Глава 36
Ее ресницы дрогнули, а тело неподвижно застыло, словно она внутри тоже переживала свою личную эпопею.
— Женевьева, я приняла твою клятву… — сжав её руку, придала своему голосу большей твердости. — Ты исполнила ее, а теперь свободна. Слышишь? Отныне твоя душа принадлежит только тебе, сестра.
Слова, родившиеся на интуитивном уровне, произвели эффект разорвавшейся бомбы.
Ева всхлипнула, а из её глаз потекли крупные слезы. Она разрыдалась, словно ребенок, будто контролировать эмоции стало для нее непосильным трудом. Вздрогнула, когда заметила, как на ее теле выступают темные вены, что будто качали испорченную кровь, желая от нее избавиться.
Темные магические сгустки потекли по ее коже, растекаясь по полу вокруг нас. Паника, проснувшаяся во мне на инстинктивном уровне, угасла. Где-то глубоко внутри меня жило знание, что так и должно быть. Остатки темной клятвы медленно превращались в пепел, что дрожал на воздухе. Повинуясь порыву, махнула рукой, распахивая окно и наблюдая, как взвились подхваченные потоками ветра магические ошметки и растворились, будто их никогда и не было.
Моя магия стала сильнее…
— Маленькая притворщица, откуда в тебе столько коварства? — изумленно прошептала, порывисто прижав подругу к себе.
— Вспомнила. Ты все вспомнила, — с дикой улыбкой и заплаканным лицом она счастливо посмотрела на меня.
— Не все, урывками, — покачала головой, хмурясь и пытаясь осознать то, что мне открылось из картин прошлого. — Сложно переварить столько воспоминаний…
События из жизни, что оборвалась так рано и так… ярко, действительно с пульсирующей болью врывались в сознание, экстренно ища место в голове, где могли бы прижиться.
Я была и Селестой, и Селеной. Верховной первородной ведьмой и простой ведьмочкой, что всю жизнь считала, будто ее потенциал невелик, и вообще она добрый одуванчик. В одном мы с прошлой мной были похожи — нас обманул один и тот же мужчина… Ни чему-то меня прошлое не научило…
С воспоминаниями возвращалась и магия, что “распечатывал” медальон, сотворенный самой богиней Тьмы и подаренный в качестве главного артефакта ковена первородных при их создании.
— Зачем ты позвонила Киру? — прищурившись, заглянула в глаза… Сибилле. Сейчас это Сиб, а не Ева. А я Селена, что по-прежнему называют Сел. Киррилиан же остался прежним.
— Он должен помочь, если твое новое тело не справится с бурным течением магического потока, что сейчас ломает твой организм, подстраивая под себя. Кое-что из-за своей смерти ты все же пропустила…
Нахмурившись, уже открыла рот, чтобы задать вопрос, как дверь в наш уютный уголок спокойствия слетела с петель, с грохотом ударяясь о стену.
Киррилиан нашел мой взгляд за считанные секунды. Он и его спутник были одеты в черное… Хотя я бы предпочла окрасить их одежду в бурый. Неужели его жизнь тоже ничему не научила?
Глаза мужа наполнились жидким огнём. Казалось, вот-вот и из них посыпятся искры. Темные, испепеляющие за мгновение.
— Я займусь ей, — коротко произнёс пришедший с ним незнакомец и стал медленно приближаться к нам.
Ева подобралась, прячась за мою спину. Вот так фокус… Покосившись на нее, заметила тревогу в глазах.
— Сел, любимая, с тобой все в порядке? Сибилла позвонила и сообщила, что ты потеряла сознание и не приходишь в себя, — мягко заговорил супруг, медленно сделав шаг навстречу, будто на мне был пояс с бомбой, и от любого резкого движения мы могли взлететь на воздух.
Сначала я просто хмыкнула, а затем, не удержавшись, разразилась хохотом, закидывая голову и держась за живот.
— Не трогайте меня, придурка кусок! — завизжала Сибилла, когда незнакомец оторвал ее от меня.
Тот тут же зажал ее рот ладонью в плотной перчатке.
— Вот ты и попалась, — прорычал он ей над ухом.
Кажется, я что-то пропустила не только в той жизни, но и в этой. Или мне кажется?
— Отпусти её, — тихо потребовала я, привыкшая к тому, что этого всегда бывает достаточно. Но меня никто не послушал.
Мужчина потянул подругу на выход, пресекая любые попытки вырваться.
— Я сказала, отпусти её! — на последних словах я вскрикнула. Да так, что все стекла в кабинете разом со звоном вылетели, вынуждая мужчин инстинктивно пригнуться.
Пригнуться пришлось и мне. Но не от страха порезаться, а от молниеносно накатившей слабости, что придавливала к полу. Чертово тело, оно еще не адаптировалось под мощь моей магии!
— Тише, — кинулся ко мне муж, тут же поднимая на руки и прижимая к себе. — Следи за Сибиллой, но не навреди, как бы не хотелось. Сел за неё убьёт, — скомандовал он своему "другу" и понес меня на выход.
Сил на сопротивление становилось все меньше, как и кислорода в легких.
— Ненавижу тебя. Как же я тебя ненавижу… — выдохнула яростно я, уткнувшись носом в черную рубашку, и окончательно провалилась в беспамятство.