Глава 13

— Метр семьс–с–сят, — крикнула медсестра и, шаркая грязно–белыми кожаными шлёпками, пошла за рабочий стол.

— Как метр семьдесят? — Настя удивлённо приоткрыла рот. — Не может быть! В прошлом году вы сказали, что метр семьдесят два!

— Со старостью люди становятся ниже, — не отрываясь от писанины, ответила терапевт, — усыхают.

— Чего? К-какой старостью? — поперхнулась старушка двадцати лет от роду.

— Обыкновенной! А что ты думала, всегда будешь молодой и красивой? Нет, деточка. Рожай скорее лучше, пока организм ещё на что–то способен! С этой учёбой одни старородки, потом дети с отклонениями. Не знают девки своего счастья.

Настя разъярённой фурией вылетела из поликлиники при университете. Ласковое майское солнышко никак не улучшило её настроение, она его просто не заметила. В душе царил настоящий ураган.

«Нафига вообще нам этот профосмотр? Я через месяц защищу диплом, ё-моё! Типа выпустили физически здоровых специалистов, что ли? Ага, со сломанной психикой. Нашли старуху! Ещё и два сэмэ роста скоммуниздили, заразы!»

Последнее обстоятельство расстраивало куда больше. Признаков старости у себя Настя не обнаруживала и чувствовала себя превосходно. Да и дети её пока не интересовали. Даже наоборот.

Маришка, вон, сперва маялась токсикозом и ныла, потом пила молочные шоколадные коктейли, поедая при этом бутерброды с сервелатом, или, что ещё противнее, лопала банановые блины с икрой минтая. И если к нытью за много лет дружбы она привыкла, то новые пищевые привычки подруги поражали своим разнообразием и несочетаемостью. Отчасти из–за этого Настя весьма скептически относилась к счастью «ожидания чуда».

«Зато от медкомиссии её освободили, — вздохнула Настя и тут же мысленно настучала себе по голове: — Тоже мне, нашла чему завидовать».

У корпуса тусовалась группа почти в полном составе. В погожий денёк идти в душную аудиторию раньше времени никому не хотелось. Разговоры в основном были на две темы: «Не могу поверить, что ещё чуть–чуть, и всё» и «Завтра летим в Таиланд».

— Идём в магазин сходим. — Настя взяла Маришку под руку и повела в нужную сторону. Как только они немного отошли от друзей, продолжила, сверкая глазами: — Ты просто не представляешь, что было в Штыковских5 после того, как вы с Сашей уехали.

— А что там было? Мне все взахлёб рассказывали, как круто вы отдохнули, но, судя по твоему лицу, там было что–то ещё… пикантное? — в голосе девушки звучало неприкрытое любопытство и вся она едва не дрожала от нетерпения. Локоть Насти, по крайней мере, сжимала так сильно, что та вынуждена была сделать ей замечание.

— Не томи! — приказала Марина решительно.

— Ну, ты уже знаешь, что мы сняли дом. Там всего несколько комнат, поэтому спали вповалку, как обычно. Сама не знаю, как так вышло, но я попала в спальню. А она крохотная такая, кровать от стены до стены, только у входа маленький клочок пола. Так вот, ну и представь. Погуляли, выпили, естественно. Я завалилась спать. Снится мне сон…

— Эротический? — перебила подругу Марина, не удержавшись от шутки.

— Ага. Но это не важно…

— Как это не важно?! — возмутилась Маришка. — Рассказывай давай! Это же самое интересное!

— Я тогда не успею, у нас консультация преддипломная скоро.

— А ты меньше спорь. Ну?

— Блин, Марина, ну чего ты такая? Это ведь интимное очень. Ты мне тоже не всё про Сашу рассказывала.

— Ничего не знаю! Колись давай! — требовала Марина. — Я тебе и сны рассказывала тоже.

— Тогда давай после консультации в кафе, — сдалась Настя.

— Или ко мне. Блин, как теперь пережить эту консультацию? И самое главное — как вообще воспринимать информацию, если все мысли о твоём сне? С кем он был? С Димой?

— Да что вы все прицепились, в самом деле? Нет, не с Димой! — вспыхнула Настя.

— А с кем?! — неверяще уставилась на подругу Марина, но та в категоричной форме заявила, что ни словечка больше не вымолвит, пока не закончится консультация.

Первая встреча с куратором группы по диплому затянулась. Настя с Мариной шли на красный диплом, поэтому сконцентрировались на занятии полностью, отложив вопросы личной жизни на потом. Но короткую смс от подруги Настя всё же получила: «Я буду тебя пытать!»

Пытки происходили в уютной атмосфере кухни, которую когда–то Марина неудачно «декорировала» варёной сгущёнкой.

— Я буду готовить ужин, а ты рассказывай давай! — Маришка поставила на стол чашку чая с чабрецом, к которому сильно пристрастилась в последнее время, и пододвинула тарелочку с домашним печеньем — овсяным, с орехами и шоколадом.

— Ничего себе ты тут выготавливаешь! — Настя впечатлилась кулинарными подвигами подруги. — Вот она семейная жизнь, да?

— Ну, в какой–то степени. Больше твой Энди Шеф, я там уже чего только ни попробовала с его сайта. Слушай, мне мама тут кое–чего подсказала, я сама даже не замечала и не знала о таком. Саша очень чувствителен к запахам. Это действительно так, он постоянно принюхивается ко мне. В общем, не это важно. У всех людей есть свои такие штуки. Саша любит запахи, а это значит, что дома — ну, и от меня, естественно, — должно всегда хорошо пахнуть. И ты знаешь, работает ведь! Он иногда приходит домой такой раздражённый, открывает дверь, а тут жена–красавица и ароматы потрясающие. Не обязательно ваниль или корица — ну, печёные вкусняхи, я имею в виду, — запах жареного мяса тоже ему приятен, например. Но я специально не жарю рыбу, когда он дома, или не варю креветки. Кому–то на это всё пофиг, а кому–то наоборот.

Настя слушала, едва не открыв рот. Она где–то читала про типы восприятия, только вот никогда не задумывалась, насколько полезными могут оказаться эти знания в быту.

— Обалдеть. А если человек всё на слух воспринимает, то музыку ему включать приятную?

— В твоём случае главное — не петь! — расхохоталась Маринка.

— Не так уж плохо я пою. — Настя сразу же насупилась. — По меньшей мере не хуже тебя!

— Так я и не пою, — справедливо заметила ей подруга. — А ты–то любишь. В общем, держи себя в руках, если вдруг твой мужчина будет — как там правильно это называется? — аудиал. Ладно, мы отвлеклись. Давай про сон и потом новости. Может, тебе винца налить, чтобы не так стеснительно было рассказывать?

— Не, спасибо, я и так скоро сопьюсь. Хорошо, конечно, что мы тусим группой до расставания, но иногда я себя чувствую алкашнёй последней. Даже иногда хочется выпить, понимаешь? Решила ограничивать себя, а то мало ли, вдруг у меня развивается зависимость. И не надо так ржать! — Настя и сама хмыкнула. Но бережёного Бог бережёт. — Ладно, слушай.

— Давай, давай, — поторопила Маришка, не выныривая из недр холодильника, где замерла, выбирая продукты.

Даже лучшей подруге рассказать о настолько интимных моментах из своей жизни Насте было непросто. Но ведь такое случилось! Как здесь смолчать?

— Короче, мы все поели, посидели, хорошо выпили. Дима с Риткой и Ленкой свалили в свою спальню (они с него, кстати, весь вечер не слазили), все давай обсуждать, как и что он там с ними делает, а они — с ним. Ну, сама понимаешь степень откровенности разговора. — Настя шумно выдохнула и сделала глоток чая, собираясь с духом. — Ну, ещё посидели и я ушла спать.

Марина уже вовсю мыла, шинковала, жарила–парила и не сразу поняла, что за тишина воцарилась у неё за спиной. А когда поняла, сощурила глаза и обернулась к подруге, без слов показывая своё отношение к очередной задержке.

— Да сейчас, сейчас. — Настя ещё раз громко вздохнула и перешла к «сладенькому»: — Снится мне сон, будто мы всей группой уехали куда–то далеко–далеко на море — не в Таиланд, если что, а у нас тут, по краю. Витязь или Славянка, не уверена точно. Тусили–отдыхали и под вечер сели на шезлонгах у моря пить и болтать. Потом почему–то резко наступила ночь — ну, как во снах только и бывает, как смена кадра, — и там уже были только мы с Димкой. И вино.

— Подожди, ты же говорила, что сон не с Димкой. — Марина как раз закончила натирать морковь и закинула оставшийся кусочек в рот, поэтому неприлично хрумкала и чавкала. Но возмущение требовало выхода незамедлительно, и следовать этикету она не стала.

— Да меня просто бесит, что вы все нас подозреваете в чём–то! Мы реально просто друзья! — едва не выкрикнула Настя.

— Ну извини! Вы так себя ведёте! Неудивительно, что все думают об одном и том же. Насть, он реально только к тебе так заботливо и нежно относится, это все заметили.

— Да потому что мы дружим! Дружим! Мы ведь и помимо универа общаемся. И я даже не ревную его совершенно, когда он целуется или спит с кем–то, а он спокойно знакомит меня со своими друзьями! Которым я, кстати, очень даже понравилась.

Настя на мгновение замерла. Всё, что она говорила, конечно же, было самой что ни на есть настоящей правдой, вот только на миг промелькнула мысль, так ли она уверена в этом. Тот же Алексей не выходил на связь, хотя, по идее, мог взять у Димы её телефон. Может ли быть такое, что Дима его просто ему не дал? Или, быть может, Лёша надеется встретиться с ней ещё раз, вроде как случайно, в одной компании, а она надумывает плохое о друге?

Кто же виноват, что у них на носу диплом, и ей не до встреч. А ведь и о необходимости писать диплом ей Димка бесконечно напоминал, и тогда, когда она звала его сходить ещё раз в клуб — тоже. Но ведь он прав! Диплом сейчас важнее гулянок.

— Мне ужасно хочется, но я не буду лезть в ваши отношения. Суди сама. — Марина отвернулась к разделочной доске с овощами, но не забыла о беседе: — Продолжай про сон.

— Угу. Значит, уже темно, хоть глаз выколи, ни звёзд тебе, ни луны. Мы сидим на деревянных таких шезлонгах без мягкой подстилки и болтаем. Димка предлагает искупаться нагишом. Я стесняюсь, но он уговаривает в конце концов. В своё оправдание могу сказать, что реально темно было, всё равно ничего не видно.

— Ой, нашла перед кем оправдываться! — захихикала Марина. — Я тебе прощу всё что угодно, так и знай! А такие шалости — это прикольно. Я, может, тоже когда–нибудь с Сашей попробую.

— Короче, он повесил свою футболку на зонт, ну, который у шезлонга стоит. Там обычный деревянный был, как в стародавние времена. Футболка белая, её хоть как–то видно в темноте. Опознавательный знак. Пошли купаться, он весь такой приличный, хиханьки и хаханьки, никаких приставашек. Ну, я расслабилась. Знаешь, будто на самом деле всё произошло! Я такой раскованной и счастливой там себя чувствовала, просто не передать словами. И запахи все чувствовала. Обожаю запах моря!

— Да, да, да, я тоже. Давай уже эротическую часть, — поторопила Маришка в очередной раз.

— Вышли к своему зонту, Димка и говорит, мол, давай обсохнем и потом оденемся, ночь тёплая, лето на дворе. Как ты понимаешь, там, во сне, я не очень владела собой, поэтому согласилась. Мы болтали, потом я стала подмерзать и начала искать своё бельё, как назло чёрного цвета, понимаешь? Оно не находилось, шезлонги стояли очень близко друг к другу, и я голой, пардоньте, задницей зацепила Диму.

— О, — протянула Марина и, бросив все свои кулинарные дела, уселась к Насте за стол, забыв вытереть руки.

— Ну, ясное дело, что он не упустил момент меня пощупать. Я сама не поняла, как он меня усадил к себе на колени и начал целовать. Мне было так хорошо, что просто звездец. Но дальше…

Настя покраснела до кончиков ушей и шумно отпила чай. Марина приблизительно представляла, что мог сделать Дима, чтобы вызвать подобную реакцию у довольно скромной в интимной сфере подруги. Не так давно она и сама постеснялась бы такое сказать, но постоянные отношения и регулярный секс с любимым человеком научили её смотреть на подобные вещи куда проще.

— Он начал целовать тебя… там, внизу? — уточнила она.

— Ыгы, — невразумительно промычала Настя и только после того, как допила весь чай, продолжила: — Это не то, из–за чего я покраснела. Всё ещё круче. Это было в реальной жизни.

— Что? — Марина обалдела. Выдохнув вопрос, она замерла с открытым ртом и, как показалось Насте, даже не дышала.

— Угу. Я проснулась от того, что меня там целуют, — сдавлено призналась Анастасия, спрятав пылающее лицо в ладошках. — Только это был не Димка. Лучше бы это был он.

Марина пыталась что–то сказать, но так и не обрела дар речи.

Некоторое время подруги сидели молча — приходили в себя. Первой обрела способность говорить Настя. Ей безумно хотелось поделиться, хоть и было нестерпимо стыдно. А Маришку она понимала, ведь сама сперва дышать не могла, когда думала о том, что случилось! Кое–как в себя пришла, и то не до конца. И теперь надеялась, что исповедь подруге и её поддержка хоть немного помогут примириться в этой мыслью.

— Представь, я просыпаюсь, вся такая возбуждённая, на мне, как в фильме «Горячие головы» можно было яичницу жарить, честное слово. Во сне мне было дико хорошо, я прямо с ума сходила от желания, но, видимо, в момент оргазма, проснулась. Знаешь, если бы там оказался реально Димка, я бы забила на всё, даже на скотское поведение — ну нельзя же так, без приглашения, — и тупо отдалась бы на месте. Потом, конечно, пожалела бы сто тыщ раз…

— Настя, блин! Кто это был?! — перебила требовательно подруга.

— Вита.

— Оу. — Марина так и замерла с открытым ртом, пытаясь осознать произошедшее.

— Вот именно: оу! Я просто так охренела, что подскочила прямо на кровати. А она мне такая: «Ой, а что такого–то? Тебе ведь понравилось!»

— Я слышала, что иногда сон и явь сливаются. У тебя, по ходу, так и было. Блин, Витка, получается, из этих! Кто бы мог подумать! У неё вроде парень был.

— Ну, может, она би. Короче, я так психанула, перепугалась, убежала в кухню пить чай и успокаиваться. Блин, Мариш, ну согласись, это звездец какой–то! — Настя запустила обе руки в волосы и откинула пряди назад. — Про труселя, ясное дело, даже не вспомнила. Хорошо, что в ночнушке была. Но она ж у меня тоненькая такая, ну, ты знаешь.

— Я так понимаю, на кухне оказался Дима. — Маришка поиграла бровями и, когда Настя кивнула, возбуждённо спросила: — И? Он взял тебя прямо там?

— Дура, что ли? — возмутилась Настя. — Нет, конечно! Я была напугана, а он там стоял и пил водичку. Ну, я чуток напросилась на объятия. Реально напугалась, не надо так на меня смотреть! Мне не нужны поводы, чтобы обнять друга! В общем, я ему всё выпалила, как на духу. И мне за это так стыдно, ты бы знала! Я просто стесняюсь смотреть ему в глаза.

Настя до сих пор не пришла в себя после событий выходного дня и даже при лучшей подруге не могла до конца расслабиться. Ситуация выглядела несколько абсурдно, но всерьёз напугала её. То, что Димке стало известно о подобной неприличности, да ещё и от неё самой, смущало больше всего.

— Не, ну нормально. Мне ты, значит, ничего сказать полдня не могла, всё из тебя клещами тяну, а ему сразу выдала. И без просьб. — Маришка обиделась не на шутку. Гормоны шарашили вовсю, и девушка даже всхлипнула, голубые глаза наполнились слезами, а лицо выражало столь сильную печаль, что Настя раскаялась во всех своих прегрешениях, настоящих и вымышленных, в тот же час.

— Я была в состоянии сильнейшего стресса! — оправдывалась она. — Это не считается! Представь себя на моём месте! Это просто…

— Слушай, а как Дима–то отреагировал на твои признания? — быстро переключилась Маришка. — Ему–то, конечно, такие вещи, наверное, даже видеть доводилось, но всё–таки. Ты ему и про сон сказала? Мне просто интересно.

— Как–как отреагировал? — Настя посмотрела вверх, припоминая. — Ну, его немного возбудила эта мысль. Сама понимаешь. Но вообще он сказал не заморачиваться, катастрофы не произошло. Про сон сказала, да. Он и утешал меня, говорил, что моё возбуждение — это, по сути, его заслуга, а то, что творила Витка, — так, фигня, и я могу спать спокойно, так как женщины меня не возбуждают. И типа я могу представить, что это он был, а не Вита, чтобы как–то справиться с этой мыслью.

— Хе–хе–хе, неужели и не предложил свои услуги по «замещению воспоминаний»? — ехидно уточнила Маришка, прекрасно зная одногруппника.

— Шутишь? Предложил, конечно! И не раз! — рассмеялась, наконец, напряжённая до безумия Настя. — На следующий день он постоянно крутился рядом со мной и приглядывал за Виткой. Она была за рулём, как оказалось, предложила мне поехать домой вместе. Видимо, поговорить хотела. Так ты бы видела Димку! Он чуть ядом не поперхнулся, но промолчал, не стал меня сдавать. Конечно, домой я поехала с ним. Димка молодец, всю дорогу развлекал меня всякой фигнёй и к теме моего грехопадения не возвращался. Но мне всё равно дико стыдно! А ты чего там делаешь?

Марина сидела, уткнувшись в телефон, и увлечённо тыкала пальчиком по экрану. Не отрывая взгляда от гаджета, ответила подруге:

— Да так, переименовываю тут один контакт.

— Дракоша? Это кто? — Настя вытянула шею и чуть–чуть привстала, чтобы разглядеть надписи, и сейчас заинтересованно смотрела на подругу.

— Догадайся! Подсказываю для особо несообразительных: дракон — это тот, кто охраняет своё сокровище!