Глава 28. Два шага вперед

— Деграй, — голос сан Венте звучал угрожающе. — Что тебе тут понадобилось?

— Приехал навестить могилу сестры, — мужчина с вызовом взглянул на графа.

— Кладбище в другой стороне.

— Я хочу побывать на том месте, где она якобы сбросилась.

— Зачем?

— Я ее брат! Единственный родственник! Неужели ты не позволишь почтить ее память?!

Сан Венте приподнял брови.

— А разве я мешаю? Делай что угодно, но в замок не пущу, даже не надейся.

— Почему?

— Из-за таких как ты и идут грязные слухи.

— А может быть, ты просто боишься, что кто-то узнает правду? — Деграй вздернул подбородок. — Король тебе слишком верит, но это ненадолго.

— А вот в мои взаимоотношения с королем я тебе впутываться не советую.

— Меня интересует лишь башня, с которой упала сестра, больше ничего. Позволь осмотреть ее и я уйду.

— Нет, — сан Венте сложил руки на груди.

— Нет?

— На могилу езжай, это не запрещено.

Деграй скривил губы в недовольной гримасе.

— Ты убийца! Это все знают, но боятся сказать в лицо! Ты злобный, уродливый душегуб! Твое место на виселице!

— Повтори это королю.

— Повторю, можешь не сомневаться.

Мужчина запахнул плащ, развернул коня и поскакал вглубь леса, подальше от темного замка. Какое-то время сан Венте смотрел ему вслед, а потом обернулся и оглядел окна. Мы с княгиней тут же отпрянули, словно вовсе не подсматривали за яростным диалогом.

— Грегорио сегодня будет в плохом настроении весь день, — вздохнула Виталлески.

— Как-будто он бывает в хорошем, — покачала головой я. — За время нашего знакомства ни разу не видела. Бывал спокойным, умиротворенным, даже заинтересованным чем-то, но никогда полностью довольным.

— Такой уж Грег, ничего не поделать. На его долю выпало тяжелое бремя, это сказалось на характере.

— И теперь страдают все остальные?

Я села обратно в кресло. Княгиня примостилась напротив.

— Из-за чего вы поссорились? — неожиданно спросила она.

— Из-за его нетерпимости и отказа меня понимать.

— Звучит пространно. Не хочешь поделиться подробностями? — Виталлески откинулась на спинку и улыбнулась. — Возможно, смогу чем-то помочь, с тех пор, как мы познакомились, не было возможности поговорить по душам, так почему бы не сделать этого сейчас? У тебя много вопросов, а я хорошо знаю Грега.

— И готовы ответить?

— А почему бы нет? Я сделаю это ради него.

— Хорошо.

Я задумалась. О чем спросить в первую очередь? Что произошло с женами сан Венте? Но княгиня заинтересованная сторона, она обязательно будет защищать брата. Поинтересоваться для чего он так настойчиво женится? Гм, тогда лучше начать издалека…

— Когда он первый раз женился? — как можно безразличнее осведомилась я, сложив руки на коленях и приготовившись к длительной беседе.

— Пять лет назад, — голос Виталлески звучал дружелюбно и открыто. — На Кассандре Кляйн. Она была на два года старше Грега, умная и хитрая, умеющая добиваться всего обходными путями. Он не был с ней счастлив. Хочешь спросить чем закончился брак?

— Я знаю официальную версию: сбежала с конюхом.

— Официальная версия всегда лучше слухов, правда? — она усмехнулась. — Второй супругой была Далила Вайон. Не так умна, как первая, но очень своеобразна. Яркая, красивая, она стала хорошим другом. Грег ее ценил и оберегал. Увы…

— И она сошла с ума?

— Да, помешалась внезапно, никто не желал такого исхода. Бедная, бедная Далила.

— А третья? — я как губка впитывала каждое слово, каждую эмоцию, движение. Казалось, она говорила правду, но можно ли верить? Ее слова никак не расходились с официальными данными и это настораживало.

— Третья звалась Алисия Деграй. Прелесть, а не девушка! Она легко вошла в наш дом, стала всеобщей любимицей. Они с Грегом понимали друг друга с полуслова. Но красавицу сгубило любопытство, — Виталлески нахмурилась. — Ты ведь, наверняка, думаешь, что все запреты созданы для устрашения? Чтобы тебя ограничить в правах и посягнуть на свободу?

— А разве не так?

— В замке есть места, в которые ходить опасно.

— Одно из этих мест — башня?

— Да, — княгиня взглянула мне прямо в глаза. — Не расстраивай мужа, Эрина, не ходи туда. Он заботится о тебе.

— Странная забота, — горько усмехнулась я.

— Грегорио сложный человек, но если узнать его получше, ты переменишь мнение.

— Как же узнать его получше, если он не позволяет этого сделать!

— А ты пыталась? — Виталлески подалась вперед. — Вы ведь из-за этого поссорились, да?

— Не совсем. Я взяла одну вещь… без спросу. И это его разозлило.

— Представляю. Не совсем благовидный поступок, нельзя делать что-то за спиной собственного супруга. Если есть вопросы, лучше просто спросить, а не пытаться втихомолку удовлетворить любопытство.

— Я спрашивала! Граф ничего не отвечает, только запугивает. О какой заботе может идти речь, если каждый вечер я засыпаю не будучи уверенной, что смогу проснуться утром! — воскликнула я, сжимая руки в кулаки. — Это жестоко с его стороны. Жестоко ничего не объяснять, ничего не говорить. Как я могу узнать хоть что-то о Грегорио, если все что мне известно, это сплетни, что ходят по королевству?!

— Ничего кроме сплетен? Это, действительно, серьезное упущение, — Виталлески замолчала и ее красивое лицо приняло странное выражение. — Но, думаю, у тебя будет шанс все узнать.

— Когда?

— Прямо сейчас.

Она указала рукой мне за спину. Я с испугом обернулась и наткнулась на внимательно слушавшего наш разговор сан Венте.

— О боги…

— Полагаю вам есть что обсудить, — сказала княгиня, рывком поднимаясь на ноги. — Грег, будь добр, посвяти супругу в особенности своей жизни. А я, пожалуй, пойду прогуляюсь до башни, воспоминания одолели, знаете ли, — она подошла к брату. — И буду очень рада, если вы вдвоем потом присоединитесь. Согласись, намного лучше показать Эрине все в нашем присутствии, нежели бедняжка нечаянно забредет туда одна.

Улыбнувшись напоследок, Виталлески покинула зал.

Сан Венте проводил ее сумрачным взором и плотно закрыл дверь.

— Значит, только слухи и ничего больше… — он прислонился спиной к дверной створке. — Ты понимаешь о чем говоришь, Эрина? Ты спала со мной в одной постели, позволяла себя целовать, но при этом считала меня убийцей?

Я расправила плечи. Не хватало воздуха, хотелось вдохнуть поглубже, но грудь словно сжали невидимые тиски.

— Ты ничего не объясняешь, — немедленно возразила я, не позволяя сан Венте продолжить обвинения. — Все, что мне разрешено — довольствоваться крохами. Это не может не пугать.

— Значит, ты меня боишься? — он сделал два шага и остановился. — Веришь сплетням и боишься?

— Кажется, с момента нашего знакомства ты сделал все возможное, чтобы внушить страх. И это у тебя хорошо получилось, — я старалась говорить спокойно и разумно. — А еще обещал ответить на все вопросы, когда вернемся в замок.

— Верно, — сан Венте обошел мое кресло и встал за спиной. — Верно…

Я ощущала его дыхание и слышала биение сердца, когда он наклонился и шепнул прямо в ухо:

— Раз обещал, то спрашивай.

О чем? Так много вопросов, но почему-то именно сейчас они вылетели из головы.

— Я бы хотела сначала объяснить, — решилась я, переведя дыхание. — Думаю, сейчас это важнее, чем вопросы.

— Объясняй.

— Записка… Я ее, правда, не читала. Не успела.

— Почему?

— Сначала боялась, осторожничала. Хотела глянуть, только когда вернемся домой, но Малышка разглядела ее на дне чемодана и выхватила. Я до последнего не знала, что в ней написано.

— А где ты ее вообще нашла? Лазила по моим вещам?

— Около стола, когда брала для тебя зелья. В королевском замке, помнишь? Она лежала на полу, видимо упала, а я увидела свое имя и…

— И не могла не взять.

— Да, — я нервно хмыкнула. — Тяжело жить в неведении.

Сан Венте уткнулся носом мне в висок и очень тихо спросил:

— Ты сильно меня боишься?

— Достаточно.

— Но при этом все равно вышла замуж…

— Магическая клятва не оставила другого выхода. Брак организовал дядя, меня никто не спрашивал.

— Ах, да, я и забыл, — сказал он, опаляя кожу горячим дыханием и тут же отстранился. — И в замок ты ехала, готовясь стать очередной замученной жертвой? А впрочем, можешь не отвечать, — сан Венте пропустил между пальцев тонкий локон и неожиданно сказал: — Все твои слова про доверие, взаимопонимание и любовь были ложью.

— Что? Нет, при чем тут это?

— И вчера ночью, в доме Ореста, когда я поведал тебе о шрамах, ты лгала, — продолжил он, словно не слышал ничего другого: — Что ты там говорила про мои глаза? Это тоже было ложью?

Я обернулась. Смуглое лицо сан Венте сейчас выглядело странно бледным и бескровным.

— Нет.

— Тогда как ты можешь относиться хорошо к тому, кого боишься? — он дернул одним уголком рта. — Знаешь, как это выглядит со стороны? Девочка выходит замуж за графа. А граф известен, как убийца жен, экая незадача… Но девочка умна и решает приручить супруга. Можно ли ее за это судить? Вряд ли. Девочка осторожничает, но день за днем становится все ближе, стараясь уверить графа в своей преданности. И все бы хорошо, граф даже готов позволить ей это. Вот только девочка нашла записку и уверилась, что она последняя, другой жены уж точно не будет, а значит можно не строить из себя добрую невинную деву, не делать вид, что ей приятны его прикосновения, не морщиться от поцелуев…

— Какая глупая история, — сказала я, стараясь не терять самообладания.

— Глупая, — нехотя согласился граф. — Хотя вчера, я готов был в нее поверить, — он отошел к окну и сел в самое дальнее кресло. — Но потом вспомнил, что ты не умеешь лгать. Ты не маленькая девочка и слишком ценишь правду, чтобы опуститься до притворства.

Я облегченно выдохнула, но тут же вспомнила, что совсем недавно хотела воспользоваться супружеским долгом, дабы привязать к себе мужчину, и покраснела. Эмоции захлестывали, но разум усердно пробивал себе дорогу, сдерживая порывы сердца. Я понимала, что сан Венте в чем-то прав, есть в наших отношениях и моя ошибка. Но что можно ожидать от невесты, отданной на растерзание чудовищу? Я делала то, что считала нужным.

— Извини, — вдруг послышался едва различимый мужской шепот. — Я всегда видел в тебе лишь охотницу за титулом. Другие за меня замуж не выходят.

— Клятва…

— Да-да, магическая клятва дяди, помню, — он потер переносицу. — Милада права, надо было давно тебе все рассказать.

— Надо было, — я осторожно улыбнулась. — А еще пора прекратить меня пугать. Упоминание, что я не последняя невеста было слишком жестоким.

Он вздернул брови и вдруг рассмеялся.

— Подходящих девушек, действительно, было пять. Следующая по списку должна идти Мирия Уилли.

— Ох…

— Но ей всего шесть лет. К тому времени как она войдет в брачный возраст, я стану таким старым, что даже магическая клятва не поможет, — сказал сан Венте. — Ее не было в списке именно поэтому, я не питаюсь маленькими детьми.

— А двадцатилетних, значит, любишь?

— Ты, например, смотришься вполне съедобно.

Я недоверчиво нахмурила брови.

— Идем, — граф протянул руку, помогая встать. — Нас ждут в башне.

***

Я уже ходила этой дорогой.

Третий этаж и дальше по коридору, мимо музыкальной комнаты, вдоль заброшенного кабинета, прямо в небольшую нишу в стене, туда, где спрятана едва заметная дверь. А за ней ступени. Сколько их? Штук двадцать? Тридцать? Пятьдесят? А там, на самом верху, одна из тайн темного замка.

Если прислушаться, даже можно различить голоса: ласковую речь Виталлески и чей-то отчетливый хриплый всхлип.

— Иди за мной, но ни в коем случае, не подходи близко, — велел сан Венте. — В это время месяца она не опасна, но мало ли.

Каждый шаг, что вел к неизвестности, давался с трудом. Мысли метались от образа к образу, не позволяя сосредоточиться на чем-то одном. Я напряженно вцепилась в перила, стараясь держаться строго за спиной супруга.

Лестница оканчивалась узкой дверью. Такие обычно строят в замковых башнях для удобства. Широкие створки слишком массивны и бесполезны, а вот такой небольшой дверной проем идеально подходит для маленького помещения.

В моем родном замке тоже есть башни, отец, когда был жив, держал там голубиную почту, но сан Венте явно нашел им другое применение.

— Милада! — позвал граф, прежде чем открыть дверь. — Все нормально?

— Да, мы готовы. Все хорошо.

Первым вошел сан Венте, на какой-то миг я потерялась за его плечами, но потом разглядела весьма уютную комнату в бежево-лиловых тонах. Большие окна были занавешены тюлем, а на полу, так же как и на широкой кровати, лежали множество подушек. Княгиня Виталлески стояла у стены и держала за руку незнакомую мне женщину. Та смотрела настороженно, но с плохо скрываемым любопытством.

— Все хорошо, — повторила княгиня. — Ночь сегодня была тихая, она спала спокойно и проснулась в прекрасном настроении. Правда, милая?

Женщина кивнула и потянулась к сан Венте.

— Грег, — хрипло шепнула она.

Он подошел и взяв ее руку, поднес к губам.

— Здравствуй, Далила.

В глазах мужчины сквозила забота и сожаление, он спокойно смотрел, как незнакомка прикоснулась к его щеке, чуть-чуть погладила и вдруг чихнула.

— Будь здорова, — тут же ответил он. — Не заболела? Не холодно?

— Нет, даже жарко…

— Это от зелий.

— Они вкусные. Намного вкуснее, чем те, что были раньше. Новый рецепт? — женщина покосилась на меня. — А кого ты привел? Кто это?

— Познакомься, — сан Венте поманил меня, позволяя подойти ближе. — Это Эрина, моя новая супруга. А это Далила Вайон, она живет здесь и никогда не покидает башню.

Я едва нашла в себе силы, чтобы вежливо поздороваться.12727c

Далила Вайон! Графиня номер два, та, что сошла с ума, о боги, но это значит…

— Твоя жена жива, — я изумленно повернулась к Виталлески, словно ища поддержку. — Жива!

— Конечно, жива, — сан Венте отпустил руку женщины и приобняв меня за плечи, притянул ближе. — А теперь идем отсюда, она не всегда может спокойно вынести большое скопление народу.

Он буквально насильно вывел меня из башни и только оказавшись в коридоре, немного расслабился.

— Она жива, я ее не убивал. Но поверь, сумасшествие иногда хуже смерти.

— А брак? — мой мозг старался быстро переработать информацию, подстраиваясь под новые известия. — Как же брак?

— А что брак?

— Развод невозможен!

— Мы не давали друг другу клятв, если ты об этом, — он пожал плечами. — Союз с Далилой всегда был фиктивным.

— Понятно, ты развелся с ней сразу же…

— Нет, — прервал он. — Не надо думать обо мне хуже, чем я есть. Сначала мы развелись, а потом она сошла с ума. Это родовой недуг, она предполагала, что когда-нибудь подобное случится, просто не знала точных сроков.

— Но почему тут? — я обернулась на дверь. Для молодой женщины эта башня стала темницей.

— А куда ей деваться? Снять недуг невозможно, а для поддержания более-менее вменяемого состояния нужны зелья. В лечебницах ей не помогут.

— Отправь домой.

— Эрина, она последняя в роду. О ней некому позаботиться, — сан Венте покачал головой. — Я не ставлю над ней экспериментов и не проклинаю по двадцать раз в месяц, могу поклясться, если ты так волнуешься. Королевские лекари раз в полгода приезжают, чтобы провести обследования и проверить состояние здоровья последней Вайон. У меня она в большей безопасности, чем где-либо еще.

Я обхватила себя руками. Информации оказалось слишком много, что-то не сходилось, какого-то кусочка не хватало, чтобы представить общую картину и это безумно отвлекало.

— А почему к ней запрещено ходить? Ей же скучно в одиночестве, — я пыталась найти объяснение прошедшим событиям.

Сан Венте двумя пальцами взял меня за подбородок и заставил посмотреть в глаза.

— Далила иногда совершенно не помнит себя и того, что делает. Раз в месяц наступает обострение и ее поведение становится ужасным, она может покалечить себя и посторонних, понимаешь? Никогда, ни при каких обстоятельствах не приближайся к башне без меня или Милады. Пообещай! Никогда и ни при каких обстоятельствах! И никакое женское любопытство не будет тебе оправданием.

— Обещаю, — ответила я. — Я не любопытна, просто объясняй смысл запретов, хорошо?

— Договорились.

Он убрал руку и отступил на шаг.

— У меня есть пара неотложных дел, мы не могли бы продолжить беседу позже?

— Конечно, я тоже хотела отдохнуть и все обдумать, — я постаралась улыбнуться, чтобы подчеркнуть благодарность за доверие, но пронзенная внезапной мыслью, замерла: — О боги… Женское любопытство не может служить оправданием… Почему ты так сказал? Почему ты произнес это именно так? Милада сегодня рассказывала о твоих женах и несколько раз упомянула, что Алисия Деграй была не в меру любопытной особой. Она ведь сбросилась отсюда, да? — предчувствуя ответ, торопливо спросила я.

Сан Венте сжал зубы, из-за чего желваки на его щеках нелепо задрожали.

— На этот раз слухи правдивы, — сказал он, после небольшого молчания. — Алисию убили. Далила вытолкнула ее из окна в период безумства, но король личным указом приказал завершить расследование, не позволяя никому узнать правду. Далила ничего не помнит, она не выдержала бы и дня в темнице… Что теперь? Осудишь сумасшедшую?