Глава 2

Любоваться на здание офиса в этот раз было некогда — я опоздала почти на полчаса.

Подскочила к охраннику, отметилась и, тихо поздоровавшись с Машей, которая, завидев меня, красноречиво оглянулась на часы, собралась уже проскользнуть к лестнице, как дорогу мне преградил высокий, широкоплечий мужчина в рубашке и при костюме. Спрятав руки в карманы брюк, отчего подогнулись полы его стального цвета пиджака, незнакомец чуть наклонил голову и уставился на меня своими маленькими черными глазками.

— Фамилия!

От его рева я подскочила едва ли не до потолка и, вытаращив глаза, выпалила:

— Сазонова!

— Опаздываешь, Сазонова?!

— Так точно! То есть… Да! Проспала!

— Ясно! — чуть тише гаркнул мужчина и отступил в сторону. — Через пятнадцать минут планерка в конференц-зале. Чтоб там была.

Не знаю, как поднялась по лестнице — ноги стали ватными. Меня чуть кондратий не хватил от воплей этого солдафона. Заглянув в кабинет и убедившись, что Игорь Сергеевич снова где-то носится, я проскользнула на свое место. Глубоко вздохнула и, наконец, смогла поздороваться с настороженно наблюдавшими за мной коллегами.

— Доброе утро.

— Доброе, — эхом отозвалась Марина. — Что-то случилось? Ты бледная, как полотно.

— Да ничего. Я проспала, а меня тут, внизу, встретил какой-то дядька. И… Наорал.

Коллега горько усмехнулась.

— С боевым крещением. Это Алексей Алексеевич — зам Шершня и его лучший друг. И с ним надо быть осторожнее. Крутой мужик. Шершень злой только если не в духе. А этот орет постоянно и по любому поводу, даже если сам не прав. И знаешь, как орет? Со страха умереть можно.

Я нахмурилась.

— И это, вы считаете, нормально?

— Ну, — Марина пожала плечами. — Нормально, не нормально, но что поделать? Они всегда ведут дела вместе. И этот бизнес, и другое… Просто не попадайся ему на глаза. Он вечно задания раздает. Сдохни — но сделай, причем задания вообще не по профилю. Чушь собачья, трата времени и нервов.

— Работай только с Сергеичем — и будет тебе счастье, — просветил меня Коля. — Он у нас…

Про Сергеича я узнать не успела — начальник нашего отдела очень к слову заглянул в кабинет.

— Анечка, солнышко, пойдем на планерку.

— Да, иду! — бойко отозвалась я и, решив не ждать другого удобного случая или, вообще, стукачества, принялась извиняться. — Я сегодня опоздала, чисто случайно, но больше этого…

Игорь Сергеевич, смешно крякнув, махнул рукой.

— Ерунда. С кем не бывает. К работе тоже привыкнуть надо, правильно говорю?

Я кивнула и вышла в коридор. Игорь Сергеевич повел меня в дальний его конец, по пути шепотом посоветовав:

— Ты, если опаздываешь, звони Марине. Она всегда прикроет. Мне-то все равно когда вы приходите и уходите, главное, чтобы работу делали. Но есть у нас блюстители порядка, санитары леса. А вот и они, кстати.

У стеклянных дверей конференц-зала, стояли двое мужчин. В одном я без труда опознала Алексея Алексеевича и, решив не испытывать судьбу, спряталась за спиной Игоря Сергеевича.

— Привет, Леш, — мой непосредственный начальник пожал руку "блюстителя порядка". — Что там по консерватории? Будем работать?

— Будем, — ответил Алексей Алексеевич. — Твоя-то команда справится?

— Ты за мою команду не беспокойся. Ребята у меня хорошие.

— Ну да… Заметил, — с усмешкой ответил Алексей Алексеевич. — Живут по своему распорядку.

— У тебя если какие претензии есть, ты мне лучше их сразу озвучь, в лицо, — сухо попросил Игорь Сергеевич.

— А зачем? — беспечно поинтересовался его собеседник — Я эти вопросы обычно обсуждаю исключительно с начальством.

Игорь Сергеевич, помолчав, отвернулся от зама и обратился ко второму мужчине, стоявшему чуть поодаль и всю перепалку старательно делавшему вид, что сам он ровным счетом ничего не слышит и не понимает.

— Вить, а что у вас со спорткомплексом? Правда, что ли, горел?

Я отвернулась, решив, что эти беседы меня, в общем-то, не касаются, и через стеклянные двери принялась осматривать конференц-зал. Ничего примечательного в этом помещении не было: светлые стены, черный длинный стол, удобные на вид кресла. Во главе стола, на стене, огромный стенд, чуть выше него — телевизор. Комната была глуховая, без окон, и от этого немножко походила на морозильную камеру. Несколько человек уже сидели в креслах. Никого из них я не знала и не встречала раньше. От этого стало неуютно.

Кто следующий на меня наорет?

— Инна Витальевна, свет очей моих! — завопил Игорь Сергеевич. Я обернулась и увидела спешащую к нам по коридору женщину. На вид я не дала бы ей и сорока, но во взгляде у Инны Витальевны была такая вселенская усталость, если не обреченность, что хватило бы и на все пятьдесят.

— Сергеич, отстань, — она глянула на меня, потом в зал. — А босс где?

— Ждем.

— Ясно, — она прошла мимо, очень сухо ответив на приветствие Алексея Алексеевича.

— Это наш главный бухгалтер, — обернувшись, пояснил мне Игорь Сергеевич.

— И главная ведьма, — усмехнулся Алексей Алексеевич. — Аня, а ты от меня спряталась? Не бойся, я пока ругаться не буду.

— А я и не боюсь. У меня свои начальники есть, чтобы ругать.

— Э-э-э, — протянул мой собеседник, явно не ожидавший такого ответа. Додумать свой ему не дал Евгений Александрович. Шершень прошел мимо, поприветствовал всех собравшихся и зашел в зал, сделав знак следовать за ним.

Игорь Сергеевич подтолкнул меня ко входу.

— Тебя представят и отпустят, держись молодцом.

Помявшись немного у стола, я села с краю, рядом с Сергеичем. Работники бюро — руководители отделов — переговаривались вполголоса. Евгений Александрович, оглядев собравшихся, кашлянул и расправил плечи. Все мигом притихли. Шершень кивнул.

— Хорошо… Всем доброго утра и продуктивного дня. У нас сегодня несколько вопросом на повестке, но начнем с самого приятного. Прежде всего, я хочу представить вам нового сотрудника отдела реставрации, — Евгений посмотрел на меня и едва заметно улыбнулся. Или мне снова показалось? — Анна, подойдите, пожалуйста ко мне.

Игорь Сергеевич придержал мое кресло. Я маленькими шажками дошла до босса и, обернувшись, замерла. Мне на защите диплома не было страшно так, как сейчас.

— Вот наша новая коллега, Анна Сазонова. Только из университета, поэтому пока стажер, — Евгений Александрович, шагнув чуть ближе, положил ладонь мне на спину. От его прикосновения в голову ударило так, будто я залпом выпила бокал шампанского. Мне огромного труда стоило не опустить головы и не отвернуться, потому что я, кажется, опять покраснела до ушей.

Кошмар.

— А стажерам можно опаздывать? — покачиваясь в кресле, спросил Алексей Алексеевич. — Вы такое практикуете в своем отделе, Игорь Сергеевич?

— Я в своем отделе практикую работу сутками.

— И самые высокие показатели по прибыли, — вставила Инна Витальевна.

— Ладно, без этого обойдемся, — Евгений Александрович снова кивнул. — Давайте, Аня, я вас быстро со всеми познакомлю и пойдете отрабатывать опоздание, хорошо? Вот и славно.

Стоит ли говорить, что почти никого из управления по именам я не запомнила? После дежурных "очень приятно-взаимно" Евгений Александрович, наконец, убрал руку с моей спины и, отступив, широко и приветливо улыбнулся мне.

— В добрый путь, Анна. Можете идти. Удачного вам дня.

В кабинет я летела, как на крыльях. Хотелось работать, много, продуктивно и эффективно, на него и для него.

Следующие две недели Евгения я не видела вообще.

* * *

— Мне не нравится ваше отношение к работе, — отрезал Алексей Алексеевич.

Я терпеливо вздохнула, а внутри все клокотало от ярости.

Может, потому, что это не моя работа? И я, вообще-то, инженер-проектировщик, а не бухгалтер, который должен считать, как расходы по смете отразятся на прибыли. Разве мои проблемы, что в бухгалтерии этим не хотят заниматься, заявляя, что они сметы не составляют?

При чем тут вообще я?

— Я сделала отчет, как вы просили, — в который раз повторила я. У меня уже челюсть сводило от этой пустой болтовни. — Планируемая выручка и расходы.

— Какие расходы?

— По смете.

— Так кроме сметных есть и другие, — Алексей Алексеевич принялся загибать пальцы. — Аутсорсинг, страхование, услуги сторонних компаний, непосредственно со строительством не связанных,

— Я не занимаюсь вопросами, со строительством не связанными, — резче, чем хотелось бы, ответила я.

Алексей Алексеевич картинно развел руками.

— Я же говорю — не хотите работать. А кто, по-вашему, будет консультировать бухгалтерию в части анализа эффективности…

Я перестала его слушать. Просто стояла и смотрела ему в лоб.

Он меня достал. Достал своими непонятными заданиями, сложными предложениями, которые были такие длинные и витиеватые, что он, кажется, сам забывал, о чем говорил в начале, и к концу его разглагольствования принимали вообще иной смысл. Достал тем, что не понимал или не хотел понимать меня.

Сначала я намекала, потом четко, слово в слово ему сказала, что финансовые аспекты — не моя сфера. У меня куча заданий от Игоря Сергеевича, а я вынуждена тратить большую часть времени на составление отчета, о котором, кроме Алекея Алексеевича никто ничего не знает.

Финиш.

— Вы меня слушаете? — он повысил голос.

Я вздрогнула и кивнула.

— Хорошо! — Алексей Алексеевич прищурился. — Слушайте, а не спите. Я вам очень важные вещи говорю. Кроме меня, вам такого никто не скажет. Евгений Александрович рассматривает вас как специалиста высокого профиля, и вы должны разбираться во всей нашей "кухней". Вот я спрошу вас, какую цену нужно запросить нашему клиенту у заказчика, чтобы строительство принесло прибыль, и вы мне должны ответить. Быстро, четко с доказательствами. Вы меня поняли?

— Да.

Чтоб тебе слон на любимую машину нагадил, самодур недоделанный.

— Идите, — Алексей Алексеевич махнул рукой. — Вечером жду результатов.

Добравшись до своего стола, я бросила отчет поверх бумаг и, упав на стул, схватилась за голову.

— Ань, все нормально? — после долгой паузы спросила Марина.

— Нет, не нормально! — резко выпрямившись, заорала я. — Ни черта не нормально! Я, занимаюсь какой-то ахинеей! Целыми днями! У меня кипа дел не разобранных, а этот… — я шмыгнула носом и, замолчав отвернулась к окну. — Достал.

— А ты с Сергеичем говорила? — спросил после минуты тишина Коля.

— Нет. Алексей Алексеевич сказал, что сам попросил Игоря Сергеевича ему помочь. А Сергеич скинул все на меня.

— Бывает…

— Бывает! Я-то думала в нормальную контору пришла, а тут…

— Может, тебе помочь? — скажи это Марина, я бы прыгала от счастья, но в помощники рвался Николай.

— Нет, спасибо. Сама справлюсь.

Коля пожал плечами и скукожился за ноутбуком. А я допила свой остывший кофе и отправилась в бухгалтерию — искать цифры. Там про расходы клиентов, конечно, ничего не знали. Я начала звонить знакомой девочке-экономисту, но она в строительстве не работала и так и не смогла понять, что мне от неё надо. Тогда я полезла в Интернет и вылезла оттуда поздним вечером с пятью листами непонятных цифр.

Марина и Коля давно ушли. Под бумагами противно звонил телефон.

— Аня, я вас жду, если вы не забыли.

— Уже иду, Алексей Алексеевич.

В коридоре было тихо и пусто. Эхо повторяло стук моих каблуков. Я часто смаргивала — жутко болели глаза, да и устала я в край. Кабинет Алексея Алексеевича находился напротив лестницы, чуть ближе к нам, чем кабинет директора. Я постучала и, вздохнув, вошла.

— Я разве разрешал входить после стука?

— Эм… Нет. Мне выйти?

Зам покачал головой и протянул руку.

— Давайте сюда отчет.

— Я скинула его вам на почту.

— А в принтере что, бумага кончилась?

— Я думала, так будет удобнее.

— Тогда запомните — мне удобнее проверять ваши изыскания на бумаге.

— Ясно.

Алексей Алексеевич, прищурившись, посмотрел на меня. Присесть не предложил, просто взял со стола планшет и стал проверять отчет с него. Меня почему-то затрясло — то ли от злости, то ли от напряжения. А, может, от того и от другого сразу.

— То есть вы всерьез полагаете, что вот эта вот сумма верная? Вы уверены в этой цифре?

— Почти.

— Где вы взяли данные?

— В бухгалтерии, у знакомых, в Интернете.

— В Интернете? — он закатил глаза и, отложив планшет, ударил ладонями по столу. — Так, Анна, вы, кажется, меня не поняли.

И он начал орать. Из его гневной тирады я узнала, что не понимаю свою работу, что обманываю его и директора, что подсовываю непроверенные цифры, что грош цена такому специалисту. И много чего в том же духе.

Я и не думала себя защищать. Стояла и, округлив глаза, смотрела, на кричащего на меня мужчину, совершенно не понимая, в чем же я ему не угодила. Я же, черт возьми, старалась. Я собирала цифру к цифре, ячейку к ячейке, перелопатила ворох информации, угробила столько времени и сил, и все равно оказалась слишком тупой, чтобы его понять. Конечно, из-за его воплей я не слышала как позади меня приоткрылась дверь. Заметила только, что Алексей Алексеевич глянул куда-то мне за спину и, докричав фразу, кивнул.

— Вот, Женя, смотри. Воспитываю новое поколение, которое совсем не хочет работать.

Евгений Александрович прошел мимо. Зам протянул ему руку. Шершень ответил на пожатие и только потом обернулся. Посмотрел на меня и снова перевел взгляд на Алексея Алексеевича.

— В чем дело?

— Да вот, не те цифры мне дают. Смотри, я про тот отчет, который ты хотел видеть, — зам протянул Евгению планшет. Тот мельком глянул на экран и кивнул.

— А что в нем не так?

— Там по расходам приближенные данные, — начала было я, но Алексей Алексеевич меня перебил.

— Да какие приближенные! Они неверные! Непонятно откуда взятые! Как я вам, Анна, могу доверять, если…

— Леш, хватит орать, — тихо произнес Шершень и, развернувшись, прислонился к столу и обратился ко мне. — Аня, Игорь Сергеевич сказал мне, что на перепланировке бального зала Соколовского двора работаете вы. Как там дела?

— Я… Я не успела…

— Пфф, — фыркнул Алексей Алексеевич.

Глаза защипало сильнее. Я готова была расплакаться, и поэтому, уставилась в пол, часто смагривая.

— Почему? — без претензий спросил Евгений.

— Потому что делала отчет.

— Анна, вы должны учиться планировать свое время, — никак не мог успокоиться Алексей Алексеевич. — А вместо этого вы всех подвели. Это же коллективный…

— Да поняла она все, — устало оборвал его Евгений. — Всё, Леш, закрыли тему. Аня, можете идти.

Не поднимая головы, я кивнула, резко развернулась и выскочила из кабинета.

Шли бы они все лесом. Ноги моей тут больше не будет!

Я зашла в отдел, хлопнув дверью, и остановилась у своего стола, чтобы выключить компьютер и взять сумку. Слезы уже текли по щекам, а я кусала губу, чтобы не зареветь в голос. После такой выволочки у меня отпало все желание тут работать. Паши — не паши, старайся — не старайся — обязательно сделают виноватой. Не один, так другой.

— Аня.

Я застыла спиной к двери, прижимая к себе сумку.

— Все хорошо?

— Да, — выдавила я и не смогла сдержать всхлип.

— Вы… Вы плачете, что ли?

— Нет.

Евгений положил руку мне на плечо.

— Посмотрите на меня.

Я молча упрямо тряхнула головой.

— Аня, посмотрите на меня, пожалуйста, — тихо попросил он.

Я сжала губы и резко обернулась. Он оказался так невыносимо близко, что я замерла, смотря на него снизу вверх. Евгений осторожно взял меня за подбородок и заглянул в глаза.

— Плачете… — вздохнув, констатировал он. — Из-за Алексея? Он всегда такой, со всеми. Но без подобных людей нельзя вести бизнес, понимаете?

— Да, — я не могла оторвать взгляд ото льда в его глазах, а он, пользуясь моим оцепенением, осторожно стирал слезы с моей щеки, едва касаясь пальцами кожи.

— Этого больше не повторится. Если что-то не так, сразу обращайся ко мне. И даже не переживай из-за этого отчета. Все будет хорошо. Договорились?

Он ободряюще улыбнулся.

— Да, — эхом ответила я, кажется, забыв все слова, кроме этого.

Евгений отступил назад, продолжая улыбаться.

— До свидания, Аня.

— До свидания, Евгений Александрович.

Он ушел, а я ещё долго стояла посреди кабинета, прижимая к себе сумку и не сводя глаз с двери, вдыхая едва уловимый аромат туалетной воды, который только и напоминал теперь о его недолгом присутствии здесь, рядом со мной.

Стоит ли говорить, что я раздумала увольняться…