Часть 3. Марина

На моем рабочем ноутбуке все время пропадал звук. Джон что-то беззвучно говорил мне по Скайпу, а я лишь глупо улыбалась в ответ, стараясь не спугнуть своего потенциального супруга. Когда звук наконец-то появился, я услышала-таки, о чем он говорит:

— Я хотел прилететь в Россию!

— Риалли? Правда что ли? — воскликнула я.

— Йес, Мари, риалли.

Я выключила скайп и радостно захлопала в ладоши! Джон прилетит в Москву! Он прилетит, чтобы сделать мне предложение! Хвала небесам, меня услышали, услышали мои молитвы и совсем скоро я выйду замуж за американца! Хотелось разбросать все бухгалтерские накладные и ненужные отчеты, послать начальство к черту, показать средний палец всем коллегам и свалить отсюда как можно быстрее. Но! Вдруг я не понравлюсь Джону в реальности, а? Вдруг все сорвется?

Стараясь держать себя в руках, сделав вдох-выдох, осторожно сложила все бумаги по пачкам и задумалась с дурацкой улыбкой на устах. Я выйду замуж. Я обязательно выйду замуж за Джона. Перееду в Америку, в Южную Дакоту, в крохотный городишко под названием Митчелл, где у нас родится трое очаровательных детишек. Каждое воскресенье мы будем посещать протестантскую церковь, устраивать пикники и любить друг друга. Преданно и искреннее любить. Наши дети будут белокурыми ангелочками, спокойными и послушными. Джон скажет, что мне не стоит выходить на работу, и остаток жизни я благополучно проведу в нашем доме, будучи отчаянной домохозяйкой, которая обожает выводить новые сорта роз и печь пироги.

— Марина Александровна, Вы приготовили отчет? — спросил начальник, который появился в моем кабинете настолько неожиданно, что я вздрогнула от испуга.

Прекрасная картинка перед глазами с милыми американскими пейзажами тут же исчезла, осыпалась словно мозаика. Вместо прекрасного будущего я наблюдала перед собой босса, который поставил руки в боки и смотрел на меня с раздражением. Его большой живот тяжело вздымался вверх, его мучила одышка, а на лбу блестели капельки пота. Черные усики над губами двигались в такт его дыханию. Достав носовой платок, он вытер лоб, все еще ожидая от меня ответа.

— Пока нет. Не приготовила, но обязательно это сделаю в течение сегодняшнего дня, — пообещала я, заикаясь от переживаний.

— Делайте, Марина Александровна. А иначе — отключу интернет навсегда! — он крикнул так, что у меня зазвенело в ушах от его громкого голоса.

Он вышел из кабинета, хлопнув за собой дверью, которая и так на висела на честном слове. Сделав глубокий выдох, я взялась за бумажки и принялась наконец-то за работу. Как жаль, что между нами с Джоном девять часов разницы во времени, и к тому моменту пока я дома, он уже крепко спит и видит десятый сон. Следом за начальником забежала в кабинет Майя, моя помощница и по совместительству единственная на данный момент подруга. Она тряхнула своими кудрявыми рыжими локонами и плюхнулась на стул, напротив меня. Хитро прищурила свои зеленые глазки и спросила заговорщицким голосом:

— Что от тебя хотел Иван Михайлович?

— Отчет, Майя. Он хотел от меня отчет, — вздохнула я. — По-моему, он ко мне слишком придирается.

— А я говорила! Говорила тебе, что он тебя хочет, Маринка! Вот переспала бы с боссом, и он перестал бы быть таким требовательным к тебе. Ну я же вижу, каким похабным взглядом он на тебя смотрит, как облизывается при виде тебя и твоей сногсшибательной стройной фигуры…

— Перестань, Майя. Я вообще-то замуж собралась, за Джона! Он кстати прилетает в Москву через месяц, — сказала я, чтобы умерить пыл своей коллеги, которая везде и во всем видела скрытый сексуальный подтекст.

— Ой, как здорово! — хлопнула в ладоши Майя. — А у твоего Джона случайно нет какого-нибудь холостого друга?

— А тебе зачем? — я удивленно уставилась на Майю, — у тебя же муж есть.

— Точно, — хлопнула себя по лбу коллега и истерично засмеялась.

А затем посмотрела на меня немного с обидой, словно я виновата в ее некогда поспешном замужестве в восемнадцать лет. Майя еще немного посидела и вышла из кабинета.

Между прочим, это не она, а я засиделась в «девках» в свои тридцать шесть. Нет, есть у меня конечно мимолетные романчики, которые не заканчиваются ровным счетом никак, кроме приятного времяпровождения. А иногда и не очень приятного.

Внезапно вспомнила прошлогодний случай, когда я познакомилась с айтишником Валерием. Каждое наше свидание заканчивалось мягким рукопожатием двух потных ладошек. Валера застенчиво поправлял свои очки на переносице и просто пялился на меня своими серенькими глазками. Иногда мимолетом заглядывал в пышное декольте, которое я надевала специально для него. Но почти сразу же воровато отводил взгляд в сторону и оглядывался — не заметил ли никто?

Наверное, на десятом свидании я перебрала с алкогольными коктейлями в ресторане. Вышла на теплый весенний воздух и сама полезла к нему целоваться. Валера неумело двигал губами и языком, все норовил наступить на мои новые туфли, зажмурив глаза от удовольствия. А потом просто слился. Бррр, как вспомню его неумелые губы, то мысленно радуюсь, что до секса дело так и не дошло.

В девятом часу вечера я все же сделала отчет и аккуратно сложила его в папку. Подкрасив губы и расчесав спутанные белые волосы, вышла из кабинета и направилась к кабинету начальника. Все работники давно разошлись по домам, нигде не горел свет кроме кабинета Ивана Михайловича и моего — кабинета главного бухгалтера. Я легонько постучала в двери директора и, не дожидаясь ответа вошла. Иван Михайлович стоял сразу же у двери, с бокалом коньяка и довольной улыбкой. Кажется, он выпил немало, судя по его бегающим маленьким глазкам и влажным усам над верхней губой.

— О, Мариночка… Мариночка Александровна! Вы приготовили отчет, моя дорогая?

Я никогда ранее не видела шефа в таком состоянии, даже на корпоративах. Иван Михайлович закручивал свои черные усики на указательный палец и попивал коньяк мелкими глотками.

— Приготовила. Отчет. Вот он, — я протянула шефу папку с документами.

Он небрежно принял у меня отчет и кинул на письменный стол, затем подошел слишком близко, обдавая меня запахом перегара. Его глаза теперь действительно смотрели на меня слишком похабно, как и говорила Майя. Внезапно, мне стало страшно. Вокруг не было никого, кто смог бы защитить меня в случае нападения. Наше здание не было оснащено охраной — лишь бесполезной сигнализацией, которую мы, сотрудники, устанавливали в конце рабочего дня. Я сделала несколько шагов назад, но, несмотря на то, что начальник не совсем уверенно стоял на ногах, он с легкостью преодолел расстояние до двери и захлопнул ее прямо за моей спиной.

— Мариночка… Вы торопитесь? Насколько я знаю, у вас нет семьи и мужа. Может, посидим, выпьем, поговорим? — спросил он слегка заплетающимся языком.

— Может в следующий раз? — с надеждой спросила я.

Иван Михайлович прижал меня к стене, начав шептать мне на ухо свои пошлые шуточки. Одной рукой он ухватил меня за ягодицы, яростно сжимая и буквально рыча мне на ухо. Другой рукой он по-прежнему держал коньяк, который плескался и проливался прямо на мою белоснежную блузу. Я бегала от него по всему кабинету, но Иван Михайлович настигал меня всюду. Он почему-то думал, что я играю с ним и смеялся во весь голос.

— Ох и шалунья Вы, Мариночка! — он гоготал настолько громко, что мне становилось страшно.

— Перестаньте! Немедленно перестаньте! Я ухожу домой, с меня довольно! — крикнула я, оказавшись зажатой в углу кабинета.

Тучное тело с внушительным животом начальника с силой прижало меня к стене. Свободной рукой он стал медленно поднимать мою черную деловую юбку, скользя пальцами по внутренней стороне бедра и целовать меня своими влажными губами в шею. Именно сейчас меня жутко тошнило только от одного его вида. Ухватив его стеклянный стакан с пойлом, я с силой стукнула им по его лысеющей голове. Брызнуло немного крови, которая оказалась и на мне. Иван Михайлович громко крякнул, пошатнулся и немного отступился назад. Казалось, я хорошо огрела его, судя по тому, что его реакция стала слишком медленной. Этого мне хватило, чтобы выбежать из кабинета, забежать в свой и схватить черную дамскую сумочку.

Я слышала, как шеф кричал мне вдогонку, что я уволена. Слышала топот его толстых ножек и его отдышку. Он пытался бежать за мной, но было слишком поздно. Оставив в кабинете пиджак, я быстро спустилась на первый этаж и выскочила на вечернюю московскую улицу. Здесь легче дышалось, несмотря на загрязненный воздух от машин. Я вышла на дорогу и стала ловить такси. Прямо везде меня остановилась темно-зеленая девятка. Запрыгнув в автомобиль с жёлтой горящей фишкой на крыше, взглянула на двери, ведущие в наш офис. Слава небесам, что босс не выбежал следом за мной. Я выдохнула и уставилась на ожидающего водителя.

— На Профсоюзную, пожалуйста!

Молодой водитель завел автомобиль и двинулся навстречу ночному движению столицы. Несмотря на столь поздний час на дорогах были пробки. Прислонившись головой о холодное стекло, устало закрыла глаза. Это что же получается — я теперь безработная? На глаза навернулись слезы, ком подступил к горлу, и единственное чего мне хотелось это биться в истерике, оплакивая свою несчастную судьбинушку. Жаль, что никто меня не поддержит и не успокоит. Скорее бы приехал Джон. Правда, очень хочется. Возможно, он именно тот, кого я так ищу — добрый, заботливый и щедрый муж, который будет носить меня на руках.

— С Вами все в порядке? — спросил водитель, посмотрев на меня в заднее зеркало.

Я подняла на него взгляд и увидела себя в отображении. Лучше не придумаешь — взлохмаченные волосы, размазанная помада и следы туши под глазами, коричневые капли от коньяка на белоснежной блузе и мелкие брызги крови.

— Все в порядке, спасибо.

— Выглядите уставшей. Наверное, пора в отпуск? — спросил надоедливый водитель.

— Наверное, пора.

Я закрыла глаза, мечтая только об одном — чтобы водитель умолк, а все произошедшее сегодняшним вечером оказалось просто дурацким сном.