Глава 22

Ливения Хлёст

— Лив, ну что ты как побитый щенок, я не сержусь. — Вил подсел ко мне.

— А за что ты хотел на меня сердиться? — удивилась я.

Даже глаза на него вскинула.

— За сломанный нос, конечно.

— Это случайность!

— Я так испугался, — вдруг сказал он не в тему, и я повторно вздрогнула. — Думал, что уже не успею! Если бы не тот обряд, наверное и не успел бы. Как ты вовремя его провела. Как чувствовала, что понадобится.

— Если ты думаешь, Вил, что я знала, что меня похитят демоновы ловцы, то ты сильно ошибаешься. И я не буду извиняться за то, в чём не…

Договорить не успела. Ладони напарника вдруг обхватили моё лицо, и губы прижались к моим.

Н-да. Не многовато ли потрясений за один день?

Вил целовал меня так, будто наконец-то дорвался и не мог остановиться. Не скажу, что мне не нравилось, и в какой-то момент мы обо всём забыли и вымещали свои страхи, нервозность и недосказанность в виде сногсшибательного поцелуя.

И надо было такому случиться, что в конце, когда мне уже стало не хватать воздуха, этот дурной вампир укусил меня за губу. Я даже не сразу сообразила, когда солоноватый привкус наполнил рот.

— Прости, не сдержался. Ты такая вкусная. — Он слизал кровь с моей губы. — И такой привкус необычный, даже не знаю, что это. Не распробовал.

Вот тут-то с меня дурман любовный и спал.

Я подхватилась с кровати и побежала к двери. Потом, не зная, что делать, вернулась к Вилу и стала его трясти, а он принялся кашлять.

Всё! Яд распространяется по организму.

Опять выскочила в коридор и побежала, открывая все двери, ища целителя. В одной палате мне повезло.

— Быстрее, там мой напарник умирает! — Я тащила ничего не понимающего мужчину за руку в мою палату, где он увидел кашляющего и краснеющего Вила.

— Что с ним? — Мужчина обернулся ко мне.

Но я не знала, как объяснить, чтобы не выдать себя.

— Спасите его!

— Да, спасите меня от неё, — прохрипел напарник и опять зашёлся в кашле.

— Но что с ним? — Целитель водил рукой.

Он ничего не находил, судя по его виду, и от этого хмурился.

— Он отравился!

Мои слова вызвали новые булькающие звуки от напарника.

— Чем? Я не чувствую никакого яда.

— Мной! Я ядовитая.

— Ой, брось, Лив, не так ты и плоха, — наконец промямлил Вил и откинулся на постель, слегка откашливаясь, но сотрясаясь.

— У тебя судороги? — Я, не помня себя, подбежала к нему и стала ощупывать, сама не знаю зачем, ведь целительского дара у меня не было.

— Ой, прекрати. — Напарник стал выгибаться напарник. — Ты меня доконаешь! Мне же щекотно, а я ещё не дооткашлялся.

— Щекотно⁈ — не поняла я. — Тебе щекотно?

— Милая леди, я думаю, это оттого, что вы его щекочете, — улыбнулся целитель. — Он абсолютно здоров.

— Но как же так? — не поняла я.

— Родился я здоровеньким, иммунитет отличный. — Вил приподнялся над кроватью. — Спасибо вам, целитель, я не успел её остановить, вот она и бросилась меня спасать спросонья. Не разобралась, где сон и явь.

— Молодёжь, — покачал целитель головой и удалился.

— Я думала, ты умираешь. — Я осела без сил на пол.

Слёзы полились ручьём.

А я-то думала, что у меня обезвоживание.

— Умрёшь у меня на руках.

Вил уже не улыбался и, спрыгнув с кровати, сел рядом, перетянув меня на колени.

— Да с чего ты вообще это взяла?

— Я же дриада ночи, а тут столько спала. Ты сказал, что у меня привкус в крови. Я думала, во время сна выделила яд в кровь, как защитный механизм, а ты возьми и укуси меня, — бормотала я.

— Да? А ты мне не говорила. — Напарник наморщил лоб.

— Так я никому не говорю, а то народ потом к нам приближаться боится! — возмутилась я. — Будто по всем землям валяются трупы убитых дриадами, да мы мирные и добрые!

— Ни капли в этом не сомневаюсь, так что давай-ка ты успокаивайся, а то мне по шее сейчас ещё и твоя целительница надаёт. Оставила посидеть с тобой, а я довёл тебя до истерики. Никто тебя не обвиняет вообще ни в чём. Я жив и здоров.

— Подожди, но почему ты так страшно хрипел?

— Думал, ты ругаться будешь, что укусил, а ты давай трясти, я просто подавился! А потом и смеяться стал, когда ты мужика притащила. Я дурак, что с меня взять. — Он осторожно взял меня за руку.

— Святые деревья, ты меня чуть до сердечного приступа не довёл своими хрипами! — возмутилась я. — Хотел, чтобы я никому не рассказала, что полез целоваться?

— Не выдумывай, всё было не так плохо, чтобы после свидетелей убирать.

— А чего ты вообще вдруг… — Я сделала неопределённый жест рукой.

Вил на меня так пристально посмотрел, что я смутилась. Будто в душу смотрит, аж мурашки по телу.

— Какая ты непонятливая, — вздохнул Вил и придвинул меня ближе. — Мне кажется, что я и так как открытая книга, всё стараюсь не сильно на тебя давить, хотя не всегда выходит. Но что сделаешь, если я люблю тебя и хочу защитить от всего, а не получается?

— Да когда ты успел влюбиться? — Я заглянула ему в глаза.

— Прямо в тот момент, как ты меня дверью приложила и спросила, как я. Сразу подумал, что такую женщину грех не полюбить. Твоё обаяние сшибает с ног.

Он потёрся носом о мою макушку.

— Может, это обычная травма? — лукаво спросила я. — Недолеченная.

— Значит, сама её и лечи, раз нанесла. А если серьёзно, то я не знаю, как это случилось, но я правда весь день думал о тебе. И, когда Мариса сказала, что ты моя напарница, у меня чуть сердце не лопнуло от счастья, я ревновал ко всем. И эти дурни из группы захвата с их никчёмными комплиментами меня и вовсе достали до печёнок!

— А что же ты меня не спросишь? — Я погладила его по ладошке.

— Что тут спрашивать, ты так страстно отвечала, что и не нужно уже, — хитро улыбнулся напарник.

— Вот ещё! Я, может, подыгрывала тебе, вот и всё. — Я сделала вид, что обиделась.

— Тогда буду влюблять тебя снова и снова, пока не влюбишься окончательно, по-другому никак!

Так мы и сидели в тишине и в обнимку, пока я не набралась смелости и не сказала то, что очень хотелось.

— А скажи-ка ещё разок, что любишь меня, — хоть и шёпотом, но проговорила я.

— Люблю больше всех тебя единственную.

— И я тебя.

И неизвестно, чем бы все эти признания закончились, но пришла моя целительница, увидела нас, сидящих на полу, и рассердилась.

— Только очнулась, сидит на полу вся в слезах! Я думала, что вы серьёзный молодой человек, а вы что⁈

Куда только делась та заботливая девушка, что приносила мне обед?

— Марш отсюда — немедленно.

Вил подскочил на ноги, меня усадил на кровать, сто раз извинился и ушёл, смотря на меня немного грустно и чуточку умильно.

И, только когда палата опустела, я сообразила, что так и не узнала, что там с нашим делом! Совсем Вил своей любовью мозги мне задурил.

Но довольная улыбка расплывалась по лицу. Надо же, а я думала, что останусь со своей безответной любовью с таким-то любителем эльфиек, а оно вон как. Нужно было его стукнуть хорошенечко, и все дела!

Права была начальница, мы не выбираем, кого любить.