Глава 29

Юми Его взгляд в очередной раз задержался на изгибе плеч. Алый цвет потрясающе смотрелся на светлой коже, и ему постоянно приходилось одергивать себя. Вот и сейчас Юми моргнул, сосредотачиваясь на сцене. Он не рассчитал силу и, возможно, убил фокусника. Но допросить мерзавца ему бы все равно не дали, так что сожалений Юми не испытывал. К тому же когда он увидел летящий в Мэй огненный шар, то понял: если будет надо, он превратит в пепел всех в этом зале. И плевать на последствия. Ни в какое «недоразумение» Юми не поверил. Сначала он переживал из-за этого приема. Им нужно было заниматься Пожирателем, а не принимать участие в интригах королевы. Но, похоже, они с Мэй оказались в самом что ни на есть нужном месте. Если Ахрасимия засуетилась, значит, Мэй права – в этом точно замешан Фейн Нарден. Всё всегда крутится вокруг него. Вопросов по-прежнему оставалось много. Кому выгодно освободить Фейна? Ведь делиться властью он точно ни с кем не будет. Мэй пытались убить или сделать вид? Это связано с Пожирателем или тут есть что-то еще? На сцене отзвучали последние аккорды, и публика взорвалась аплодисментами. Мэй, ее отец, жених и пара чиновников из Тироса встали. Когда Мэй обогнула кресло, Юми подвинулся, но вжиматься в стену не стал. Она скользнула по узкому проходу, задевая его голым плечом. Это прикосновение немного примирило его с тем, что Лоран тут же вцепился в нее как клещ. Гостей пригласили в бальный зал, и люди дружно начали перетекать из одного помещения в другое. Когда их небольшая компания проходила под аркой, расположенной на входе в зал, воздух вокруг заискрился. Юми дернулся, но королева, которая шла чуть впереди, развернулась и радостно захлопала в ладоши. – Ах, моя арка поцелуев! Всегда срабатывает на парах, предначертанных друг другу. Господин Ишини, поцелуйте же свою невесту! Плечи Мэй окаменели, когда Лоран наклонился к ней. Юми повернулся к королеве, лишь бы не смотреть на происходящее, и выругался про себя. Стерва знала. Она точно знала о них с Мэй. Цепкий взгляд, которым Ахрасимия следила за его реакций на поцелуй, не оставлял никаких сомнений. Когда Лоран коснулся губ Мэй, он ощутил почти физическую боль. Вместо того чтобы сразу отстраниться, Лоран положил ладонь на талию Мэй. Юми стиснул челюсти: это уже было похоже на заявление прав. Когда он наконец отлип от неё, королева взмахнула рукой. – Господин Гарсан, берите наших дорогих гостей из Тироса и пойдемте со мной. Нам есть что обсудить. А о прелестной Мэйлин позаботится господин Арай. Юми шагнул вперед, коротко кивая. Пусть он и понимал, что королева не случайно уводит Лорана, всё равно был рад возможности остаться с Мэй. Как только процессия во главе с Её Величеством ушла, Мэй повернулась. – Мне нужно освежиться, господин Арай, – она бросила осторожные взгляды по сторонам. – Конечно, я провожу вас. Мэй шла по тускло освещенному коридору туда, где находились комнаты отдыха для гостей. Подол её платья при каждом шаге льнул к бедрам, очерчивая соблазнительные линии. Дойдя до комнаты в самом конце коридора, Мэй взялась за ручку и повернулась. Она подняла голову, неторопливо скользя взглядом по стенам и потолку. Юми последовал ее примеру, различая в углах и на выступах мерцающие точки – прослушивающие заклинания. О чем бы ни хотела поговорить Мэй, похоже, сделать этого не получится. Юми думал, что она вернется в зал, но Мэй пристально посмотрела на него и спросила: – После происшествия в зале представлений я боюсь оставаться одна. Не могли бы вы побыть в гостиной, пока я привожу себя в порядок? – Разумеется. Мэй шагнула вглубь комнаты. Вскоре ее стройная фигурка растворилась в полумраке помещения. Юми закрыл дверь, набрасывая на нее запечатывающее заклинание. Он старался двигаться как можно тише, чтобы магическим ушам королевы нечем было поживиться. Чем меньше пространства оставалось между ними, тем сильнее билось сердце Юми. Мэй стояла напротив окна, всматриваясь в ночной Фейгард. Он бы поверил, что ей интересен пейзаж за стеклом, если бы не тяжелое дыхание. Юми встал так близко, что выпуклые пуговицы его парадного сюртука почти касались алой ткани. Он поднял руку и провел по воздуху вдоль обнаженного плеча: последняя попытка сохранить самообладание. Безуспешная. Юми наклонился, прижимаясь губами к теплой коже, и глубоко вздохнул. Ее аромат, свежий и вместе с тем пьянящий, тут же заполнил легкие. Юми покрывал беззвучными поцелуями плечо Мэй, поднимаясь всё выше, пока не добрался до затылка. Она наклонила голову, и ее волосы скользнули вбок, открывая чувствительное местечко за ухом. Прихватив губами тонкую кожу, Юми неспешно провел по ней языком. Он помнил её вкус и мечтал снова ощутить его. Мэй тихонько ахнула и тут же прикрыла рот ладошкой. Продолжая ласкать бархатистую кожу, Юми поднял руку. Не снимая перчатки, он прочертил дорожку вдоль позвоночника, пока не добрался до ямочки на затылке. Слегка надавил, заставляя Мэй откинуть голову, а потом впился губами в это место. Буквально каждая частичка ее тела, даже самая незаметная, приводила его в восторг. Ему хотелось поклоняться ей как богине и одновременно творить с ней самые грязные и порочные вещи, на которые только способен мужчина. Мэй разомкнула губы, и этот едва различимый звук ударил по его звенящим нервам. Ладонь Юми легла на изящную спину и плавно устремилась вниз, к талии, а потом еще ниже. Он очертил пальцами упругую ягодицу и с шумом выдохнул, когда Мэй подалась назад, прижимаясь к его руке. Им нужно выбираться отсюда. В противном случае он возьмет ее на этом подоконнике. От дикого желания, захлестнувшего с головой, кончики пальцев на руках онемели. Юми опустил руки и сжал кулаки с такой силой, что кожа перчаток заскрипела. Он сделал шаг назад. – Если вы закончили, госпожа Гарсан, я провожу вас обратно в зал, – произнес он севшим голосом. – Да, конечно. Мэй развернулась. На ее щеках алел легкий румянец, а губы были влажными, как будто она только что их облизнула. Мэй подняла голову, глядя на него потемневшими глазами: зрачки затопили радужку, сделав её практически черной. Юми пошатнулся. В бездну. На её губах останется след лишь от его поцелуя. Одним стремительным движением он подтянул ее к себе. Мэй вцепилась в полы его сюртука, одновременно вставая на цыпочки. Наверное, это был самый тихий поцелуй из всех когда-либо случавшихся. Их рты были приоткрыты, а дрожащие губы почти не двигались. Всё, что им оставалось – это дышать друг другом. Юми закрыл глаза, ловя последние мгновения близости, и отстранился. Когда он разомкнул веки, Мэй улыбалась. И эта смущенная улыбка проделала дыру в его сердце. Юми никогда не задумывался об отношениях, используя свое проклятие как отличный способ избегать привязанностей. И вот его проверенная годами тактика дала сбой. Взяв Мэй за руку, Юми пошел к двери. Уже у выхода ему пришла в голову одна мысль. Используя фокус, который они видели однажды на месте преступления, Юми начертил в воздухе фразу: «Она знает». Мэй кивнула. Судя по тому, что на ее лице не отразилось ни удивления, ни испуга, она тоже это поняла. И, скорее всего, именно об этом хотела поговорить. Они вернулись в зал, где на Мэй тут же налетели незнакомые люди. Юми держался чуть в стороне, давая им возможность обсудить рабочие вопросы. Он понял, что за его спиной стоит Лоран, еще до того, как тот дал о себе знать. Мужчина поравнялся с ним, с легкой улыбкой разглядывая Мэй. – Мэйлин прекрасна, не находите? – длинными бледными пальцами Лоран покрутил запонку. Глядя перед собой, Юми кивнул: – Ваша невеста очень красива, господин Ишини. – Кстати, хотел предупредить, господин Арай. Я её вам не отдам.