Глава 28 · Софа

– Что вы делаете, когда вам нужно поймать вдохновение? – оторвавшись от экрана телефона, спрашиваю я сидящих на кровати напротив Ани и Андрея.

Сегодня ровно десятый день с тех пор, как мы начали переписываться с Амиром. Поначалу наше с ним общение в сети казалось мне чем-то странным. Я волновалась каждый раз, когда слышала звук оповещений, обдумывала свои ответы, боясь показаться глупой, переживала, что быстро ему надоем. Но шли дни, а Амир не исчезал: писал первым и довольно часто. Я выдохнула и не заметила, как наше общение из спонтанного переросло в регулярное и даже стало чем-то, без чего я уже не представляю свой день.

– Остаюсь в одиночестве, зажигаю аромасвечи и слушаю музыку, – немного подумав, отвечает Аня.

– Занимаюсь сексом, – отвечает Андрей, за что получает от Ани лёгкий шлепок по коленке.

Аромасвечи, музыка, секс – звучит, конечно, здорово, но всё равно не подходит. Нужно что-то другое.

– А что делаете, если вам прям максимально хреново и вы хотите выйти из этого состояния? – задаю я вопрос чуть иначе.

– Бегаю или убиваю себя в спортзале, – говорит соседка.

– Занимаюсь сексом, – так же отвечает блондин и сразу же перехватывает Анины руки, спасаясь от очередного удара.

– А что? – спрашивает Аня. – Хочешь воскресить к жизни душу нашего мрачного Амира?

– Типа того, – хмуро отвечаю я ей.

Я уже больше часа ломаю голову над тем, как я могу приободрить Амира, но ничего толкового в голову не приходит.

– Подумай, что он любит, – предлагает Аня. – Концерты, выставки, быструю езду, какой-то вид спорта…

– Секс, – продолжает за неё Андрей.

– Да ты достал! – возмущённо восклицает Аня. – Тебе что, четырнадцать? У тебя пубертат?

– Не пубертат, а недо…

– Да поняла я, поняла, – останавливаю я парня. – Пойду… прогуляюсь.

Слезаю с кровати, натягиваю на домашнюю майку толстый свитер с горлом, хватаю из шкафа пуховик и выхожу в прихожую. С тех пор как эти двое наконец начали встречаться, Андрей стал частым гостем в нашей комнате. И пусть иногда его слишком много, я совершенно не против его компании. Аня рядом с ним счастлива, и это главное. Ну и теперь мне не нужно выслушивать её ежедневные возмущения насчёт этого белобрысого. Знал бы Андрей, как только его не называли в этих стенах…

На улице небольшой минус, нос и щёки слегка покалывает от мороза, но ветра нет. Уже на автомате тянусь за телефоном и, зайдя в мессенджер, пишу Амиру.

По совету Амира спускаюсь в метро и выбираю путь до центра. Наверное, если бы не он, я бы не решилась уезжать далеко от общежития и гуляла бы по окрестностям – пока нет надобности ездить в институт, я редко гуляю по центру одна.

Выхожу на Охотном Ряду и, минуя многочисленные новогодние инсталляции, направляюсь к ГУМу. Неподалёку от катка в маленьком ларьке, задекорированном под сказочную избушку, покупаю горячий ароматный трдельник с арахисовой пастой.

В морозном воздухе от каждого вздоха на несколько секунд появляется пар. Жалею, что не надела под брюки утеплённые лосины, но хотя бы руки согревает только что испечённый трдельник. Делаю с ним фото напротив трёхъярусной, горящей огнями карусели и отправляю Амиру с подписью:

Никогда бы не подумала, что буду так радоваться встрече с Амиром, ведь ещё несколько месяцев назад я считала его холодным придурком. Я чувствовала себя самой большой неудачницей из всех возможных, когда на мастерской вытянула карточку с его именем. Какой же я была слепой! Как я тогда не понимала, что мне достался джекпот?

Но вместе с радостью приходит и тревога. Амир приезжает завтра, а я так и не придумала, чем могу ему помочь. Тогда, осенью, после моего разговора с отцом, Амир отвёз меня в писательский городок Переделкино. Этой поездкой он попал прямо в цель, и мне тоже хочется сделать нечто подобное для него.

Трдельник съеден, почти допитый горячий шоколад уже не такой горячий, а над головой загораются первые фонари. Холодно, но возвращаться в общежитие отчего-то совершенно не хочется. Будто, пока я не решила повисший в воздухе вопрос, я не имею на это права. Ноги сами ведут вперёд, и я не замечаю, как останавливаюсь напротив карусели.

– Девушка, едете? – спрашивает меня парень в огромной дутой куртке.

– А? – переспрашиваю его, не до конца понимая вопроса.

– На карусель садитесь?

Собственно, а почему бы и нет. Амир же тоже что-то говорил про карусель. Выкидываю в мусорку пустой стаканчик, покупаю билет и, показав его тому парню, сажусь на красное сиденье, прикреплённое к основному столбу цепями. Играет музыка, карусель загорается тёплыми огоньками, и мои ноги отрываются от земли.

ГУМ, Кремлёвская стена, Красная площадь, Храм Василия Блаженного – всё сливается в один пестрящий цветами хоровод. Снег крупными хлопьями медленно падает на лицо, всего на секунду задерживаясь на коже щёк и губ и чуть дольше на ресницах, прежде чем растаять.

Взгляд цепляется за яркий баннер. Сначала он видится просто пятном, но с каждым новым кругом очертания становятся всё чётче, а заглавные прописные буквы складываются в слова. На последнем круге я уже спокойно считываю каждую строчку афиши, приглашающей москвичей на мероприятие. И, сходя с карусели, я чувствую облегчение. Там, на высоте, я нашла ответ на свой вопрос. Теперь я знаю, куда поведу Амира. Самое забавное, что это он сказал мне прокатиться на карусели, а значит, он, сам того не зная, указал мне путь своего спасения.