Часть 10. Варя

Марина гнула свои дурацкие вопросы, спрашивала про нас с Лехой. Какой к черту Леша, когда твой Андрей вернулся, вновь заполнив мои мысли собой? Ну почему самые красивые парни всегда достаются лучшим подругам? Почему, несмотря на всю твою внешнюю привлекательность, они в упор не смотрят на тебя — немного другую, но тоже красивую? Мы с Мариной две противоположности касаемо внешности и характеров, мы не похожи друг на друга ни в чем.

Я никогда не считала себя серой мышкой. Напротив, моя внешность была яркой, кричащей и привлекательной. Вот только Андрей этого никогда не замечал. Смотрел только на яркую оболочку Марины, не обращая внимания, что внутри нее нет совершенно никакой особенной «начинки». Глупая кукла, которая думала только о себе и своей красивой заднице!

А я с ума сходила от его пронзительного взгляда, чуть взлохмаченных волос, его фигуры и манер. У Андрея чарующий чуть хрипловатый голос, ямочки на щеках, когда он смеется и самые желанные губы. Когда я смотрю на него, у меня внутри все переворачивается. Время останавливается, все вокруг замирает и существует только он и я.

— Вы были красивой парой с Лешей, — вздыхает Марина.

Да мы целовались один раз и встречались всего месяц! Я закипаю, слушая ее пустую болтовню. Думаю, наше расставание не было болезненным ни для меня, ни для Лехи. Симпатичный добрый парень, но не тянуло к нему абсолютно. Мне нужен Андрей. Любой ценой. Любыми средствами.

— Если люди расстаются, это означает, что они не подходят друг другу. И всего-то. Не вижу в этом ничего трагичного, — ответила я.

Марина, конечно, моя лучшая подруга, но я же прекрасно вижу, как она относится к Андрею. Словно с высоты, будто это она королева, а он так — шут гороховый. Андрей затягивается сигаретой и выпускает сизый дым вверх. Чарующе. Как перестать пялится на него так открыто?

Нехотя отвожу от него взгляд и пытаюсь вникнуть в рассказы Марины. Она что-то ведает о Москве. Восторженно, с блеском в глазах. А я смотрю иногда на нее и думаю — черт, твоего парня совсем скоро заберут в армию, а ты все о столице байки рассказываешь! Подумаешь — Москва! Да хоть Париж, куда лучше быть рядом с Андреем, здесь и сейчас.

Возможно, я ужасная подруга. Но мои розовые очки касаемо женской дружбы давно спали. Как бы некрасиво это не прозвучало, но дружба держится не только на взаимопонимании и взаимопомощи, но и на взаимовыгоде. Недавно я сделала для себя совсем неутешительные выводы — я не создана для дружбы с девушками. Меня раздражает буквально каждая, с кем у меня складываются более менее приятельские отношения. Куда лучше дружить с мальчишками — у них все проще и легче. Они говорят прямо, поэтому понимаешь все с первого предложения.

Парни громко и дружно засмеялись. Кажется, Андрей сказал что-то важное, а я упустила это, витая в облаках и слушая «подругу».

— Говорю, что блондинок люблю, — повторил Андрей, обращаясь к Марине.

— Я заметила, — чуть улыбнулась та, поправляя свои шикарные белокурые волосы, которые спадали красивой копной на ее хрупкие плечи.

Я с завистью потрогала свои жиденькие каштановые волосы, которые едва касались плеч. И придумала гениальную идею!

— Ты уверена, что стоит это делать, Варя? — строго спросила мама. — У тебя же такой красивый и природный оттенок, зачем его портить ужасным пергидрольным цветом?

— Мам, это м-о-д-н-о, — сказала я, протянув ей тюбик с краской.

Мне было хорошо — мама досталась понимающей и всегда поддерживала меня, даже в самых безумных идеях. А папа воплощал в реальность мои планы. Повертев краску в руках, она тяжело вздохнула и достала из шкафчика в ванной старую зубную щетку.

— Мой голову, сейчас буду наносить, — сказала мама, сдавшись под моим напором.

Радостно насвистывая незатейливую песенку, смочила волосы водой. Это мой первый опыт окраски волос. И все ради Андрея. Может быть, хоть так обратит на меня внимание. Я взглянула в зеркало, в последний раз на влажные темные волосы и, закрыв глаза села на табурет. Мама тщательно прокрашивала пряди, от корней до кончиков, кожу головы неприятно щипало от краски, но я мужественно терпела. Было ради кого.

Маринке же можно краситься? Так почему мне нельзя? Правда у нее и свой вполне светлый цвет волос, но красится она все равно в пепельный блонд. Мама надела на голову целлофановый пакет и обмотала мои волосы полотенцем.

— Готово. На тюбике написано, что ждать сорок минут.

Промаявшись без дела положенное время, подошла к зеркалу и сняла полотенце. Кажется все? Или нет? Голова была ярко-оранжевого цвета, но мне показалось, что смыв пену получится природный белый оттенок. Сгорая от нетерпения, включила воду и сунула под кран голову. С волос стекала оранжевая краска, и я лила воду до тех пор, пока она не стала прозрачной. Нащупав под рукой полотенце, обернула голову и хорошенько промокнула влагу.

Торжественно прошла к зеркалу и посмотрела в него — цвет до сих пор оставался оранжевым. Ладно. Может, если высушить, я стану наконец-таки блондинкой? Включив фен, я видела, что лучше не становится! Цвет моих волос покрылся уродливыми пятнами разных оттенков — у корней оранжевый, на кончиках — желтый, у шеи светло-коричневый. Сама текстура волос была похожа на паклю. Выглядела я, мягко говоря, ужасно! Хотелось рыдать от бессилия и никуда не выходить из дому. Мимо меня прошла мама и закрыла рот рукой, чтобы не выдать свои эмоции.

— Ну, тоже не плохо, — сказала она. — Может ну его, этот белый, Варь?

— Нет! Нет, не ну его! Мне срочно нужен новый тюбик краски, — ответила я со слезами на глазах.

— Но дочь, у нас такое не продается. Это только в Москву ехать, а отец сейчас в командировке.

Мне ничего не оставалось делать, как смириться с цветом цыпленка и ходить по поселку в таком образе. Собрав волосы в тугой хвост, я вышла на улицу. Казалось, на меня смотрят все вокруг и смеются. Когда я подошла к нашей компании все вдруг замерли и уставились на меня.

— Что это ты подкраситься решила? — удивился Лёха.

— Давно хотелось, — невозмутимо ответила я и села рядом с Мариной.

Андрей не сводил с меня взгляда, и мне показалось, что все же я привлекла его внимание своей безумной выходкой. Пусть даже таким неадекватным поступком. Но привлекла же!

Летние дни заканчивались с невероятной скоростью. Близился мой отъезд в Москву, близилось расставание с Андреем. Иногда мне казалось, что именно там я и забуду его, именно там найду свою любовь. Но когда видела его улыбку, то точно убеждалась, что он — моя судьба несмотря ни на что.

Недавно Маринка поделилась со мной тайной — Андрей на словах сделал ей предложение. Мол, вернется он из армии, она, конечно же, дождется его, и они сразу же сыграют пышную свадьбу с двумя сотнями гостей.

«Ну, это мы еще посмотрим», — думала я про себя.

Мать привезла из Москвы новый тюбик краски, но уже не белой. Это был «Темный каштан», максимально приближенный к моему родному цвету волос. Мне хотелось рыдать от огорчения в тот момент.

— Мам, ну я же просила, — мне казалось, что мир рушится и виной всему моя мама, не давшая мне последнего шанса.

— Никаких мам! Не хватало мне опозориться в Москве с твоими безумными выходками.

Она буквально затащила меня в ванную и насильно нанесла на мои волосы краску с приятным медовым запахом. Слезы градом катились по лицу, и я не понимала, что происходит с моей любящей и понимающей мамочкой? Я же так хотела понравиться Андрею!

В тот же вечер я вернулась в «свой» цвет. С удивлением отметила, что так мне намного лучше. Что черные брови и ресницы прекрасно гармонируют с таким оттенком, а не блондом. Я решила, что обязательно как-нибудь завоюю сердце Андрея, но уже другим способом.

Отец сказал, что отвезет меня на рабочем автомобиле прямо в Москву, к стенам университета, где лично проконтролирует все ли со мной в порядке.

Мы ехали на его рабочей белой Волге, мама прижимала меня к себе и целовала в макушку, отец давал наставления, как подобает себя вести девушке из примерной семьи.

— Не переживай, Варя, в случае чего со мной свяжутся даже оттуда! — он приподнял палец вверх и продолжил читать нотации.

У дома уже стояла Маринка, с небольшой сумочкой в руке. Я обещала ей, что отец подбросит и ее в Москву. Все равно места в машине много, да и мне было веселее, слушая ее пустую болтовню. Иногда недоумевала, как Марина с мозгом ракушки просуществовала в Москве два года? Как в институт поступила? Мы закинули ее сумку в багажник, она чмокнула на прощание маму и сладко коснулась губами щеки Андрея. Тот закрыл глаза и прижал ее к себе на секунду, вдохнув запах длинных густых волос. Я невольно залюбовалась ими. Как мило, черт возьми.

Марина села у окна, следующей была моя очередь садиться. Но я тоже хотела попрощаться с Андреем, поэтому немного задержавшись, заглянула в его грустные глаза и подмигнула.

— Пока, Андрей.

— Пока, Варька. Удачи тебе в столице, — хрипло сказал он и вновь перевел свой взгляд на белокурую головушку Марины.

Автомобиль тронулся. Я ехала навстречу новым приключениям, навстречу столице, театру и новым знакомствам. Но сердце почему-то рвалось назад, в родной поселок. Возможно, я казалась сама себе слишком самоуверенной, но я знала, что рано или поздно мы будем вместе.