Глава 26. Джейми «Чужой ребенок»

Я обернулся и увидел, как Маркус идет вместе с девушкой к замку. Его рука лежала на её талии. Гнев и непонимание скрутили внутренности в тугой узел – как он мог так поступать? Что, если его сейчас увидит Пенелопа? В её-то положении!

– Сейчас вернусь, – бросил я, вскакивая с места.

– Джейми… – Мелани встревожено протянула ко мне руку, которую я быстро пожал и отпустил.

– Присмотри за ребятами, ладно?

– Хорошо.

Я сорвался с места, не зная, что именно собираюсь сделать. Обещание, данное Пенелопе и сестре, связывало по рукам и ногам, но молчаливо наблюдать за тем, как брат обнимается с другой женщиной? Нет, об этом не могло быть и речи.

Я догнал их в коридоре, который оканчивался черной лестницей, ведущей на второй этаж к спальням.

– Маркус! – окликнул я его. – Какого черта ты делаешь?

Он медленно обернулся, а вот девушка вздрогнула. Карие глаза заметались от меня к Маркусу и обратно. Она сделала шаг в сторону и постаралась убрать его руку со своей талии, но он вцепился в нее.

– Отвали от меня, Джейми.

– И не подумаю. Кто это? – Я кивнул на его спутницу, продолжая смотреть ему в глаза.

– Иннес Сандерс. Моя новая помощница.

Она втянула голову в плечи и посмотрела себе под ноги.

– Помощница? – переспросил я. Мой голос сочился ядом. – И в чем она должна тебе помочь? Снять трусы?

– Я не… не… – залепетала Иннес, наконец вырвалась из цепкой хватки Маркуса и попятилась. – Я лучше пойду.

– Иннес, я тебя не отпускал! – грозно прикрикнул Маркус таким знакомым мне тоном нашего отца.

Она остановилась, закусив нижнюю губу.

– Советую не просто уволиться, но заодно подать в суд на этого козла за сексуальные домогательства, – сказал я Иннес.

Маркус сжал кулаки. Иннес, скуля, смотрела то на него, то на меня. Я сделал шаг вперед, встав между ними.

– Убирайся, – зарычал Маркус.

– И не подумаю.

– Я размажу тебя по стенке, если не отойдешь в сторону.

– У тебя ничего не получится, но ты можешь попробовать.

Маркус налетел на меня, но я оттолкнул его ладонями в грудь. Его лицо приняло багровый оттенок. Иннес взвизгнула.

– Жди на улице, – процедил он девушке.

Я не выпускал Маркуса из виду, но услышал, как Иннес бросилась по коридору к двери. Стоило той захлопнуться, как я постарался пробудить его совесть:

– У тебя есть жена, Маркус!

– И?

– Что и? – поразился я. – Пенелопа, та женщина, который ты поклялся в любви и верности!

Маркус расхохотался.

– Ты не хуже меня знаешь, что наш брак – фальшивка!

– И несмотря на это, ты дал ей обещания. Ты ответственен за нее!

– И это говоришь мне ты? Да что ты вообще знаешь об ответственности за других людей?

– Может быть, ничтожно мало, но, по крайней мере, я никому никогда не врал и не изменял.

– Будто это какая-то великая заслуга! – пренебрежительно фыркнул Маркус.

Он не слышал меня, уверенный в своей правоте.

– Разведись с Пенелопой, если не можешь быть ей нормальным мужем.

– А кто мне позволит? Скажешь тоже! Наши родители заключили такой брачный договор, что ни мне, ни ей никогда не выпутаться. – Он сделал шаг в мою сторону и взмахнул рукой. – Уйди с дороги.

Я не пошевелился. Уперся пятками в пол и приготовился к новой стычке.

– Ко мне отец никогда не прислушивался, но ты его любимчик, Маркус. Поговори с ним. Он должен понять тебя. Должен быть какой-то выход.

Брат уставился на меня, как на идиота.

– Ты вчера родился, что ли? Если он даже готов терпеть чужого ребенка, лишь бы не потерять деньги, думаешь, мне повезет больше?

– В смысле? – нахмурился я. – Какого ребенка?

Маркус подошел вплотную и пытался что-то разглядеть в чертах моего лица, а потом шокировано разинул рот.

– Мать твою, Джейми, ты что, не знаешь?

От предчувствия беды передернуло плечи.

– Чего не знаю?

– Ну ты даешь, – рассмеялся он мне прямо в лицо. – Я думал, ты умный парень.

Брат смеялся и смеялся. Мои нервы натянулись до предела. Я схватил его за грудки и встряхнул.

– Хватит! Говори уже!

Маркус отпихнул меня и посмотрел даже с капелькой сочувствия, от которой мне стало ещё хуже.

– Твоя отец – не Грэхем Маккензи, а наш дорогой и любимый дядя Дуглас.

От услышанного заложило уши, а перед глазами все заволокло туманом. Лицо Маркуса размылось, как будто его нарисовали акварельными красками. Я открыл рот, но не смог произнести ни звука.

Дядя Дуглас?

Нет, этого просто не может быть. Мама никогда бы не изменила отцу с его братом… Или все же?.. Воспоминания начали складываться, словно фрагменты пазла. Отец вечно сравнивал меня с Дугласом. Дядя смотрел на меня теми же зелеными глазами и теребил такого же цвета волосы. А мама… Мама всегда странно реагировала на его присутствие.

И ведь единственные, кому я действительно был небезразличен, – это Дуглас и сестра.

Я сглотнул.

– А Оливия? Она…

– Нет. – Уже спокойно сказал Маркус. – После твоего рождения Дуглас не появлялся здесь четыре года. Думаю, дожидался, когда все уляжется.

– Понятно.

Хотя ни черта не было понятно. Я часто шутил, как было бы круто иметь другого отца, но никогда не думал, что это станет реальностью, и не понимал, почему отец так болезненно реагировал на подобные замечания. Проклятие. Я был слепым дураком.

Маркус хлопнул меня по плечу.

– Так что, братец, разбирайся со своим дерьмом и оставь меня в покое.

Я молчал, не в силах ответить. Язык был тяжелым и неповоротливым, как кусок чугуна. Брат обошел меня и оставил в одиночестве смотреть в развернувшуюся черную пропасть. Мне нужно было выпить.