74

Кирилл

— Ты думаешь, это хорошая идея? — спросил я, когда Лена предложила поехать в субботу в Петергоф.

— А почему нет? — удивилась она. — Обещают жару, а там прохладно. В воде подрызгаться можно. Особенно где маленькие фонтанчики обливаются. Надо только захватить, во что их переодеть, чтобы мокрые потом не ходили. Ксюша была там?

— Мы в прошлом году ездили, ей понравилось. Особенно маленький такой, внизу, рядом с Самсоном. Там еще собака по кругу за утками плавает.

— Да, Тиму тоже нравится. Я специально брала мелочь из банки — десять копеек, пятьдесят. Чтобы на собаку и уток бросать. А во дворце вы были?

- Туда летом не попасть. Полдня в очереди стоять. Мы сделали хитро. Поехали зимой с экскурсией. На автобусе.

— Действительно хитро, — кивнула Лена, застегивая молнию на юбке. — Ну так что?

— Ну давай попробуем.

Я согласился, хотя и без особого энтузиазма. Уж больно много было в этом плане скользких мест. Например, как добираться? Ехать вместе или встретиться там? Как отползать в окопы, если что-то пойдет не так?

Наконец, после долгих дебатов, мы пришли к некому консенсусу. Поедем каждый на своей машине, встретимся там. Если что — просто вернемся домой. По крайней мере, будем избавлены от того, что детям придется сидеть бок о бок на обратном пути.

Неделя получилась заполошная, с кучей мелких рабочих проблем, которые приходилось решать оперативно. Поход с Ксю к стоматологу традиционно отожрал у меня несколько недель жизни, потому что после каждого такого визита мне хотелось задушить ее и повеситься самому. Ну, или напиться в хлам. Кстати, миндальное вино, которое привезла Лена, оказалось совершенно невероятным.

— Прости, родная, — сказал я, попробовав, — но я буду пить его один. По ликерной рюмке в часы уныния. Как лекарство.

В пятницу мы встретились днем, и Лена спустила на меня полкана за то, что я не рассказал ей об Ирке и Дарьялове. Хотя та и просила ее этого не делать — не убивать меня за молчание.

— Знаешь, я хоть и рада за нее, но все равно как-то волнуюсь, — сказала она задумчиво. — Сейчас-то от нее искры летят, цветет и пахнет. А если опять получится облом?

— Не надо, — я обнял ее. — Что будет, то и будет. Никто ни от чего не застрахован.

— И мы? — она потерлась макушкой о мой подбородок.

— И мы. Но я очень надеюсь, что у нас все будет хорошо.

Ксю тоже стояла на голове всю неделю. Задавала кучу вопросов про Тима, на половину которых у меня не было ответов. Не вылезала из телефона, читая в интернете про Петергоф и фонтаны: видимо, рассчитывала поразить его эрудицией. Страдала, как лучше причесаться и что надеть. К пятнице у нее едва дым из ушей не валил.

— Успокойся, — просил я ее. — Чем меньше будешь строить из себя что-то эдакое, тем лучше. Представь, что это… ну не знаю, твой одноклассник.

Впрочем, пример получился явно неудачный. Одноклассники по умолчанию заглядывали ей в рот, даже если она говорила страшные глупости.

— А если вдруг пойдет дождь? — доставала она меня. — А если мы с ним друг другу не понравимся?

— Угомонись! — рявкнул я, теряя терпение. — Дождь по прогнозу не обещают. Но если вдруг, поедем в аквапарк. А если не понравитесь… ну не знаю, придется потерпеть. В конце концов, это мы с Леной собираемся пожениться, а не вас с Тимофеем поженить.

— Спасибо и на этом, — надулась Ксю.

— Солнце мое, — я подул ей на макушку. — Давай не будем начинать все сначала. Даже если вы с ним друг другу страшно не понравитесь, это не означает, что мы не поженимся. Будем и дальше встречаться все вместе, ходить куда-нибудь, чтобы вы друг к другу постепенно привыкали и учились общаться мирно.

— Я понимаю, пап, — вздохнула она. — Будем стараться. Ну, я точно буду. Обещаю.

Конечно, я прекрасно знал цену ее обещаниям, но приходилось играть теми картами, которые сданы.

Дорога показалась мне бесконечной. Она и так-то была очень даже неблизкой, а тут еще Ксю сзади без конца ныла. Шорты стоило надеть другие, сандалии некрасивые, жарко, хочется пить, сидеть неудобно — и так до бесконечности. К тому моменту, когда мы добрались и нашли — с огромным трудом! — место для парковки, я проклял эту идею вдоль и поперек.

«Мы у касс!» — пришло сообщение от Лены.

Когда мы с Ксю подошли к кассам, я будто снова оказался на вышке для прыжков, а внизу, где-то страшно далеко, блестела вода.

Ну… с богом!

Лена чмокнула меня в щеку, я протянул руку Тиму. Ксю посмотрела на это, чуть оттопырив губу, и демонстративно полезла обниматься с Леной. Косясь на Тима.

Вот ведь мартышка!

— Так, это Тимофей, это Ксения, будьте знакомы, — представил я их друг другу.

— Привет, — буркнул Тим.

— Привет, — с лисьей улыбкой ответила Ксю.

— Билеты я купила, пошли, — Лена так же демонстративно взяла меня под руку: нравится вам это или нет, поросята, но придется смириться.

Один из законов Мерфи гласит: если что-то может пойти не так, оно пойдет не так. Не успели мы подойти к первому фонтану, Ксю начала вываливать весь свой багаж знаний. Тим вздернул брови, потом сдвинул — и вполне ожидаемо ответил тем же. Ксю растерянно заморгала.

Мда, пожалуй, мне следовало ее предупредить, что умничать — прерогатива Тима. А ей следует восхищенно ахать и охать. Хотя, разумеется, она бы на подобное не согласилась.

Чем дальше, тем становилось только хуже. Нет, они вели себя идеально. Такой утонченной дипломатии позавидовали бы многие взрослые. Но неприязнь сквозила в каждом слове, в каждом жесте и каждом взгляде. Похоже, они невзлюбили друг друга с первого мгновения. Хотя, наверно, готовы к этому были намного раньше. Как только узнали о существовании конкурента.

— Вон туда, вон туда иди, — коварно показывал Тим якобы безопасное направление, пробираясь по камешкам «шутейных» фонтанов. И едва заметно улыбался, когда из-под них вырывались струи, окатывая Ксю с ног до головы.

— Ты левый глаз прикрывай, — лицемерно советовала Ксю, когда они кидали монетки на спины уток. — Так точнее будет.

Тим кидал монетку, зажмурив левый глаз, она летела мимо утки, а Ксю хихикала в кулачок. И с деланной озабоченностью советовала проверить зрение. Тим, до недавнего времени носивший коррекционные очки, стискивал зубы. Похоже, ему хотелось спихнуть Ксю к этим самым уткам.

Я вообще очень любил Петергоф. И не только сами фонтаны, хотя уже одно это было великолепно. Но еще — особый запах водяной пыли, висящую в воздухе едва заметную радугу, хрустящий под ногами влажный песок дорожек. Ощущение, что закроешь глаза и провалишься… в восемнадцатый век — буйный, бурный, пышный.

Но сейчас было точно ни до чего.

— Кошмар! — процедил я сквозь зубы, присев на край фонтана.

Адам за спиной злорадно ухмылялся. Или Ева? Мне было уже все равно. 1439f7c

— Мда… — согласилась Лена, устроившись рядом и наблюдая, как Ксю и Тим пикируются с ядовитыми физиономиями. — Первый блин комом. Давай их по-быстрому где-нибудь накормим и домой поедем. У меня такое чувство, будто полдня картошку копала.

— А я, когда учился, на стройке впахивал. Ямы рыл. Так что да, похоже. Ну хоть не подрались, уже неплохо.

Мы пообедали в небольшом летнем ресторанчике и поднялись обратно в верхнюю часть, туда, где входили.

— Ну что, может, завтра в аквапарк сходим? — предложил я, прощаясь у Буратины.

Лена едва заметно покачала головой, но я сделал вид, что не увидел.

Ты со своей гениальной идеей уже пролетела, дорогая. Так что права голоса временно лишаешься.

— Супер! — одобрил Тимофей.

— Ну… можно и в аквапарк, — кисло согласилась Ксю.