Глава 3.1

- Какие люди пожаловали, - она подарила мне миленькую улыбочку, которой скорее всего и покорила моего Костю. Жаба! У неё даже глаза были далеко посажены, словно оправдывали данное мною секунду назад прозвище. Хотя две тонюсенькие ходули, вызывающие во мне откровенную зависть, слишком притягивали к себе взгляд.

- Костя где? – гаркнула на неё немного севшим голосом.

- А нет его! – девушка прищурила глаза и сложила свои два пельменя в уточку. Она оценивающе прошлась по мне взглядом, прямо с головы до пят и обратно, и неприятно ухмыльнулась. Вот не стой передо мной соперница, может, реакция была бы более адекватная, однако тут устоять от колких мыслей не получалось.

- Ну, значит оно и к лучшему! – я попыталась её оттолкнуть и войти в свою квартиру, однако, она оказалась на удивление сильной. – Ну-ка, впустила меня, Швабра!

- Ещё чего?! Пошла вон отсюда, стерва! – закричала эта… нет, я даже не знала, какими лестными словами её обозвать, какое матерное слово использовать, чтобы лучше передать свои эмоции. Потому как моё возмущение не имело пределов. Но одним недовольством не обошлось. Девушка накинулась на меня со стойким намерением вцепиться в волосы. И ей это почти удалось. Просто я вовремя уклонилась, а она смогла устоять на ногах. Уличив нужный момент, пока Швабра приходила в себя, я тут же юркнула в квартиру, захлопнув за собой дверь. Если Кости нет дома, значит спокойно можно было собрать свои вещи и… А собственно, как мне теперь поступить? Куда идти? Боже, вот вроде и придумала план действий, вроде и понимала, как поступить, но теория никак не влияла на практическую составляющую. Я находилась в полной заднице, грубо говоря. И единственным выходом сейчас было: забрать вещи и сократить возможные расходы в разы.

Оставаться здесь не имело смысла. Слепой влюблённой дурочкой я была до позавчерашнего вечера. Сейчас же понимала: владелец этих проклятых квадратных метров – мой жених. Я даже прописаться здесь не успела, ведь приобрели мы её чуть больше двух месяцев назад, а Костя настаивал подождать момента бракосочетания, чтобы легче стало оформлять документы. Никаких договоров между собой мы не заключали. Все свои деньги я перечислила ему на счёт, не прося ничего взамен, доверяя не только кровные бумажки, заработанные бессонными ночами, но и своё будущее, до последнего надеясь, что оно будет светлым и счастливым.

Швабра забарабанила в дверь и начала громко кричать, требуя отворить её, иначе вызовет полицию. Я кинулась в спальню, где в шкафу по идее должна была находиться моя одежда. Однако, тут меня ждал сюрприз: висели лишь немногочисленные пожитки разъярённой девушки, всё ещё кричащей что-то неразборчивое на лестничной площадке. Не оказалось вещей и в комоде. Ни белья, ни рабочих рубашек, ничего. Даже обувь в прихожей отсутствовала. И вот здесь у меня стал вопрос: а куда дели всё моё добро?

Пришлось открывать входную дверь, к которой стоило лишь потянуться, как в замке повернулся ключ. Это значило лишь одно. Мой дорогой жених пожаловал домой.

- И что ты тут делаешь? – смерив меня недовольным взглядом, спросил он, едва вошёл. Вслед за ним, разъярённой фурией влетела Швабра, но тут же была перехвачена Костей.

- Отпусти! Я выцарапаю этой ведьме глаза! Как только посмела после всего явиться сюда? – заверещала она, пытаясь вырваться из объятий своего любовника, однако тот лишь затолкал её в комнату и велел успокоиться.

- Подожди тут, я сказал! – с яростью в голосе приказал он ей, на что девушка лишь притихла. При мне он ни разу не позволял подобного тона. Всегда мил и в меру строг, если того требовала ситуация. – А тебе лучше уйти.

Его тон вмиг смягчился, а на мои глаза навернулись слёзы. Всё, что я так сильно в нём любила, каждая чёрточка лица, каждый сантиметр тела, что я обожала – всё стало противным. Он прикасался к другой, он спал с ней, а потом просил ласки у меня. Ненависть душила изнутри, грозясь разрастись в нервный спазм в горле. Куда делась его человечность и её совесть? Сама залезла в наши отношения, а я в итоге ведьма?

- Где мои вещи? – спросила, смотря на его ботинки и боясь поднять взгляд. Не хотелось плакать при нём, хотя от тяжести, поселившейся в груди, уже трудно дышалось.

- Лиля, куда ты дела её одежду? – повысил Костя голос, чтобы та услышала, хотя я даже не сомневалась: Швабра подслушивает за дверью.

- Туда, где ей и место! – приглушённо послышалось за дверью. – На помойку отнесла!

Я застыла.

- Что она это сделала? Ах, ты ж!.. – кинулась я в сторону закрытой двери, однако вмиг оказалась в объятьях мужчины, которого считала самым лучшим на свете, а сейчас мечтала выцарапать глаза. Правда, весь запал куда-то делся…

- Люба, уходи. Я уже давно выбрал другую, и тебе здесь не место. – высказал он скороговоркой и подтолкнул к выходу. Видимо, не хотел скандала. Однако, даже в этой ситуации, мозги умудрились затолкать обиду подальше и подумать о более насущном:

- Давно? То есть это длилось давно? Как долго ты мне изменял?

- Я не хочу об этом говорить. Ты и так всё поняла и увидела сама.

- Верни деньги за квартиру. Мне не на что жить.

Он ничего не ответил. Лишь вывел меня за дверь.

- Костя! – оказавшись за порогом, мой голос прорвался и я быстро среагировала, подставив ногу и не дав ему закрыть дверь. – Верни мои деньги!

Бывший жених лишь мрачно на меня взглянул и, приоткрыв дверь, толкнул. Я зацепилась за его рукав, не желая отпускать, но он сумел отцепить, оттолкнуть и дать понять раз и навсегда: не нужна.

Дверь захлопнулась, и я осталась стоять в полумраке не только с разбитым сердцем, но и осознанием того, что оказалась рыбой, выброшенной на берег. Любимый человек предпочёл выбрать какую-то пигалицу с жабьими глазами. И обида вперемешку с любовью словно сковали меня, так и не дав вымолвить ни единого обидного слова в его адрес. Дура! Какая же ты, Люба, дура!

Шмыгнув громко носом и глотая слёзы, я побежала вниз по лестнице. Если они сегодня выбросили одежду на помойку, то значит она ещё там. Вывезут не раньше завтрашнего утра.

На улице тем временем плавно кружились хлопья снега, ярко горели уличные фонари, и вокруг всё напоминало зимнюю городскую сказку. Несмотря на то, что на календаре было только десятое декабря, в окнах и на балконах мигали разноцветные гирлянды. Люди готовились к наступающим праздникам. Только мне было не до веселья.

Пришлось топать по тротуару через весь двор, затем по тропе уходить несколько поодаль от строений, где и находились мусорные контейнеры. Там же в своеобразных жилищах ютились бомжи. Но о них не хотелось даже думать, чтобы ненароком не навлечь на себя беду.

Крадучись, словно преступник, я подошла к нужному месту и прикрыла воротником нос из-за вони. Затем опрокинула крышку первой мусорки. Ничего не видно, но вонь шла знатная. Закрыла обратно и достала телефон. Во втором и в третьем тоже ничего не оказалось, зато в четвёртый оказался до отказа забит одеждой… моей одеждой, облитой какой-то жидкостью. Принюхавшись, поняла, что пахнет машинным маслом.

- Коза дранная! Чтоб ты себе ноги переломала! – от злости высказала я вслух и стала копаться в своих вещах, но без толку. Воняла каждая вещь. И шуба в их числе. Хоть она и впитала всё в себя, но эти пятна не вывела бы ни одна химчистка, наверное. Даже моя любимая блузка от Dolce & Gabbana из тончайшего шёлка была безнадёжно испорчена. Это одна из трёх брендовых вещей, которые я позволила себе купить за последний год. Всё остальное ушло в накопления.

Так вдруг стало жалко саму себя. Вот прямо настолько сильно, что даже обида отошла на второй план.

- А-а-а! – кто-то положил свою руку мне на плечо. Я настолько испугалась, что выронила из рук мобильный телефон и, кажется, разбудила весь двор.

- Ай, женщина! Не ори так! – громким шёпотом произнёс Алексей, затем нагнулся и поднял девайс, ворча под нос, – Осторожнее надо быть. Намокнет ведь. Ещё и без защитного чехла.

- Зачем же так пугать? Могли же просто окликнуть.

- И поднять всех бомжей в округе? Вы чего тут копаетесь?

- Одежду свою искала. Эта жаба всё выкинула на помойку и облила машинным маслом. Там просто ад какой-то, будто бутылок пять вылили.

- М-да, - коротко заключил он, взглянув под крышку, - поработала ваша жаба с душой. Тут рядом магазин автозапчастей, неделю уже скидки, так что вполне могли использовать не одну бутылку. А что же ваш жених?

Меня словно помоями облили в очередной раз, потому что плечи сами опустились, да и голова вмиг отяжелела.

- Это уже неважно. Вы-то как здесь оказались?

- Решил выбросить мусор, заодно проверить, всё ли у вас в порядке. Из квартиры не доносилось ни единого звука, поэтому я предположил, что вы ведёте переговоры. Но с вами, видимо, всегда так.

- Как? – взглянула на Алексея, оказавшегося сейчас очень серьёзным.

- Нетипично, я бы сказал.

- Для писателя вы изъясняетесь просто ужасно.

- Разве?

- Не понимаю, как вообще вас читают.

- Полагаю, молча. Прямо, как вы сегодня. Пойдёмте? – предложил Алексей и подставил мне локоть. - На улице минус двенадцать. Ноги же себе отморозите.

Я неуверенно зацепилась за его пальто и последовала за ним, не понимая при этом, чего это он вообще со мной нянчится. В свете последних событий, когда Костя вытолкал за дверь, такая доброта мне казалась странной.

- Что же я теперь буду делать? Может, их стоило забрать и отстирать?

- Да ну! – отмёл сразу в сторону провальную мысль. – Всей жизни не хватит выстирать. Давайте лучше в дом. Я картошку пожарил. Отужинаем и дальше порешаем.

- Вам что, больше нечем заняться, кроме моих проблем?

- Женщина, делают тебе добро – радуйся! Вечно вы такие, ищите какую-то подоплёку, причину, недоверчиво окидываете нас взглядами и откровенно динамите. Просто прими помощь и всё.

Я нахмурилась, стараясь не заострять внимание на его богатом неудачном опыте, но всё так же продолжила шагать рядом с ним, нарочно делающим небольшие шаги, чтобы я поспевала.

- Спасибо, - поблагодарила, уже входя в знакомый подъезд.