулась. Но патруль знал, с кем имеет дело, — магические арканы хорошо сдерживали силу чистильщика.

В комнате стояла суматоха. Всех искалеченных Карой вампиров собрали в одну кучу. Те, что остались прямоходящими, после нашего ухода снова затряслись, но с места не сдвинулись. Значит, всё плохо. Совсем плохо. Значит, щенячий патруль явился за нами. И, главное, знал, где искать. То-то я и удивилась, что сегодня всё было как-то совсем просто. Мы и расслабились. Даже бежали позже, чем планировали. И, судя по результату, очень зря.

— Эти? — спросил высокий темноволосый оборотень. Хотела было ответить, но увидела весьма потрепанного после встречи со мной главу вампирского клана.

— Эта, — плотоядно ответил он и указал на меня. Вот же гад клыкастый.

— Её — в отделение, — скомандовал патрульный, — второй — штраф.

Вторая, которой оказалась Кара, возмутилась. А ещё она явно не поняла, что патруль явился не искать поставщиков дешевого кайфа.

— Какой штраф? Да я тут, вообще, просто мимо проходила. «Эту» вашу впервые вижу, — по легенде мы всегда незнакомы. Если повяжут одну — вторая сможет выручить. Штрафы получать, а значит, светиться в базе, тоже нельзя. — Я бы с такой? — продолжала заливать подруга. — Мелкая, слабая, глядеть противно! Так и хочется пожалеть или добить, чтоб не мучилась. — В отличии от моего, тело Кары было мощным и натренированным, как у любого чистильщика, а в бою она не уступала ни одному человеческому мужчине. К сожалению, перед нами были не мужчины, а щенячий патруль. — С такой? Ну нет! Ни в жизни. Даже не намекайте, если пытались. Мне неловко. Вам неловко. Кому от этого, вообще, польза есть? Или вы ни на что не намекали? Я просто не совсем поняла.

Если бы нашей целью было поскорее оказаться в отделении, то пытка Каренным многословием увенчалась успехом. Мужик вышел из себя. Покраснел, сжал кулаки, прорычал что-то подчиненным, и через минуту меня уже сажали в служебную машину.

— Противозаконно, — на всякий случай, сообщила оборотню, которому доверили эту почетную миссию. — Я, как и все, пришла повеселиться.

— И оказались в бочке с сырым желтком? — скептически задрав бровь, спросил он, — сомнительное веселье.

Я, в свою очередь, поразилась: «Зачем только в вампирском клубе столько желтка?» Хотя всё равно лучше в него, чем в бочку с кровью.

***

— Пятьдесят четыре нападения за последние полгода, все — главы вампирских кланов или их приближённые. Без убийств, но со значительными физическими повреждениями, — передо мной стоял тот же темноволосый мужчина, что отправил меня в отделение, и скептически разглядывал, — видимо, всё-таки между вами с подружкой кое-что да есть. Сомневаюсь, что ваши руки это могут, — он процитировал, — «хребет сломан в четырёх местах».

Да, Кара вампиров терпеть не могла. Не убивала только потому, что я запретила. Сказала, что просто не стану с ней работать, если хоть один кровосос окажется мёртвым. А вот калечить и пугать их ей никто не запрещал. В клане сумеречных нас теперь, вообще, в чёрный — «для особо опасных» — список занесли. Напарница пообещала главе, что клыки ему вырвет. Прям так и сказала: «Оставлю тебя жить без достоинства». Он позеленел, побагровел и всё нам отдал. А в следующем клане — у летающих — нас уже встречали, как давних знакомых. Дрожали, жались по углам, но, помня, что их достоинства очень рискуют, нашим бесчинствам не препятствовали.

— Один у меня вопрос, — продолжал оборотень. — Почему вампиры?

Смотрю на него. Молодой, сильный, красивый. Не лишён, вероятно, обаяния и, уж точно, внимания женщин. Один минус — похоже, умом обделённый.

— А кого? — терпеливо спросила я.

— А зачем? — очередным вопросом ответил мужчина. Говорю же, недалекий. Возможно, глупый, может — тупой. Тут вариантов масса. За пятнадцать минут не определишь. — Пятьдесят четыре нападения. По нашим данным, вы попали в четыре чёрных списка и три красных.

Так себе у них информаторы, решила я, потому что списков было больше — четырнадцать чёрных и восемнадцать красных — «просто не связываться». Ещё пару суток был один зелёный — «взять и изучить». У клана перворождённых. У них, вообще, самомнение зашкаливает. Но самомнение против Кары не работает, а я без неё практически не передвигаюсь. Поэтому теперь я могла даже спокойно дать щелбан перворождённому, а он бы сказал «спасибо». Жёлтый список: «Делать вид, что всё идёт, как надо, несмотря ни на что». Хороший список. Иногда мне кажется, я в таком живу.

— В нашем городе четыре расы. Люди не сделали мне ничего плохого. Маги только своей наукой и дышат. Кто, если не вампиры? — спросила, как будто говорю с первоклассником, а не со взрослым мужчиной.

— Оборотни?

Искренне рассмеялась.

— Оборотни, — задумалась, как охарактеризовать их лучше всего, — невыносимо… до зубного скрежета или кожного зуда, как бы вам сказать, правильные.

— Правильные? — переспросил патрульный, горделиво выпятив грудь.

— Ага, — охотно закивала я, — скучные, заурядные, неинтересные.

— Чего? — мужчина вмиг переменился, желваки на лице заходили ходуном, а сам он за долю секунды оказался напротив меня. Хорошо, между нами был стол. Иначе меня бы, кажется, сожрали и не поморщились. — Какие-какие?

— Ну… вы такие… «Во главе всего закон», — я попыталась спародировать министра внутренних дел Гаарда, который тоже был оборотнем, — «всем соблюдать закон», шаг вправо, шаг влево — встреча с щенячьим патрулем.

И вот тут, шутки шутками, но я явно перегнула палку. А за палкой, как известно, любой щенок, простите, пёс, простите еще раз, оборотень, который, конечно, волк, — рванёт. Он и рванул. Стол мгновенно полетел в одну стену, стул, уже без меня, — в другую, ну и напоследок на моей шее сомкнулась громадная лапища — оборотень частично трансформировался.

— Какой-какой патруль? — яростно прорычал этот представитель получеловека-полузверя, глядя мне в лицо.

— Очень и очень красивый, — с придыханием прошептала я. Так как оборотень не в моей весовой категории, пришлось пробивать дорогу к воздуху другими методами. — И такой мужественный, смелый, сильный, — мужчина замер, а хватку ослабил, — великолепный, непревзойдённый, умопомрачительный, крышесносительный, бурегасительный, бомбоустранительный и лишь совсем немного — заурядный.

Его глаза недобро блеснули, а потом меня подхватили на руки и перекинули через плечо. И это меня-то? Я, конечно, обвиняемая, и всё такое. Но через плечо?

— Если перестанешь нести эту чушь, есть шанс, что я передумаю, — сообщил оборотень, покидая комнату допросов и быстро идя по коридору.

— Фи-ии, — протянула я, — а мне ведь на секундочку даже стало интересно.

Мужчина дёрнулся, видимо, прикидывая стоит ли пару раз задеть мной стену, а потом пошёл быстрее.

— Значит, неинтересные, — на ходу рычал он, — скучные…

— Заурядные, — поддержала я.

Опять дёрнулся. Резко толкнул дверь и кинул меня на мягкий диван уже, видимо, в своём, кабинете. Похоже, иду ва-банк.

— До зубного скрежета, говоришь, — тоном, наполненным холодной яростью, продолжал он, — кожного зуда… заурядный… неинтересный… скучный…

Говоря это, он медленно шёл ко мне. Про его красоту не соврала. Удивительно притягательный. Широкий торс, гибкое, мощное тело, при этом движения плавные. И взгляд такой пленительный, зовущий, соблазняющий.

— Не надо на меня так смотреть, — не без труда подавляя дрожь в голосе, попросила я.

— Как? — хищно улыбнулся мужчина.

— Да вот так… с этой страстной поволокой, — замер, явно ожидая подвоха, и я не подвела. — Внешность-то у вас тоже заурядная… глупо смотритесь…

— Чего? — оборотень остановился и тяжело задышал. Яростно даже. С явным негодованием. Всё-таки права я была. Отшивают такого редко. Да и заурядным его никак нельзя назвать. Но пока у меня получается, буду придерживаться выбранной концепции.

— Вам, вообще, чего надо? Начинали с допросной, заканчиваем кабинетом. Вы меня за кого принимаете?

Ответить мужчина не успел, телефон на столе издал звук входящего сигнала, а уже через секунду мужчина на том конце провода, начальственным тоном, поинтересовался:

— Эрин, куда ты пропал? Что с делом вампиров? Эш, согласилась на сотрудничество?

Оборотень, который, оказывается, был совсем нескучным, молча нажал кнопку отключения связи. Отвечать он не стал. Сложила руки на груди и уже по — хозяйски расположилась на диване.

— Значит, сотрудничество, Эрин. И когда вы планировали мне это сообщить? — покачивая ножкой поинтересовалась я, — Просто любопытно. Это до или после того, что среди вашего народа называют спариванием?

Всё. Если раньше у меня ещё были «какие-то палки», которые помогали оборотню сдерживаться, больше их не осталось.

— Чего? Да что ты о себе возомнила? — прорычал он и стремительно оказался напротив меня. При этом ладонями он, сжал спинку дивана, а я оказалась в кольце его рук. А ведь кто такой этот Эрин Синк, я знала. Глава  ночного патруля. С ним считались, его слушались, им восхищались. И женщины… Да, этому не отказывали.

— Правильный, — выдохнула ему в лицо, — и скучный.

И у кого-то сдали нервы. Стало понятно, почему не отказывают. Слишком напорист. Берёт то, что хочет. Сразу. Без долгих прелюдий. Подтвердил. Поцеловал. Пылко, с жаром. Так, что у меня внутри всё задрожало и разом перевернулось. Совсем незаурядный. Совсем нескучный. И очень-очень интересный, потому что мне не хотелось, чтобы он останавливался. Телефон снова зазвонил, а по внутренней связи прозвучало раздражённое:

— Эрин, куда ты дел девчонку? У нас на неё очередь из семнадцати глав вампирских кланов. Они мне уже все каналы связи оборвали.

Он отстранился от моих губ и, глядя мне в глаза, прорычал начальнику: «Не отдам».

На том конце замолчали. Надолго. У кого-то явно начался и кожный зуд, и зубной скрежет одновременно.

— Слушай, давай договоримся, просто. Мы же должны были её передать. Забрать своих. Там двадцать агентов патруля!

Связь с нашей стороны снова вырубили. Без комментариев. Молча.

— Вы не отправили Кару к штрафникам, — спокойно сказала я, а оборотень кивнул. — Я догадалась об этом, как только ты начал вести допрос. Если у вас моё досье, то про неё вам тоже всё известно.

— Я не отдам тебя вампирам, — тоном, не терпящим возражений, сказал он.

Я развела руками, мол, «ты, конечно, крутой, но не знаешь, о чём говоришь». Это с Карой меня не мог ни взять, ни выследить никто из кровососов. Она — чистильщик. У неё особый дар. А вот если её засадили в крепость — я беззащитна. Эрин ведь не будет со мной нянчиться постоянно. В глубине души оборотень тоже это знал. Встала, подошла к нему вплотную, так, чтобы наши тела соприкоснулись, и вместо слов притянула к себе и поцеловала. Уже сама. Я тоже всегда брала то, что хотела. А сейчас мне хотелось наслаждения, блаженства, глубокой нежности, которая приходит на смену страсти. Хотелось надышаться жизнью, почувствовать себя любимой и желанной женщиной и раствориться в этих ощущениях. Но оборотень не ответил, и в кабинете в одно мгновение стало холодно.

— Я знаю, что ты делаешь, раз сразу обо всём догадалась, — прорычал мужчина, — и понимаю, для чего выводила из себя.

— Ошибаешься, — вздохнула и, блаженно потянувшись, снова уселась на диван. Сейчас, когда жить мне осталось недолго, хотелось получать удовольствие буквально от всего. — Я не надеюсь, что мою защиту ты поставишь выше, чем жизни двадцати ваших агентов-оборотней. Просто хочу в последний раз кайфануть. Вот и всё.

Кажется, оборотень мне не поверил. Зато сказал нечто совсем неожиданное.

— Если бы в комнате для допросов не было ушей, я бы сказал, что в курсе почти каждой вашей вылазки, — его голос был спокоен, но при этом чувствовался какой-то надлом. Как будто ему по — настоящему небезразлична моя судьба. — Сознательно или нет — вы спасли много жизней. Например, предотвратили кровавые распри между мрачными и сумеречными.

Мне было известно то, о чём он говорил, — кланы просто объединились против общего врага. Мы с Карой отлично подошли на эти роли — у мрачных украли меч их главы, а у сумеречных — артефакты рода.

— Там двадцать ваших агентов, а ты — оборотень, — с долей снисхождения сказала я, — мы оба знаем, в этой битве приоритетов, чтобы я не сделала в прошлом, мне не победить. Особенно с вашей правильностью.

Последнее я сказала уже без насмешки. Просто в стае свои законы, а против природы не попрёшь.

— Значит, правильный… — подытожил он, а я вернулась к тем же выводам, что и полчаса назад — красивый, соблазнительный, но не шибко умный. — Не выходи из кабинета.

Улыбнулась. Эрин мне понравился. Было в нём что-то, от чего сердце начинает биться в сотню раз быстрее. И я бы послушалась. Я бы ждала, мечтала и предвкушала встречу, но, как только шум шагов в коридоре стих, распахнула окно. Чего бы не хотела лично я — есть еще семнадцать вампирских кланов Гаарда, где меня, вместе с моим сердцем, очень и очень ждут. Не намерена их разочаровывать.

***

Расплатившись и взяв свой свежесваренный кофе, вышла из кофейни. Ясный солнечный день собрал на улицах много праздношатающихся людей и мало вампиров. Почти все кланы, за некоторым исключением, при свете в город не совались. Проходя мимо одного из тёмных закоулков, в которых обычно случается большинство грабежей и убийств, услышала шёпот из темноты.

— Иди, иди, к нам, девочка. Так томительно ждать ночи.

Призрачные гипнотизируют жертву, зазывают в такие проулки, а дальше пьют и калечат. Убивать в Гаарде официально запрещено. По какой-то иронии, призрачные это правило соблюдают.

— Подождёте, — шикнула я и, махом осушив стаканчик эспрессо, запустила им в темноту.

«Ай», «ой», «дрянь» и «какая ж ты мерзость» — стали усладой для моих ушей.

— Лучше к нам иди, — крикнул вампиреныш из летающих. Он завис под крышей соседнего здания, так чтобы на него не попадал свет, и, с энтузиазмом глядя на меня, распахнул широкие крылья.

— Или к нам, — донеслось из подворотни. Оттуда могли звать только земляные.

Уже молча от стены отделились два силуэта и последовали за мной. Клану сумеречных повезло больше других — могли прятаться в человеческих тенях. С разворота съездила ближайшему в живот. Удар получился слабенький, но ему пришлось спешно ретироваться к другим людям — и моя тень снова стала только моей.

— Слушайте, до вечера еще шесть часов, — в сердцах прокричала я, не обращая внимание на удивлённые взгляды прохожих, — сгиньте к тьме и не обламывайте мне кайф.

К моему удивлению комментариев от клыкастых не последовало. Зато со мной заговорил кое-кто другой.

— Даже не сомневался, что ты это сделаешь, — обернулась и увидела Эрина. В руках он держал новый стаканчик с кофе, который тут же протянул мне. — До вечера я с тобой. — Заявил он и уверенно зашагал вперёд. — Прикрою от дневного патруля. У них ищейки на каждом шагу, а ты теперь желанна не только среди вампиров.

Скептически задрала бровь.

— Желанна говоришь?

— В смысле, у них приказ взять тебя живьём, — невозмутимо бросил оборотень, не прекращая движение.

— Ну, теперь всё звучит куда более однозначно, — сообщила, нагоняя его, и стараясь идти шаг в шаг, — а то, знаешь, после всех этих поцелуев…

Мужчина посмотрел на меня усталым задумчивым взглядом, а потом неожиданно спокойно сказал:

— Можешь расслабиться, ты меня не интересуешь.

Вот это новости. Значит, как затащить меня в свой кабинет — он запросто, а как при свете дня признаться, что оборотня интересует преступница, так мы снова правильные до зубного скрежета. Или это он мне поцелуем рот закрывал, чтобы не доставала? Версия — также не лишённая здравого смысла. Одной из моих отличительных особенностей была взвешенная доставучесть. То есть хочу — достаю, хочу — нет. Если очень надо — лютую и злобствую в доставании до победного. Всё зависит от задачи.

— Тогда мы идём вызволять Кару, — воодушевлённо заявила я, а оборотень от неожиданности остановился. — А что ты думал я сдохнуть собираюсь?

Теперь уже я двинулась вперёд, а Эрину пришлось меня нагонять.

— В управлении ты была в безопасности, — с укором сказал он.

— В управлении любой из ваших псо… — притормозила, внимательно посмотрела на собеседника и всё-таки исправилась, — твоих коллег — мог сдать меня вампирам. У меня есть чуть меньше шести часов, чтобы вытащить Кару или найти себе нового чистильщика.

От последнего передернуло нас обоих. Чистильщики несговорчивы. Работают, чаще всего, в парах друг с другом. Тот факт, что все эти годы меня оберегала Кара — счастливая случайность.

— Кстати, как так вышло? — как будто я озвучивала свои мысли вслух, спросил оборотень.

— В детстве защищала её от нападок одноклассников, — поделилась, поражаясь собственной искренности. — Она не такая как другие. Не высокомерная. Добрая. Пожалуй, только излишне вспыльчивая, но в нашем деле это даже на руку.

— Кстати, о вашем деле… — издалека начал Эрин. — А сколько ты еще планировала зарабатывать на жизнь грабежом?

— Почему планироваЛА? — я рассмеялась. — Вытащим Кару, и я продолжу.

Дорогу, по которой мы шли, внезапно перекрыли две патрульные машины, и выскочившие из неё оборотни в частичной трансформации с удивлением замерли перед нашей парочкой.

— Начальник ждёт девчонку, — прорычал тот, что стоял ближе других, но при этом действовать не спешил.

— Подождёт, — с ленцой ответил Эрин, — я веду расследование.

При этом он схватил меня за руку и решительно потянул за собой в противоположную от патруля сторону. На недоумённые взгляды правильных, заурядных и скучных коллег, уже совершенно неправильный Эрин внимания не обращал.

— Эрин, а расскажи, как так вышло, что оборотень нарушает закон и регламент? — спросила я, когда мы отошли на достаточно приличное расстояние от, по — прежнему стоящих на месте, патрульных.

— Видимо, права была твоя подруга — видишь тебя и сразу жалеть хочется.

— А добить не хочется? — спросила, вспоминая всю цепочку умозаключений Кары при нашем задержании.

— Добить не хочется, — покачал головой Эрин, — вокруг итак для этого полно желающих.

Из темноты согласно захихикали призрачные, а из подворотни — земляные.

— А куда мы, вообще, идём? — решила поинтересоваться я.

— Ко мне, — невозмутимо сказал оборотень, продолжая тянуть меня за собой.

— Значит, совсем не интересую?

— Пока нет, — как-то совсем уклончиво выдохнул он, и мы свернули на ближайшую полупустую улочку.

***

— Ты думаешь я солнечным светом питаюсь? — раздался злой женский голос, как только Эрин провернул ключ в замочной скважине. Не дожидаясь приглашения, ринулась на звук и уже через секунду сжала Кару в своих объятиях. Напарница по-дружески потрепала меня по голове, а потом отставила от себя на вытянутых руках и с интересом начала разглядывать.

— Почти сутки просидела в управлении, — задумчиво протянула она. — Выглядишь неплохо, Эш.

— Два стакана кофе, и мне дали помыться, — ответила, до конца не веря в, так скоро свалившееся мне на голову, счастье. — Что ты здесь делаешь?

Подруга молча указала мне за спину. Оттуда, невозмутимо опёршись о стену, за нами наблюдал Эрин.

— Ты сделал это для меня? — спросила, расширив глаза от удивления.

— Не обольщайся, — припечатала подруга, — у них двадцать агентов в плену у вампиров. А у нас хороший заказ.

Я после этого почему-то облегченно выдохнула. Всё хорошо. Мир прежний. Эрин красивый, соблазнительный и не мой.

***

Шесть часов ушло на разработку плана.

Два на подготовку всего необходимого.

Час на то, чтобы аккурат до рассвета проникнуть к тихим, бесстрашным, мглистым, сумеречным, мрачным и ещё десяти кланам и вытащить оборотней. Мы с Карой взяли на себя бесстрашных и мглистых. Эрин и другие оборотни ночного патруля — остальных.

Нас никому не отдали.

Эрин сказал, что за нас сам хвосты, клыки и лапы всем повыворачивает. Причём и вампирам, и оборотням, если потребуется. Да, с главой ночного патруля все считались. Мы тоже. Поэтому честно выполнили свою часть задачи и ушли. Как обычно. Не прощаясь. Всё-таки мы не были добропорядочными гражданами Гаарда и, патрульных, пусть мы и сослужили им хорошую службу, провоцировать не хотелось.

***

— Ну хоть кто-нибудь руки дайте? — услышала нытьё напарницы из-за стенки. — Ты, уже только на половину клыкастый, давай еще подерёмся, а?

Глава  клана Туманных вампиров, который уже, наверное, лет триста не вспоминал о том, что был рождён человеческой женщиной, прошептал: «Мама».

— Вы, кажется, забыли сообщить мне код от сейфа? — очаровательно улыбаясь, сказала я, а вампир дрожащей рукой вывел на клочке бумаги набор символов.

— А ведь я надеялся, что ты с этим завязала, — обернулась на голос и почувствовала, как сердце сбивается со своего привычного ритма. У входа стоял Эрин и со смесью любопытства и осуждения смотрел на меня. Я же сделала вид, что ничего необычного не происходит. Отвернулась, ощущая, как к щекам приливает кровь, и продолжила вскрывать главную сокровищницу клана Туманных вампиров.

Оборотень подошёл ко мне, и я всем телом почувствовала, какой жар от него исходил, а еще — что очень хочу, чтобы наши руки соприкоснулись. Похоже, он понравился мне даже больше, чем я думала.

— Что же такое интересное для тебя в этих сейфах? — наблюдая за моей работой, спокойно спросил мужчина.

— Всегда что-нибудь новое, и здесь нескучно.

— Ага, интересно, незаурядно… — продолжил за меня Эрин.

— Точно, — согласилась я, а потом услышала заветный щелчок. Дверца резво отскочила, демонстрируя полное отсутствие в сейфе чего-либо любопытного. Повернулась и внимательно посмотрела на главу клана Туманных вампиров. Древний сделал самое невинное из возможных выражений клыкастой физиономии. Начала ощупывать сейф изнутри. — Я не умею махать кулаками, — доверительно поделилась с собравшимися, — но кое-что мне удаётся лучше других.

Пальцы нащупали почти неуловимые границы тайника на правой стенке сейфа, и я позволила себе победную улыбку.

— Арестуйте её, — тут же завопил глава вампиров, видимо, только сейчас сообразив, что Эрин, вообще-то, страж закона.

— При всём уважении, — невозмутимо ответил оборотень, — пока она не делает ничего противозаконного кроме того, что слишком тщательно наглаживает вашу мебель.

— Мою! — истерично взвизгнул древний.

— У вас всё в порядке? — вместе с вошедшей Карой в комнату ворвались стоны и скулёж вампиров-охраны. Глава  Туманных тут же уменьшился, вжался в кресло, на котором сидел, и, по-моему, даже, следуя названию клана, начал слегка рассеиваться.

— Зачем ты его пустила? — кивнув в сторону Эрина, спросила я. Взламывать тайник я при этом не прекратила.

— А ведь я тебя предупреждала, — ответила напарница, только почему-то не мне, а оборотню. — С ней так всегда — вроде дошло, а вроде… — она выразительно развела руками.

— Вы что-нибудь понимаете? — обратилась я к единственному возможному в сложившихся условиях союзнику.

Глава  Туманных вампиров не ответил. Одними глазами он неотрывно следил за Карой и как будто стал рассеиваться ещё сильнее. Утраченное, между прочим, среди его брата умение. Если восстановит, то приобретёт куда больше содержимого любого сейфа.

— Я тебе объясню, — терпеливо, что вообще подруге несвойственно, сказала Кара и уселась в кресло напротив, — всё равно там у меня все уже временно сдохли.

Из-за двери послышались облегчённые выдохи.

— Сдохли, я сказала! — рыкнула напарница, и воцарилась тишина. Девушка удовлетворенно кивнула.

— Итак, Эрин вытащил меня из крепости.

— Чтобы спасти своих друзей-оборотней, — кивнула я, продолжая наощупь искать механизм, вскрывающий тайник.

— Чтобы спасти своих друзей-оборотней, он мог просто отдать им тебя, — парировала подруга.

Посмотрела на Эрина долгим задумчивым взглядом. А когда он ответил тем же, неожиданно смутилась.

— Может, я просто хорошо целуюсь, — ответила, стараясь вернуть голосу былую невозмутимость и спешно возвращаясь к работе.

— Когда успел? — как будто они с оборотнем закадычные друзья, спросила Кара.

— Умоляю… — прошептал глава Туманных вампиров. И так жалобно прошептал, что мы все разом повернулись к нему. На кресле, кроме сгустка тумана, уже никого не было.

Кара присвистнула, а Эрин тут же отправил сигнал в медицинский патруль.

— Ему теперь, скорее, не медики нужны, а маги, — прокомментировала я, а потом счастливо взвизгнула. Палец наконец нащупал нужный участок в стене сейфа, и дверца тайника с мягким пружинистым звуком отскочила.

— Ооо, а ты быстро! — внезапно заявил оборотень и, отодвинув меня в сторону, достал из сейфа пару чёрных конвертов. — Благодарю за сотрудничество с ночным патрулём Гаарда, — и вот мне бы возмутиться, сказать что-нибудь обидное — всё-таки столько работы, но я просто замерла. Тяжело сглотнула. Посмотрела на свои руки, чтобы убедиться — они те же. А вот мурашки, которые всё еще бегают по коже после прикосновения мужчины — новые.

— Кара… — медленно протянула я, в то время как Эрин, бросив «до связи» моей напарнице, скрылся за дверью. — Что ты мне там хотела сказать?

***

После того, как Кара вернулась из крепости прошло четыре недели. Меня снова никто не трогал. Подворотни, крыши, тёмные проулки и даже тени — молчали, а я, не ощущая преследования, могла гулять по городу. День сегодня был ясный, а настроение лёгкое и спокойное, но мысли то и дело возвращались к сказанному Карой у Туманных вампиров. Она с чего-то решила, что я влюбилась. И это в кого? В оборотня?! Да в Эрине было всё, чтобы вскружить голову любой. Но я-то не любая. У меня были правила, принципы. Любимое, в конце концов, интересное, нескучное и совсем-совсем незаурядное дело. А он хоть и не был похож на тех оборотней, кого я встречала раньше, всё равно никак не подходил на роль мужчины, в которого следует влюбляться преступнице.

Кстати, насчёт последнего. Здесь напарница тоже умудрилась сразить меня наповал. Наши знания особенностей вампиров и репутация, которую мы успели у них заслужить, дали нам работу. Много работы! И вся она на правительство Гаарды. И кто для нас так постарался? Тоже Эрин!

Что мы имеем таким образом?

Красивый, соблазнительный, да еще и заботливый? Не бывает! Не существует!

Хотя, все думали, что невидимых вампиров тоже не существует. А один теперь есть — глава клана Туманных. Правда его после того рассеивания в собственном кабинете до сих пор маги по крупинкам собирают, но ведь сумел!

За этими рассуждениями ноги сами привели меня в знакомый проулок рядом с управлением патруля, и я, удивлённо озираясь, замерла посреди улицы.

— Так и будешь стоять или зайдёшь? — послышался насмешливый голос. Повернулась и увидела Эрина. На нём были простые коричневые брюки и белая рубашка, а в руке он сжимал бумажный пакет из ближайшей булочной.

— Удивлена, что тебя интересует что-то помимо работы, — протянула я, отслеживая, как быстро застучало сердце в груди и появилось невероятное желание сказать какую-нибудь гадость.

— Ты про любовь к мучному? Скорее, это тебе, — он улыбнулся и прошёл вперёд, открывая передо мной входную дверь.

— Ты не мог знать, что я приду, — я сама не знала!

— Я же оборотень. Гулял по городу, почувствовал, что ты рядом, — с доброй усмешкой в глазах объяснил мужчина. — Так ты зайдёшь?

— Зайду, — согласилась я и, не дожидаясь повторного приглашения, проскользнула внутрь, — мне нужно кое-что проверить.

— Чай?

— Проверить говорю! — поймала себя на, несвойственном мне обычно, раздражении и осеклась. — Так, садись давай!

Выхватила у него из рук бумажный пакет и толкнула к дивану. Запах любимых с детства шоколадных эклеров, действительно, указывал на то, что лакомство готовилось для меня. Подозрительно посмотрела на Эрина, а он с улыбкой из разряда: «Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь», — на меня.

— И выражение лица смени, — добавила недовольно. Желание ляпнуть какую-нибудь гадость усилилось, но сама гадость на ум никак не шла. Оборотень выглядел прекрасно. Даже в этой простой одежде, посреди своей тёмно-синей гостиной. И смотрел он на меня по — особенному. С какой-то теплотой, нежностью, восхищением. — Слушай, а ты что тоже того?

— Чего того? — не понял он.

— Ну, влюбился?

Мужчина по-доброму рассмеялся.

— А если скажу, что влюбился? — уточнил, хитро прищурив глаза, — не сбежишь?

— Почему это я должна…?

И тут до меня дошло. Все эти «ты мне не интересна» и напускная холодность, с которой он ко мне обращался. Забота, по факту, за моей спиной. Всё правильно. Правильно для того, чтобы я не почувствовала, как дрожат коленки от одной мысли, что это не просто ради удовольствия или минутного кайфа. Я влюбилась. Мне хотелось выпить с ним чай, разделить эти эклеры. Хотелось провести ночь и встретить рассвет. Мне хотелось узнать его. Узнать до способности предугадывать действия и мысли. Почувствовать своим. Близким. Единственно важным. Страх сковал с новой силой, а внутри появился новый порыв — бежать как можно скорей!

— Помнишь, в том клубе, где мы впервые встретились, — неожиданно даже для себя спросила я, — как думаешь, зачем вампирам столько желтка?

Обычно стратегия отвлечения внимания работала на ура, но оборотень от моего вопроса ничуть не смутился.

— У них вроде как феи должны были выступать, пьют перед выступлениями бочками. Для голоса.

Говоря это, он, не отрываясь, смотрел на меня, как будто стараясь отловить малейшие изменения в мимике и жестах.

— Не убегай, — тихо сказал он, а потом так же, не вставая с дивана, взял мою руку и слегка сжал. — Я не хочу ничего рушить, только создать.

И всё! Это была последняя капля. Он не только заботливый, но и отнёсся с пониманием ко всему, что со мной происходит. Ноги подкосились, а я обессилено опустилась на пол.

— Всё уже рушится, — застонала я, кладя голову ему на колени. — Сижу тут, сбежать от тебя не могу. Работаю на правительство.

— Ну а что в этом плохого? — мужчина заботливо погладил меня по волосам. — Скучные до зубного скрежета?

— До кожного зуда, — с напускным недовольством, буркнула я. — Вот чем мне, спрашивается, тебя благодарить? Ты спас меня, Кару, а еще всё это устроил, сделав моё дело из незаконного не то, что законным, — почётным!

— А ещё правильным… — послышался насмешливый голос.

Подняла голову и посмотрела мужчине в глаза. Он улыбался, продолжая одной рукой держать моё запястье, а второй гладить по волосам.

— Заурядный, скучный, неинтересный представитель щенячьего патруля, — прорычала я, с наслаждением отмечая — вот та самая долгожданная гадость.

Глаза мужчины недобро блеснули. Сильные руки в миг оторвали меня от пола, а уже через секунду я оказалась опрокинута на диван.

— Всё, Эш, ты договорилась, — с лица Эрина не сходила хищная улыбка, а мои запястья оказались в капкане его рук. — Хотя если перестанешь нести эту чушь, возможно, я и в этот раз передумаю.

— Не перестану! — выдохнула я, чувствуя, как всё тело охватывает восторженный трепет. Оборотень удовлетворенно улыбнулся и медленно с наслаждением прикоснулся губами к моей шее.

— Надеялся, что ты так скажешь, — шепнул он, — только и я немного слукавил, Эш, я не передумаю.