Глава 11

– Илья Андреевич, ваш кофе, – ставлю перед боссом кружку. – Договор в трёх экземплярах. Рогов приказал, – прерываю поток речи, готовый сорваться с губ босса. – Я лишь исполнитель. Список вопросов, которые необходимо обсудить. До встречи пятьдесят минут.

Вересов молчит, вчитываясь в текст перед собой. Покидаю кабинет, уловив, что сегодня монитор включён и внимание мужчины вновь возвращено мне. Надеюсь, у него появятся ещё проблемы, которые оторвут от лицезрения меня, а лучше сразу много и серьёзных. Видимо, от Инессы он всё же отделался. Так, лёгкий дискомфорт, по мнению босса. Как назло, больше никто не желает с ним связаться, не обрывает рабочий телефон звонками и вопросами. Странно… Неужели Вересов остановился на одной женщине, забросив разгульный образ жизни? На него не похоже. Точно заболел.

Я: Во сколько у тебя встреча?

Kosmos35: В 10. Надеюсь быстро решить вопрос и двигаться дальше.

Я: А если нет?

Kosmos35: В таком случае мне предстоит провести в компании скучных мужчин несколько часов, которые не дают гарантии, что всё закончится сегодня. Хочу завершить подписание, чтобы на выходных быть полностью в твоём распоряжении. Ты не передумала?

Я: А должна? Наоборот, чем ближе выходные, тем больше я горю желанием ускорить время и оказаться рядом с тобой.

Так, стоп, Даша! Не торопись. И вообще, я пока не продумала, что делать, если Космос не оправдает моих ожиданий и придётся спешно покидать свидание. Есть избитый, но вполне действенный способ, когда в оговорённый момент раздаётся звонок, и ты под предлогом «кошка рожает, подруга ногу сломала, затопила соседей снизу» срываешься с места и бросаешь кавалера. Нужно обговорить этот момент с Дианой заранее.

Kosmos35: Честно признаюсь – я волнуюсь.

Я: Почему?

Космос долго печатает, а я начинаю волноваться, что, возможно, не стоило задавать вопрос, но минут через десять приходит ответ:

Kosmos35: Наивно полагать, что мальчики не переживают. В такие моменты мы, возможно, волнуемся даже больше, чем вы. Страх номер один: а вдруг ты не такая, какой я тебя себе представил? Я лично знаю примеры, когда интернет-знакомства закончились созданием семьи. Но они коварны, потому что не передают голоса и подробностей внешности. Страшно, если вдруг окажется, что нам не о чем говорить. В процессе переписки можно подумать, сформулировать ответ, исправить, а личная беседа – это импровизация. Страшно, если я не понравлюсь тебе. Девушки делают выводы сразу на основе того, какие чувства в них вызвал мужчина и вызвал ли вообще. Может, ты немного мне намекнёшь, если я окажусь в твоём вкусе? Или прямо скажешь? Или я многого прошу? И ещё вопрос, стоит ли дарить цветы? И если да, то какие? Спрашиваю заранее, если вдруг у тебя аллергия на пыльцу или ещё что-то в этом роде. Я ведь толком ничего не знаю.

Читаю длинное и подробное сообщение, удивляясь, что мужчина вообще осмелился огласить данные моменты. Но теперь точно знаю, что мы в одинаковом положении, и не только у меня немеют конечности, когда представляю, как появлюсь перед ним. Прокрутила с десяток фраз, которыми возможно начать беседу, потому как я тоже переживаю, что личное общение окажется не таким захватывающим, как переписка. Читаю ещё раз и ещё, обдумывая ответ, когда слышу:

– Дарья Анатольевна, по-моему, вы должны были напомнить о встрече? Или мы поменялись местами и теперь я ваш помощник?

Поднимаю голову, чтобы столкнуться с яростным взглядом Вересова, который стоит передо мной и делает попытки заглянуть в монитор компьютера. Но я вовремя закрываю крышку, лишая его возможности плюнуть в меня очередным выговором, и поднимаюсь.

– Как раз собиралась зайти к вам и сказать, что представители «Агрострой» прибыли, – улыбаюсь самой милой улыбкой из своего арсенала, чем, похоже, раздражаю босса ещё больше.

– Вы со мной, – бросает через плечо, выходя из приёмной.

Успеваю схватить телефон, чтобы на совещании, за спиной Вересова, обдумать и ответить Космосу. Семеню следом и молюсь, чтобы предполагаемые партнёры находились в зале, как я и сказала. И, о счастье, все уже в сборе. Даже Рогов занял своё место, обложившись документами. Проскользнув мимо босса, устраиваюсь в уголке так, чтобы на меня не падал его прямой взгляд.

Мужчины обсуждают вопросы, а я, уткнувшись в телефон, снова и снова перечитываю сообщение Космоса. Нужно его успокоить, дать надежду, что всё пройдёт гладко, но как это сделать, если я сама пребываю на грани истерики, когда представляю момент знакомства? Да и вопрос с цветами остаётся открытым. Какие? Особых предпочтений у меня нет, а красные розы слишком избито.

– Дарья! – Босс рявкает настолько громко и неожиданно, что телефон выскальзывает из рук и оказывается на полу.

– Да, Илья Андреевич.

– Я оставил телефон в кабинете. Принесите. Пожалуйста, – цедит сквозь зубы, а по глазам понимаю, что он прямо сейчас готов казнить меня. Вероятно, я вновь услышала его не с первого раза.

– Одну минуту.

Подхватываю с пола свой и спешу покинуть зал для переговоров, чтобы не приводить в ярость Вересова. Оказавшись за дверью, набираю сообщение.

Я: Мы с тобой в одинаковом положении. Я испытываю страх по тем же причинам.

Забегаю в кабинет и под бумагами нахожу телефон босса. И, пока имеется минута, продолжаю писать.

Я: Цветы на твоё усмотрение.

Отправляю, и телефон Вересова у меня в ладони издаёт вибросигнал, а на экране всплывает уведомление, в котором высвечивается… моё сообщение… То самое, которое я только что отправила. Нет и нет, невозможно. Мне показалось… Экран гаснет, а я так и стою, гипнотизируя смартфон босса.

Показалось. Показалось. Показалось. Повторяю, словно мантру заветное слово в надежде, что это обман зрения. Но всё же решаю удостовериться.

Я: А вообще не нужно цветов. Я расскажу тебе о своих предпочтениях лично.

Словно перед прыжком с парашюта, делаю глубокий вдох и нажимаю «отправить». Не спускаю глаз с телефона Ильи Андреевича, а когда оповещает о сообщении и на экране высвечивает текст того, что я написала пять секунд назад, ноги подкашиваются, и я оседаю в кресло босса.

– Нет, пожалуйста, нет… – вою, закрыв лицо ладонями и не желая принимать случившееся. – Только не это. Не со мной. Ну пожалуйста… Такого просто не может быть. Не может… – шепчу, сжимая оба телефона в ладони.

– Дашка! – Женский голос вырывает из вакуума. – Там Вересов в ярости. Он за телефоном тебя послал, а ты… Даш, – Настя опускается передо мной на корточки и заглядывает в лицо, вероятно, увидев нечто тревожное, – тебе плохо? Что с тобой?

– Плохо, да… Голова закружилась, и я вот… – подбираю слова, чтобы оправдаться, но вылетает нечто хаотичное.

– Пойдём. – Юдина поддерживает меня под локоть и помогает дойти до своего рабочего места. С осторожностью и заботой усаживает. – Телефон сама ему отнесу. Чем тебе помочь?

– Нормально. Я сейчас отойду.

– Посиди здесь. Я побежала, а то всем достанется.

Сил хватает только на кивок, а затем Настя покидает приёмную, оставив меня наедине с уничтожающими мыслями.

Вересов – это Космос. Космос – это Вересов. Повторяю снова и снова, чтобы уложить в сознании случившийся и подтверждённый факт. Не укладывается. Не желает образ идеального сетевого мужчины сращиваться с боссом. Для меня – это два человека из разных миров, у которых нет точек соприкосновения.

– Дарья Анатольевна, вы хоть одно поручение можете выполнить без моего напо…

Поднимаю голову, чтобы встретиться с изумлённым лицом босса. Не могу предположить, насколько ужасно сейчас то, что он видит, но в мужском взгляде читается тревога – неподдельная и искренняя. А я смотрю на него и представляю, что через три дня была бы в ещё большем шоке, увидев перед собой Вересова. От осознания данного факта начинает подташнивать.

– Может, скорую вызвать? – Он приближается, а я хочу сбежать, увеличить дистанцию, чтобы не видеть его лицо.

– Не надо. Уже лучше. Голова кружится и немного тошнит, – выдавливаю с трудом каждое слово и отворачиваюсь не в силах смотреть.

– Дарья, вы не беременны?

Да ему нужно вручить приз за оригинальность! То есть просто так девушке плохо быть не может.

– У меня даже парня нет… – вырывается неосознанно, как, мне кажется, вполне логичное объяснение.

– Для наступления беременности не обязательно наличие парня. Достаточно одного незащищённого полового акта с мужчиной.

– Я не беременна, – говорю более уверенно. – Просто нехорошо себя чувствую.

– Если желаете, можете уйти прямо сейчас домой.

– Желаю. Спасибо.

Подробности неслыханной щедрости босса меня не интересуют. Быстро скидываю в сумку вещи, натягиваю пальто и спешу покинуть приёмную, в которой становится душно и неприятно от присутствия Вересова. Бежать куда угодно, только подальше от него.

Понимаю, что хочу как можно быстрее оказаться в квартире подальше от посторонних глаз. Поэтому вызываю такси, которое приезжает через две минуты. Вероятно, я действительно плохо выгляжу, потому как водитель бросает озадаченные взгляды в зеркало заднего вида. А я с трудом сдерживаюсь, потому что меня распирает от злости и негодования, разочарования и обвинений самой себя, что, кажется, вот-вот лопну и сорвусь в бесконечную истерику. Сдерживаемые слёзы душат, а вязкий ком в горле не позволяет свободно вздохнуть. И кажется, что проходит вечность, пока такси не останавливается у моего подъезда. Спешу к лифту, а как только за спиной закрывается дверь квартиры, отпускаю себя.

Едва передвигая ноги, скидываю на пол пальто и пиджак, а оказавшись в комнате, просто сползаю по стене и даю волю слезам.

Прокручиваю в памяти момент, когда увидела на экране телефона Вересова своё сообщение, и не могу поверить в такие совпадения. Словно в насмешку, тот, к кому потянулась душа и сердце, оказался ненавистным человеком, уничтожающим меня как сотрудника последние четыре месяца.

Так не бывает! Как это назвать: злой рок, стечение обстоятельств, насмешка судьбы? Любое из этих определений будет неполным в отношении босса. Точно, босса…

Шарю по карманам пальто, нахожу телефон и открываю чат, где висит непрочитанное сообщение.

Kosmos35: Понял. Никаких цветов! Но если имеются пожелания, прошу высказать. И мы не определились со временем. Во сколько?

Читаю и чувствую, что меня снова подташнивает. Листаю вверх, вожу по экрану дрожащими пальцами в поисках нужного.

«Сегодня я понял, что мой помощник: 1. Неадекватна; 2. Имеет проблемы со здоровьем. До сих пор не понимаю, как такая безалаберная особа до сих пор у нас работает?»

Это тот самый момент, когда Вересов опустил меня в глазах представителей «Агрострой», сделав акцент на моей глухоте, которой я не страдаю. И сам же затем в лице Космоса советовал объясниться с начальством. Какая ирония…

«Она настолько глупа, что вряд ли вообще поймёт, чего я от неё хочу. Она элементарные просьбы не в состоянии исполнить как полагается, а о более трудных задачах и говорить не стоит. Сегодня решил, что переведу в другой отдел, а затем тихо уволю, чтобы она не занимала место настоящего специалиста».

Всё это время он делал всё, чтобы избавиться от меня, но босса больше бы порадовало моё заявление по собственному.

«Не понимает намёков, не реагирует на замечания. Её внимание сосредоточено на экране телефоне, и думаю, это максимум, на что она способна. Сегодня с трудом вытерпел её присутствие на переговорах, которые она провела… Догадайся как? В телефоне. Откликнулась не с первого раза»

«Помощницу мою бы оторвать от телефона. Но я этот вопрос решил. Теперь, уверен, она уделит больше времени своим прямым обязанностям».

И теперь-то мне понятно, как он решил данный вопрос – установил камеру. Очень просто заставить чувствовать человека себя неуютно, лишив привычных условий и обозначив новые правила. Вересов однозначно был разочарован, когда я не хлопнула дверью в тот же день.

«Не мой типаж и фактура, к тому же я предпочитаю общаться с умными и интересными женщинами, а девушка, которая находится в приёмной, не отвечает ни одному из этих требований».

Даже при условии, что встреча состоялась, Вересов окинул бы меня презрительным взглядом, перед носом развернулся и тут же уволил. Не отходя от дверей ресторана «Харвест». Или как там называется прекрасное место, которое он забронировал на субботу…

Снова и снова перечитываю сообщения, давлюсь слезами и сожалением. Почему он? Почему из четырёх миллиардов мужчин на этой планете мой Космос оказался Вересовым? Не каким-нибудь Игорем, Глебом или Валерием, а Ильёй Андреевичем Вересовым, по совместительству моим боссом и человеком, которого последние четыре месяца я мечтала придушить по несколько раз в день?

Телефон оповещает о сообщениях, вибрируя каждую пару минут, но я не уделяю ему внимания, сосредоточившись на несуществующей точке на стене. Мысли носятся адским потоком, не желая успокаиваться, а я задаю себе вопрос: как отказаться от того, кого с таким упоением придумала?