Часть 15. Варя

Марина напилась до чертиков. Сидела и заливала в себя рюмку за рюмкой, делая себя похожей на алкоголичку. Я уже стала переживать, что она оттолкнет непьющего Вадима от себя. Но нет, тот словно читал мои мысли — отвел Марину в свободную комнату, где она уснула мертвым сном, галантно поддерживая ее за руку. Вел себя как настоящий джентльмен.

Незаметно пробравшись в прихожую, достала письмо от Андрея и сунула его в кладовку, под стеклянные банки с консервацией. Сначала я хотела забрать только фотографию, но потом поняла, что письмо мне тоже жуть как хочется прочесть.

Веселье было в самом разгаре. Начались танцы, веселые, быстрые под зажигательную группу Modern Talking. Затем в ход пошли медленные и романтичные песни, под которые мне дико хотелось спать. Римма зажималась по углам с Рыжим, Вася устало наигрывал на гитаре незатейливые песенки, а Леха уснул прямо в кресле, свернувшись калачиком.

Я устало подперла подбородок рукой и смотрела на экран, в котором мелькали разноцветные картинки. Мало кто из местных жителей мог похвастать таким телевизором как у нас. А я уже как-то привыкла.

— Потанцуем, Варвара Степановна? — спросил Вадим, протянув мне свою руку.

Я подумала, а почему бы и нет, и протянула ему в ответ свою ладонь. Мы кружились в танце, пела Пугачева что-то романтическое и о любви, я не вслушивалась в текст песни. Вообще не любила попсу, предпочитая слушать рок. Я едва доставала Вадиму до плеч, настолько он был высоким. Или я слишком низкой.

— Твоя подруга что-то быстро вырубилась, — прошептал Вадим. — Я даже не успел показать тебе мастер-класс по актёрскому мастерству. А может просто не зацепил ее.

— Зацепил, это точно! Вот только времени мало, она так сразу не клюнет, нужно подождать, — сказала я.

— Предлагаешь мне полгода ходить за ней по пятам? — усмехнулся Вадим.

— Ну не полгода, но побегать придется точно.

— Силаева, ты просто скажи — зачем мне это? И что я получу, выполнив твою просьбу?

Я задумалась. А ведь и правда, я ничего не обещала ему. Но он и не просил.

— А что ты хочешь получить? — спросила я, наивно заглядывая в его глаза снизу вверх.

— Тебя.

Он остановился на секунду в танце и смотрел на меня, не отрываясь. Если поставить на кон мое будущее счастье с Андреем, то можно сказать, что я готова на все. Почти на все, не считая криминала. Я люблю Андрея по-настоящему, не так как эта кукла Марина, которая якобы ждет его из армии, а сама пожирает Вадима своими ненасытными глазками. Если у меня будет хотя бы шанс на то, что Андрей когда-нибудь бросит Марину, я предпочту им воспользоваться, чего бы мне это не стоило.

Песня Пугачёвой закончилась. Началось что-то быстрое и попсовое. Мы продолжали стоять и смотреть друг на друга с замиранием сердца. Ты хочешь меня? Получишь, но только не навсегда.

— Я согласна, — пожав плечами, протянула Вадиму руку, чтобы «узаконить» нашу сделку.

— Варька, ты непобедима, — сказал Вадим и заключил меня в свои объятия.

От Вадима приятно пахло парфюмом с нотками лимона, жасмина и табака. Простояв как истукан возле него, еле высвободилась и сказала, что хочу спать. Я, правда, очень сильно хотела очутиться в своей теплой и мягкой постельке.

Но перед этим, словно сказку на ночь решила прочитать письмо от Андрея. Оставив шумную компанию, ушла в кладовку, и закрывшись на щеколду, достала письмо из-под трехлитровой банки с огурцами.

Дрожащими руками взяла двойной тетрадный листок в клетку и стала читать. Жадно, нарочно пропуская имя «Марина» в тексте и мысленно представляя, что это письмо адресовано мне.

Любимая…! Осталось каких-то восемь месяцев, и я приеду домой, в долгожданный отпуск. Мы проведем его вдвоем — только я и ты. Не хочется никого видеть, не хочется никого слышать, кроме тебя. Я с замиранием сердца жду твои письма и трижды перечитываю их. Пиши мне чаще, умоляю.

Да я бы все отдала, если бы Андрей писал это мне! Сердце тревожно билось, я уже всей душой ненавидела Марину и ее чертову неопределенность. Нравится Вадим? Забирай, дарю! Вот только и Андрея не держи у своей юбки. Скажи прямо, что ждать не хочешь, не выдержишь, не сможешь.

Сунув письмо в разорванный конверт, извлекла оттуда фотографию Андрея в военной форме. Какой же он красивый. Какой желанный. Я осторожно коснулась пальцами его лица, попыталась почувствовать его через фотографию. Еще раз убедившись, что по-прежнему люблю его так же сильно, как и раньше, поняла, что сделка с Вадимом еще актуальна.

Перепрятав письмо в более надежное место, вышла из кладовки и отправилась в свою комнату. Завалившись на кровать, укуталась с головой одеялом. Когда я уже почти задремала, почувствовала, что в комнату вошли. Тихо, чтобы не разбудить. Вадим, однозначно. Я поняла это по запаху его парфюма. Он лег на свободную половину кровати и юркнул ко мне под одеяло, прижимаясь ко мне своим телом. Прикинувшись, что сплю, не реагировала на его прикосновения и поглаживания, а у самой сон как рукой сняло. «Не сейчас, парень», — подумала я про себя. Выполнишь задание — тогда можешь на что-то рассчитывать.

Следующим днем Вадим уехал, как мы и договаривались. Я с радостью распрощалась с настырным ухажером, договорившись, что в Москве еще раз проработаем наш план. Тщательно, чтобы все прошло без сучка и задоринки.

В поселке было тихо и уютно. Родные края успокаивали и приводили мысли в полный порядок. Я каждый день любовалась фотографией, которую бессовестно забрала у подруги. Маринка все охала, что потеряла фотокарточку любимого, а я разводила руки в стороны и твердо отвечала, что не находила никакого письма. Наивная глупая дура. Я сердилась на нее, и в то же время тянулась к ней. Поразительная дружба, саморазрушающая, ненастоящая, искусственная. В которой присутствует не здравый дух соперничества и состязания, кто лучше. И я знала, что выиграю. Хотя бы потому, что сильнее ее духом.

Родители вернулись после седьмого января. Отдохнувшие, довольные, счастливые. Папа поставил сумку в прихожей и достал оттуда сверток, упакованный в несколько слоев газеты и пакетов. Когда мы прошли в гостиную, я еще раз прошлась глазами по комнате — не оставили мы после гулянки вещ доки?

— Дочь! — строгий голос отца заставил меня на шутку испугаться. — Присядь.

Я села в кресло напротив него. Рядом на подлокотник присела мама.

— Не представляешь, кого мы встретили по пути домой!

— Кого? — удивилась я еще больше.

— Де-да Мо-ро-за! — воскликнул папа с радостью и блеском в глазах.

Я улыбнулась, стараясь громко не смеяться. Тьфу ты блин, я думала соседку, которой не нравилась наша шумная толпа и громкая музыка в Новогоднюю ночь.

— И Дедушка Мороз сказал мне — твоя дочь Варвара Степановна хорошо вела себя в прошлом году. Поступила в институт, сдала сессию на одни пятерки, слушалась родителей! Передай ей, пожалуйста, от меня подарок…

Папа улыбнулся и протянул мне тяжелый сверток. Едва расправившись с упаковкой и картонной коробкой, достала оттуда новёхонький фотоаппарат Зенит-ЕТ! Красивый, блестящий, с большим объективом, который наверняка хорошо снимал на больших расстояниях. Черт, как я сразу не поняла, для каких целей он мне пригодится! Бросившись отцу на шею и чмокнув в щеку, я уже строила планы, как использую свой новый подарок против «лучшей» подруги.