Эпилог

- Я думаю, тебе надо ехать на Саммит, - убежденно сказала Татьяна. – В первую очередь, это съезд Верховных. Вас всего-то пятеро на весь мир. Отсутствие одного будет более чем заметно.

- Я же только-только обрёл пару, все поймут, - Андрей увернулся от подушки и сгрёб жену в охапку. – Нельзя поднимать руку, лапу и клык на Верховного, самка! Наказание будет неизбежным и беспощадным!

И наказывал так старательно и горячо, что из спальни они выбрались только через три часа и  потому, что пора было кормить близнецов.

- Матвей прекрасно меня заменит, - продолжил тему мужчина, с умилением наблюдая, как малыши насыщаются.

- А, если будет что-то срочное или важное, что можешь  решить только ты?

- У меня – семья. Это и есть – самое важное. Что же до других важных, но второстепенных дел,  которые могу решить только я, то есть телефон, вотсапп, Скайп и так далее.

- Я вчера беседовала с Антонио,  он договорился с каким-то светилом из наших, из оборотней – тот тебя посмотрит.  Говорит, может быть, ещё не всё потеряно, и ты еще сможешь  стать отцом.

- Таня – у нас трое замечательных щенков, я совершенно счастлив. Зачем куда-то ехать, я же не ящерица, чтобы оторванное  выросло заново.

- Оторванное? – Таня выразительно посмотрела на мужа. – Вот, уж, не сказала бы. По моему мнению, у тебя всё на месте и прекрасно функционирует.

- Образно говоря, оторванное,  - рассмеялся Андрей. – Я знаю, что ты переживаешь за меня, но, поверь – я не просто смирился, я нашел альтернативу и она меня полностью устраивает.  И, раз отец до сих пор не успокоился, то я, тем более, никуда не поеду.

- Почему?

- Пока у него есть надежда. Но после обследования и подтверждения необратимости моего состояния, он её потеряет, а терять надежду весьма болезненно. Расстроенный альфа Диких – это, скажу тебе, серьёзное испытание для окружающих.

- Мы поедем все вместе, - внезапно заявила Татьяна. – Не смотри так – близнецы  прекрасно перенесут дорогу, Стася – тем более. Пора уже деду познакомиться с внуками и невесткой.

- Гм… Стасина школа?

- Андрей, я тебя умоляю! В школе - каникулы!  Мы прекрасно слетаем на твой Саммит,  наконец, пообщаемся  с Антонио  и, вообще, чудесно проведём время. Правда, Станиславу Полонские ждут на каникулы, но мы, наверное, можем и Светлану с собой забрать? Я, знаешь ли,  дальше Никишина, нигде не была, мне хочется мир посмотреть. А тут – такой повод!

Против последнего аргумента Андрею возражать было нечем.

Да, он и сам знал, что Татьяна – это его слабость, отказать ей он ни в чем не мог. Даже удивительно, как редко жена этим пользовалась.

- Я включил в состав делегации Дёмина, - осторожно напомнил он.

- Ну и что? – пожала плечами волчица. – Меня это не волнует.  Я, что думаю, надо взять Катерину и Полину с Вероникой.

- Это – обязательно, - поддержал Андрей, - иначе, мы будем вынуждены всюду таскать щенков с собой.  Няни и присмотрят, пока мы будем заняты, и развлекут. Стасю в Диснейленд свозим, обязательно выберу время. Только, вот ещё – Таня,  мы летим, но никакое обследование я проходить не стану, и даже не уговаривай!

- Хорошо, - вздохнула Татьяна, - когда ты начинаешь строить из себя альфу, то становишься ледяной колючкой. Перестань хмуриться и всех морозить. Улыбнись! Да, уже лучше.

    Нью-Йорк встретил солнцем и морозцем. Снега нет, зато, есть ветер, который пробирает до глубин организма.

Волкам, конечно, не особенно холодно, а люди передвигались ускоренными темпами от старбакса к старбаксу.

Занятая детьми, Татьяна не обратила внимания, каким тоскливым взглядом, украдкой, смотрел на них Кирилл, но это заметил Андрей. Проходя мимо, наклонился и коротко бросил:

- Глаза убрал, если они у тебя не лишние.

Дёмин вздрогнул и весь полет, все девять с лишним часов провел, уткнувшись в иллюминатор.

    Прилетели на два дня раньше, чтобы успеть адаптироваться к смене часовых поясов.

Вечером успели только полюбоваться на Бруклинский мост на фоне заката. А на следующий день пошли на Таймс Сквер.

Татьяна удивилась, что в будний день так много людей, приходилось кое-где даже протискиваться. И прямо под ногами шумело метро, настолько оно было неглубоко.

На углу сорок девятой улицы и Седьмой Авеню, они зашли позавтракать в кафе «Пакс».

Так, необычно – другая страна, другие люди.

Андрей терпеливо переводил ей и надписи и разговоры, и наслаждался видом немного обалдевшей от впечатлений жены.

Луна, как же ему с ней повезло!

После обеда  взяли Стасю и отправились паромом  на Либерти-айленд, смотреть статую Свободы.

Таня не впечатлилась – статуя и статуя, ничего такого, особенного. А Стясе больше понравилась поездка по стылым водам и вид Манхеттена  со стороны.

К вечеру приехал Антонио.

Он долго обнимал сына, хлопал его по плечам и тряс. Было видно – скучал и очень рад видеть. С Таней он поздоровался приветливо и без похлопываний. Обнимая, шепнул на ухо:

- Спасибо, что делаешь Андрея таким счастливым!

И погрузился в детей.

Кто бы мог подумать, что суровый альфа Диких, имеющий пугающую репутацию хладнокровного убийцы, окажется таким внимательным и нежным дедом?

Стася висела на нем гирляндой, Дарья и Игнат не только сразу пошли на руки, но и даже не пытались реветь, находясь в медвежьих объятиях деда.  Оба лежали с довольными лицами, болтали конечностями и улыбались.

Дед с нянями полностью взяли на себя заботу о щенках, и у Тани с Андреем случился второй медовый месяц. Полмесяца, если, быть точнее, но это были чудесные полмесяца.  С удовольствием отправились в поездку, и, с не меньшим удовольствием, вернулись домой.

Клан Григорьева разрастался, Матвей бегал окрылённый и  очень занятый.  Руслан с Романом взяли шефство над Настасьей и регулярно наведывались в Голышево. Теперь у неё всегда был хороший запас дров и продуктов, а дорога и до Каменки и до Дергуньков – расчищена.

- Спасибо, мальчики! – растроганно благодарила женщина. – Те-то годы, как выпадет снег, всё, мы в изоляции, пока паводок не сойдет. На машине не пробиться, а правление трактор редко выделяет, оно себе дороги чистит, ради троих никому не нужных стариков никто и не почешется.

«Мальчики» поводили могучими плечами и смущались:

- Да, мы ничего и не сделали. Так, мелочи, нам не сложно!

                Гон в этом году из-за снежной и морозной зимы начался только в конце марта.

Татьяна ощущала бурление гормонов в теле, чувствовала, как Серая, в нетерпении перебирает лапами и просится на волю.  Первый гон Тани за всю её жизнь.

Андрей как раз вернулся из очередной поездки по кланам Дальнего Востока и Сибири, так что, бег по лесу можно было не откладывать.

Серебристая волчица и тёмно-серый волколак  ушли дальше всех, вглубь территории, где когда-то жил родной клан Матвея.  На излучине реки они провели три дня, возвращаясь на хутор  раз в сутки  ради кормления малышей. Дети уже ели прикорм и  с удовольствием пили заранее сцеженное  в бутылочки молоко. 

Три дня полной свободы, единения с природой. Пара охотилась, бегала взапуски, любила друг друга.  Не гости – хозяева этой земли!

А через месяц Дарья и Игнат отказались от груди.

- Ну, что такое? Вы же голодные! – расстроилась Татьяна, пытаясь накормить маленьких нехочух.

Дети брали грудь, делали пару глотков и выплевывали, разражаясь обиженным рёвом.

- Может быть, ты съела что-то, что испортило вкус? – спросил  Андрей.

- Да, не ела я ничего такого, - огорченно ответила Таня.

- Поехали к врачу! -  Андрей был настроен решительно.

О панике Верховного по малейшему поводу, когда это касалось его семьи, знали все оборотни.

Увидев, кто пожаловал на прием, доктор слегка побледнел – с Волковым не угадаешь. Сначала размажет, потом спросит – был ли повод.

- Дети не едят, - объяснила Таня. – Но оба – очень голодные.

Сердитый рёв близнецов подтверждал слова матери – голодные.

- Давайте посмотрим, - предложил врач, косясь на альфу. – Может быть, папа подождет снаружи?

Андрей вкинул голову, и доктор сразу передумал:

- Впрочем, он никому не помешает. Наоборот, подержит одного из малышей.

С интересом наблюдая, как дети, один за другим, хватают грудь, плюют и ревут, доктор глубокомысленно заключил:

- Дети здоровы. Проблема в молоке. Давайте, я возьму немного, сделаем анализ, выясним,  что с молоком не так. А вы, пока, покормите их смесью, пюре разными.

Анализ молока ничего подозрительного не выявил, но дети, по-прежнему, отказывались от груди и с аппетитом ели всё остальное, что им предлагали.

И, постепенно, молоко пропало.

А через пару недель…

- Андрюш, чем ты, говоришь, болел? – спросила Татьяна утром за завтраком, когда они остались за столом одни.

- Свинкой, - буркнул сразу помрачневший альфа.

- Интересно, как мы его назовём? Свинка или Поросёнок?

- Кого – его? – Андрей даже жевать перестал.

- Кого – пока не знаю, но имей в виду, что в декабре тебе опять придется  перекусывать пуповину. На этот раз, всего  одну и, надеюсь, не 31 декабря.  Гон принёс плоды, папочка.

***

Любовь не может быть по инструкции или методичке, у каждой пары она – своя. Особенная, уникальная, неповторимая, со своим послевкусием, букетом, цветом и крепостью, со своими радостями и горестями, своим волшебством и таинством.

Не надо учиться любить по чужому опыту, смотреть на другие семьи и пары, надо слушать своё сердце и создавать свою собственную сказку!

Счастья, добра, благополучия и любви вашим семьям!