12

АЙГУЛЬ Я поднесла к губам травяной чай, любовно заваренный мамой. Сделала глоток. Что ж, не так плохо. Дело ли было в горечи, застрявшей в моем горле с того момента, как Султан привез меня сюда, или же в том, что мои вкусы изменились, но чай мне уже не был так противен, как пару месяцев назад. – Зефирки кушай, – мама подвинула ко мне белоснежную тарелку, на которой красовался розовый зефир. – Спасибо, – я взяла одну зефирку и откусила. Мм, какой приятный клубничный вкус. – Как же хорошо, что у тебя получилось нас навестить, – мама тепло улыбнулась мне. Её глаза заискрились любовью, и я невольно улыбнулась ей в ответ. – Да, – поддакнула я. А внутри, меж тем, зашептало – «не очень». – Я так люблю такое время перед новым годом, – мама устремила в окно, за которым медленно кружили белоснежные хлопья снега, взгляд. – Я тоже, все такое сказочное, – поддержала я маму. – Да! – она вновь посмотрела на меня. – Еще каких-то 12 дней – и новый год. Ты дед Морозу уже заказала подарок? – Мама, – я закатила глаза и усмехнулась. – Хотя, что я говорю? У тебя вместо деда Мороза – Султан. Все что нужно подарит, – тон мамы был шутливым. – Это так. – Этот браслет он тоже подарил? – теплые пальцы мамы скользнули по моему правому запястью, которое украшал золотой браслет с изящным ключиком. – Да, на 18-летие, – я задумчиво улыбнулась, вспоминая, как тогда, после поедания блинов, вернулась в спальню и распаковала подарки от любимого. – Это-ключ, ведь? Наверное, это что-то значит? Какой-то смысл? – мама нежно сжала мою ладонь. – Может быть, – неуверенно, тая в груди надежду, что этот подарок с особым смыслом, ответила я. – Ну, ладно. Не буду допытываться, – мама подлила в мой бокал чай. – А у меня, ведь, теперь магазинчик свой есть, – решив окончательно сменить тему, и заодно поделиться радостью, сообщила я. – Да ты что! – в глазах мамы мелькнуло восхищение. – И что там продается? – Угадай, – я, сдерживая улыбку, закусила губу. – Так, – мама чуть нахмурилась, – зная тебя… это книги? – Нет. – Хм, тогда не знаю. Вряд ли это магазин с косметикой, – мама окинула меня веселым взглядом. – Сдаюсь. – Это магазин для новорожденных, – ощущая триумф, произнесла я. – Новорожденных? – мама вся переменилась в лице. – Ты случайно не…? – Нет, мам, ты пока еще не станешь бабушкой. Просто мне нравятся все эти маленькие вещи, это же настоящее чудо, – мой тон стал совсем мечтательным, и я, чтобы не напугать маму, замолчала и принялась есть зефир. – Да, чудо, еще какое чудо, – мама как-то нервно огляделась по сторонам. Вытерла руки о передник. Сглотнула. А потом продолжила: – Я сейчас печенье напеку, а потом, давайте, все вместе, сядем и посмотрим какое-нибудь доброе кино. Как раньше. – Хорошо, – согласилась я, в эту секунду вновь ощущая себя маленькой девочкой. На короткое мгновение, тревоги, связанные с Султаном, отступили от меня. Но это было лишь на время. Я провела с семьей прекрасный, уютный вечер. Пашка и Матвейка – мои братики, облепили меня с двух сторон. То ли они так соскучились по мне, то ли причина была в том, что большая тарелка с печеньями стояла у меня на коленях, но мальчишки все время, пока шел фильм, сидели рядом со мной. Кино оказалось действительно добрым. Незамысловатый сюжет, приятные герои и, самое главное, счастливый конец. Но, увы, даже этот приятный вечер был не в состоянии скрасить тоску, разливающуюся по моей груди. И чем темнее становилось за окном, тем тоскливее мне было. Как он там? Добрался ли до места? Страшно ли ему? Холодно ли? Успел ли поспать? И как скоро вернется?… К тому моменту, когда я, пожелав всем спокойной ночи, легла спать, мне было так одиноко, что хотелось лезть на стену. Вместо этого, я, уткнувшись носом подушку, пропахшую цветочным кондиционером, тихо, чтобы не разбудить никого, заплакала. Скорее бы! Скорее бы пролетели это дни! Скорее бы вернулся мой любимый! 31 декабря Я посмотрела на свои пальцы – они были все темно-вишневого цвета. – Свеклу натерла, – сообщила я маме, спешно смывая с пальцев свекольный сок. Сама мыла, и думала – быть может, Султан вот так, смывает чужую кровь со своих рук? Я нахмурилась. Глупость какая. Условно он руки не пачкал. Условно… – Отлично! – мама, обдавая меня шлейфом цветов и сладости, чмокнула меня в щеку и взялась за приготовление «подшубы». – А что Султан, не звонил? Не сказал, когда будет? – как бы между прочим, поинтересовалась мама. – Да, звонил, – солгала я, – пока еще ничего не ясно. – Проблемы какие-то? Сердце мое обожгло «Не дай Бог!», а губы мои произнесли: – Нет, все в порядке. – Ясно. Конечно, грустно будет, если на новый год он не приедет. Но не переживай – с нами не заскучаешь, – пообещала мама. – Не сомневаюсь, – не желая разочаровывать маму, согласилась с ней. Я, взяв нож, стала нарезать сыр. Сама резала, а внутри все разрывалось от отчаяния и тоски. Прошло 11 дней! И ни разу, за это время я не получила ни сообщения, ни уж тем более, звонка от Султана. Умом понимала, что так надо. Но что доводы разума для любящего сердца? Оно все чаще напоминало о себе тупой болью в груди и частым желанием всплакнуть. Скучала. Так скучала! И старалась «держать лицо». И от того было еще сложнее. Задыхалась я без любимого… – Айгуль, это твой телефон там поет? – голос мамы пробудил меня от невеселых мыслей. От неожиданности я выронила нож. Подхватив его, бросила в раковину, и что есть силы, побежала в комнату. Растяпа какая! Как же я могла оставить телефон там?! Мои руки затряслись от волнения. Сердце забилось в страхе – а вдруг, я не успею ответить? К счастью, успела. – Да, – выдохнула я. – Айгуль, – голос Султана показался мне каким-то глухим. Я испуганно сжала телефон. – Да, Султан? – Через час за тобой приедет машина. Черный джип вольво, – он назвал мне номер автомобиля, и заставил повторить его. Когда я это сделала, Султан продолжил все тем же глухим голосом: – Возьми с собой вещи. – Хорошо, возьму, – я, нервничая, начала кусать щеку изнутри. – А ты не приедешь? Он как-то странно усмехнулся. – Сам не могу пока. Тебя ко мне привезут. Водителя зовут Рамиль. Я ему все указания дал. Все, давай, до встречи. В телефоне послышались гудки. Я, продолжая держать сотовый, напряженным взглядом уставилась в окно. Грудь сдавило от предчувствия. Я чувствовала – что-то случилось… – Дочка, а как же новый год? – отчим, появившись в коридоре, окинул меня вроде спокойным взглядом, но я успела заметить оттенки грусти в его глазах. – Дядь Саш, ничего страшного, – я застегнула дутики, выпрямилась, – я так ждала звонка от Султана. Не обижайтесь. – Да мы не обижаемся, – отчим бережно обнял меня, поцеловал в лоб, – ну, вы постарайтесь приехать как-нибудь, на чай. Я, запрокинув голову, посмотрела на улыбающееся лицо дяди Саши. Он подмигнул мне и добавил: – И никаких мудозвонов не будет. Смешок сорвался с моих губ. В этот момент в коридоре, шурша пакетом, появилась мама. Протянула его мне, и на мой вопрошающий взгляд, объяснила: – Салатиков вам наложила, и еще кое-что. – Спасибо! – я, ощущая легкую грусть и одновременно желание, как можно скорее уехать к любимому, обняла свободной рукой маму. Чувствуя, как к глазам в очередной раз подступают слезы, я заставила себя отстраниться и сказать родителям максимально ровным тоном: – Ну, все, мне пора. Как доберусь – напишу смс. Спускаясь по лестнице, я ощущала, как с каждой новой преодоленной ступенькой мое сердце все учащенней и учащенней бьется. К тому моменту, когда я вышла из подъезда, оно так сильно барабанило в груди, что у меня перехватило дыхание. Жадно втянув ртом морозный воздух, я бросила взгляд вперед – в пару метрах от дома стоял джип вольво. Номера были те же, что сказал мне Султан. Испытывая неловкость по причине того, что ехать мне предстояло с незнакомым человеком, я буквально заставила себя подойти к машине. Задняя дверь приоткрылась, и я забралась внутрь. – Я – Рамиль, – салон наполнил негромкий мужской голос, – меня прислал Султан. – Хорошо, спасибо большое, – взволнованно выпалила я, щелкая ремнем. В машине повисла тишина. Было слышно лишь мое дыхание и негромкое урчание мотора. Я нервно сжала ладони. Никак не могла успокоиться, совладать со своими чувствами. Может, стоило спросить у Рамиля что с Султаном, но разговаривать с чужим человеком у меня не было никакого желания. Устремив взор в боковое окно, я стала разглядывать проносящиеся мимо картинки. Серые дома, магазинчики, украшенные к новому году, остановки, переполненные людьми – видимо, кто-то не всё успел купить к празднику, судя по большим пакетам в руках мужчин и женщин. Затем, картинка изменилась – и моим глазам предстали заснеженные деревья, а совсем скоро – сказочно-серебристый хвойный лес. Машина, немного увеличивая скорость, помчалась по трассе. Значит, Султан где-то там, за пределами нашего города. Часа два, джип, преодолевая километры за километрами, ехал по трассе. За окном замелькали белые, пустынные поля, замерзший пруд с одиноким рыбаком, какая-то забытая всеми деревенька и снова царственно-снежный лес. Все меньше автомобилей попадалось нам на встречу. Изредка, издавая гул, проносились фуры… Затем, показалась дорога, сворачивающая направо, прямо в объятия хвойного леса. Именно туда и завернул джип. Сердце мое сжалось от осознания, что совсем скоро я смогу увидеть любимого. Еще чуть-чуть. Еще несколько вздохов – и я увидела бревенчатый, двухэтажной дом, огороженный высоким забором. – Все, приехали, – голос Рамиля, так внезапно прозвучавший, заставил меня вздрогнуть. Я, вцепившись в пакет и сумку, торопливо и совсем не изящно (хотя меня это не волновало, так, просто заметила) выбралась наружу. От непривычно свежего, морозного воздуха у меня закружилась голова, и я слегка покачнулась. Или это волнение так накрыло меня? – Помочь? – голос справа отвлек мое внимание. Я повернула голову и встретилась взглядом с темно-карими глазами. Высокий, смуглолицый молодой мужчина, голову которого украшала белоснежная, вязаная шапка, дружелюбно смотрел на меня. – Да, спасибо, – я протянула ему пакет. Он забрал его и произнес: – Пошли в дом, а то холодно. Заболеешь – Султан с меня голову снимет. Я не поняла – шутил ли Рамиль или говорил на полном серьезе. Не до этого мне было. Все мои чувства обострились, ожидая долгожданную встречу с любимым. Словно на крыльях я зашла в дом. Окинула пространство быстрым взглядом – чисто, мебели по-минимуму, уютно и тепло. Взгляд мой зацепился за массивную, деревянную лестницу, ведущую на второй этаж. – Султан там, – подтвердил мою догадку Рамиль. Я поспешила наверх. Голова моя закружилась еще сильнее, и я, чтобы не упасть, то и дело хваталась за гладкие перила. Наконец последняя ступенька была преодолена. Сделала еще пару шагов. И почти сразу увидела приоткрытую дверь. Затаив дыхание, я, мягко ступая по деревянному полу, приблизилась к двери. Шагнула на порог – и весь мир для меня потерял яркий цвет. Он стал черно-белым. На кровати с закрытыми глазами лежал Султан. Лицо его было непривычно бледным. К правой руке была подведена капельница. А его тело… от груди до живота было перебинтовано. Липкая дурнота стала растекаться по мне. В голове загудело, руки-ноги задрожали. И так мало было воздуха! – Султан, – обреченно прошептала я, чувствуя, как перед глазами темнеет…