Глава 9

Роман

Сажусь рядом с мамой на диван, согреваю дыханием её ледяные ладони. Её всю трясёт.

– Мама, родная, но наш отъезд не решит проблему. Это судьба. Никогда в такие вещи не верил, а теперь…

– Сына, нет, нет, нет и ещё раз нет, – Мама отползает к краю дивана, садится, поджимает под себя ноги и обхватывает плечи руками.

Давно не видел её такой беззащитной.

– Мама, я хочу помочь Юле. И хочу разыскать её мать.

– Её мать мертва… Скорее всего мертва. С чего ты решил, что она осталась в живых?

Прохожусь по комнате, пинаю верёвочный мяч, и коты тут же срываются с места. Вот у кого нет никаких проблем.

– Не знаю. Просто в голову вчера пришло. Этот Кир… Он трусоват. Но человек подлый. А подлый и трусливый не способен на убийство.

Мама горько усмехается:

– На убийство, да. А вот подстроить несчастный случай, оговорить невиновного такие люди очень даже способны… Подожди, – она указывает на сумку и с ужасом смотрит на меня. – Ты что? В Египет собрался?

– Да.

– Один? Или с этой Юлей.

– С этой Юлей. Ей на днях восемнадцать.

Мать сжимает виски:

– Дурной сон какой-то.

– Мам, её отчим…

– Этот человек её законный представитель, и ты не вправе лезть в их семью. Через балкон и вообще!

– Простите, что встреваю не в своё дело, – поглядывает Фил на часы. – Но вы так ни о чём не договоритесь. Тамара Викторовна, вы же знаете Ромку. Он всегда всех спасает.

– Фил! Рома знает эту девочку один день. Его отцу Юлина мать тогда не захотела помогать, с чего сейчас ринется? При том, если она жива. А это один процент из ста.

– На такие шансы можно ловить, – Фил кивает с видом знатока. – Если интуиция подсказывает, почему нет? В казино такие штуки иногда прокатывают.

– Да ну тебя! – отмахивается мать. – У самого-то девчонка отличница. Умница, программист с красным дипломом.

– Кристя ещё и хакер, – довольно улыбается Фил.

– Хакер? Это что значит? Кражи на расстоянии? Ты знаешь, что это статья?

Фил смущённо кашляет в кулак.

– Да нет, Кристя просто балуется так иногда. Ну вот, мы снова ушли не в ту степь.

Смотрю то на друга, то на мать. Понимаю, что Фил сейчас прав в одном. Так мы ни о чём не договоримся и сейчас просто теряем время. Хочется сорваться с места и бежать спасать Юльку. Но мне даже сейчас не откроют. А мама может помочь. Сажусь рядом с ней, беру за руку.

– Я только что чудом остался жив, – понимаю, что пошёл на шантаж. Мама вздрагивает, но я продолжаю вещать замогильным голосом. – А ведь ты могла бы сейчас оплакивать меня. Ты хотела удержать меня, и вот что вышло…

– Рома, хватит! Умоляю! – мать вскакивает на колени и прижимает мою голову к груди.

– Тогда отпусти меня. И помоги.

– Тебе деньги нужны?

– Деньги у меня есть. Второй мотоцикл подождёт.

– Ты можешь сейчас позвонить в Юлину квартиру и позвать её? Мне даже не откроют.

– Хорошо, – мама целует меня в макушку. – Ромка, Ромка.

Мы выходим на лестничную площадку, и мама решительно тычет в кнопку звонка.

– Кто там? – раздаётся недовольный женский голос.

– Это соседка… – мама растерянно поглядывает на меня. – Тамара. Откройте, пожалуйста.

Дверь приоткрывается, и мама, придерживая ворот халата просит:

– Мне нужно поговорить с Юлей. Вы не могли бы позвать её.

– Юльки нет, – фыркает здоровая, как полковая лошадь, баба и выглядывает на лестничную площадку. Она чуть не оглушила меня криком, а сейчас, походу, готова затоптать. – И не о чем нам разговаривать. Думали в приличном доме квартиру купили.

Но я уже не слушаю её, стою как оглушённый. Встряхиваю головой:

– Что значит Юли нет?

– Уехала она.

Отодвигаю маму в сторону и успеваю схватить дверь за ручку.

– Она не могла… – протискиваюсь в квартиру.

– Грабят! – вопит баба, а мама пытается меня вытащить за шиворот на лестницу.

Оттолкнув конеподобную даму, бегу по квартире, заглядывая во все комнаты. Ни Юльки, ни Кира нет дома. Возвращаюсь в коридор и выхватываю у бабы телефон. Хватаю её за грудки и припечатываю её к стене.

– Твой сын извращуга и насильник! Или ты мне сейчас говоришь куда они поехали, или я иду писать заяву ментам.

– Сынок, пойдем, – скулит рядом мама.

– Что ты… Что ты такое несёшь? – Дама, прищурив глаза, пыхтит, её одутловатое лицо в форме груши, напоминает мне жабу. Вспоминаю, как Юлька называла её – Лягушка Крокодиловна. И мозгов как у рептилии, видимо.

– Адрес! Живо! Куда твой козёл Юлю увез, – встряхиваю её.

– Да не знаю я! Что, убьёшь меня теперь? – голос бабы дрожит, да и сама она трясётся, как припадочная.

– На чём они уехали? – заглядывает в квартиру Фил. – Марка, номер машины есть?

Оглядываюсь на него и понимаю без слов. Его Кристя для нас дорожные камеры не раз взламывала и к базе ГИБДД ключик знает.

– Живо говори.

Баба беззвучно шевелит губами, похожими на вареники.

– Мам, вызывай полицию!

– Не надо полицию, – баба берёт себя в руки и сливает нужную нам информацию.

***

Юлька

На кольцевой дороге Кир встаёт в крайний левый ряд, и стрелка спидометра быстро отклоняется к ста пятидесяти. Глупо надеяться, что Фил с Романом нас догонят. Слёзы подступают к глазам, и я не сдерживаю их. Мама, милая! Если бы ты только знала, как мне плохо. На кого ты нас с Викуськой бросила?

– Юль, а давай на океан рванём? – вклинивается голос Кира в мои невесёлые мысли. – До чего надоел этот серый Питер.

– Мне и здесь хорошо.

– Маленькая ты ещё.

– Неужели? – вытираю слёзы.

– Я имею в виду глупая, – Кир сбавляет скорость перед камерой и, миновав её, снова разгоняется. – Со мной ни в чём не будешь знать отказа. Хочешь, поедем в магазин, разодену тебя как королеву.

– Хочу, – тут же цепляюсь за его предложение. В торговом центре улизну и поминай как звали.

Кир приободряется.

– Хочешь – поедем. Только не сегодня.

– Почему? Вдруг я и правда сменю гнев на милость?

Кир смеётся:

– Самые красивые дети рождаются после посещения ювелирных магазинов. Всё у тебя будет, Юль. Я только хочу, чтобы ты немного привыкла ко мне. В другом статусе. Ну, ты понимаешь.

– Понимаю. Но вряд ли привыкну. Куда ты меня везёшь?

– Привыкать, – Кир дотягивается до моего колена и получает по руке.

– Какая серьёзная леди! – ёрничает он.

– Ты серьёзно думаешь, что возьмёшь меня силой, и я полюблю тебя? – Мне всё больше кажется, что у Кира поехала крыша. Рома крепко его приложил.

– Я не собираюсь брать тебя силой. Что ты ерунду несёшь?

– А вчера?

– Вчера ты меня напугала. Тебе стало плохо, и я хотел оказать помощь. Всё-таки водка для тебя ещё слишком крепка. Даже японская, – на лице Кира написана вера в собственные слова.

– Это был наркотик.

– Откуда такая уверенность? Сдала кровь на анализ?

– Нет! – злюсь на саму себя. Даже мысль такая в голову не пришла.

– Вот и не сочиняй.

Догоняем пробку. Кир включает навигатор.

– На полчаса затор. Да что ты будешь делать!

Усталость снова берёт надо мной верх. Вздрагиваю, открываю глаза. Проспала час, а будто пять минут прошло.

– Проснулась? – участливо спрашивает Кир.

– Дай попить.

– Держи, солнышко.

С подозрением смотрю на бутылку минералки. Вряд ли он что-нибудь сыпанул в свою воду. Не хотелось бы выстегнуться, когда приедем на место. Машина влетает на мост. Отпиваю глоток и отворачиваюсь к окну. Ветер гонит по заливу рябые волны. И правда всё серое. Мы с Ромкой обязательно поедем к морю и найдём мою маму. Он поселил в моей душе веру, что ещё не всё потеряно. Только вот как сбежать от этого маньяка?

Неожиданно рядом с моим окном возникает байкер на чёрном мотоцикле. Сердце замедляет ход, но парень в белом шлеме, мельком глянув в нашу сторону, уносится вперёд. Вновь ухожу в свои мысли.

– Что за чёрт? – цедит сквозь зубы Кир.

В боковом зеркале замечаю ещё один мотоцикл сзади. Кир прибавляет скорости, но мы лишь догоняем умчавшийся вперёд байк. Вскоре за джипом уже три мотоцикла.

Кир перестраивается в правый ряд и на первом повороте съезжает на шоссе. Байкеры не отстают. Кир притормаживает на светофоре, но на красный машина срывается с места. Сижу, вцепившись двумя руками в кресло, поглядывая в зеркало. Байкерам, судя по всему, нарушать не проблема. Они быстро настигают нас. Один мотоцикл вырывается вперёд, второй поджимает сбоку, а два конвоируют нас с тыла. Сантиметр за сантиметром байкеры вытесняют Кира на обочину. В отличие от кольцевой дороги на шоссе пусто.

– Не бойся ничего, – успокаивает Кир.

– А я и не боюсь! – тыкаю в кнопку снятия блокировки дверей и выскакиваю на дорогу. Плащ остаётся в руках Кира. Бегу за машину к ближайшему мотоциклу. Байкер указывает мне пальцем за спину. Слышу, как хлопает дверь внедорожника, но это только придаёт мне ускорение. Наплевав на короткую юбку, перекидываю ногу и прижимаюсь к неизвестному спасителю. От его кожаной куртки пахнет бензином и машинным маслом. Но для меня это аромат свободы. Мотоциклы синхронно объезжают джип Кира. Последнее, что я вижу: байкер, прижавший его к обочине, помогает отчиму поцеловать крыло собственного автомобиля.

Сильный ветер развивает волосы, обжигает колени и плечи. Реву в голос, но теперь от счастья. Мы возвращаемся на кольцевую. Не вижу куда мы едем, не знаю, сколько длится полёт. Останавливаемся, меня, окоченевшую от холода, стягивают с мотоцикла сильные руки.

– Роман!

– Юлька! – Мой любимый скидывает с себя куртку, заворачивает меня в неё и прижимает к груди.

Мой спаситель слезает с мотоцикла и снимает шлем. Рыжие волосы и смеющиеся синие глаза заставляют меня улыбнуться.

– Жива, малая?

У меня зуб на зуб не попадает.

– Жива, – отвечает за меня Роман и протягивает рыжему руку. – Спасибо, Вань! Не забуду.

– Иди девчонку отогревай, – подмигивает Ваня.

Задираю голову, чтобы увидеть Ромкино лицо и встречаю жаркий поцелуй