75

Елена

— Мам, она дура и кривляка, — заявил Тим, едва мы отъехали.

— Наверняка она то же самое подумала о тебе, — отбила подачу я. — Вы вели себя одинаково глупо и некрасиво. Как будто специально. Стыдоба!

Тим не ответил. И всю дорогу просидел молча, таращась в телефон. Я чувствовала себя выпотрошенной. И не меньшей дурой. А ведь казалось, что Петергоф — замечательная идея. Впрочем, аквапарк — это было намного глупее.

Дома я развесила мокрую одежду в ванной и там же набрала номер Кирилла. Убедившись предварительно, что Тим в своей комнате уткнулся в планшет с новой стрелялкой.

— Послушай, это не лучшая затея, — я с ходу пошла в атаку. — Ксю не умеет плавать, ты сам говорил.

— Вот как раз и поучить ее можно будет.

Я подумала, что Кирилл разозлился и уперся рогом. Обычно в таких ситуациях соображалка у него временно отключалась. Как и у меня.

— Но вы-то с Тимом как рыбы. Головой подумай сам. Я бы на ее месте чувствовала себя неловко.

— Лен, не наводи панику. Я у нее спросил. Она сказала: все нормально.

— Да? — я с досадой пнула свалившееся с крючка полотенце. — А больше она тебе ничего не сказала?

— Насчет Тима? — уточнил он. — Дословно процитировать? Думаю, не стоит. Если кратко, то он ей не понравился. Как и она ему. Это было очевидно. Вопрос в том, как долго нам придется с этим бороться.

— Кирилл, бороться с этим можно всю оставшуюся жизнь. Без особых успехов. Вопрос в другом. Как научить их азам мирного сосуществования.

— Как научить? В теории — разговаривать. С каждым по отдельности. На практике — встречаться. Вот завтра как раз встретимся.

— Послушай, — я сделала еще одну попытку. — Может, все-таки не аквапарк? Что-нибудь другое? Ну не знаю, например, на Крестовский? На аттракционы?

— Перестань, а? — он явно завелся. — Одна твоя замечательная идея уже пролетела мимо кассы. Отдохни, хорошо?

— Ладно, — обиделась я. — Только потом не говори, что тебя не предупреждали.

— Океюшки… Лен, мы сегодня оба на взводе, так что давай не будем? Пока не поругались.

— Хорошо. Целую. До завтра.

— Мы за вами заедем. Часиков в десять. Пока!

Я отключилась, готовая расплакаться. Потому что ничего хорошего от завтрашнего дня не ждала. И оказалась права на все сто процентов. Нет, на сто сорок шесть.

— Вот что, Тим, — сказала я, когда мы спускались в лифте. — Ксюша плавать не умеет, так что…

— Да?! — перебил он. С таким видом, как будто не уметь плавать — это постыдный диагноз. — А что она вообще умеет?

— Так!.. — я хотела рявкнуть, мол, еще одно слово, и разворачиваемся домой, но вовремя сообразила, что сделаю только хуже. — Мы, кажется, вчера все это обсудили, и ты обещал вести себя прилично.

— Хорошо, — буркнул он.

У парадной я оставила сумку на скамейке с Тимом за сторожа, а сама пошла на стоянку за бустером. А когда вернулась, поняла, что опоздала к началу второй серии. Тим и Ксю стояли у машины надутые, а Кирилл сердито смотрел то на одного, то на другого.

— Проблемы? — поинтересовалась я, поцеловав его. — Здравствуй, Ксюша.

— Нет, — натянуто улыбнулась Ксю. — Никаких проблем. Здравствуйте, Елена.

— Никаких, — так же мрачно подтвердил Тим.

Как они умудрились сцепиться за те несколько минут, пока меня не было, так и осталось тайной. Кирилл пожал плечами и сел за руль. Я пристроила бустер, пристегнула сначала Тима, потом Ксю и поставила между ними сумку — как буфер.

Всю дорогу до «Питерлэнда» в машине висела напряженная тишина, но это все было ерундой по сравнению с тем, что началось в самом аквапарке. С того момента, когда я пошла с Ксю в женскую раздевалку, а Кирилл с Тимом в мужскую. Казалось бы, что тут такого — но нет, судя по виду обоих маленьких паршивцев, это обстоятельство вызвало у них вспышку иррациональной ревности. И понеслось…

— Мам, можно мне на оранжевую? — косясь на Ксю, умоляюще заныл Тим. — С Кириллом?

Из всех взрослых горок только на эту пускали с восьми лет. Но Ксю, с ее неумением плавать, светил всего лишь детский городок с бассейном глубиной по колено и двухметровыми горками. Разумеется, ей было обидно. Именно это я и пыталась накануне безуспешно донести до Кирилла.

— Лен, мы разок, ладно? — Кирилл сейчас выглядел таким же мальчишкой и наверняка скрестил за спиной пальцы — насчет «разка».

— Да делайте вы что хотите, — я махнула рукой и повернулась к Ксю: — Ну их лесом, пойдем по речке поплаваем.

— Хорошо, — вздохнула она.

Мы выловили из бассейна свободные ватрушки и потащили их к «ленивой реке» — каналу с медленным течением, проложенному по периметру аквапарка. Надо было видеть, с каким выражением Ксю поглядывала на Кирилла и Тима, забиравшихся по лестнице на пиратский корабль, от которого вниз спускались все пять горок.

— Елена, можно узнать у вас одну интимную вещь? — в своей обычной трагикомической манере спросила она, когда мы дрейфовали рядышком, любуясь псевдотропическим пейзажем.

— Ну? — я заранее напряглась.

— Скажите, вы… бреете ноги?

— Что? — уж не знаю, чего я ждала, но точно не этого. Ксю умела удивить. Как и ее папаша.

— Ну… Вы такая… южная женщина. И я. Того же типа. А у южных женщин шерсть на ногах. И усы. Мне тоже надо будет как-то с этим бороться.

Я изо всех сил старалась не рассмеяться.

— Ксю, шерсть на ногах не только у южных. Просто у них она темная, поэтому заметнее. И тебе до шерсти еще лет пять как минимум, а может, и больше.

— Надо знать заранее, — категорично заявила она. — Не с папой же мне это обсуждать. Можно с Анной, но лучше, наверно, с вами.

— Обязательно обсудим. Кстати, я думаю, ты можешь обращаться ко мне на ты.

Ксю улыбнулась, но тут же скисла.

— Это здорово, но, наверно, пока не надо.

Я в очередной раз обозвала себя овцой. Ребенку и то понятно, что если она обратится ко мне так прежде, чем Тим перейдет на ты с Кириллом, ничем хорошим это не кончится. Как, впрочем, и обратный вариант.

— Ладно, подождем пока, — кивнула я и подтолкнула ее ватрушку вперед.

Когда Кирилл с Тимом наконец накатались с оранжевой горки, — раз десять, не меньше! — мы все вместе пошли в бассейн с волнами. Но стоило Кириллу в очередной раз начать учить Ксю плавать, Тиму приспичило показать, как он освоил тот самый разворот-сальто. Ксю уже готова была разреветься, но тут, к счастью, включили волну, и я потащила ее прыгать в прибое.

По правде, мне самой хотелось реветь от злости. Наподдать как следует Тиму и немножечко убить Кирилла. Можно было тысячу раз сказать «а я предупреждала», но кому от этого стало бы лучше?

Наконец эта пытка закончилась — мы пошли к выходу. Дети бросали друг на друга ненавидящие взгляды. Кирилл понял, что ступил, и упорно избегал смотреть в мою сторону. От меня разве что током не било. Пока я в раздевалке сушила волосы себе и Ксю, немного успокоилась, но стоило нам оказаться всем вместе, снова начало потряхивать.

— Стойте здесь, — сказал Кирилл, когда мы вышли на улицу. — Я подъеду.

Он отправился за машиной, и тут выяснилось, что моя сумка осталась в камере хранения.

— Постарайтесь не убить друг друга за пять минут, — попросила я. — Сейчас приду.

Но когда вернулась, обнаружила, что холодная война перешла в горячую фазу. Ксю рыдала на весь Приморский район, а Тим стоял поодаль, засунув руки в карманы и грозно насупившись.