52

— Капитан пропал, — вдруг доносится позади чей-то голос. — Его помощники понятия не имеют, куда он подевался.

Обеспокоенно смотрю на Айдарова.

Он не может этого не слышать.

— Да похер, — отмахивается кто-то другой. — Ты лучше скажи, что это за дерьмо? Что за сирена?

— Черт его знает…

Капитан пропал.

Разве это не должно тревожить?

Люди позади переключаются на обсуждение сирены.

Ну видимо, помощники тоже могут управлять яхтой. Стараюсь хотя бы сама себя не накручивать. Просто при словах об исчезновении капитана перед глазами возникает картинка с пустым штурвалом, за которым никого нет.

Я не разбираюсь в яхтах. В том, как здесь все устроено. Но эта яхта такая огромная. Все вокруг буквально утопает в роскоши. Вероятно, здесь полный автомат.

И даже если капитан исчез, то его помощники без проблем возьмут на себя управление. Да тут видимо, есть автопилот.

Однако мне совсем не нравится выражение лица Айдарова. Он весь будто каменеет. Не факт, что из-за тех слов про капитана.

— Самир! — окликает Грановский. — Ты не мог бы пройти с нами? В… хм, кабину управления.

Поворачиваюсь.

Вижу, как все теперь смотрят на нас.

От напряжения даже не сразу осознаю, что сирена замолкает.

Ну да, становится тихо. Раз могу различить чьи-то фразы. Хотя в ушах продолжает звенеть, точно остается эхо того пронзительного звука.

— Эдик, чего сирена врубилась? — раздается вопрос со стороны.

Полноватый седоволосый мужчина пристально изучает Грановского.

— Ничего серьезного, — откашливается тот. — Техническая неисправность.

— Да? — следует уточнение от другого гостя.

— Ну да, — уверенно кивает Грановский.

— Разве на таких яхтах бывают неисправности?

— Везде бывают.

Даже я не верю Грановскому. Не доверяю его ответам ни капли. Что же говорить о тех прожженных типах, которые здесь собрались.

— Что-то много неисправностей, — следует новое замечание. — Сначала труп на борту. Потом сирена. Еще говорят, капитан пропал. Это правда?

Грановский вымученно усмехается.

— Господа, без паники, — замечает он.

— А как здесь оказался генерал? Столько твоей охраны. Золотовалютный резерв Штатов меньше народа стережет, чем тебя.

— Точно. Не хочешь объяснить?

Генерал возникает откуда-то позади. Выходит из-за спины Грановского. В сопровождении охраны.

И только сейчас вижу оружие у них.

Разве это не запрещено?

Перевожу взгляд на Айдарова.

Он хмуро сводит брови.

— Господа, все под контролем, — заявляет Грановский.

— А это блядь, что? Откуда на яхте стволы? — рявкает кто-то поблизости.

— Ты что задумал?

— Ничего я не задумывал, — раздраженно бросает Грановский. — Хватит. Это все… для вашей же безопасности. Самир, пойдем. Нам надо закончить тот разговор.

Замечаю, как гости вокруг выразительно переглядываются.

— Да, черт возьми, — нервно бросает Грановский. — На яхте убийца. И это кто-то из нас. Нам нужно всех допросить. Оружие не помешает.

— Есть правила, Эдик, — говорит седоволосый. — Сюда никто не брал огнестрел.

— Безопасность, — отрезается Грановский жестче. — Вы еще поблагодарите меня. Когда мы все выясним.

— Что здесь выяснять? Ты чего это следаком заделался? Доберемся до Мальты. Там пускай полиция разбирается.

— Какая нахер полиция? Ты что такое мочишь? Я сейчас вообще на условно-досрочном. Меня тут, блядь, быть не должно.

— Ну ты и не светись.

— Да как тогда…

Предложенная идея с официальным разбирательством не всем по вкусу. Завязывается спор.

И под этот шум Грановский делает знак Айдарову.

Мы идем в кабину управления. А возгласы становятся все громче. Люди на нервах.

Пальцы Самира крепче сжимаются на моей талии.

Встревоженно смотрю на него.

— Нормально, — выдает он. — Все под контролем.

Вот только надеяться на это становится все тяжелее.