Часть 1. Варя
«Ибо нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, ни сокровенного, что не сделалось бы известным и не обнаружилось бы».
Сегодня в Васильевке состоялось отчетное собрание об итогах работы за полугодие. Собрание открывал глава правления Андрей Николаевич Новиков. Я сидела в первом ряду зала и гордо смотрела на мужа. Высокого роста, необычной красивой внешности, с густыми черными бровями, глазами цвета морской волны, острые четко отчерченные скулы, квадратный подбородок, правильной формы нос, тонкие губы. У него аккуратная коротко стриженая прическа и прекрасный чарующий голос. Он рассказывает о расходах бюджета — сколько денег было потрачено на ремонт дорог, сколько на водопровод, ремонт жилых домов и электричества. Андрей красиво жестикулирует своими сильными руками и лучезарно улыбается всем присутствующим в зале.
Я окинула взглядом людей, которые пришли на собрание, и с удовольствием отметила, что кроме пенсионеров и остальных чиновников в зале больше нет молодых и симпатичных женщин. А значит, волноваться мне нечего. После доклада Андрей откланялся, прозвучали аплодисменты и мужчина поспешил уйти со сцены, чтобы передать слово другим участникам собрания. Я махнула мужу рукой, зазывая его к себе. Деловой и невозмутимый он плюхнулся рядом на сиденье и тяжело вздохнул.
— Как я выступил? — шепотом спросил он.
— Лучше всех! Ты лучший оратор, которого я когда-либо видела, — я ответила совершенно честно и прижалась к мужу с нежностью.
Дальше было слушать нудно и не интересно. То и дело зевая, я от скуки рассматривала всех присутствующих. Всезнающая соседка баба Дуся, самый громкий и скандальный Иван Леонидович, директор школы Людмила Ильинична… Я знала всех поименно. Еще бы, жить в Васильевке с самого рождения это вам не шутки. Когда собрание подходило к концу, Андрей вновь вышел на сцену и поблагодарил жителей села за их активную гражданскую позицию и неравнодушие.
Я накинула на себя новый дизайнерский пиджак, приобретенный в Москве, с красивой золотистой каймой и нацепила на плечо такого же золотистого цвета лаковую сумочку. Спустя пять минут ко мне присоединился Андрей, который спешно собирал свои бумажки в деловой портфель. Взяв мужа под руку, мы вышли на улицу, где уже пахло летом. Солнце светило жарче, деревья и цветы распускались и излучали божественный аромат. Прижавшись к мужу, сладко вдохнула запах его парфюма — с нотками мускуса, ванили и цитрусовых. Это я подарила ему на двадцать третье февраля. Дорогой, импортный парфюм, за которым я специально украдкой от него ездила в Москву.
— Дома нас ждет чудеснейший мясной пирог с сыром и грибами, красный борщ со сметаной и…
— Совсем забыл, Варька! — стукнул себя ладонью по лбу Андрей. — Я же мужикам обещал, что мы соберемся в ресторане и немного выпьем, в честь проделанной работы за полугодие. Ты же ничего не имеешь против?
Он остановился и нежно поцеловал меня в губы. Ну как можно было не разрешить ему, если он так настойчиво и чувственно прижимал меня к себе, прямо посреди улицы на глазах у зевающих прохожих. Он никогда не стеснялся меня, показывая всем, что я принадлежу только ему. Растворяясь в его объятиях, я мысленно отпустила его в тот проклятый ресторан, которым владел наш общий друг Василий, где ошивались дамы легкого поведения и громко играл шансон.
Служебный автомобиль ждал нас прямо у здания сельсовета. К сожалению, Андрей принадлежал к особому типу мужчин, которые далеки от техники и автомобилей и поэтому важную водительскую миссию он поручил Володе, опыт работы у которого был достаточно приличным, чтобы муж доверял ему свою жизнь.
Водитель Володя подбросил нас до самого дома, оставшись ждать хозяина у ворот. Андрей забежал домой, скинул с себя пиджак, белоснежную рубашку и галстук, надевая вместо них простую бежевую рубашку свободного кроя и легкие светлые джинсы. Он на миг задержался у зеркала, еще на мгновение задержался возле меня, чтобы поцеловать на прощание и успокоить.
— Малыш, все будет хорошо. Ты не жди меня сегодня, ладно?
— Хорошо, — я кивнула в ответ и поджала губы.
Оставаться ночевать без него, для меня было сущей пыткой. Терпеть не могла его редкие отлучки и командировки, чувствуя себя в прохладной постели неуютно.
Андрей выбежал на улицу, где отовсюду виднелась зелень, обходя лужи и грязевые ямы. Недавно прошли сильные ливни, которые до сих пор оставили свои следы на асфальтах и дорогах. Ловко заскочив в автомобиль, Андрей укатил в соседний поселок, где находился небольшой ресторанно-гостиничный комплекс с незамысловатым названием «Дубрава». Василий открыл его буквально два года назад, вернувшись из столицы с крупной суммой денег для открытия собственного бизнеса. Где он заработал столько денег, я не знала, да и расспрашивать было неудобно. Но одно теперь было очевидным — для лучших друзей это было лучшее место для встреч в мужской веселой компании, куда не приглашались жены и дети.
Из комнаты вышел сын — точная копия Андрея. Те же синие глубокие глаза, тот же ровный рос и широкие скулы. Только прическа немного другая — вместо коротких волос сын предпочитал волосы до ушей, которые красиво спадали на одну сторону. Начиная с первого класса все девчонки стали на него заглядываться и бороться за его внимание, вот только выбрал он ту, которая на мой взгляд совершенно не подходила ему. Егор был хорошистом, заканчивал одиннадцатый класс, играл на гитаре, занимался футболом. Короче, мечта, а не парень!
— Куда отец уехал? — пробасил наш взрослый малыш.
— В бар, посидеть с друзьями, — ответила я с ноткой грусти.
Я целый день готовила и старалась для мужа, выпекала и убиралась. Надеялась, что смогу целый день посидеть с ним вдвоем и расслабится. В последнее время мы слишком редко видимся — Андрей готовился к полугодовому отчету и проводил все свое свободное время на работе. Да и я была слишком занята. На носу День села, и я как сценарист и режиссёр одновременно готовлю концерт по этому поводу. От усталости я опустилась за кухонный стул и подперла лицо рукой.
— Садись ужинать, — сказала я сыну.
Егор покорно умостился за столом, наминая одно блюдо за другим. Что-что, но аппетит у сына был отменный — мог съесть за троих. Несмотря на то, что был худым и костлявым. Пока Егор доедал свой ужин, я молча смотрела в окно, на проходящих мимо людей на колышущиеся по ветру деревья, на парящих в небе птиц. Было как-то грустно и нелегко на душе. Каждый уход Андрея к друзьям я тяжело переживала. Все рисовала в своей голове картины его измен, но потом он возвращался домой — такой родной и ласковый и все мои сомнения тут же развеивались. Он любит только меня, пусть не говорит об этом часто, вернее, в последнее время совсем не говорит, но я чувствую это, когда он с трепетом обнимает меня и целует в губы.
Увидев за окном русоволосую головку с высоким хвостом на макушке недовольно ухмыльнулась. Этого еще не хватало. Соседская девчонка Ника слишком зачастила в гости к моему сыну. Как бы это не вылилось в серьезные отношения. У Егора планы — поступление в Москву, счастливая жизнь вне деревни, студенческие годы. А у Ники что? Блудливая мать, отец-выпивоха и старший брат, который увлекается легкими наркотиками. Нам и даром такие родственнички не нужны! Жаль, что никак нельзя вложить часть своих мозгов в голову глупого влюбленного подростка.
Я же вижу, как Егор с нежностью смотрит на Нику, как провожает ее взглядом, как ждет от нее любовные сообщения. Однажды не сдержалась и открыла их переписку. Ох, лучше бы не читала! Сплошная нежность, романтика вперемешку с эротикой и сплошная неземная любовь.
— К тебе пришли, — сурово сказала сыну, отходя от окна.
Егор вскочил с места, не доев свой ужин и подбежал к окну. Увидев Нику, тут же просиял и убежал в свою комнату переодеваться.
— Эй, а тарелку помыть? — крикнула я вслед.
— Мам, прошу, помой вместо меня. Я как-нибудь рассчитаюсь.
— Рассчитается он, — прошептала я себе под нос и взялась за посуду.
Егор чмокнул меня в щеку, заставив улыбнуться. Затем наспех обул новые кроссовки, которые отец привез из Москвы и выбежал на улицу. Ну вот, мои мужчины оставили меня в гордом одиночестве на попечение мыльных русских сериалов и коробоку шоколадных конфет, мирно дожидающуюся в серванте.