29 глава

– Я все еще не могу понять, зачем ты это делаешь, – беспокойно прошептала Нина. Откинувшись на высокую спинку сиденья, она внимательно посмотрела на Рейфа, пытаясь увидеть хоть что-то, что позволит ей его понять.

Он сидел в кресле напротив и сосредоточенно читал журнал. Его словно не волновало, что из-за него, а точнее из-за его звонка, рейс был задержан на несколько часов. Что нельзя было сказать о самой Нине. То, что бизнес-джет так легко сменил назначенное время вылета, испугало ее. Власть Рейфа казалось ей безграничной. Безграничной и поистине ужасной для нее самой.

Резкий вздох вырвался из ее груди, и это привлекло внимание Рейфа. Опустив журнал, он хмуро посмотрел на Нину.

– Встреча с моей семьей состоится всего через, – он сделал короткую паузу, чтобы взглянуть на наручные часы, которые всегда носил, – час. Один короткий час. Поэтому прямо сейчас твой вопрос не имеет никакого смысла, – вот так твердо и резко он оборвал все, что она собиралась у него спросить.

Уже по тону его голоса, Нина поняла, что Рейф раздражен. Очень раздражен. Только вот чем именно? Точно не тем, о чем он читал в своем журнале. Хотя кто знает, что может разозлить такого мужчину, как он.

– Мы расстанемся уже меньше чем через год, – затаив дыхание, сказала Нина. Она понимала, что снова и снова ступает на опасную почву, но ничего не могла с собой поделать. – К чему это знакомство? Твои родные даже не успеют, как следует познакомиться со мной.

Рейф отбросил журнал в сторону и резко склонился вперед. Кажется, теперь он был не просто раздражен. Зол. Вот верное слово тому, что отражалось в его глазах, когда он посмотрел на нее.

– Если ты надеешься так быстро избавиться от меня, то можешь распрощаться с этой мыслью, – рявкнул он.

Нина удивленно посмотрела на него. Она могла бы похвалить себя за то, что не отшатнулась назад от такой близости с Рейфом. Вместо этого от волнения, она сжала обитые кожей подлокотники кресла. Кажется, на прежде безупречно гладкой поверхности останутся следы ее ногтей.

– О чем ты говоришь? – с дрожью в голосе спросила она, отбрасывая прочь все остальные мысли.

Рейф оглядел ее со странной усмешкой во взгляде.

– Я не отпущу тебя, – сказал он, покачав головой, – по крайней мере, до тех пор, пока не узнаю, кто настоящий отец этого ребенка.

Неосознанно, Нина одернула руки, скрестив их на животе. Он мог сомневаться сколько угодно, но ведь она знала правду. Ребенок его, без всякого сомнения.

– И что ты собираешься делать, если узнаешь что он твой? – выдавила она, со страхом ожидая ответа.

– То, что должен сделать настоящий отец. Позабочусь о нем, – просто ответил Рейф

От недосказанной фразы, которая так и повисла в воздухе, Нине стало не по себе. Конечно, он был готов заботиться о своем ребенке. Сама она ему не нужна была. Что не удивительно.

– Я хочу размять ноги, – пробормотала она, поднимаясь с кресла. – Надеюсь, ты не против.

Не дожидаясь ответа, она пошла по просторному салону, впервые за весь полет, радуясь уединению частного самолета. Бизнес-джет принадлежал компании Рейфа, а может быть и ему самому. Сейчас Нину это совсем не волновало. Все, что она хотела, это спрятаться в туалете. Кажется, у нее вошло в привычку прятаться в подобных местах.

– Вам что-то нужно?

Нина вздрогнула и отшатнулась в сторону, когда стюардесса внезапно оказалось у нее на пути. Устало вздохнув, она потерла лоб рукой. Как же она устала бояться. Все что происходило с ней, было не правильно. Совершенно не правильно. Никто не должен управлять чужой жизнью, словно она была абсолютно обесценена.

Но ведь это совсем не так. Нина любила свою жизнь. Любила то, чем занималась и то, что сейчас потеряла.

– С вами все в порядке? – теперь уже немного обеспокоенным тоном спросила стюардесса, слегка прикасаясь к плечу Нину, чтобы привлечь ее внимание.

– Да, все отлично, – пробормотала Нина, – Я просто хотела умыться.

Девушка понимающе улыбнулась и указала на ближайшую дверь.

– Я принесу воды вам и мистеру Тернеру.

Стюардесса ушла, а Нина торопливо зашла в туалет, не забыв при этом повернуть дверной замок. Рейф всегда мог зайти за ней. В этом она нисколько не сомневалась.

Открыв кран с водой, Нина торопливо умылась, освежая горящее лицо. Но даже это не помогло. Стоило только взглянуть в зеркало, как она тут же увидела жар на своих щеках. Как всегда после разговора с Рейфом. К этому стоило привыкнуть.

Позволив себе постоять еще немного в благословенной тишине, Нина вздохнула и кивнула своему отражению. Пора возвращаться. Долгое ожидание не было отличительной чертой Рейфа.

Нина открыла дверь, нос, к носу сталкиваясь с мужчиной, который не покидал даже ее мыслей, что уж говорить о реальной жизни. Футболку туго натянулось на его руках, которые он сложил на груди, показывая, что уже слишком долго ждет.

– Что ты здесь делаешь? – даже не удивляясь, поинтересовалась Нина, прислоняясь плечом к двери.

Рейф оглядел ее. Кажется, он старался разглядеть что-то, известное только ему самому.

– Неужели ты думаешь, что я сбегу из туалета прямо посреди полета? – Нина не удержалась от смешка, – подобное даже мне не по силам.

Рейф удивленно посмотрел на нее.

– Впервые слышу, чтобы ты шутила, – заметил он.

– У меня не так много поводов для шуток, – пожала плечами Нина, – Как только ты появился в моей жизни, она стала похожа на фильм ужасов. Такое не веселит.

Обойдя мужчину стороной, она направилась к их местам. Рейф шел за ней, она это ясно чувствовала. Его взгляд просто прожигал ее спину. Как стюардесса и обещала, стакан с холодной водой стоял на столике. Рядом с пустым стаканом. Почему-то Нина была уверена, что там было виски. Запах алкоголя она почувствовала сразу.

Покачав головой, Нина села в свое кресло и взяв стакан, сделала глоток воды. Рейф, мрачный и чем-то очень не довольный, уселся на свое место.

– Что твоя семья знает обо мне? – спросила Нина. Чтобы задать этот вопрос ей понадобилась вся сила и уверенность, которые у нее остались.

– Ничего особенного, – спокойно ответил Рейф, не отводя от нее взгляда, – Только то, что мы собираемся пожениться.

Стакан выпал из внезапно ослабевших рук Нины. Охлажденная вода и кубики льда оказались у нее на коленях, мокрая юбка вмиг прилипла к ногам. Но Нина этого и не заметила. Пусть звон стекла и донесся до ее сознания, она так и не смогла отвести взгляда от Рейфа. Кажется, он что-то говорил, но ей было трудно разобрать хоть слово. Ее словно сковало странное чувство приближающейся опасности. Вполне обычное чувство, которое у нее возникало, когда она оказывалась рядом с Рейфом.

– Нина, посмотри на меня, – рявкнул Рейф, подаваясь вперед. Загнанный взгляд, мелькнувший в красивых глазах, не понравился ему. – Нина?

Понимая, что девушка никак не реагирует и просто молча смотрит на него, Рейф вскочил на ноги и быстро подхватил ее на руки. Мокрая ткань белого платья плотно облепила ее бедра, а осколки стекла захрустели под его собственными туфлями, пока он нес Нину к соседнему креслу.

– Сиди спокойно. Я прикажу убрать осколки, – пробормотал он, оглядываясь на тот беспорядок, который они устроили. – Даже не думай вставать, ясно?

Он попытался выпрямиться, но Нина не позволила. Резко выдохнув, она ухватила его за футболку, сжимая ткань в кулаке. Рейф подался к ней, едва устояв на ногах. Он и не думал, что у нее может быть столько сил.

– Зачем ты так мучаешь меня? – с болью в голосе прошептала она. – Это что еще один изощренный способ меня убить? Мало того что со мной происходит сейчас?

Рейф нахмурился. Его взгляд зацепился за искусанную губу Нина. Если бы он не знал ее, то мог бы подумать, что она действительно страдает. Но, он слишком хорошо знал, какой она может быть. Медленно он взял ее за руку, легко разжимая захват, которым она удерживала его рядом с собой.

– Прекрати устраивать спектакль, – рявкнул он, – Ты выйдешь за меня замуж, после того как подпишешь договор. Очень выгодный для тебя договор, – он запнулся на последнем слове, а затем быстро продолжил, – Мы обсудим это позже. В доме моей семьи.

Не позволив Нине сказать хоть что-нибудь в ответ, Рейф оттолкнул ее от себя. Встав на ноги, он направился к своему креслу, чтобы вызвать стюардессу. Повсюду лежали осколки стекла, но его самого это совсем не беспокоило. Его ботинки были крепкими и надежными. Что нельзя было сказать о тонких туфлях Нины. Что если бы она поранилась? Со злостью чертыхнувшись, он грубо нажал на кнопку, со всей силы вдавливая ее в углубление.

Тяжело дыша, Нина с трудом выпрямилась в кресле. Еще одна уловка, чтобы уничтожить ее. Замуж. Если бы он только понимал, чем шутит. Если для него это было просто, но для нее точно нет. Она никогда не сможет сделать это. Дать себе глупую надежду на семейное счастье, которое потом у нее грубо отберут. Нет, на такое она никогда не согласиться.

– Я не выйду за тебя, Рейф, – прошептала Нина, неловко поднимаясь на ноги. Она не могла отвести взгляда от напряженного лица Рейфа, когда он повернулся к ней. Он услышал ее. В этом она не сомневалась, – я не позволю тебе играть с моей жизнью в свою грязную игру. Только не так. Я была готова согласиться на все. Все условия, которые ты мне предъявил, я выполнила их. Но это уже слишком. Тебе не стоило заходить так далеко.

Быстро отдернув платье, она попыталась обойти Рейфа, но, конечно же, он оказался быстрее. Схватив ее за руку, он притянул к себе и быстро развернул, прижимая спиной к креслу. Нина забилась в его объятьях, пытаясь вырваться. Она не хотела, чтобы он прикасался к ней сейчас. Это причиняло ей только боль, от которой она хотела избавиться. И как можно скорее.

– Отпусти меня, прошу, – взмолилась Нина.

– Ты сделаешь именно так, как я сказал, – вкрадчиво сказал Рейф, склоняясь ближе к ней, – И все это произойдет на глазах моей семьи, так, чтобы они поверили в твою безграничную любовь ко мне.

Нина изумленно посмотрела него, застыв в его крепком захвате. Все становилось еще хуже, чем она могла себе вообразить.

– Ты хочешь обмануть свою семью? – прошептала она, недоуменно хмурясь, – Как ты можешь быть таким бесчувственным?

– Я такой, какой есть, – резко оборвал ее Рейф, – и не тебе меня судить. Это не я работаю шлюхой, а ты. Просто играй, так, как всегда привыкла. Ночью тебе это великолепно удается.

Нина резко втянула в себя воздух. Его слова били ее, словно наотмашь и она ничего не могла ему возразить.

– Ты можешь думать обо мне все, что тебе угодно, – прошептала она, – Но я не выйду за того, кого не люблю. Тем более за тебя.

Рейф рассмеялся. Его пальцы еще сильнее сжались на ее руке, заставляя Нину поморщиться. Короткий рукав платья совсем не защищал, и она была уверена, что следы мужского прикосновения останутся на нее словно клеймо.

– Но это не мешает тебе спать со мной, – насмешливо возразил Рейф, качая головой, – Для этого тебе не обязательно меня любить. Можешь даже ненавидеть меня. Но все будет так, как я хочу.

Рядом с ними кто-то громко откашлялся. Вскрикнув, Нина обернулась, замечая уже знакомую девушку стюардессу. Неужели она все слышала? Краска смущения залила ее лицо.

– Мистер Тернер, – сказала стюардесса, бросив быстрый сочувственный взгляд в сторону Нины, – Вам что-то нужно?

Рейф втянул в себя воздух, чтобы успокоиться. Он сказал многое из того, что совсем не собирался произносить вслух. Это все упрямство Нины, с которым она отвергала его предложение. Проклятье.

Нина снова дернулась в его руках, пытаясь вырваться. Чертыхнувшись, Рейф кинула на осколки у кресла.

– Убери это все. Мне и моей невесте пока нужно освежиться.

Не слушая возражения Нины, он потащил ее в противоположную от туалета сторону. Открыв дверь, он втолкнул ее в спальню, с большой кроватью. Нина тут же отскочила в сторону, потирая руку. Она и не подозревала, что в самолете имелась и такая комната. Но, кажется, деньги решали все.

– Переодевайся, – мрачно бросил Рейф, усаживаясь в кресло, – Ни к чему появляться перед всеми в этом платье.

– Жизнь с тобой хуже тюрьмы, – прошептала Нина, отступая назад.

– Неужели ты так в этом уверена? – спросил Рейф, усмехаясь, – приходилось бывать там?

Нина вздрогнула от довольно очевидного обещания в его голосе. Все как она и думала.

– Я не выйду за тебя, – прошептала она, – Можешь перестать запугивать меня этими злосчастными документами. Сейчас я собственноручно готова унести их в полицию, только бы избавиться от тебя.

Рейф вздохнул, до неприличия громко и насмешливо.

– Ты еще успеешь сделать это. Но немного позже.

– О чем ты? – прошептала Нина. Невольно ее голос задрожал.

– После рождения ребенка, мы с тобой разведемся, – пожал плечами Рейф, – мне нужен только ребенок, если он конечно мой. Жена мне ни к чему. Особенно, такая как ты. Можешь не переживать, ты получишь хорошие деньги за него. Но о ребенке можешь забыть уже сейчас. Тебе никогда не стать ему настоящей матерью.

Нина лихорадочно покачала головой, смахивая с себя туман, который начал застилать ее сознание.

– Это не может быть правдой. Не может. Я не отдам тебе ребенка, – прошептала она, хотя понимала, что ее слова для мужчины всего лишь незначительная мелочь.

– Но и воспитать его не сможешь. Даже если ты откажешься выйти за меня замуж, ты отправишься в тюрьму. Ребенка заберут и передадут мне, как его биологическому отцу. Ни один суд не оставит ребенка со шлюхой и мошенницей, – с особым удовольствием добавил Рейф.

Всхлипнув, Нина зажала рот рукой. Она не могла поверить в то, что слышит. Сейчас она чувствовала себя грязной и униженной. Голова закружилась, а ноги задрожали. Тяжело дыша, она нащупала ручку туалетной двери. Спрятаться. Она должна спрятаться.

– Я, – прошептала Нина, – Я должна уйти.

– Нина, – рявкнул Рейф, вскакивая на ноги, но дверь туалета закрылась прямо у него под носом. Чертыхнувшись, он уже собрался отойти в сторону, как услышал стук падающего тела. Внутри него все похолодело. Не раздумывая, он бросился обратно к двери, налегая на нее всем телом.