Часть 8. Андрей

Какой неудачник! Черт, ну какой же я неудачник! Благополучно отучившись в Московском институте транспорта два курса, я вылетел оттуда как пробка! Нет, я учился не плохо, конечно. Просто Москва сама по себе слишком суровая. Устроившись на подработку грузчиком по ночам, я еще не знал, во что мне это выльется. Постоянный недосып, прогулы, встречи с Маринкой, и вот он результат — меня отчислили. И как бы я не бился, как бы не ползал на коленях перед ректором, назад дороги не было.

Студенты вовсю бегали по университетским коридорам, радостно трясли перед моим лицом зачетками, а я уныло брел в сторону метро, чтобы поехать на вокзал и вернуться домой, в родной поселок. Меньше всего хотелось думать о том, что скажет мама, что скажут соседи и дед. Больше всего меня волновала реакция Маринки. Кое-как дозвонившись ей в общежитие сказал, что уезжаю прямо сегодня домой. Она не поняла почему, ведь сессия еще не закончилась. Я сухо сказал, что отвечу на все ее вопросы прямо на вокзале. И так тошно донельзя!

Закурив сигарету и бросив свою сумку на тротуар, ждал ее появления. Остановился трамвай с веселыми разноцветными рисунками и оттуда вышла… Нет, выплыла Марина! Мое сердце забилось чаще, с утроенной скоростью. Руки затряслись от волнения и воспоминаний. Как здорово мы провели позапрошлые выходные. Сосед Антон отчалил в родные края на несколько дней, оставив в моем распоряжении целую комнату. Подарив вахтерше шоколадку из кондитерки, получил разрешение на то, чтобы Маринка осталась у меня на ночь. Черт, это было лучшая ночь в моей жизни. Ее пышные бедра, большие груди, тонкая талия и белые, струящиеся по обнаженной спине волосы. Ее губы с клубничной помадой, ее обворожительный сладкий запах и приятный вкус.

Нервно затянувшись, почувствовал, как дрогнуло мое всегда невозмутимое лицо. Это был наш первый раз. Чарующий, прекрасный, нежный первый раз. Я ждал этого очень-очень давно. На лице Маринки играла улыбка. Забыв обо всем на свете, я ответил ей тем же. Она подбежала ко мне и обхватила шею руками. В голове сверкали салюты и звёздочки, до такой степени она вскружила мою голову.

— Люблю тебя до безумия, — прошептал ей на ухо.

— И я тебя, — ответила Марина, сладко целуя меня в губы. — Зачем домой едешь? Сейчас же сессия?

— Меня не допустили до сессии, отчислив, — я опустил глаза в пол, и тут уже было не до любовных утех.

Мне показалось, что в глазах Марины мелькнуло разочарование во мне. Да что там, я сам в себе был дико разочарован. Мы стояли молча долгих три минуты, смотрели в сторону, не проронив ни слова.

— Как же я буду здесь одна? — спросила Марина слегка дрогнувшим голосом. — Я приехала в Москву, чтобы быть с тобой рядом.

Мне показалось, что она вот-вот расплачется. Я вновь обнял ее и поцеловал в висок. Не плач моя хорошая, я что-нибудь придумаю. Обязательно придумаю. Устроюсь на завод в поселке, накоплю немного денег, затем перееду в Москву, сниму для нас квартиру и начну работать уже здесь. Возможно, вновь поступлю в университет, но уже позже.

— Я все продумал, Мариш, — сказал я. — Ты только не плачь.

Коротко рассказав свой план, я увидел на ее лице веру в меня, веру в нас и наше будущее. Конечно, все будет хорошо. По-другому быть не может! Объявили посадку на мою электричку. Накинув сумку на плечи, побрел за руку с Маринкой на платформу. Мы долго целовались. Наши губы были солеными от ее слез, а мы все никак не могли проститься. Я привык, что из Москвы мы уезжаем вместе, что вместе потом и возвращаемся. Я знал и верил в этот раз, что обязательно вернусь.

Марина еще долго стояла на перроне, даже когда электричка тронулась. Ничего, малыш, все обязательно будет хорошо. В поселке было пасмурно и дождливо. Промочив новую куртку, зашел в дом и увидел мать, которая пекла пироги. Она тут же села на табурет и перекрестилась.

— Андрюша, ты что ли?

— Я мама, я.

Поставив сумку в прихожей, собрался с духом и рассказал все как есть. Что отчислили, что нужна работа, что обязательно женюсь на Маринке. Мама обхватила руками лицо и охала, вздыхала и даже плакала.

— Тебя в армию заберут тут же! — сказала мама, разрушив мои планы на ближайшее будущее.

— Чёрт, армия чтоб ее…

Я совершенно об этом забыл.

«Пусть еще заберут для начала!», — подумал я и на время прекратил об этом думать.

Отоспавшись, проснулся ближе к вечеру и понял, что ужасно хочу напиться с горя. С Толстым, Лехой и Рыжим. Когда вышел на улицу, к нашему месту то увидел, что ребята не одни. Вместе с ними сидели местные девчонки. Варька — дочка главы правления и лучшая подруга Маринки, и Римма — девушка Рыжего. Ребята пили пиво. Увидев меня громко и восторженно стали здороваться.

— Выпить охота, — признался я, рассказав свою печальную историю.

— У меня есть деньги, — сказала Варя, выложив на стол рубли.

— Малышка, ты что пьешь? — удивился я.

Я знал, что Варька еще совсем ребенок в отличие от нас. Маринка всегда таскала ее за собой, но Варвара была приличной девочкой и никогда не пила. А тут, вдруг, не против выпить чего покрепче.

— Пью, — сказала она, как отрезала. — Я, между прочим, школу окончила!

— А, ну это другое дело, — ответил я и тоже достал деньги на общак.

За водкой погнали Рыжего. Бегал он быстро, приносил много и с хорошей закуской. Обстановка была теплой, дружественной, водка лилась рекой, закуски становилось все меньше и меньше. Кто-то сгонял домой за гитарой, торжественно вручив мне ее. Я стал напевать песни группы «Кино» и все ребята стали мне подпевать. Когда стрелки часов перевалили за полночь, Варя поднялась из своего места и сказала, что ей пора домой. Она пошатнулась и чуть не упала.

— Блин, Силаева напилась! — сказала Римма. — Ее родители убьют.

Решено было выручить подругу по сегодняшнему застолью. Мы повели Варьку к реке и буквально привели ее в чувства. Умывали холодной водой, делали промывание желудка, и уже буквально через полчаса она была огурцом. По крайней мере, внешне. Все дружно мы провели ее до высокой ограды, и от души поблагодарив нас, Варя ушла уже адекватно стоя на ногах.

Шли беззаботные летние дни. Мать поспособствовала тому, чтобы я устроился работать на завод. Скорее всего, временно, так как мне пришло письмо из военкомата, в котором было сказано, что мне в обязательном порядке нужно пройти медосмотр. Два года в пропасть. Но больше всего меня беспокоило, как Маринка будет без меня. Как я буду без нее? Я только-только вкусил ее сладость, осознал, что мы перешли на новый этап наших отношений. Черт побери, неужели все два года я и вправду буду без нее? Я делился своими переживаниями с Варькой, попивая лимонад на нашем месте. Варя сказала, что больше никогда в жизни не будет пить, и я ей поверил, по-дружески потрепав за шевелюру.

— Как-нибудь выживешь без своей Марины, — сказала она резко.

— Да что ты вообще понимаешь в отношениях между мужчиной и женщиной? — спросил я.

— Всё я понимаю! — ответила Варька, сверкнув на меня своими карими глазами.

Умом и я понимал, но сердце тревожно билось, особенно когда счет остался не на месяцы, а на дни.