Глава 25 · Аня

Как всего одно сообщение может вывести из равновесия и послать к чёрту все планы на спокойный Новый год в кругу прекрасных людей? Одно, чтоб его, сообщение, и уже не замечаешь красоту фонариков, горящих мелкой россыпью под потолком, не слышишь праздничных анекдотов и не думаешь о салатах, издающих божественные ароматы.

Дурацкий Андрей! Кто ещё может написать короткое «Выходи» за четыре минуты до боя курантов?! Без объяснений, без какой-либо предыстории, вообще без всего. Но больше всего злит то, что вместо того, чтобы его послать, я снова бросаю всё и всех и бегу к нему. Толкаю дверь общежития, холод ударяет в лицо и цепкими лапами забирается под одежду. Я специально накинула на себя кофту, а не сходила за курткой, чтобы сразу дать блондину понять – на долгие разговоры я не настроена.

На улице никого, только фонарь возле входа мигает тусклым светом. Даже не верится, что через несколько минут здесь появится много людей, готовых запускать фейерверки. Андрея нет. Это и злит. Я, значит, бросила всё и побежала к нему, а он опаздывает. Согласна, дура и сама виновата, но всё же где его носит.

– Хо-хо-хо, Мери кристмас. – На мои плечи опускаются большие ладони в красных костюмированных варежках.

– Дурак, мы не в Америке.

Я поворачиваюсь, скидывая с себя руки этого клоуна.

– Ну, тогда счастливого Нового года!

На Андрее, помимо варежек, красная шапка-колпак и борода из фикс-прайса. В сочетании с тёмно-коричневой кожаной дублёнкой выглядит экстравагантно.

– Ну, чего тебе?

Я скрещиваю руки на груди, то ли от холода, то ли для того, чтобы придать себе уверенный вид.

Его внезапное проявление совершенно меня обескуражило. Собственно, как и танец в джазовом баре несколько недель назад. Раньше с ним было хотя бы всё ясно. Но после того как я в открытую сказала, что не собираюсь быть во френдзоне, и начала ходить на свидания, поведение Андрея резко изменилось. Не буду лукавить, внутри я втайне ликовала, хоть и старалась не подавать вид.

– Мои тайные помощники донесли мне, что ты в этом году была хорошей девочкой, – продолжает придуриваться Андрей, пародируя голосом Дедушку Мороза. – А хорошим девочкам полагается подарок.

Подарок? А вот это мы любим. Это нам надо. Только вот он что, серьёзно поехал на другой конец Москвы, ещё и в такое время, только чтобы подарить мне подарок? Мог бы и потом подарить.

– Ну? – Стараюсь добавить голосу безразличие, хотя сама сгораю от предвкушения.

– Надо подождать, – отвечает Андрей.

– Чего?

Он достаёт из кармана телефон и разворачивает экраном ко мне.

«С новым годом, дорогие друзья!» – объявляет популярный ведущий, в это же мгновение на экране появляются большие кремлёвские часы и бьют куранты.

– Вот этого, – говорит Андрей, рывком притягивает меня к себе и целует.

Несмотря на минусовую температуру, холода я не чувствую совершенно. Наоборот, кровь внутри, кажется, достигает отметки кипения. Андрей целует нежно, но с напором, и я сдаюсь. Отвечаю, пальцами цепляясь за кожаную ткань его куртки. Схожу с ума от одной только мысли, что мы дышим одним воздухом, что его язык прямо сейчас соприкасается с моим и что сам он мой. Весь мой. Хотя бы сейчас. В воздух взлетают салюты. Внутри меня тоже всё взрывается от фейерверков.

– И что это значит? – Вопрос даётся с трудом, губы всё ещё покалывает от поцелуя.

Куранты замолкли, Новый год наступил, и теперь мы снова стоим друг напротив друга, пытаясь успокоить рваное дыхание. Я всё ещё ощущаю его тёплые обветренные губы поверх своих. И всё ещё не чувствую холода.

– Так сказал же, подарок для хорошей девочки. – Андрей говорит это с улыбкой, жадно всматриваясь в моё лицо. И если, целуя меня, он был нежен, то во взгляде проскальзывает что-то звериное, собственническое. Именно по взгляду я понимаю – больше никакой френдзоны. Но я хочу услышать это от него.

– То есть ты и есть мой подарок? – Я скептически приподнимаю одну бровь.

– А то ты скажешь – не понравился, – довольно ухмыляется парень.

– Но почему?

– Всё сложно, плюшка, и одновременно так просто. Как Новый год встретишь, так его и проведёшь. Так же? И сидя за праздничным столом, я резко понял, что хочу провести этот год с тобой, а не с кем-то другим.

К щекам приливает жар. От этого признания хочется тут же броситься к нему на шею, но вместо этого говорю, немного холодно и серьёзно:

– Уверен?

Я не переживу, если завтра он снова начнёт говорить, что не готов к серьёзным отношениям, что всё это было ошибкой и что я безусловно дорога ему, но как друг.

– На все сто, – отвечает он, не мигая.

И вот тогда уже я первая тянусь к нему и, отодвинув вбок эту дурацкую бороду, целую. Этот поцелуй короче первого, но точно напористее. Я вкладываю в него всё, что копила все эти месяцы: обиду, злость, нежность.

– Ух ты, – удивлённо говорит Андрей, стоит мне разорвать поцелуй. – Мне показалось или ты меня укусила?

Не показалось. Я действительно укусила его.

– Пойдём. – Беру его за руку и тяну к общежитию.

В коридорах пусто, все в комнате отдыха – празднуют за новогодним столом. От этого испытываю облегчение, но вместе с ним и лёгкое разочарование. В глубине души мне хочется, чтобы нас с Андреем увидели вместе. Чтобы все поняли, что отныне мы пара. И чтобы больше ни одна девчонка не вешалась ему на шею.

– Что, вот так сразу решила меня соблазнить? – усмехается Андрей, когда мы останавливаемся возле моей комнаты.

– Куда ты сейчас пойдёшь? Сиди грейся. Ты голоден? Хочешь, можем пойти к ребятам за стол.

– Голоден. – отвечает Андрей, явно имея в виду нечто иное, и, стоит нам перешагнуть за порог, прижимает меня к стене. Из горла вместе со вздохом вырывается тихий стон. Двумя руками Андрей обхватывает моё лицо и целует. Уже не так, как на улице. Жадно, яростно, водя руками по всему моему телу. Комнату наполняют мокрые звуки наших поцелуев, шуршание пальцев по одежде, его и мои тяжёлые вздохи.

– Пойдём. – Он ведёт меня к кровати и сажает к себе на колени. Рывком срываю с него кофту и касаюсь обнажённой груди, скользя вниз по кубикам пресса к продольным мышцам живота. Платье задирается до середины бедра, а ягодицы горят от его обжигающих прикосновений.

Рука Андрея беззастенчиво спускается ниже и, о боги, касается меня прямо там! Инстинктивно подаюсь вперёд, ещё сильнее прижимаясь к нему.

Больше всего на свете я хочу, чтобы эта ночь не кончалась. И в то же время понимаю, что не хочу настолько спешить. Мы стали парой всего пять минут назад, а уже сидим на моей кровати наполовину обнажённые.

– Андрей… – с трудом выговариваю шёпотом. – Я не…

– Знаю, плюшка, – хриплым голосом отвечает Андрей. – Расслабься. Мы просто целуемся, не больше.

Мысленно благодарю его за понимание и снова наклоняюсь к его лицу с поцелуем. Как долго я мечтала о том, чтобы вот так вот касаться его. О том, как буду перебирать между пальцев его светлые мягкие волосы. Как подруга. Как девушка. Любовница.

За дверью раздаются шаги и голоса. Софы и кого-то ещё.

– Прячься!

В панике вскакиваю с Андрея и, схватив с края большой бежевый плед, накрываю им парня.

– Зачем это всё? – протестует Андрей. – Это же Софа. И нам не пятнадцать.

– Ложись! – грозно шиплю я на него.

Всего несколько часов назад я ругалась Софе на него и говорила, что больше не желаю его видеть. Как мне теперь объяснить ей наличие полуголого Андрея в нашей комнате?

Дождавшись, когда Андрей уляжется, тоже плюхаюсь на кровать, создавая видимость того, что лежу на ней одна. Если соседка не включит свет – пронесёт.

Софа открывает дверь и на мгновение помещение озаряется тусклым светом коридорной лампочки.

– Ты чего ушла? – спрашивает она.

– Голова разболелась, решила лечь спать пораньше, – вру я ей.

– Сейчас как? Дать таблетку?

– Нет, спасибо, я уже выпила.

Слава богу, свет Софа всё же не включает. В полутьме скидывает с себя юбку с толстовкой и прямо в нижнем белье ложится на свою кровать, завернувшись в одеяло. Надо всего лишь дождаться, пока она уснёт.

Я фактически лежу на Андрее. Он – всё так же с голым торсом, я – с задранным платьем, а его пах упирается мне прямо в нижнюю часть спины. Блондин бесцеремонно сжимает моё бедро, и из горла вырывается предательский стон.

– Всё в порядке? – спрашивает Софа.

– Да, – говорю я сквозь зубы, пока этот ненормальный языком вырисовывает узоры на моей шее. – Пальцем о спинку ударилась.

Пихаю Андрея локтем вбок. Он сдавленно смеётся, уткнувшись мне в плечо, но прекращает свои домогания.

Наконец Софа отворачивается лицом к стене и вставляет в уши наушники. Прождав ещё пару минут, сдёргиваю плед.

– Скорее!

Андрей встаёт, уже в открытую смеясь. Выталкиваю его к двери, швыряю вдогонку свитер и куртку.

– Жди, сейчас выйду. Вместе такси дождёмся.

– Не надо. Я к Тохе пойду в двести первую.

Он надевает свитер и снова притягивает меня к себе для поцелуя.

– До утра, плюшка, – проговаривает прямо в мои губы и направляется к лифтам.

Возвращаюсь в комнату, Софа лежит в той же позе. Смываю салфетками для макияжа свой новогодний мэйк, снимаю платье и ложусь обратно в кровать.

– Ань, а что Андрей делал в твоей кровати? – неожиданно прилетает вопрос от соседки.

– Как ты…?

– Его ботинки стояли у двери.

– Боже! – свозь подступающую истерику восклицаю я. Утыкаюсь лицом в подушку и, не сдерживаясь, начинаю в голос смеяться.

Не знаю, насколько хорошей я была девочкой в этом году, но своим подарком в новогоднюю ночь я довольна. Распаковала, правда, наполовину, но год только начался, у меня ещё будет время насладиться им сполна.