Глава 15

Той ночью после сновидческого разговора с королём я больше так и не сомкнула глаз и, разумеется, к рассвету была сильно не в духе. Нет, у меня нет привычки срывать злость на ни в чём не повинных людях, но если они заслужили…

Например, Рори, явившийся сообщить, что принц Шэрат не имеет ко мне никаких претензий.

Услышав это, я так резко развернулась на пуфике перед зеркалом, что напугала возившуюся с моими волосами служанку и снесла на пол кучу щёток и ленточек.

— Правда? — Я «восторженно» прижала руки к груди. — Какое счастье! Наверное, мне стоит увидеться с ним и как следует поблагодарить за чуткость и великодушие!

— Не ёрничай, — поморщился Рори и жестом отослал служанку прочь. — Пожелай они подогреть конфликт и выбить себе привилегии в обсуждаемом договоре, непременно бы воспользовались случаем…

— Или им бы воспользовались мы.

— Увы, никто не слышал его слов и не заметил ничего предосудительного в действиях. — Друг уселся на мою кровать и стащил с кофейного столика бисквит. — А вот твои… хм, действия были более чем очевидны.

Я поджала губы и снова повернулась к зеркалу. Несколько прядей остались неприбранными, и я принялась яростно их закалывать разномастными шпильками. Плевать, кому какое дело? Мне же вон даже покушение на достоинство принца простили, так неужели станут осуждать за несовершенство причёски?

Мысль вызвала пусть невесёлую, но улыбку, и, увидев её в отражении, Рори расслабился. Окончательно разлёгся на кровати, почесал за ухом храпящего там же Уголька, потянулся за новым бисквитом.

— А вообще, не гуляла бы ты с этими высочествами. Не доверяю я им. Да, его светлейшество велел приглядеться, но давай честно: ты не из тех, кто воспылает чувствами к брату предыдущего возлюбленного. Так к чему это всё? Нет, общаться надо и делать вид, что всерьёз обдумываешь замужество, но тут хватит и присутствия на балах да всяких чаепитиях. Когда вокруг полно народу и никакая скотина не потянет к тебе лапы.

Он всё болтал и болтал, планомерно уничтожая мой завтрак и, кажется, не замечая, как глаза мои медленно, но верно наливаются кровью. Мне вот зеркало показывало маску гнева во всей красе. Её-то я и явила другу, вскочив, подлетев к кровати и выбив еду из его руки.

— Я «гуляю» с ними, потому что ты ничего не рассказываешь. Потому что ты изначально прохлопал покушение, а теперь считаешь, что вправе скрывать от меня детали расследования. Или просто нечем пока делиться, а? Так ничего и не накопал?

Рори побледнел и распрямился, заставив меня немного отступить.

— Не надо, — начал предупреждающе. — Не говори того, о чём пожалеешь. Я, конечно, люблю слушать извинения, но не в твоём исполнении…

— Мне не за что извиняться! — ещё больше вскипела я. — Я устала быть марионеткой и жертвой. Вы все твердите, что я будущая правительница, но сразу забываете об этом, как только я начинаю задавать вопросы. Всё, Родерик Ламонт, хватит. Можешь хранить свои секретики, обсуждать их с кем угодно, даже с вражеской шпионкой, но не со мной. Можешь хоть бежать обратно в Светлое королевство и жаловаться Лайну, плевать, я и одна не пропаду. Сейчас пойду и сама выясню, кому я тут так мешаю!

— Энви…

Слушать его я не стала. Рванула к двери, но, прежде чем выйти, разгладила платье, на миг прикрыла глаза и глубоко вдохнула. А потом повернула ручку, бросив через плечо:

— Уголёк!

Пёс тут же оказался рядом, и мы вместе выплыли в коридор.

Рори был прав: я пожалела о своём срыве уже через несколько шагов, когда дыхание выровнялось, а прохладный воздух из приоткрытых окон остудил разгорячённое лицо. Но отступать всё равно не собиралась и уж тем более извиняться. Все эти годы я была слишком неправильной принцессой, так что могла позволить себе одну крошечную истерику, раз уж речь о моих жизни и смерти.

И пусть вчерашний «допрос» не особо удался, это не повод останавливаться. Да, я не задала ни одного вопроса о покушении, зато выяснила, что на благородных высочеств мой коронный удар действует не хуже, чем на простых смертных. Тоже своего рода… успех.

Полагаю, от меня всё ещё несло злостью, ибо охрана и увязавшиеся следом фрейлины сегодня предпочли держаться на почтительном расстоянии. Если не оглядываться, то можно даже поверить, что я гуляю сама по себе, как во время побега, когда я была простой архивисткой…

Так, об этом сейчас точно не стоит.

Я тряхнула головой и ускорила шаг. Уголёк радостно бежал рядом, успевая всё вокруг разглядывать и обнюхивать.

Придумывая безобидные с виду вопросы, которые могут вывести человека на нужную мне тему, я выбралась во внутренний двор. Здесь тоже был сад, так что я невольно мысленно возвращалась к вчерашним событиям. Пыталась проанализировать поведение Шэрата… Похож он на убийцу, или домогаться свою потенциальную жертву — это уже чересчур? Потом уселась на бортик фонтана, игнорируя летящие в спину брызги, положила ладонь на мохнатый лоб Уголька и подумала об Алрэе.

Всё же он казался наиболее вероятным подозреваемым. Или просто нравился мне менее всего, а потому тем более надо было поскорее его проверить. Если даже с таким предвзятым отношением я сочту второго принца невиновным, значит, он точно ни при чём.

Жаль только, прятался он слишком уж ловко, и…

Тьма слизнула меня с внутреннего дворцового дворика словно гигантский монстр и выплюнула обратно на грязный каменный пол. Всё случилось так быстро, что я не успела ни вскрикнуть, ни даже толком испугаться, и теперь замерла на четвереньках, глядя в довольную морду сидящего напротив Уголька. Он склонил голову набок, высунул язык и… кажется, хмыкнул.

— Да ты издеваешься? — прошипела я, затем осторожно поднялась на ноги и огляделась.

Вокруг сплошной камень — где-то отшлифованный, где-то природно-неровный. Пахнет плесенью, с потолка капает вода и утекает прочь по коридору по узким канавкам, выдолбленным в полу. Вряд ли пещера, скорее, меня закинуло… в подземелье?

Бликующих на стенах факелов хватало, чтобы видеть тупик с дверью с одной стороны и разветвление коридора с другой. И проверять, что скрывается за дверью, я точно не собиралась. Вот только в следующую секунду со стороны развилки послышались шаги и голоса, один из которых я сразу же узнала и злобно зыркнула на Уголька.

Спасибо, дорогой, за устроенную встречу с принцем Алрэем.

Ну и что теперь делать?

— …столкнуть лбами. Надо доказать светлым… найти…

— Думаешь… Лиэрт?

— Этот… на всё… защищает любимчика.

Казалось, говорившие вот-вот вынырнут из мрака, но прошла секунда, две, три, и голоса зазвучали тише, невнятнее. Удаляются или это какая-то слуховая иллюзия? Эхо порой творит странные вещи со звуками. Например, крадёт слова из предложений, чтобы я, как ни напрягала уши, всё равно не могла разобрать всё до конца.

Это ведь они про меня? Про покушение, которое сталкивает светлых и тёмных лбами? И если так, получается, Алрэй и впрямь ищет виновного и подозревает старшего брата? Или я просто сама думаю о расследовании и заполняю пустоты тем, что меня волнует?

Мысли путались. По макушке били падающие с потолка капли, ибо я не нашла ничего лучшего, чем прижаться спиной к стене. Буквально распласталась по ней. Ага, и сразу стала такая незаметная. Особенно с учётом Уголька, который всё так же сидел посреди коридора и смотрел на меня как на… не самого умного представителя человеческого рода. Крылья его слегка подрагивали и скребли по камню, и мне хотелось повыдёргивать из них перья, может, хоть тогда мохнатый пакостник вернёт меня на место.

«Давай же, — мысленно взмолилась я, опустившись перед ним на колени и вцепившись в мощную шею. — Погуляли и хватит. Там сейчас паника начнётся, если меня…»

Закончить не удалось — не потому, что Уголёк сжалился и перенёс меня обратно во внутренний двор, а потому, что рядом зашумело. Не в коридоре — голоса окончательно стихли, люди ушли, — а за дверью. Там тоже кто-то был, и этот кто-то… стонал?

Я замерла, забыв даже дышать, прислушалась. Стон повторился. Низкий, хриплый. А следом раздался крик:

— Сдохни, тварь!

Такой неожиданный, душераздирающий и жуткий, что я охнула и крепче вцепилась в Уголька, и мой неподдельный испуг наконец-то на него подействовал. Нас снова подхватила тьма, и в следующее мгновение я уже лежала на земле под ясным солнышком, а пёс-защитник приплясывал рядом, порыкивал и лизал мою безвольную и почему-то очень грязную руку.

Да уж, вот и поразмышляла в саду.

Я осторожно села, убедилась, что грязная не только рука, но и платье, и с тяжёлым вздохом огляделась. Со всех сторон на меня пялились зелёные лиственные задницы вырезанных из кустов зверей — значит, вернулись мы почти в то же место. Ну, самую малость промахнулись.

— Ваше высочество! — подтверждая мои догадки, истерично провыла где-то рядом Дэниза.

— Чего орать… — проворчал мужской голос с другой стороны кустов. — Прячется девчонка от нянек.

— Я бы от таких тоже спрятался, — тихо вторил ему другой, очевидно, стражник, и я едва не рассмеялась.

Похоже, искало меня несколько групп, и не все разделяли панику фрейлин.

Я села ровнее, прокашлялась и громко сообщила:

— Я здесь!

Голоса, шаги и прочее шуршание тут же стихли.

— Где? — уточнила Дэниза, и я повнимательнее присмотрелась к окружившим меня животным.

— За спиной… эм, кажется, это конь…

Через секунду в просвет между кустами просунулась раскрасневшаяся голова фрейлины с изрядно помятой прической. Меня вроде совсем недолго не было… когда успела так растрепаться?

— Мы тренируемся, — пояснила я, не дожидаясь вопросов о моей позе и внешнем виде.

Пакостник Уголёк тут же завалился на спину, распластав крылья и ударив меня одним по лицу, и задрыгал в воздухе лапами. То ли усталость изображал, то ли радость от тренировки.

— И-и-и… долго вы ещё? — не слишком уверенно протянула Дэниза.

— Не знаю. Но попроси нас не тревожить. И никого сюда не пускать — пусть стража возьмёт кусты в плотное кольцо.

— Конечно, ваше высочество, — промямлила фрейлина, судя по взгляду, уже мысленно сочинявшая письмо Лайну.

«Отчёт о ходе миссии: принцесса совсем свихнулась».

Плевать. Главное, что она ушла, и никто больше в кусты не сунулся. А я потрепала Уголька по подставленному животу и прошептала:

— Ну что, дружок, куда отправимся, прежде чем удивим своим визитом короля?

Да, сегодня Рэйвену не отвертеться от встречи наяву, ибо я сумела уловить тот самый миг. Слияния. Принятия. Перемещения. Предстояло ещё всё проверить и убедиться, но я почти не сомневалась, что теперь знаю, как отдавать защитнику приказы. Точнее, как объяснять свои желания: вряд ли этот упрямец способен подчиняться чужой воле — только работать в паре.

И с одной стороны, я радовалась открытию и предвкушала встречу, а с другой — страшилась её. Не только из-за того, чем закончился наш разговор во сне, но и из-за короткой, но такой яркой сцены в подземелье.

Действительно ли Алрэй говорил о покушении на меня? И с кем? Может ли к этому быть причастен Лиэрт? Кого держат за той дверью? Кому пленник пожелал сдохнуть?

И как, в конце концов, мне обсудить все это с Рэйвеном, ни в чём не обвиняя его братьев, особенно Лиэрта?

Я вздохнула, тряхнула головой, прогоняя навязчивые мысли, и зарылась пальцами в шерсть Уголька.

«Всё потом. А сейчас… давно мы не видели Сайлу».