Глава 7

Ливения Хлёст

Домой я зашла очень тихо. Что-что, а передвигаться в темноте для меня не представлялось сложным, ведь ночное зрение было превосходным. Оно досталось в наследство от матери, а также умение бесшумно ходить.

Создавать звуки при ходьбе я училась специально, когда обучалась в академии, так как люди жутко пугаются, когда не слышат твоих шагов.

Так что теперь я шелестела одеждой, стучала подошвами сапог, говорила или шумно дышала, что было для меня совершенно неестественным состоянием.

Но ночью, когда хозяйка спит, врождённые особенности очень уместны.

Я прошла к себе, открыла окно, чтобы свежий воздух попадал в комнату, и мгновенно уснула. Этот дом мне очень нравился, спокойно здесь очень.

Утром я подхватила свои цветы в горшках и отправилась на работу. Хозяйка была столь добра, что приготовила мне завтрак. Оладьи пришлись очень кстати, поэтому я оставила ей ещё серебряную монету на закупку продуктов, отчего она раскраснелась и засмущалась, но сказала, что сходит обязательно за самыми свежими.

Вила ещё не было на месте, зато присутствовала моя новая начальница. Она сама подошла ко мне.

— Доброе утро, Ливения, смотрю, тебе не терпится приступить к делу, — улыбнулась женщина.

— Да, с вопросом перевода и жилья мне очень помог напарник, так что ничто не мешает теперь работать над делом.

— Да, Вил, когда хочет, может горы свернуть, так что я уверена, что вы будете плодотворно сотрудничать, — кивнула госпожа Крост и обернулась к входной двери, несколько секунд глядела туда.

— Так, видимо, очередная эльфийка отшила твоего напарника, — протянула она.

— С чего вы взяли? — Я удивлённо посмотрела на Марису.

— У него всегда такой вид делается, будто умерла любимая кошка на руках, но он держится.

— А он часто делает предложения?

— Только эльфийским девам. У него пунктик такой, он уверен, что они ему очень нравятся.

— А на самом деле? — решила я узнать всё до конца.

— На самом деле нельзя выбрать, кого любить, это чувство не поддаётся планам и логике.

— Трудно не согласиться, — кивнула я многозначительно.

— Тебе нетрудно, а я всё никак не могу его убедить, что ему это не нужно, — вздохнула женщина. — Ладно, отойду и не буду вам мешать работать.

Я осталась одна и, когда напарник подошёл, поздоровалась, будто предыдущего разговора и не было.

— И тебе доброе утро, — спокойно отозвался Вил, что было совсем на него не похоже. — Скоро начнут прибывать все, кого мы вызвали на допрос. Сама будешь вести или мне начать?

— Предлагаю поступить по обстоятельствам.

— Тоже правильно, — решил Вил. — Смотрю, ты тут обустраиваешься, даже цветы принесла.

— Да, удивилась, что тут нет никакой зелени. Пусто уж очень.

— Ну, — как-то смущённо протянул напарник, — были обстоятельства, которые не способствовали разведению растений.

— Это какие? — не поняла я.

— Ну, разные, надеюсь, они не повторятся. О, вон первые наши клиенты. Идём-ка.

Я тут же забыла про наш разговор, так как предстоял допрос и нужно собраться. Я уже накидала на листочек вопросы, которые нужно задать, так что чувствовала себя готовой ко всему.

Первой зашла женщина, которая была няней этого вернувшегося сына. Она была ещё совсем не старой, ясный взгляд, никаких лишних движений. Мне она сразу понравилась.

— Добрый день, присаживайтесь, пожалуйста, — сказала я, указывая на стул, таким образом перехватив инициативу в разговоре.

И напарник не стал меня перебивать.

— Как вас зовут?

— Госпожа Милли Таст.

— Вы были няней Джастина Майори?

— Да. Я воспитывала его с десяти лет и до побега.

— Скажите, вы сможете определить, он ли это? — прямо спросила я у женщины.

— Могу попробовать. Мы с ним много общались, но теперь-то он не мальчик, а мужчина, так что можно только гадать, как он изменился.

— Но вы не против сходить с нами к нему домой?

— Конечно нет, мне будет очень приятно снова увидеться с ним. Он был таким приятным ребёнком, спокойным подростком, я очень сильно переживала его пропажу.

— Следователи думали, что его украли ради выкупа. — напомнил Вил, просматривая дело. — Вы в это верили?

— Нет, учитывая, что ничего не попросили, то было бы странно винить похитителей, — покачала головой госпожа Таст. — Его мать умерла в тот год. Это было тяжёлое время, местами просто невыносимое. Трое мужчин в доме, которые без связующего звена будто перестали понимать друг друга. Скажу честно, я была уверена, что он сбежал, не выдержав давления, но не думала, что пропадёт настолько долго.

— Понятно, — кивнула я. — Вы не продолжили работать в доме?

— Нет, я ушла от них, вышла замуж, так что никого больше не видела после увольнения. Не думаю, что они были бы рады встрече.

— В деле написано, что вас даже подозревали в помощи молодому лорду, — опять вставил свой вопрос Вил.

— Было такое, но, учитывая, что я не помогала, от меня отстали. Но я видела, что за мной следили, читали почту, но найти они ничего не могли.

— Вы очень спокойно относитесь к факту слежки, обычно это обижает людей, — улыбнулась я.

— Мне было нечего скрывать, поэтому я и спокойна. Но это ваша работа — рассмотреть все версии, — спокойно отозвалась она.

— Завтра сможем посетить особняк Майори? — уточнила я у бывшей няни. — Часов в десять сможете?

— Конечно, я тоже очень хочу взглянуть на Джошуа.

— Мы за вами заедем, — решил Вил.

— Благодарю. Теперь я могу идти?

— Да, спасибо, что помогаете спустя столько лет, — поблагодарила я её ещё раз и проводила до двери.

— Что думаешь? — Напарник посмотрел на меня.

— Думаю, что к исчезновению мальчика она непричастна и очень хочет, чтобы это был именно он, — вздохнула я.

— Этого хотят многие.

— Но по разным причинам.

— Так всегда и бывает, — усмехнулся Вил. — Ладно, некогда хандрить, зови следующего. Обед нам сегодня не грозит!