Глава 16

Кофе тек по пищеводу горячей рекой. Организм прогонял остатки вялости и усталости. Два съеденных печенья, почти полноценный завтрак, несомненно, помогут продержаться до возвращения домой. А там можно будет что-нибудь приготовить. На крайний случай сойдет позавчерашний хлеб с водой.

Марина слабо понимала, почему вдруг решила не отмалчиваться, а сказать правду. Ее слова, похоже, изумили работодателя, причем изумили до чрезвычайно редкого, практически небывалого, в голосе сарказма. Бездушная машина проявила эмоции, пусти и, с точки зрения Марины, негативные.

— На первом этаже кухня, ванная, туалет, бассейн, пара больших комнат, типа гостиных, библиотека и мой кабинет. В последние два помещения заходить с уборкой не нужно. Сам бассейн чистить — тоже. Остальное в вашем распоряжении. Закончите — зайдете в кабинет, он в конце коридора, я решу, что делать дальше. Продуктов на столе бояться не нужно.

Выдав указания, работодатель, переваливаясь, вышел из комнаты. «Как медведь», — подумала Марина, провожая его взглядом. Небольшой, но опасный медведь. Правда, сейчас он сыт, а потому не тронет. «Продуктов на столе бояться не нужно», — намек был ясным. Марине показалось, что работодатель был оскорблен, когда заявлял: «Я не настолько беден, что бы не накормить вас». Хотя меньшее, что она хотела, — это оскорбить самого Леонарда Крамова. Впрочем, ее желания с его совпадали мало.

Марина сдержала вздох, все же прожевала третье печенье из вазочки и, переодевшись в джинсы и топ, принялась за работу. Дом практически сиял чистотой, так что много времени тратить не пришлось, так, смахнуть пыль, протереть некоторые поверхности. Марина вспомнила шутку о том, что многие клиенты убирают дом перед вызовом работников клининговой компании. Здесь, похоже, была та же ситуация: кто-то тщательно все убрал перед появлением Марины, и ее подобная ситуация настораживала. Если бы рядом находился не привычный карлик Крамов, никогда не смотревший в ее сторону, Марина подумала бы, что ее привезли сюда, что бы уложить в постель. Никакого другого вывода она не видела. Этот дом, пустой, ещё недели три-четыре мог спокойно протянуть без уборки.

Закончив убирать указанные помещения, Марина отправилась в кабинет — за новыми ценными указаниями.

Сплит-система позволяла освежить помещение, давая возможность дышать полной грудью и не зависеть от жаркой погоды за окном. Лео вдумчиво читал один и тот же документ уже в четвертый раз. Не обладая юридическими знаниями, он предпочитал сначала вникнуть в написанное сам и только потом передавать данные юристам. В принципе, практически все уже было понятно. Осталась всего пара вопросов, но и их можно легко уточнить в интернете хоть сейчас. Довольный проделанной работой, Лео откинулся на высокую кожаную спинку кресла. День определенно удался. И впереди ещё три-четыре часа покоя и тишины. Двое в доме. Один работает, другая убирает. Практически семейная идиллия. Лео порадовался, что Сергей не знает о его мыслях. Вот уж кто поднял бы его на смех. Впрочем, красивому брату было не понять брата уродливого…

Тишину дома внезапно разрезал крик. Лео подскочил в кресле. Здесь было абсолютно безопасно. Он сам все проверил, прежде чем везти сюда уборщицу. И все же…

Додумывал Лео, уже открывая дверь.

Уборщица пыталась встать с пола, держась за стену и странно отставив левую ногу.

— Простите, Леонард Михайлович…

Лео подавил желание грязно выругаться в ее присутствии. Безмозглая клуша: явно повредила ногу, но при этом сама же и извиняется.

— Что с ногой?

— Не знаю… Я…

Равновесие удержать не удалось, и уборщица повторно очутилась на полу.

Лео все же выругался, правда, пока только лишь про себя.

— Оставайтесь на месте и дайте мне осмотреть вашу лодыжку.

Уборщица послушно замерла, как кролик перед удавом.

Лео отогнал от себя глупое сравнение.

Лодыжка оказалась вывернутой. Познания Лео в медицине заканчивались курсами скорой помощи, которые они с Сергеем периодически посещали, обычно раз в год. Вправить лодыжку оказалось не так трудно. Тугая повязка, наложенная под штаниной, подсказала, что пора возвращаться.

— Отомрите, — саркастически заметил Лео: за все время проведения «спасательных операций» уборщица не шевелилась, лишь слабо вскрикнула, когда он вправлял ногу. — Как вы умудрились тут упасть?

— Поскользнулась, Леонард Михайлович, — привычный румянец окрасил щеки уборщицы.

Лео подумал, что скоро возненавидит свои имя и отчество, настолько сухо и официально они звучали из ее уст.

— Вставайте. В кабинете есть диван. Посидите там, пока я подготовлюсь к отъезду.