Глава 8

Я шагнула ближе. – А я решила, что ты используешь их для лучшего захвата. Неужели Касание тьмы? Список самых опасных проклятий сотрудники Военного магистрата знали наизусть, но это было очень редким. В реальной жизни мне еще не приходилось встречаться с ним. Я взяла протянутую руку и аккуратно перевернула, рассматривая перчатку. Юми вздрогнул, когда я коснулась его. – Извини, – я быстро отступила, поднимаю голову. – Ничего, можешь смотреть. Просто люди обычно стараются держаться подальше, когда узнают. Очень немногие в итоге привыкают и перестают бояться. Страшно мне не было. В конце концов мы провели три боя, и я по-прежнему была жива. Это значило, что Юми очень ответственно подходил к вопросам безопасности других людей. Я снова приблизилась и начала обходить его по кругу. Теперь мне были заметны мелочи, на которые я до этого не обращала внимания. Между перчатками и рукавами рубахи не было привычной полоски кожи. Видимо, перчатки были длиннее обычных. Ворот был глухим и закрывал шею почти до самого подбородка. Я провела кончиками пальцев по ткани от плеча к локтю. – А ткань специальная? – Любая, – ответил Юми хрипловато, прочистил горло и добавил. – Головы можно касаться. Я деловито кивнула, а потом покраснела, потому что внезапно вспомнила, какая еще часть тела оставалась свободной от Касания тьмы. Юми подозрительно прищурился, а потом хмыкнул: – Неплохо разбираешься в проклятиях, да? – Работа, – пробормотала я в ответ. – Так мы договорились? Он внимательно посмотрел на меня, а потом медленно кивнул. – Договорились, Мэй. Кстати, ты уже совершила ошибку. Юми подошел к высокому выступу, подтянулся и сел на него. Я запрыгнула на выступ с разбегу и села рядом. – Не стоило писать мне сразу. – Почему? – Девушки так не делают. Нужно немного выждать, заставить мужчину томиться в ожидании. Это называется набивать себе цену. От удивления у меня глаза на лоб полезли. В политике такое встречалось сплошь и рядом, но этому было объяснение. Нужно было показать оппоненту, что он заинтересован в тебе больше, чем ты в нем. Неужели это работало и в отношениях? Вспомнив последнюю встречу с Лораном, я повернулась всем корпусом к Юми. – Лоран, мой жених, недавно звал меня на обед, но я отказалась. Получается, я правильно поступила? Склонив голову набок, Юми пробежался по мне оценивающим взглядом. – А перед тем как отказать, ты, конечно же, загадочно улыбнулась и сделала вид, что раздумываешь над его приглашением? – Что? – я отпрянула в недоумении. – Нет, сказала, что у меня куча дел. И не улыбалась. Юми многозначительно вздохнул. – Попробуй в следующий раз ударить его, должно сработать. – Я как раз думала о своей фирменной подсечке! – воодушевилась я, но он тут же вскинул руки, широко улыбаясь. – Я пошутил, Мэй. Пошутил. Хотя признаюсь: меня твой удар поразил в самое сердце. Я посмотрела на него исподлобья. – Насколько помню, он сбил тебя с ног. Юми моргнул, а потом засмеялся. – Вот видишь, у тебя уже начинает получаться. Я отвернулась, сдерживая довольную улыбку. Мой взгляд упал на две трубы, чернеющие на фоне закатного неба. Я вытянула руку, показывая в том направлении. – Мы могли бы заниматься на старой фабрике. Там производили аромагликеры, но после запрета люди обходят это место стороной. Раньше зелья эмоций были очень распространены. Люди покупали их, чтобы испытать радость, небывалое наслаждение или почувствовать себя всесильными. Но после того, как в Фейгарде произошло несколько громких преступлений, совершенных под их воздействием, аромагликеры запретили. – Ты там отрабатывала прыжки? – Да. Могу тебя и им научить. – я окинула взглядом широкие плечи и длинные, крепкие ноги. – Ты тяжелый, но кое-какое расстояние по воздуху преодолеть сможешь. Юми согласился, но заметил, что для его занятий больше подойдет квартира. Он показал чуть левее и сказал, что живет совсем рядом. – Флирт и заброшенная фабрика плохо сочетаются, поверь. Нашу беседу прервал громкий, резкий звук. Сначала что-то отвратительно заскрипело, а потом раздался хлопок. Мы одновременно спрыгнули с выступа и подскочили к краю крыши. Свесившись вниз, мы увидели магмобиль, который не подавал никаких признаков жизни. Вокруг него суетился водитель. Он витиевато ругался и тряс кулаком. Я задумчиво хмыкнула. Юми повернулся ко мне. – Недавно я видела такую же картину: магмобиль без каких-либо причин заглох посреди улицы. Я не стала упоминать, что в этот момент за рулем был мой личный водитель. Каддель винил в случившемся свою невнимательность. Но что, если причина была в другом? В этот момент фонари, стоящие вдоль улицы, начали мигать, а потом и вовсе погасли. – Такое я тоже видела, – протянула я с подозрением. – И я. Мы с Юми переглянулись и, не сговариваясь, вскочили на ноги. – Давай-ка посмотрим, что происходит. Юми схватился за водосточную трубу, спустился по ней до козырька мясной лавки и ловко спрыгнул вниз. Я последовала за ним. Когда я добралась до козырька, Юми повернулся и выставил руки, готовясь ловить меня. Но тут же резко убрал их за спину и усмехнулся: – Прости, забылся. Я приземлилась на тротуар рядом с ним и выпрямилась. Несколько мгновений мы стояли лицом к лицу. Продолжая смотреть на меня, Юми протянул руку и коснулся столба, на котором висел фонарь. Он нахмурился. – Магические токи очень слабые. С трудом могу их почувствовать. Проверь сама. Чувствуя себя ужасно неловко из-за того, что приходится снова обманывать, я положила ладонь на столб. Как и всегда, я не ощутила ничего. – Да, ты прав. Я быстро отошла от фонаря. Тьма и пепел, как долго мне удастся скрывать от лучшего оперативника Инспектората тот факт, что я не такая, как все? Юми поднял голову и посмотрел на едва различимый в темноте улицы огонек. – В Фейгарде явно что-то происходит. Вспомнив свой сушильный купол, который внезапно обдал меня ледяным воздухом, я согласно кивнула. Всё это не может быть совпадением. В Фейгарде какие-то проблемы с магией.