10

Водитель, присланный  Марком, привез меня в маленький ресторанчик в районе Монмартра.

Я поблагодарила его и зашла внутрь.

Зал всего на десяток столиков, не больше, полумрак и шепот французского шансона.

Марк увидел меня раньше, а может ему доложил о моем приезде водитель, но он встретил меня почти у самого входа. Я оглядела его и порадовалась тому, что из всего гардероба выбрала простое черное платье длиной чуть ниже колена с рукавами в три четверти и воротником - стойкой. Из чистого хулиганства обула грубые ботинки на тракторной подошве. Мой наряд завершали черная косуха и маленькая бордовая сумка - клатч.

Не скрою, очень хотелось посмотреть на реакцию Марка, когда я появлюсь перед ним в подобном наряде. Но вот чего я не ожидала, так это того, что он тоже будет одет более, чем демократично - темные джинсы и белый хлопковый свитер крупной вязки. А его ботинки по брутальность могли соперничать с моими. Подойдя к нашему столику я заметила  и потертую замшевую куртку, висящую на спинке его стула.

- Привет, - Марк слегка коснулся губами моей щеки. - Выглядишь супер. Не хватает только черных чулок в крупную сетку, они бы завершили твой сегодняшний образ бунтарки.

Кстати сказать, я тоже думала о чулках в сетку, но решила, что для первого свидания (а у нас вроде как свидание) будет перебор.

- У дураков мысли сходятся, - ответила ему.

- Значит, я прав? Ты сегодня бунтарка?

- Ох, Марк, я и сама не знаю.

- Тогда разберемся по ходу дела.

Мы устроились за крошечным столиком и сделали заказ. Официант принес виски, и, когда я удивленно посмотрела на Марка, тот пояснил:

- Кажется, ты не очень любишь вино.

- Не очень. Бо постоянно ругает меня за отсутствие вкуса.

- Бо это…?

- Это друг моей тети. И у него собственная винодельня.

О том, что вино Бо пьют в высшем свете, я скромно промолчала.

- Как прошел твой день? - решила проявить вежливость.

- Как обычно. Много работы, разговоров и нервов, - ответил Марк. - А ты? Пишешь новую книгу?

- Пока только размышляю, о чем она будет.

Нам принесли еду и, дождавшись, когда официант отойдет, я задала вопрос, который вертелся у меня на языке со вчерашнего дня:

- Зачем тебе моя книга?

- В смысле?

- Зачем тебе права на экранизацию моей книги? - переформулировала я свой вопрос.

- Чтобы снять фильм, - просто ответил Марк.

- И ты готовы заплатить такие огромные деньги?

- Не такие уж огромные, учитывая, какую прибыль я рассчитываю получить.

- Ты так уверен, что твой фильм будет иметь успех?

- Да.

- На чем основывается твоя уверенность? Что это, опыт? - продолжила я его допрашивать.

- Нет, с опытом в этом направлении у меня беда. Заняться продюсированием я решил недавно и, если честно, это будет мой  дебют.

- Тогда?

- Анна, перед тем, как сделать предложение о покупке, я изучил не только рынок, но и тебя.

- Меня?!

- Как писательницу, - пояснил Марк. - Я же должен понимать, во что ввязываюсь. Твои книги пользуются хорошим, стабильным спросом. Думаю, никто из поклонников твоего таланта не откажется увидеть героев новой книги на экране. И в связи с этим у меня есть условие.

- Какое?

- Точнее, не совсем условие. Пожелание.

- Так какое же?

- Хочу, чтобы сценарий писала ты, - ответил Марк.

- Да я и не против.

- Отлично. Кстати, я прочитал ее.

- Мою книгу?

- Да.

- И как? - спросила осторожно.

- Это первый роман подобного жанра, прочитанный мной. И, знаешь, мне понравилось. Только один вопрос: почему такой странный финал?

- Ничего не странный, - буркнула я, потому что в свое время вдоволь навоевалась по этому поводу с Виктором.

- Я думал, что жанр предполагает хэппи энд.

- Предполагает, - согласилась я.

- Но твои герои расстаются.

- И что?

- А как же финальный поцелуй на фоне заката? Или восхода? Кольцо с бриллиантом? Тест с двумя полосками?

- Это так важно?

- Разве нет? Разве не для этого пишутся любовные романы?

- Не знаю я, для чего они пишутся. Просто у каждого свое представление о счастье. Для кого-то это финальный поцелуй с кольцом и двумя полосками.

- А для тебя? - живо спросил Марк, не сводя с меня внимательного взгляда.

- Для меня счастливый финал это прежде всего быть в мире с самим собой. Понимаешь, - стала объяснять Марку, - когда я задумывала эту книгу, герои должны были остаться вместе. Но потом, в процессе написания,  поняла - они не были бы счастливы. Есть такие поступки, которые становятся камнем преткновения на всю жизнь, их невозможнее ни забыть, ни простить.

- Поэтому твоя героиня уезжает в другую страну?

- Она начинает новую жизнь.

- А герой остается с нелюбимой невестой?

- Он сам выбрал свой путь.

- Ты планируешь писать продолжение?

- Не знаю, - ответила честно. - Я не могу представить их вместе.

- Это что-то личное? - догадался Марк.

- Не хочу об этом говорить, - ответила прямо. - Лучше расскажи, с чего ты решил заняться продюсированием?

- А почему бы и нет? - Марк охотно перешел на другую тему.

- Поначалу я было подумала, что у тебя есть жена или подруга, которая хочет сниматься в кино.

- Как видишь, ты ошиблась.

- Вот поэтому и спрашиваю: почему кино?

- Пару лет назад я довольно удачно вложился в этот бизнес, потом мой партнер, который вел все дела, решил уйти на покой и оставил меня один на один с компанией. Нужно было или продавать, или нанимать специалиста.

- Но ты решил все сделать сам?

- Не все и не сам. У меня очень крепкая команда профессионалов. Просто вдруг захотелось что-то изменить в жизни. Разве у тебя такого никогда не было?

Невольно вспомнился крутой поворот, который я совершила пять лет назад.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Ты не поверишь, - ответила Марку, - несколько лет назад я жила в Москве и занималась рекламой.

- Да ты что? - удивился он. - И что же, все бросила и уехала?

- Именно так, - подтвердила я. - Все бросила и уехала.

- Но почему?

- Вдруг захотелось что-то изменить в жизни, - повторила я его собственные слова.

- Тогда мы просто два сапога пара, - сделал вывод Марк. - И нам обязательно нужно попробовать.

- Что именно?

- Быть вместе.

А после Марк отпустил машину, и мы пошли гулять. Забрались на холм, обошли Сакре-Кер. На смотровой площадке, любуясь видом, открывшимся на город, я спросила:

- А почему ты не женат?

- А должен? - Марк вскинул брови.

- Ты сам сказал, что тебе не шестнадцать, - напомнила ему.

- Ну, да, - согласился Марк, - не шестнадцать. Но это же не повод, чтобы скоропостижно жениться.

- Почему скоропостижно? - удивилась я такой постановке вопроса.

- Извини, что-то меня не туда занесло. Не беру в голову, - отмахнулся Марк. - На самом деле я был женат. Очень давно, еще в университете. Знаешь, такой студенческий брак - познакомились, быстро поженились, еще быстрее развелись.

- Почему?

- Почему поженились или почему развелись? - спросил Марк.

- Почему поженились понятно - чувства захватили, - ответила я. - А развелись почему?

- Очевидно, чувств хватило ненадолго, - пожал плечами Марк. - Знаешь, это было так давно, даже кажется, что не со мной.

- Но теперь-то ты взрослый, умный мужчина. И до сих пор холост.

- Именно потому, что умный, - хохотнул Марк, а потом сменил  тон: - А если серьезно, то не женат я по одной простой, но очень важной причине: еще не встретил женщину, с которой хотел бы провести всю жизнь.

- Ты не признаешь разводы?

- Признаю. Но, согласись, жениться, держа в голове мысль, что в случае чего, можно и развестись, как-то не очень правильно.

- Согласна. Но ведь у тебя были …. Серьезные отношения?

- Конечно, были. Я же не святой Франциск.

- Видимо, не настолько серьёзные, если о женитьбе речи не заходила, - заметила я.

- Видимо, - спокойно согласился Марк. - Говорят, что женщина в первые же секунды знакомства решает для себя - хочет она быть с этим конкретным мужчиной или нет. И если да, то тут же продумывает всю их совместную жизнь, вплоть до имен их детей. Это так?

- Не знаю, - я пожала плечами. - То есть, я тоже об этом слышала.

- Но?

- Но у меня так не работает. Про других не скажу. У меня нет близких подруг, кроме Полин.

- Ты серьезно? - удивился Марк. - А впрочем, если подумать…

- Подумать о чем?

- Знаешь, я вообще не верю в женскую дружбу, - ответил Марк.

- А в мужскую?

- У меня есть пару хороших приятелей. Мы достаточно близки, но жизнь я бы за них отдавать не стал.

- Может быть, дело в том, что ты не слишком общителен? - предположила я.

- Тогда, получается, что и ты тоже.

Я подумала и согласилась.

- Да, пожалуй, ты прав. Мне вполне хватает тети.

- Вы с ней настолько дружны?

- Она моя единственная близкая родственница.

- Это еще ни о чем не говорит, - возразил Марк. - Взять, к примеру, меня. Мой брат - самый близкий мой родственник, но не сказать, чтобы мы с Сергеем были так уж дружны.

- Его имя Сергей?

- Да. С другой стороны, у нас значительная разница в возрасте.

- Ну, у нас с Полин разница даже больше.

- Да, - согласился Марк. - Не получается у меня подвести общую базу, да?

- Пока не получается. И все-таки, что там с женитьбой? - напомнила ему.

- Да я вроде уже ответил на твой вопрос.

- Странно, что до сих пор не нашлось женщины, способной захомутать такого завидного холостяка, - задумчиво протянула я.

- Может, у меня есть тайные пороки? - предположил Марк.

- Интересно послушать, какие.

- Не на первом же свидании, - укоризненно сказал Марк. - У тебя такой задумчивый вид, словно ты уже сочиняешь  новый роман. Постой! Скажи, что мне показалось, и ты не решила сделать меня героем своей книги!

Я весело рассмеялась.

Марк, улыбаясь, смотрел на меня.

- Что мы все обо мне, да обо мне, - он осторожно заправил мне за ухо выбившуюся из прически прядь волос. – Ты сама-то, почему не замужем?

- Шутить изволите, месье?

- Я совершенно серьезен, - он приложил руку к сердцу, словно в подтверждение своих слов. – Красивая, умная, талантливая. Почему тебя еще не окольцевали?

- Не знаю, - я пожала плечами.

- Неужели не нашлось ни одного достойного мужчины?

- Да вот как-то не случилось такого.

- Куда только они смотрели? Ты уверена, что у этих мужчин не было проблем со зрением?

- Кто ж теперь скажет, что там было.

- Но ты же влюблялась? – спросил Марк.

- Конечно, как и все. Сначала в детском саду, потом в первом классе и так далее.

- Детский сад не считается.

- Ага, - хмыкнула в ответ. – Именно в детском саду к моей маме подошел мальчик и заявил, что когда мы вырастем, то он на мне женится и увезет в Ленинград.

- Почему в Ленинград?

- Не поверишь, до сих пор, как вспоминаю, задаю себе тот же вопрос. Мама тогда не спросила, увы.

- Я так понимаю, что он не сдержал своего обещания, - заметил Марк.

- Правильно понимаешь. Но после детского сада я его и не видела. Даже имени не помню. Кажется, Женя.

- Даже боюсь спрашивать про школу, - пошутил Марк.

- И напрасно. В школе ничего особенного не было, не считая влюбленности в физрука. Он был молодой и очень симпатичный. Правда, не очень умный, но когда это могло остановить четырнадцатилетнюю барышню.

- А потом?

- Потом я была влюблена в известного спортсмена, - ответила с гордостью. –  В баскетболиста. Без взаимности, о моем существовании он попросту не знал.

- Боже, какое у тебя бурное прошлое, - Марк заулыбался. – Я, по сравнению с тобой, просто мальчик из церковного хора.

- Уверена, ты все наверстал уже во взрослой жизни.

- В принципе, да, - не стал он спорить со мной.

- Потом были кавалеры, и влюбленности тоже были. Но как-то замуж мне не хотелось.

- А отец Мари?

- Я же тебе говорила, - напомнила Марку, - он меня бросил. Знаешь, состоятельная семья, выгодная женитьба и все такое прочее. Я не вписывалась в его жизнь.

- Родные были против тебя?

- Не в восторге, уж точно. Но его отец поступил правильно: дал ему самому право решать, с кем быть. Он выбрал не меня. Надеюсь, что не прогадал. Кстати, о его помолвке я узнала от его же отца.

- Даже так?

- Да. Позвонил, назначил встречу и на ней все рассказал, да еще и лично убедиться предложил.

- Ты согласилась?

- Ну, я же не страус, чтобы прятать голову в песок.

- И как ты убедилась?

- Приехала к ним на праздник, увидела его с невестой, он притворился, что мы не знакомы.

- И что сделала?

- А что я могла сделать? Ушла, конечно. Не драться же мне с его невестой. Знаешь, я потом еще разговаривала с его отцом и сестрой.

- Зачем?

- Ну, его семья хотела убедиться, что я не буду лезть в его жизнь. В принципе, их можно понять. Да я и не собиралась, зачем мне это. Тогда вообще было, как в детективе.

- В смысле?

- Семья его невесты наняла каких-то громил, чтобы следить за мной. Представляешь? Я сначала перепугалась до жути, а потом ничего, привыкла.

- Поверить не могу, - Марк покачал головой. – Действительно, как в детективе. Они что же, угрожали тебе?

- Нет, это было бы слишком. Просто следили. Подозревали, что я тайком с ним встречаюсь, ждали, когда появятся  доказательства. Но мы к тому времени уже расстались, так что его будущий тесть выбросил деньги на ветер.

- А его семья? Они об этом знали?

- Я рассказала его отцу. Хотя мне уже было не до разговоров и выяснений.  Я узнала, что жду ребенка, продала все и собиралась уезжать. Кажется, даже билеты купила. Не помню точно, столько времени прошло.

- А когда ты  узнала о ребенке?

- Уже после этой эпической встречи.

- И не сказала?

- А зачем ему? У него своя жизнь, у нас своя.

- Прости, но мне кажется, что мужчина имеет право знать о том, что станет отцом, - осторожно сказал Марк, пристально следя за моей реакцией. - К тому же с той стороны у Мари есть и другие родственники – бабушка с дедушкой.

- Думаю, что ни Ромашке, ни его родителям это, ни на фиг не нужно, - повторила я то, что говорила себе сто тысяч раз.

Ведь раньше я часто думала о том, что лишила дочь не только ее бестолкового отца, но и других родственников.

В конце концов, ничего плохого ни Сергей Карлович, ни его жена мне не сделали. Поначалу я даже представляла себе, что у Машки будут другие родные, кроме нас с Полин. Мы же цивилизованные люди, вполне могли бы общаться. Но потом, после родов, когда мозги окончательно встали на место, я тихо перекрестилась от того, что не сообщила Валишевским о своей беременности. Нет, я не боялась. В сказочку о том, что кто-то заберет у меня дочь, не верила. Понятно, что это было придумано, чтобы я прониклась широтой возможностей семьи Валишевских, и  свалила от них по-тихому. Просто, зачем им знать о Машке? Разошлись, так разошлись. Как я и сказала Марку: у них своя жизнь, у нас своя.

- Ромашка?  Это что за имя такое? – с недоумением спросил Марк.

- Имя как имя. Роман Сергеевич Валишевский.

- Кто?!

Марк, до этого спокойно стоящий, опираясь на парапет, резко развернулся ко мне.

- Роман Сергеевич Валишевский, - повторила я. – Чем ты так удивлен?

Он не спешил отвечать. Достал сигареты, прикурил. Затянулся глубоко и ответил:

- Просто я немного знаю эту семью.