Глава 22

Даша

Открываю глаза и сразу ощущаю нечто тяжёлое в области живота, а опустив голову, наблюдаю мужскую руку. Медленно поворачиваюсь и смотрю на босса, который мирно посапывает рядом. Улыбнувшись сама себе, освобождаюсь из ловушки и сползаю с кровати, чтобы не разбудить мужчину.

Он голый, как и я, а его сексуальная задница приковывает мой взгляд, не позволяя двинуться с места. Но Вересов переворачивается во сне, а я выхожу из комнаты, чтобы укрыться в ванной.

Из отражения на меня смотрит растрёпанная и до сумасшествия счастливая женщина, которая вчера стонала от ласк, не стесняясь собственных криков. И это была другая Даша: раскрепощённая, желанная, знающая, чего хочет. Вересов странно на меня действует, заставляя открываться перед ним.

После поцелуя в антракте поняла, что закрыться в своей комнате и отделаться от мужчины не получится, потому что промелькнувшее в притягивающей зелени обжигало и многообещающе завлекало. Я проиграла ещё в тот момент, когда он привёл меня в оперу, уже планируя завершение вечера сексом.

В какой-то миг я почти расплылась от осознания, что босс, съедающий меня последние месяцы, неожиданно увидел во мне не только женщину, но и сделал объектом своих желаний. Что послужило толчком к возникновению симпатии? Момент, когда мы играли в пациента и врача? Или же моя забота перемкнула Илью Андреевича? Наверное, теперь его можно называть просто Илья. Или нет?

Я сопротивлялась, брыкалась и останавливала его, пока не услышала: «Для тебя всё что угодно. Только для тебя». Босс говорил так искренне и открыто, что я едва сдержала накатившие слёзы. От его слов по спине рванули мурашки, а в области живота разлилось нечто тёплое и щемящее, заставившее дать немое согласие на каждый поцелуй, который он оставил на моих губах.

А всё, что произошло дальше, больше походило на фильм, который я просматривала, как зритель, не имеющий отношения к его созданию. Но это было со мной. Всё, что он делал, говорил и позволил почувствовать. Засыпала в крепких объятиях, и казалось, что счастливее никогда не была.

А сейчас совершаю уже десятую попытку выйти из ванной, но нечто незримое останавливает, не позволяя открыть дверь. Прижимаюсь лбом к стене и, прикрыв глаза, часто дышу, не понимая, что сказать боссу после ночи в стонах и ритмичных толчках. Моё длительное пребывание здесь становится подозрительным и даже настораживающим, поэтому, приоткрыв дверь, сначала осматриваю пустой коридор, а затем мягко ступаю по паркету, предварительно завернувшись в полотенце, чтобы не предстать перед мужчиной голой.

«Вчера бы так стеснялась, Даша», – ругаю саму себя и заглядываю в спальню. Ильи нет, и лишь смятая постель напоминает, что мы провели ночь вместе. В гостиной тоже тишина, и я решаю, что босс в душе, когда сзади меня обнимают горячие руки, а я дёргаюсь то ли от испуга, то ли от растерянности в сторону. Движение получается резким, отшатываюсь, теряю ориентацию, босые ноги скользят по покрытию, и я лечу вперёд, выставляя руки. Глухой звук оповещает, что падение состоялось, но, к моему удивлению, я лежу на чём-то мягком и горячем, и вдобавок смеющемся. Открываю один глаз, затем второй, понимая, что я распласталась на боссе.

– Даш, ты так себе что-нибудь сломаешь!

– Я… не ожидала… – вновь позорно оправдываюсь, словно стыдливых эпизодов на форуме было недостаточно, и я должна быть максимально унижена в глазах Вересова.

– Не ожидала? – Его смех разносится по квартире. – То есть тот факт, что мы здесь вдвоём, в расчёт не принимала?

– Принимала, но…

Не могу объяснить даже самой себе, по какой причине каждый раз шарахаюсь в сторону, но стоит заглянуть в глаза боссу, как передо мной проносятся откровенно-горячие картинки прошедшей ночи, и я краснею, стыдливо опустив взгляд. Делаю попытку подняться, но Илья садится, заключив в объятия, и встаёт, удерживая меня на руках. Плюхается на диван, а я, оказавшись у него на коленях, вырываюсь. Но мужчина сдаваться не собирается, поэтому прижимает так крепко, что слышу, как хрустят косточки.

– Ну, что случилось? – оглаживает скулы пальцами. – Ты долго была в ванной. Всё хорошо?

– Да. Только…

– Что? – разворачивает моё лицо к себе. – Я вчера перестарался? Возможно, оставил пару отметин на твоём теле. Не контролировал себя.

– Не в этом дело, – смущаюсь под изучающим взглядом босса. – Откуда ты узнал, что мне нравится опера? – спрашиваю и замираю, ожидая очевидного ответа – он в курсе, кто я.

– Когда-то услышал, как ты рассказываешь коллегам о своих интересах.

И вроде говорит правдиво, вот только я не помню, что делилась данного рода информацией с кем-то, кроме Дианы.

– А почему изводил меня все эти месяцы? – Его ответ важен, и, возможно, именно он определит, как будут развиваться наши отношения.

Вересов отводит взгляд, словно настраиваясь произнести что-то неприятное. Пауза затягивается, и я решаю, что ответа не последует.

– Когда Крымов объявил, что именно ты заменишь Липину, я даже обрадовался. Ответственная и спокойная Даша Ларина мне импонировала и вызывала интерес, не скрою. Но спустя несколько дней я случайно, – делает упор на последнее слово, – стал свидетелем, как женская часть коллектива делилась мнением о боссе. Девочки предостерегали тебя от необдуманных поступков, на что ты ответила: «В случае Ильи Андреевича длина моей юбки должна быть прямо пропорциональна его желанию залезть под эту самую юбку своими сальными ручонками, которые побывали между ног каждой третьей женщины Питера».

– Я такого не помню… – силюсь выудить воспоминания, когда и кому были сказаны эти слова, и ничего не выходит – пустота. – Клянусь, не помню! Нет, не утверждаю, что не говорила, но…

– Это уже не имеет значения, – дышит мне в губы. – Будем считать, что сегодня ночью мы начали наши отношения заново, словно не было босса, изводившего тебя, и помощницы, которая ненавидит кофемашину.

– Я и правда её ненавижу. А при слове «кофе» меня начинает трясти.

– Это я понял практически сразу.

– Специально требовал, да? Ещё и правило это свободное место в кружке. – Сразу всплывает момент, когда я отхлебнула напиток, чтобы проучить его.

– Забудь. Неважно это теперь. Совсем.

Вересов близко, ладони покоятся на моей талии, а нас разделяют лишь полотенце и его спортивные штаны. Мои пальцы дрожат у него на плечах, выдавая трепет, который я испытываю рядом с ним. Обхватываю его за шею, запуская пальцы в жёсткий ёжик. Сдавливает, прижимая и оглаживая мою спину.

Смотрим друг на друга. Сердцебиение ускоряется, и вот уже удары распирают грудную клетку. Машинально облизываю ставшие вмиг сухими губы, чем привлекаю внимание босса. Он тут же кладёт ладонь на мой затылок и лишает возможности сбежать.

Целую его в висок, перехожу на глаза, которые он тут же закрывает, а дальше покрываю поцелуями лицо, спускаясь на шею. Не знаю, что мною движет, но внутренняя дрожь подсказывает, что сейчас именно так правильно. Странная смесь из напряжения и сексуального желания не позволяет остановиться.

Целует в ответ, найдя мои губы и мягко касаясь, прикусывая попеременно то верхнюю, то нижнюю, запуская ток, пронизывающий и вызывающий желание внизу живота. Влечение, искрящееся между нами, заставляет почти срастись с Ильёй, прижавшись к его груди. Сейчас всё по-другому: более осознанно, трезво, эмоционально-остро. Отрываемся на несколько секунд друг от друга, позволяя получить порцию кислорода, и вновь сминаем губы, разжигая тела.

Уверенно орудует языком у меня во рту, захватывая мой и посасывая. Ладони Вересова повсюду. Пропустила момент, когда полотенце сползло, обнажив перед ним, и руки гуляют по моему телу, стискивая в крепкой ласке. Сжимает мои ягодицы, скользнув одной рукой между ног. Первое прикосновение – и я охаю, выгибаюсь на нём, требую продолжить без слов. Он всё понимает, поэтому пальцы кружат на клиторе, нажимая и обводя по кругу, затем вновь надавливая, отчего в районе поясницы растекаются множественные разряды, заполняющие тело.

Забываюсь, плыву навстречу движениям его пальцев, не думая, как выгляжу. В погоне за удовольствием все средства хороши, а его волшебные пальцы и вчера довели меня исступления. Как он это делает? Распаляет, запускает по венам огонь и заставляет проваливаться в забытьи.

Останавливается, и мне приходится открыть глаза, чтобы попасть в зелёное марево, затянутое поволокой. Мы в одинаковом положении: возбуждённые и не контролирующие себя, но стремящиеся почувствовать друг друга.

– Как вчера не будет. Едва сдержался.

Вересов немного меня сдвигает, приподнимается и стягивает штаны. Член подскакивает, и я мгновенно обхватываю его, ощущая мягкую, бархатную кожу. Несколько движений, чтобы дыхание босса участилось, а сам он начал хрипеть. Внутри горит потребность ощутить его, принять целиком.

Илья дёргает меня на себя и рывком насаживает на член, заполняя полностью. Невероятное чувство вспыхивает и разносится по венам, когда большой и твёрдый член во мне дёргается от нетерпения.  Раскачиваюсь и двигаюсь, вцепившись в его плечи. Задаю темп, но Илья начинает управлять процессом, вдалбливаясь снизу. Ускоряется, подкидывая на себе, и замедляется, позволяя ощутить каждой клеточкой тела биение сердца, дыхание, запах.

Изнутри распирает от чего-то тяжёлого, накатывающего и раскалённого, слово вот-вот взорвусь. Чувствую его в себе, хочу, чтобы это не заканчивалось. Вересов тянется к моим губам, прикусывает шею, исследует ладонями моё тело, оставляя отметины, словно подтверждение, что это его территория и я принадлежу лишь ему.

Скачу быстрее, задаю какой-то запредельный темп, который мужчина сразу же подхватывает, насаживая меня на себя и контролируя движениями. Я подобна марионетке, а босс дёргает за верёвочки, управляя моим телом. Низ живота охватывает огнём, и я чувствую приближающийся оргазм, подступающий тяжёлыми волнами.

– Ты первая, – хрипит босс и опускает пальцы на клитор, двигая ими в такт с членом и ускоряя мой финал.

Прикосновение – и между нами искрит, пылает, и я кончаю, сжимая член и продолжая двигаться, чтобы пульсация не останавливалась. Продолжающиеся фрикции размазывают меня, делая невесомой и невероятно лёгкой, плохо соображающей. Пара жёстких выпадов – и босс выходит, кончая на живот и уткнувшись в мою грудь, чтобы заглушить стон удовольствия. Обнимаю его и бьюсь в лихорадке, чувствуя, как тёплая влага стекает по коже, задерживаясь между ног.

Сидим обнявшись, восстанавливая дыхание. Трусь о его щёку, собирая уколы щетины. Так хорошо, что хочется мурчать и улыбаться, оставшись в его объятиях. Не знаю, что будет завтра и потом, но в данный момент внутри разливается щемящее тепло.

Недомолвки, придирки и поведение Вересова растворяются, заменяясь чем-то бо́льшим, новым и имеющим право на будущее. Ещё пару недель назад не могла предположить, что буду вжиматься в его тело, целовать и вздрагивать от касаний влажных ладоней.

– Мне очень, очень, очень нравится Даша, которую я видел десять минут назад. – В зелёных глазах вспыхивают шальные искорки.

– А мне Илья Андреевич, который не требует кофе и не ставит меня в неловкое положение каждый раз, когда появляется в приёмной.

– Мир? – Босс оттопыривает мизинец и приглашает скрепить договор, как делают дети после ссоры.

– Мир, – соглашаюсь, сцепив пальцы, и встаю, чтобы отправиться в душ.

Жду, когда Илья избавится от штанов, которые не желают двигаться дальше колен. Иду по коридору, когда он меня подхватывает и закидывает на плечо.

– Отпусти! – дёргаю ногами. – Сейчас весь измажешься.

– Своё не пахнет, – уверенно произносит мужчина и уже через пару минут заталкивает меня в душевую кабинку.

Дурачимся в душе, где я с интересом изучаю сильное и сексуальное тело Ильи, который позволяет намылить его гелем и подставляет выпирающие части, способные меня заинтриговать. Он такой красивый, что у меня дух захватывает и не хватит слов, чтобы выразить восхищение. И всё же глубоко внутри периодически всплывает желание прояснить: девушка, которой он открывался на протяжении двух месяцев, так просто ушла из его мыслей или же он нашёл ей замену в моём лице? А возможно, что Вересов изначально не был настроен серьёзно, легкомысленно воспринимая интернет-знакомство как развлечение и нечто новое для себя. Узнать мне не суждено, потому что я не собираюсь открывать ему правду. Пусть lada51 останется на просторах интернета удалённой страницей. Мы же сейчас здесь, и оба реальны. Этого достаточно.

Звонок домофона оповещает о посетителе, и Илья возвращается с пакетом из ресторана. Мне опять достаются блюдо с рыбой и грейпфрутовый сок.

– Откуда ты знаешь, что мне нравятся морепродукты и этот сок? – спрашиваю, устроившись рядом и закинув на него ногу, которую он поглаживает и щекочет ступни.

– Не знаю. Мама всегда говорит, что девочки любят лёгкую еду, а этот сок мне и самому нравится, – вытаскивает из пакета второй стакан и позволяет мне отпить, чтобы убедиться – грейпфрутовый.

Паника отступает, потому что в последние дни слишком много моментов, которые могу свидетельствовать, что Вересов обо всём знает, но ответы правдивы и не вызывают сомнений.

– Во сколько у нас самолёт?

– В восемь. Ты же сам просил на вечер.

– Просил. И хотел сказать, что, как только вернёмся, ты переедешь ко мне.

Замираю в неоконченном движении с вилкой в руке, потому что такого поворота событий точно не ожидала.

– Нет, – качаю головой, выражая несогласие. – Слишком быстро. Для тебя. Для меня. Для нас обоих.

Вересов хмурится, сводя брови к переносице, недовольный ответом.

– По-моему, всё логично.

– Ты всем девушкам предлагал переехать к тебе, проведя одну ночь вместе? – Вопрос ему не нравится, но сглаживать углы, томясь в сомнениях, я не стану.

– Ты первая, – отвечает уверенно. – Даш, – берёт мою ладонь, поднося к губам, – я понимаю твои опасения. Честно. Ты четыре месяца отвечала на звонки незнакомых и всегда разных особ, думая, какой я мудак. Скажу сразу: это не означает, что я спал с ними со всеми, понимаешь? Бо́льшая часть из них как Инесса. Познакомился, угостил, провёл время, и вот уже девушка уверена, что обязательно будет продолжение. Меня многие знают, да и информацию в интернете добыть просто, если знаешь фамилию. Но чего я точно никогда не делал – не изменял, если состоял в отношениях.

– И много было отношений?

– Самые длительные с Эммой. Её отец – друг семьи и однокурсник моего отца. Когда-то давно они мечтали, что дети вырастут, свяжут свою судьбу и бизнес.

– Что произошло? – интересуюсь с опаской, предвкушая драматическую историю.

– Ничего особенного. Мы были знакомы с детства, потом разбежались в разные стороны, а несколько лет назад встретились. Завязались отношения, которые продлились год, а потом оба поняли, что нам не по пути. Разные во всём, кардинально. Сейчас Эмма курирует предприятия отца в Якутии, замужем, ждёт второго ребёнка. Мы расстались не врагами. Я тебе это рассказываю, чтобы ты понимала: тени моих бывших не будут преследовать тебя.

– Спасибо, что поделился, – оставляю поцелуй на небритой щеке.

– А как насчёт твоих теней?

– У меня их нет. Было нечто походящее на серьёзное, но не срослось. А потом зарегистрировалась на сайте знакомств, общалась кое с кем, даже встретилась, но ничего серьёзного не вышло, – и сейчас наблюдаю за его реакцией, ожидая осуждения, но Илья меня удивляет:

– Я тоже там был. И даже какое-то время общался с девушкой.

Дыхание сбивается, а звуки покидают комнату, оставляя противный писк. Если он сейчас скажет, что в курсе всего, значит, его порывы возникли по вполне логическим причинам.

– И?

– Ничего. Она пропала из сети и удалила страницу. Всё. Конец, – разводит руками, показывая, что смирился с положением дел и Ладу искать не собирается.

Ликую, и в то же время грустно, что я так и не смогла оставить след в его жизни. Люди, уверяющие, что отношения, завязавшиеся в сети, способны выйти в реальность, откровенно лгут – так не бывает. Но у Влада Вересова получилось же? Их отношения с Оксаной спокойные и гармоничные, насколько я могла заметить.

– Спрошу снова: переедешь ко мне? – Илья очерчивает моё лицо пальцем, удерживая взгляд и не позволяя придумать причину.

– Нет. Я объясню, – пресекаю попытку спора. – Для меня это важный шаг. И прежде чем его сделать, я хочу узнать тебя. Другого Илью Вересова. Хочу понимать, кто ты за пределами офиса. Чем интересуешься, что предпочитаешь и как живёшь, когда приходишь домой после непростого рабочего дня. Каков ты в гневе, без настроения и когда раздавлен. Всё это необходимо знать, прежде чем приступить к строительству чего-то совместного. К тому же ещё месяц я твоя помощница, и мне не нужны разговоры по углам, что я по закону жанра легла под своего босса. – Последняя мысль не давала покоя, но сформировалась в нечто понятное лишь сейчас. Меньше всего я хочу встать костью поперёк горла женской половины коллектива, который часто смакует подробности личной жизни Вересова, но при этом тайно капает на него слюной. – Ты понимаешь, о чём я?

– Вполне. – На удивление Илья соглашается, не настаивая на согласии. – Сколько времени тебе потребуется?

Мужчины… Точность – наше всё, и Вересов не исключение.

– Думаю, мы оба поймём, когда будем готовы.

– Ты доела? – осматривает мою тарелку.

– Да.

– Значит, идём, – поднимается и тянет меня за руку.

– Куда?

– Я же должен что-то предпринять, чтобы ты приняла решение быстрее. И делать я это буду в спальне.

Срывает с меня полотенце, а я уворачиваюсь и, взвизгнув, бегу по коридору, пока сильные руки не подхватывают, чтобы утащить в обжигающее наслаждение.