Глава 37

(Далекое прошлое)

От роковой ночи миновало тридцать две луны.

Селестия не покидала территории ковена и запрещала себе выходить в открытый лес. Это заметили все приближенные ведьмы, а на лице Первой Верховной, наконец, снова появилось довольное выражение. Она была уверена, что спасла всех. Охотники тоже больше не объявлялись, даруя возможность успокоиться после случившегося на празднике.

Сегодня Вторая Верховная впервые решила выйти за магическую границу и сходить к ручью, у которого в последний раз явила себя Темная Мать. У которого она впервые рыдала, смывая холодной водой кровь с щек и платья. У которого она обещала себе сделать все для любимого.

Ее сердце болело, и течение времени не приносило ни капли облегчения. Ведьма мучилась, что утаила от сестер, что ее возлюбленный оказался охотником. Утаила, насколько сильно полюбила его. Но пройдет время, и все обязательно вернется на круги своя. У первородных жизнь длинная…

Следуя нетоптаной тропой, Вторая Верховная попутно собирала в корзину нужные травы, раздумывая, как сделать Еву столь сильной, чтобы она была подобна первородным и смогла стать Третьей Верховной, что подарит ковену достойную наследницу.

Едва слышный шорох привлек ее внимание, вынуждая вырваться из плена мыслей. В последнее время она стала слишком рассеянной, это однажды может закончиться очень плохо. Когда же ей станет легче?

— Луна моя, наконец-то, — мужские руки скользнули на талию девушки, а бархатный шёпот коснулся чувствительного ушка.

Киррилиан, появившийся за спиной, притянул не сопротивляющуюся ведьму в свои объятия.

Она задрожала от ужаса, понимая, что охотнику удалось застать ее врасплох. Но самая главная причина была не в этом. Она испугалась себя и чувств, что уничтожали, подталкивая к тому, кому от ее руки должна быть дарована лишь смерть. Ни любовь, ни ласка.

— Что ты здесь делаешь? — зло прошипела она, дернувшись.

Венатор не просто хорошо ориентируется в волшебном лесу, он смог отыскать в нем её. Плохой знак. Очень плохой.

Над ухом раздался самодовольный смешок.

— Думала, отпущу тебя? Ты моя, Сел, неужели не понимаешь? Никогда не откажусь от тебя, — самоуверенно произнёс Киррилиан и резко развернул девушку к себе лицом, тут же впиваясь в губы собственническим поцелуем.

Корзинка из рук ведьмы выпала, приземляясь в густую траву у их ног.

— Соскучился, — прошептал он в ее губы, оторвавшись. — Ждал, когда покинешь логово своих темных подружек.

Киррилиан не стал относиться к её семье теплее. За все это время он ни разу не допустил мысли, что её сестры не так плохи, как о них принято рассказывать. Они были для венатора той же тёмной нечистью, от которой стоило избавить и без того неидеальный мир.

— Уходи, — бесцветным голосом произнесла Селестия, не пошевелившись.

Ей хотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть навсегда от понимания, что Киррилиан не отступит. Она обязана наказать его. Если не убить, то покалечить так, чтобы он больше никогда не нашел дорогу к ней. Это понимание с корнем выжигало в ней все хорошее, что успело прорасти за время отношений с ним.

Звук треснувшей ветки где-то позади подстегнул сбросить наваждение, оттолкнуть Кирра и занять боевую позицию, призывая магию.

— Что ты тут делаешь? — растерянно промямлила Селестия, когда перед ними появилась Ева.

Кого она точно не ожидала увидеть, так это кого-то из своих сестер. Лучше бы охотник привел подкрепление, и она сразилась с ними.

Киррилиан тоже напрягся и был готов напасть в любой момент, зная, насколько коварными могут быть “тёмные твари”. Но светловолосая девчонка, что однажды прокляла одного из венаторов, лишь переводила взгляд с мужчины на женщину и о чем-то напряжённо думала.

— Я шла за тобой, сестра, — наконец, ровным тоном отозвалась гостья. — Ты долго не выходила, а в лесу опасно. Ты болеешь дурной болезнью, я знаю. Тебе нужна забота — я буду заботиться о тебе.

— Ты больна? — раздалось обеспокоенное от Киррилиана.

Селестия устало прикрыла глаза. Лучше бы она сегодня осталась спать дома, ведь столько ночей провела в работе без сна, желая скрыться от собственных мыслей. Глупая надежда, что Кирр сдался и уехал из города…

— Она больна любовью к тебе, — неожиданно Женевьева окинула взглядом Киррилиана. — Это отравляет ее, убивает. Ее время на исходе, венатор, — голос стал глубже, отчего напряглись оба.

“Нет, только не это”, — подумала Верховная, подаваясь вперед в попытке отвлечь внимание на себя.

Тьма совершенно точно не случайно выбрала Женевьеву носительницей дара пророчеств. Так или иначе, ей суждено стать частью испытания Второй Верховной ковена первородных ведьм. Селестия подумала об этом, стоило Еве неестественно улыбнуться, а затем с вызовом посмотреть в глаза Киррилиану.

Кажется, до него тоже стало доходить, что ведьма приготовила очередное проклятие-пророчество. Ни секунды больше не медля, он выхватил меч из ножен и замахнулся. Селестия лишь успела вздрогнуть и обернуться. Но лезвие не достигло своей цели. Руки венатора замерли, когда по лесу распространился голос самой молодой из всех ведьм, что он когда-либо видел.

— Ты получишь то, чего желаешь… — пожалуй, в этот момент даже Селестия вскинула брови, но удивление длилось недолго. — Мы с Сел подарим это тебе. Но потеряешь то, о чем мечтаешь. И будешь со-о-отни лет гореть в огне.

В небе внезапно грянул гроб, оглушая. Поднявшийся сильный ветер затрепал кроны густых деревьев, будто тоже хотел выразить свое недовольство. Все внутри Селестии ухнуло вниз, с грохотом разбиваясь на мелкие осколки отчаяния, безысходности и смирения перед волей богини. Она ясно дала понять, что Второй Верховной придется пройти свой урок. И как бы она не старалась спасти Киррилиана, он обречен.

Но ведь Великая мать говорила… Верховная пораженно осела на землю.

— Я просто тебя убью, маленькая тварь, — зло выплюнул Киррилиан и снова двинулся на пророчицу.

— Не причинишь мне вреда, венатор, — сохраняя спокойствие, холодно ответила Ева. — Я — твоя связь с ней, убийца. Убьешь меня — потеряешь Сел навсегда.

Сказав это, она подошла к подруге и крепко обняла ее, ласково погладив по спине.

— Я не смогу с этим жить, Ева. Не смогу, — задыхаясь, прошептала Верховная и ухватилась за пророчицу, как за спасительную соломинку.

— Осталось недолго, родная. Я чувствую, что скоро наши жизни изменятся навсегда. Пока не вижу четкой картины, но точно знаю это.

Но старшую ведьму было уже не обмануть и не успокоить. Она отчетливо чувствовала в речи Женевьевы обман. Девочка знала, что должно было произойти совсем скоро. И то, что она не желала признаваться в этом, да еще и проследовала за Верховной, одарив Киррилиана пророчеством, намекало на то, что у Селестии действительно осталось совсем мало времени. Цепочка событий стала раскручиваться слишком быстро. Еще бы, если уж сама богиня прикладывает к этому руку…

Подавив внутри себя панику и страх, Селестия стерла мокрые дорожки с лица и уверенно поднялась на ноги, разворачиваясь к любимому.

— Уходи как можно дальше и как можно тише, — наконец прошептала она.

— Почему думаешь, что нужно спасать именно меня? — прищурился он, пока его сердце не находило себе места от полученного пророчества. Или все-таки проклятия?

Селестия улыбнулась, но улыбка эта была ядовитой, хищной, темной, как и ее сила.

— Потому что наши отношения — мой урок, Киррилиан. И меня практически невозможно убить. Только если я сама того пожелаю, — многозначительно произнесла она и сделала небольшую паузу, давая время мужчине на переваривание полученной информации. — Я не просто ведьма, Кирр, в моих жилах течет кровь другой расы, не этого мира. Я не человек и не дитя Дьявола. Я — дочь Тьмы, матери сильнейших магических рас во всех измерениях. И моя сила способна уничтожить города и деревни. Как бы ваша братия не считала нас ошибкой природы, они опасаются силы, что им неведома. Мой ковен могущественнее всех тобой встреченных, поверь, Киррилиан. Суть лишь в том, что мы эту силу просто так не применяем. Мы чтим закон равновесия. Но, если ты чего-то не видишь, это вовсе не значит, что этого нет. Именно поэтому ты должен сейчас меня послушаться и уйти. Если выиграем время, возможно, я буду готова к любому повороту событий. И придержи своих фанатичных псов. Знаю, что рыщите в поисках наших территорий, но давай отложим эту войну на время. Сейчас в первую очередь важно сохранить наши жизни. Ты согласен?

Киррилиан коротко кивнул, а в следующую секунду девушка резко развернулась и бросилась прочь. Мужчина так и не успел признаться в том, что одна из просьб любимой уже невыполнима. Только убегающая вслед за подругой Ведающая внезапно обернулась и бросила на него полный презрения взгляд. Она уже все знала.