15
Я уже слышала этот голос…
Давно. Кажется, это было много лет назад, в другой стране, в другой жизни.
- Месье Роман, - раздался женский голос, в котором я узнала голос секретаря Марка, - вы же знаете, месье Лурье терпеть не может, когда вы его так называете.
- Тем более, - ответил мужчина весело, - вам стоит передать мои слова дословно!
- И услышать все, что мой начальник думает о вас и обо мне заодно? - спросила Мария. - Нет уж, увольте. К тому же его кабинет занят.
- И кто там?
- Дама.
- О, дядюшка дошел до того, что прячет в своем кабинете любовниц? - продолжил веселиться посетитель.
- Месье Роман!
- Мария, я жажду ее увидеть!
Наверное, с тех самых пор, как я столкнулась с Валишевским в Диснейленде, я была готова ко встрече с ним. Но вот чего не ожидала, так это того, что наша встреча произойдет при таких невероятных обстоятельствах.
Еще до конца не веря в произошедшее, я развернулась в сторону двери и громко произнесла:
- Тогда проходи и насладись.
И тут Роман увидел меня и застыл на пороге соляным столбом, подобно жене библейского Лота.
А в моей голове медленно, но верно складывалась картинка: Марк же говорил о племяннике, о его жене и ребенке, о знакомстве с Валишевскими. Вот, значит, что это за знакомство. И тогда, пять лет назад в Москве, Роман рассказывал о дяде. Он даже имя его называл - Марк. Младший брат его отца. Человек, которого я так близко подпустила не только к себе - к своей семье! Человек, с которым я занималась любовью! Человек, которому я рассказала о дочери! И все это время он так ловко водил меня за нос! Зачем?!
Пока я пыталась успокоить скачущие, словно безумные белки, мысли, Роман так и продолжал изображать статую, а за его спиной маячил секретарь Марка. Она не понимала, что тут происходит, но профессиональное чутье подсказало ей - что-то явно не так.
- Вы не принесете нам еще кофе? - улыбнулась я Марии.
Она тут же взяла себя в руки и сделала бесстрастное лицо.
- Конечно.
Дверь за ней закрылась, оставляя нас с Романом наедине.
- Ты? - наконец выдавил из себя Валишевский.
- Я.
- Но как?
- Что как?
- Как ты здесь оказалась?!
- Приехала на метро, - ответила я предельно спокойно, хотя внутри у меня все кипело.
Я была зла: и на Романа, так некстати оказавшегося родственником Марка, и на Марка, за то, что он так мастерски обманывал меня, и на жизнь в целом, преподнесшую мне такой сомнительной радости сюрприз.
- Ты знакома с Марком? - продолжал допытываться Роман.
- А что здесь такого, - я пожала плечами, прошла от окна к дивану и с удобством устроилась на нем.
Если уж вести беседу с бывшим возлюбленным, то нужно это делать с максимальным комфортом.
- Жизнь полна неожиданностей. Вот ты, как выяснилось, его племянник, - продолжила уже сидя.
- Да, - растерянно согласился Роман, - племянник. Но что ты делаешь в Париже?!
- Живу. Законом это, кстати, не запрещено. А ты здесь какими судьбами?
- Мы…., - замялся Роман, - я прилетел на пару недель.
- С женой и сыном?
- Да…. Но откуда… ты знаешь про сына?
- Марк рассказал.
- Вы говорили обо мне?!
Я смотрела на него и видела, Роман до сих пор в шоковом состоянии от нашей встречи. Сюрприз оказался обоюдным.
- Мы говорили о его племяннике, - пояснила я Роману. - Не о тебе.
- Так ты не знала, что Марк мой дядя? - удивился Роман.
Мне стало смешно - он по-прежнему считает, что мир вертится вокруг его персоны.
- Ты искренне считаешь, что все это время о думала только о тебе? - спросила насмешливо.
- Пять лет, - зачем-то уточнил Роман.
- Пять прекрасных лет без тебя и твоего семейства.
Видимо мой ироничный тон привел Романа в чувство, потому что он довольно лихо вернул мне мою же шпильку:
- Ну, как выяснилось, без моего семейства тебе не обойтись.
Гнев во мне вскипел с новой силой.
Да, откровенно говоря, в чем-то Роман был прав, но мог бы и придержать свой язык, да и мысли заодно. Я уже открыла рот, чтобы достойно ответить на его выпад, как в кабинет вошел Марк. Увидел нас и спросил:
- Что здесь происходит?
Лучше ему было бы задержаться еще на пару минут. Для него лучше, разумеется. Роман был временно забыт, вся моя злость обратилась на Марка. Подлый лжец, вот кто он такой!
- Это я у тебя хочу спросить: что здесь происходит?
Марк посмотрел на меня, потом на Романа.
- Ты здесь какими судьбами?
- У тебя был выключен телефон, - ответил тот. - Я решил заехать.
- Очень вовремя, - пробормотал раздраженно Марк и обратился ко мне: - Это не то, как выглядит на первый взгляд.
- А как это выглядит на первый взгляд? - спросила, поднимаясь с дивана.
- Анна, я могу все объяснить.
- Я хочу услышать ответ только на одни вопрос: зачем?
- Зачем? - переспросил Марк.
- Зачем ты мне лгал?
Марк виновато молчал.
- Ты …, - я с трудом подбирала слова, - ты….
- Анна!
- Я верила тебе! Я тебе доверяла, а ты мне лгал!
- Я не лгал!
- Да? - зло рассмеялась я. - А как еще это можно назвать?!
- Я не говорил всей правды, - ответил Марк.
Серьезно?! Он действительно считает, что его мерзкую ложь можно прикрыть такой формулировкой?!
Я взяла сумочку и направилась к дверям. Остановилась перед Марком, напрочь игнорируя Романа.
- Анна, пожалуйста, - попросил Марк, явно не собираясь отступать.
- Отойди, - твердо сказала я.
- Анна, послушай!
Но я ничего не хотела слышать, не хотела говорить. Да что там! Даже смотреть на Марка было невыносимо.
- Дай мне пройти!
Я сжала в руках сумочку. Если Марк не отойдет с моего пути, я ударю его. Марк прочитал на моем лице решимость сделать по-своему и сделал шаг в сторону.
- Хорошо. Ты успокоишься, и мы поговорим.
- Нет! - почти закричала я в ответ, потом медленно выдохнула и уже спокойнее продолжила, четко выговаривая каждое слово: - Никогда больше не смей приближаться ко мне. Я. Не хочу. Тебя знать!
- Анна, - Марк протянул руку, намереваясь задержать меня.
Я дернулась, будто это была не рука - ядовитая змея.
- Никогда, - повторила с нажимом и добавила, чтобы у него не возникло ни единого сомнения: - Я тебя не прощу!
Марк понял, что меня надо оставить в покое и отступил, демонстративно убрав обе руки за спину. Я дернула на себя ручку двери, когда за спиной раздался голос Романа:
- Аня, подожди. Нам нужно поговорить!
Я не поверила своим ушам. Неужели это сказал Роман? Замерла, придерживая распахнутую дверь, в попытке убедить себя, что у меня начались слуховые галлюцинации. Напрасно. Роман, не дождавшись никакой реакции от меня, продолжил:
- Анют, давай пойдем, кофе попьем.
Он что, шутит? Какой, к черту, кофе?! Где он был, когда я так ждала его звонка? Надеялась, что появится и объяснит все произошедшее какой-нибудь чудовищной ошибкой?! Его не было в моей жизни пять лет, я почти забыла его. И вдруг - пожалуйста, нате вам, нарисовался. Пойдем, попьем кофе! Да еще и «Анюта»!
Кажется, от возмущения у меня из ушей почти что повалил пар. Чтобы не лопнуть от переполняющих меня отрицательных эмоций, я дала себе волю. Каюсь, сорвалась. Но лучше так, чем копить все это дерьмо в себе.
Даже не стараясь сдерживаться, я резко развернулась, подскочила к Роману и изо всех сил стукнула его сумочкой по плечу. Хотела по голове, но не достала, все же Валишевский был выше меня.
Роман, не ожидавший от меня такой прыти, качнутся назад. Хорошо, что не упал. А может, если бы он грохнулся громко и глупо, мне стало бы чуточку легче? Не знаю.
- Аня, - потрясенно пробормотал Роман, видимо, не до конца веря в то, что я его ударила.
- Засунь свои разговоры, знаешь, куда? – прошипела в ответ. – А сверху полей кофе! Чучело!
Уже в приемной услышала обиженный вопрос Романа:
- Нет, ты это слышал?! А почему чучело-то?!
И задумчивый ответ Марка:
- Ей виднее.
Мне надо было успокоится. Подумать, взвесить, что-то решить. Поэтому до дома пошла пешком. Если устану – возьму такси. Безусловно, туфли на высокой шпильке совершенно не предназначены для долгих прогулок, но лучше я испорчу себе обувь и натру ноги, чем буду мочалить свои нервы.
Я злилась. Не на Марка. Пора признаться самой себе – я прекрасно его понимала, и на его бы месте, особенно после моих откровений, тоже предпочла помалкивать или обходиться обтекаемыми фразами.
И даже не на Романа. Чувства к нему давно уже рассеялись. Ну, встретились и встретились. Привет – привет. Как дела, сколько лет – сколько зим. Возможно, при других обстоятельствах я бы даже пошла выпить с Валишевским чашку кофе.
Роман оказался племянником Марка – мужчины, с которым у меня только – только стали завязываться серьезные отношения. Да и это тоже можно было бы пережить. Я так поняла, что Валишевский живет в России, во Франции бывает лишь изредка, а значит, мы могли бы избежать никому ненужных встреч.
Но была еще Маруська. Самый главный человек в моей жизни. Моя доченька, мой цветочек, мое счастье. И я совершенно не собиралась рассказывать о ней Роману. Я не знала, как он отреагирует на известие о том, что у него есть дочь.
Очень может быть, что эта новость ничего в нем не всколыхнет. Но пока существовала хоть малая крупица вероятности того, что Роман примет Мари, я рисковать не собиралась.
Да, это эгоистично с моей стороны. Наверное, нужно было, прежде всего, думать о благополучии ребенка, а не лелеять свою обиду. А родство с семейством Валишевских открыло бы перед Маруськой многие двери, появились бы совершенно новые возможности.
Но в том-то и дело, что я в первую очередь думала о ней. Семья Валишевских богата и известна. Если бы они приняли Маруську, она бы спала на шелковых простынях, вышитых лично Дольче с Габаной и мочилась в золотой унитаз. Но как бы она себя чувствовала рядом с этими людьми? А вдруг, они стали бы ее обижать, унижать или дразнить? И как бы отнеслась к моей девочке законная жена ее отца? Я еще помнила, как в Москве за мной везде таскалась эта сладкая парочка громил.
Так что нет. Нет и нет. Мы уж лучше как-нибудь сами, без бриллиантов размером с куриное яйцо. И я, и Полин на золоте не едим, но и по сточным канавам не валяемся и Мари ни в чем не знает отказа. В пределах разумного, конечно.
В свете всего этого, родство Романа с Марком делало совершенно невозможными наши отношения. Я о Марке, разумеется. Именно эта мысль и сводила меня с ума. Ну что же это за свинство такое?
Я пять лет одна. И вот, когда я встретила интересного мужчину, с которым мне было тепло и комфортно, оказалось, что он дядя отца моей дочери! Да это даже звучит дико, хуже, чем в третьесортной латиноамериканской мелодраме. Мысленно сформулировав проблему, я прям, почувствовала себя какой-нибудь Дикой Розой или Просто Марией, или кто там у них сейчас актуален.
Решив сделать паузу на пути к дому, я устроилась в первом же попавшемся кафе и заказала чашку капучино. Обычно я его не жалую, предпочитаю черный кофе, но тут почувствовала: мне нужен именно капучино, да еще и сладкий. И когда мне принесли большую чашку с пышной пенкой, я недрогнувшей рукой насыпала туда целых две ложки сахара. Размешала и отпила несколько больших глотков.
Сахар сделал свое благое дело – мозги встали на место. Где-то на середине чашки стало очевидно: мне придется выбирать между комфортом и спокойствием Мари и моим романом с Марком Лурье.
Конечно же, речь не шла о ее жизни или здоровье. Возможно, другая мать на моем месте даже не стала заморачиваться на этот счет. Ну, узнает ее бестолковый папаша о существовании дочки, и бог с ним.
Но меня эта ситуация напрягала. Что-то не так было с семьей ее биологического отца. И никакого желания делать Маруську частью клана Валишевских, да еще собственными руками, у меня не было. Но рано или поздно они узнают о моей дочери, если я продолжу отношения с Лурье.
Последний глоток капучино. Похоже, и выбора-то у меня нет. Марк, Марк, был ли у нас шанс? Жаль, но этого я никогда уже не узнаю.