Часть 9. Марина

Отбыв практику на одном крупном московском предприятии, в бухгалтерии, рядом с несговорчивыми тетками, которые никак не желали обучать премудростям своей профессии, я вернулась в поселок, в родные края. У меня оставалось буквально три недели летних каникул.

На перроне встречал меня Андрей с букетом цветов и подруга Варька. Я так соскучилась по ним! Подбежав к Андрею, прыгнула ему на руки, обвила шею руками и поцеловала в колючую щеку. Андрей жадно искал мои губы, но я отстранилась, не потому что не хотела, а потому что стеснялась подруги. Спустившись на землю, подбежала к Варьке и повисла у нее на шее. Варя стояла чуть поодаль и загадочно улыбалась. Ее каштановые волосы были собраны в симпатичный высокий хвостик, на лице была тень макияжа, а на губах блестела симпатичная розовая помада, которая безумно шла подруге.

— Как давно я тебя не видела! Ты поступила?

— Поступила! — воскликнула Варя.

— В Москву?

— В Москву!

Ура! Мы прыгали друг возле дружки как дети! Какое счастье, что Варька тоже будет учиться в Москве. Она всегда мечтала о театральном институте, и вот ее мечта сбылась. Мне стало тепло от мысли, что хотя бы лучшая подруга будет жить в одном со мной городе. В общежитии я обзавелась новыми знакомствами, конечно же, но чтобы сильно с кем-то дружить у меня не получалось. Варя — единственная кто меня понимает с полуслова, выслушивает, сопереживает и радуется как за себя.

На маршрутке доехали до поселка, вышли на улицу и побрели в нужную сторону. У соседнего дома Вари мы немного притормозили и попрощались до вечера.

— Идем ко мне? — спросила Андрея, оставшись с ним наедине. — Мама пока на работе.

Андрей поднял меня на руки и нес так к самому дому. Родному дому, в котором я выросла и по которому безумно соскучилась. Во дворе надрывался Бобик — наш сторожевой пес, которого я нашла однажды на улице десять лет назад. Я подошла к нему поближе и стала трепать его по черной голове. Бобик умолк и стал довольно ластиться ко мне.

— Пойдем же, — сказал Андрей, потянув меня за руку.

Мы вошли в дом, бросили мою сумку в дальнем углу и устремились в комнату, где осыпали друг друга поцелуями. Мое тело тянулось к Андрею, к его мягким нежным рукам, которые ласкали тело, к его горячим губам, которые обжигали мои губы. Вырвавшийся стон из моей груди еще больше раззадорил Андрея. Он наспех скинул с меня летнее платье, нижнее белье, бросив все это хаотично на пол. Сначала он поцеловал мою грудь: сперва нежно, романтично, потом уже сильнее — жадно прикусывая затвердевшие соски. Его чувственные пальцы проникали в меня, заставляя громко стонать и еще больше влечь к себе.

Я раздвигаю ноги шире, чтобы глубже ощутить его горячие прикосновения. Моё тело становится ватным, податливым. Закрывая глаза, я отдаюсь в его полное распоряжение.

Он целует мою шею, крепко сжимает бедра своими пальцами, так, что после его прикосновений остаются следы, а я громко шепчу ему на ухо, что люблю, не в силах молчать. Мои руки обхватывают его шею, хочется без остатка сделать его своим, хочется, чтобы наша идиллия и неземное удовольствие длилось вечно.

— Мне очень хорошо с тобой, — призналась я, когда мы изнеможённые лежали на кровати, прикрывшись пледом, но все еще касаясь обнаженными телами, друг друга.

Мы лежали и боялись дышать, чтобы не спугнуть нашу идиллию. Весь мир казался разноцветным и полностью принадлежавший нам двоим. Андрей приподнялся на руках и заглянул в мои глаза, пристально и обжигающе. Я просунула руку в его лохматую шевелюру и сделала у него на голове ирокез, тихо хихикнув.

— Я хочу еще, — сказал Андрей, отмахиваясь от моих рук и пробираясь к шее, чтобы оставить там следы от своих поцелуев.

Хлопнула входная дверь. В наших глазах прочитался ужас и паника. Андрей поднялся с кровати со скоростью звука и стал в суматохе искать наши вещи, но было слишком поздно. Двери в мою комнату со скрипом отворились, и мы увидели мою маму в ситцевой косынке на голове и простом льняном платье. Она с любопытством просунула голову в мою комнату, в надежде увидеть приехавшую в гости дочь, но вместо этого застала полуголого Андрея, который прикрывал своими джинсами причинное место. Мама ахнула от шока и тут же закрыла двери обратно.

— Чёрт, — выругалась я. — Это ж надо было просмотреть время!

На часах было ровно четыре часа, как раз то время когда мама возвращалась домой. Но увлекшись друг другом, мы забыли обо всем на свете. В спешке одеваясь, Андрей коснулся моей руки и подмигнул мне.

— Не переживай, я все улажу.

Когда мы вышли в гостиную, мама сидела на диване, сложив руки на коленях. Казалось, она совсем не смотрит мне в глаза. Ее руки дрожат от напряжения и неловкости, взгляд бегает со стороны в сторону. Какой стыд!

— Галина Владимировна, я хочу жениться на Вашей дочери! — невозмутимо сказал Андрей и стал на одно колено.

Я ахнула и закрыла рот рукой. Мама в изумлении широко распахнула глаза и перекрестилась. Вот так выход из ситуации! Ничего лучше придумать не мог? Я легонько толкнула Андрея в бок и покрутила пальцем у виска. Мама же всерьез может подумать о свадьбе.

— Я не шучу, — сказал Андрей улыбаясь. — Я хочу на тебе жениться. Как только вернусь из армии.

— Какой армии? — не на шутку испугалась я. — Тебя что, в армию забирают?

Для меня его слова были полной неожиданностью. По коже прошли мурашки, а на глаза навернулись слезы.

— Не плач, — попросил Андрей, утирая мои слезы. — Это всего лишь два года, которые пролетят как один миг. Ты и оглянуться не успеешь, как я уже вернусь.

Мама поднялась с дивана, сказав, что ушла насыпать ужин, а мы стояли вдвоем посреди гостиной и молча смотрели друг на друга. Андрей вытирал каждую мою слезинку своими пальцами. А слезы катились и катились из глаз, не в силах остановится.

— Когда я приеду, ты как раз почти окончишь институт. Ну, подумаешь, год останется! Потом мы сыграем пышную свадьбу и нарожаем детишек. Двое, а лучше трое!

Я на секунду улыбнулась. А ведь и правда, два года пролетят как один миг. Я в это время буду старательно учиться, уделять все свое время и силы для нужного на будущее дела. Возможно, начну ходить на танцы, или на курсы кройки и шитья.

Вечером мы вышли на улицу, держась за руку. Варька и остальные парни сидели на нашей точке, живо о чем-то разговаривали и играли в карты. Я села рядом с подругой, решив весь вечер поболтать о девичьих секретах. Я заметила, что Варя держит дистанцию с Лехой, хотя точно помню, что они, кажется, начинали строить отношения весной.

— Вы что расстались с Лешей? — спросила чуть слышно.

— Да, — кивнула Варя. — В начале лета еще.

Ее лицо было совершенно невозмутимым. Ни один мускул не дрогнул! Она молча жевала яблоко и смотрела куда-то вдаль.

— Очень жаль. Мне казалось, что вы отличная пара! — сказала я, пытаясь развить наш разговор.

Она недовольно хмыкнула и махнула рукой.

— Забудь, Марин. Он мне не нужен и мне нисколечко не жаль.

Варька была кремнем. Девушкой, с твердым и сложным характером, и я даже не удивилась, что такой спокойный парень как Леша не выдержал ее напора. Она была резка и безнаказанна, знала, что весь мир у нее ног и чувствовала себя в нем не просто гостьей. Когда я спрашивала ее мнение по любому вопросу, то всегда знала, что Варя ответит прямо, не увиливая, и не боясь обидеть. Думаю, именно поэтому я с ней дружила.