Глава 18. Под прицелом

«Является ли ложь ложью,

если все знают, что это ложь?»

Сериал «Доктор Хаус»

Следующим утром к планам на покупку самолета Игорь добавил ещё и трейлер. В ближайшее время в нем не было надобности, но в нелегком деле перевоспитании Ольги трейлер вполне мог пригодиться.

Последний тяжёлый месяц и поездка в Амман здорово потрепали её нервную систему. По-хорошему, всем им троим нужен был бы отдых. Без пляжей, жары и изнуряющих прогулок. Только сон, еда, фильмы, редкие вылазки в город и осторожное неспешное знакомство.

Знакомство тоже троим! Его сумасшедший роман с отчаянной журналисткой словно пошёл на перезагрузку. Одного вчерашнего вечера хватило, чтобы понять, как сильно изменились и Ольга, и он сам, и вектор их отношений. Эта Ольга точно не села бы к нему в машину сразу после знакомства, да и он, скорее всего, обошел бы стороной пахнущую ванилью и детским шампунем красотку.

Однако странным образом перемены Игорю нравились. Именно вчера в маленькой квартире Власовой он испытал то, что не испытывал много лет - полный покой.

После него даже спалось лучше, чем в предыдущие ночи. До нормального сна все же было далеко. Из кровати выбираться не хотелось, но раздражение исчезло, и жажда крови утихла. Будь его воля, Игорь остался бы дома давить подушку. Устроил бы настоящую медвежью спячку. Только привычка оказалась сильнее.

***

Словно сверху кто-то решил отсыпать подарков, у поездки в Иорданию и непростых дней после нее появился ещё один неожиданный плюс - фирма почти научилась справляться без генерального директора.

Игорь так и не понял, как это все вдруг произошло, но в папке «на подпись» лежало лишь несколько бумаг, а расписание встреч вообще оказалось девственно чистым.

- Ты всех чем-то припугнула? - прямо спросил он у Кристины, когда она положила перед ним белый лист - распечатку из электронного органайзера.

- Вот ещё! - хмыкнула та.

Игорь впервые не понял, солгали ему или сказали правду. Верилось в чудо с трудом. Ещё вечером документов и встреч было навалом, но результат оказался так хорош, что уточнять не стал. Принял как данность.

Вместо расспросов открыл ноутбук, проверил личную почту и пробежался по новостям. На все про все ушло минут двадцать. Если бы не последняя версия предложения на федеральный тендер, которую Кравцов все никак не мог переслать, можно было вообще закончить рабочий день и отравиться досыпать.

На мысли о сне его и настигла странная новость.

Вместо того, чтобы постучать три раза и несколько секунд подождать, Кристина стукнула лишь раз и с какой-то бумажкой влетела в кабинет.

- Три часа назад опубликовали. Я после статьи о Вас их постоянно читаю, - быстро проговорила она. - Но такое… Бумажная версия, скорее всего, уже в каждом киоске.

Без всякого интереса Игоря взял в руку лист бумаги. На нем скриншотом из статьи в электронном журнал красовались текст и фото. Мужчину на фотографии он узнал сразу - Иван Гаврилов, строитель и один из спонсоров Русфонда, такой же, как и сам Варшавский.

Из текста стало ясно, что в отношении Гаврилова ведётся уголовное расследование.

- Уход от уплаты налогов, - не дождавшись, пока босс дочитает, поспешила Кристина. - Но это не важно! Читайте, что в конце! Там анонс следующей статьи и нового расследования!

Вместо того, чтобы глянуть анонс, Игорь посмотрел на свою секретаршу. Опытная, закаленная кучей проверок и авралами на работе, Кристина никогда не выглядела такой напуганной.

Всегда румяные щеки были белым. Такими же казались губы. На бледном лице единственными цветными пятнами остались голубые глаза, но то, как они на него смотрели, говорило о многом.

- Мартынову сообщила? - Игорь так и не дочитал статью.

- Он уже возвращается из Москвы. Самолетом.

- Хорошо. Тогда вызови ко мне Кравцова и скажи, чтобы срочно запечатал тендерное предложение.

Кристина взглядом указала на свою распечатку.

- Думаете, это связано?

- О связях я буду думать после того, как Виктор сделает свое дело. Пока страхуюсь.

- Понятно, - Кристина развернулась к двери, - что-нибудь еще нужно?

- Да, - Игорь снова взял в руки распечатку. - Для всех меня нет. Впускать только Мартынова и Кравцова. Остальным ври что посчитаешь нужным.

- Хорошо.

Дверь закрылась с тихим щелчком. Варшавский опустил взгляд вниз, пробежался глазами по анонсу. Первую минуту он вообще не мог понять, что за херня в нем написана. Как такое можно публиковать?

Потом перечитал, и к непониманию добавилась злость. Предчувствие, что с тендером хлебнет проблем, было у него давно - профессиональное чутье, но подобное он и представить не мог.

***

Новость дня настигла Ольгу у родителей. Только закончились последние слезы радости, только все вместе выпили чай и начали рассказ друг о друге, как раздался звонок от Розы.

Первым порывом было отключить звук и отправить подруге сообщение, что перезвонит потом. Но звонок неожиданно прекратился, и Роза сама прислала ей сообщение: "Проверь почту. Срочно!"

Как бы ни хотелось все отложить, руки машинально нажали значок почты и кликнули "обновить". Сделав полдела, останавливаться Ольга не стала - открыла письмо, раскрыла на весь экран прикрепленный файл.

Через минуту она уже неслась в коридор, набирая на бегу номер Игоря.

Сердце выскакивало из груди, а перед глазами стояли строчки анонса: "Другой спонсор Русфонда, известный меценат, основатель собственной IT-империи, о котором мы не так давно писали, оказался виновен в ещё более тяжком преступлении. Редакция располагает неопровержимыми доказательствами факта изнасилования в отношении несовершеннолетней, которой этот меценат оказывал финансовую помощь. В ближайшее время будет возбуждено уголовное дело. О ходе расследования, фамилии обвиняемого и деталях преступления читайте в нашем следующем выпуске".

- Это не я! Клянусь тебе! - произнесла она, когда в трубке послышалось знакомое "слушаю". - Я ничего не знала о статье и анонсе! Это какая-то дичь! Не верю ни слову! Но клянусь, я совсем…

- Я знаю, что ты ни при чем, - Варшавский сам остановил поток оправданий.

- Игорь, я не представляю, как они это выпустили! Больший бред и придумать сложно.

В трубке послышался вздох.

- Вероятно, постарались ваши учредители. Один из них.

Откуда он знает учредителей, Ольга спрашивать не стала. Научилась уже не удивляться осведомленности Варшавского.

- «АльянсПром»?

Сразу вспомнился давний разговор с Розой. Ещё тогда, задолго до предупреждения Лобанова, она поняла, что заказ на Игоря не случайность. Но чтобы он привёл к такому…

- Их дочерняя компания «АльянсГрупп» - мой конкурент в ближайшем тендере, - нехотя поделился Варшавский.

- Черт… Сволочи!

- С тобой трудно не согласиться.

Приоткрыв дверь в квартиру, Ольга посмотрела на весело разговаривающих сына и родителей. Вряд ли каждый из них понимал больше половины, но счастье на лицах было искренним.

- И что теперь? - продолжила после паузы.

- Надеюсь, что ничего. В противном случае у Вити будет много работы.

- Я тоже постараюсь выяснить, что смогу, - решиться было несложно. - Ник пока побудет у родителей. А я сейчас в редакцию.

- Не нужно, Оль. Я решу сам.

- Не сомневаюсь. Но это и мой журнал. Что к чему я выясню быстрее твоего Мартынова.

- У меня есть хоть один шанс переубедить тебя?

Ольга встала со ступенек лестницы. Тянуть время не стоило.

- Ты же умный. Догадайся сам.

- Ясно. Тогда пообещай мне кое-что.

- Обещаю ни во что не вляпаться. Очень постараюсь.

Это сложно было объяснить, но она точно знала, что Игорь сейчас улыбается. Той самой своей потрясающие улыбкой, от которой без всякого секса у нее в животе начинали порхать бабочки.

- Жду вас завтра у себя, - прекратил спор Варшавский. - Сегодня тоже жду. Давай уже скорей возвращайся. Бессонница меня почти доконала.

Несмотря на кошмарную ситуацию, последнее предложение заставило Ольгу тоже улыбнуться.

- Мы приедем. Скоро, - произнесла она уже совсем другим тоном. - И я буду доканывать тебя вместо бессонницы.

- Это тоже обещаешь?

- В этом клянусь.

***

Редакция гудела как улей. Не громче, чем обычно. Не тише. Это был обычный рабочий шум, который всегда помогал настраиваться на нужный лад, но сегодня Ольге неожиданно стало от него тошно. Никогда она не думала об увольнении, не представляла себя где-то ещё, а теперь захотелось.

Даже не верилось, что еще недавно мечтала об отдельном кабинете, своей постоянной рубрике и обложке. Сейчас хватило бы встречи с главредом, а потом снова бежать отсюда домой, к родителям, к Игорю - куда угодно. Продолжать свой отпуск и не думать о новых статьях.

Это было совсем на нее непохоже. Так же, как и снисходительность строгого ко всем начальства, которое отпускало её в отгулы и отпуска по первой просьбе. До этого момента Ольга не задумывалась над странной добротой Лобанова. Переносила даты выхода своих статей, срывалась с работы, когда хотела и куда хотела.

Сегодня осознание ударило как обухом по голове - Лобанов будто готовился, что она уйдёт из редакции. Мягко подталкивал расстаться с журналом и не возвращаться. Как ни пыталась, Ольга не могла понять его мотивов. Обычная логика не работала, лишь интуиция, да и та не баловала подробностями - тихо шептала об опасности и заставляла оглядываться по сторонам.

К сожалению, шепот интуиции сейчас был последним, что Власова хотела слушать. Ей позарез нужен был главред. Искать исполнителя, который написал статью и анонс, смысла не было. Наверняка тот всего лишь исполнял заказ, как и она пару месяцев назад. Пролить свет на ситуацию мог лишь Лобанов.

Несмотря на разгар трудового дня, дверь в кабинет главного была закрыта. Верная овчарка под дверью не впускала никого, а после попытки Ольги прорваться в святая святых, закрыла дверь в приемную на ключ.

Такое на памяти Власовой было впервые. Главный и секретарша забывали запираться, даже когда играли в свои ролевые игры. С одержимость клаустрофоба Лобанов всегда держал дверь открытой, но сегодня, видимо, не только в анонсах журнала все пошло наперекосяк.

Все, что оставалось Ольге - ждать. Подготовившись к длительному отсиживанию задницы, она устроилась на своем рабочем месте. Не обращая внимания на заинтересованные взгляды коллег, нарисовала пальцем улыбающийся смайлик на пыльной столешнице. Достала из нижнего ящика чашку, чтобы сходить за кофе.

Следующим в плане на день была одна или две порции капучино, но неожиданно рядом материализовался сам босс и кивком головы указал на свой кабинет.

- Зря ты приехала, Оля, - одновременно с жестом произнес он.

Ни в интонации, ни в выражении лица Лобанова не было и намека на шутку. Скорее, в них было искреннее сожаление.

- Так может, прямо сейчас скажете, в чем дело?

Как чувствуя, что порог кабинета переступать не стоит, Оля ухватила босса за локоть. Он на миг остановился, посмотрел на нее через плечо.

- Поздно, солнце мое. Слишком поздно, - не спеша, словно на каторгу, направился к себе.

***

В кабинете их уже ждали. Гостей было двое. Оба в дорогих костюмах, ухоженные, лощеные, явно не пробовавшие Доширака или чего-нибудь подобного. Ольга никогда не видела учредителей журнала, но сразу поняла, что эти двое из их числа.

- «АльянсПром», как я понимаю? - вместо приветствия спросила она.

- Здравствуйте, Ольга, - один из них, с модной бородкой и усами, приподнялся и потянулся к ее руке. - Приятно иметь дело с умной женщиной.

- Не уверена, что готова ответить взаимностью, - руку она проигнорировала точно так же, как и сальный взгляд на ее пятую точку второго гостя.

- Тем лучше, - заговорил «второй». - Значит, можно обойтись без реверансов.

- Присаживайтесь, Ольга. Разговор будет непростой, - уже без улыбки произнес усатый и потом повернулся к Лобанову. - Алексей Дмитриевич, большое спасибо за помощь. Если Вы не против, мы бы пообщались, так сказать, приватно. Обещаем не занимать ваш кабинет слишком долго.

На лице Лобанова отразилось неприкрытая злость, но спорить он не стал.

- У вас пятнадцать минут. Потом у меня ежедневная планерка, - соврал, не моргнув и глазом. - Отменить или перенести нельзя - производственный процесс.

- Закончим максимум через пятнадцать минут, - снова заговорил усатый. - Уверен, Ольга Николаевна поймет все быстро.

Никогда Ольга не боялась оставаться наедине с незнакомыми мужчинами - не с её работой - но сейчас захотелось позорно вцепиться в Лобанова и убедить остаться.

Лишь когда за боссом закрылась дверь, она окончательно справилась с этой блажью и уже совершенно спокойно уставилась на своих оппонентов.

- Заранее скажу, я не верю ни в какое изнасилование или даже его попытку. Не тратьте время. Зачем я вам понадобилась, и что у вас есть на Варшавского?

Хмыкнув, «второй» достал из своего портфеля папку и протянул Ольге.

- Мы с удовольствием ответим на все ваши вопросы, но сначала хотели бы познакомить Вас с одной юной особой. Завтра ей предстоит важное дело, но сегодня пара минут есть.

Он быстро набрал что-то на телефоне, и через несколько секунд в кабинет вошла девушка.

Ольге понадобился один взгляд, чтобы догадаться, что к чему. Столько же времени ушло на понимание, какой далекой и беззаботной была её жизнь до этого дня.

***

Когда вечером Игорь встретил Ольгу на пороге своей квартиры, она была похожа на выжатый лимон. Такое же бледное, как у его секретарши, лицо, искусанные губы, опущенные плечи и папка под мышкой.

- Я смотрю ты «удачно» сходила в разведку? - чтобы не ждать, когда она сама выйдет из ступора, Игорь втянул Ольгу в квартиру и для надёжности усадил на ближайшую тумбу.

Власова не сопротивлялась. Привычно закинула ноги на бедра, прижалась всем телом. Папка с тихим шмяком упала на пол, но никто не обратил на нее внимания.

- Ты почему без вещей и сына?

Игорь прижался лбом к её лбу. За последнюю половину дня на него обрушилось такое количество новостей, связанных с анонсом, что ни говорить, не думать о них не хотелось. Хватило Мартынова, который ещё в самолёте успел поднять связи, а потом два часа допрашивал его так, словно он и правда кого-то насиловал.

- Никита переночует у родителей. Я с ними только что разговаривала, он уже сонный. Слишком много впечатлений за день.

- В некоторые дни такое бывает.

- Да…

- Ты голодная?

Ольга обхватила его лицо руками. Закрыла свои глаза.

- Нет. Соскучившаяся.

Весь день он ломал голову, пытаясь понять, чего ему так не хватает. Теперь стало ясно - этого. Просто стоять с ней рядом, молчать и чувствовать, как внутри тоже становиться тихо.

- Они серьёзно взялись за тебя. В папке снимки с видеокамер отеля, заключение медика, копии твоих билетов и другие доказательства, - спустя пару минут заговорила Ольга.

- Ничего они не докажут, - Игорь не стал даже смотреть на папку. - Я не насиловал никого.

- Я знаю, но она и ее мать готовы идти до конца.

- Ну и дуры. Получат статью за ложный донос.

Ольга убрала руки.

- Я видела её сегодня в редакции.

- Девочку?

- Сейчас ей восемнадцать. Не знаю, вспомнишь ли, но пять лет назад её мать обращалась к тебе за помощью. Ей нужны были деньги на лечение, но ты ничего не дал.

Игорь стиснул зубы. За час после допроса Мартынов успел узнать немного, но одна рабочая версия у него появилась. Пять лет назад к нему действительно обращались. Не через Русфонд, а напрямую - через Дашку. Сестра два вечера со слезами выносила ему мозг рассказом о больной девочке из Подмосковья, которую никто не хочет брать в программу.

Это был один из тех редких случаев, когда они поссорились, и он даже послал сестру подальше. Работы, как назло, навалилось много. Полным ходом шло строительство новых корпусов IT-комлекса. И у него, и у помощников времени порой не было ни на сон, ни на еду.

Не мог он в том дурдоме заниматься чем-то еще. Но Даша взяла его измором. Две недели молчания, потом снова неделя слез. Он сдался. Во время одной из рабочих поездок в столицу пообещал заехать в ту семью.

На радостях Дашка сама взялась организовывать встречу. Уговорила мать девочки приехать с ребёнком и документами к Игорю в отель, рассказать свою историю, показать справки и рекомендации. Даша даже сняла им номер - забронировала на его имя.

На этот раз Игорь спорить не стал. Назначил время и снова с головой окунулся в дела.

Вынырнул из них уже в Москве поздно вечером, когда портье сообщил о гостях.

Мартынов не был уверен, что это именно тот случай, но теперь все сходилось.

- Ева Белова, - он сам назвал имя девочки, - и мать Дана Белова. Они умудрились качественно запудрить мозг моей сестре.

Ольга согласно кивнула.

- Я так и поняла. Но в тот же вечер девочку изнасиловали. Ночью мать отвезла её в больницу.

- Но заявление в полицию они не подали.

- На этот случай у них уже состряпана легенда.

- Дай угадаю, - Игорь приподнял левую бровь. - Любимая бабская амнезия?

- …спровоцированная шоком.

- За пять лет они не изменились. На нормальную историю даже фантазии не хватило.

Версия Мартынова полностью сошлась с рассказом Ольги. Не хватало только матерных эпитетов, которыми обычно сдержанный Виктор щедро украсил свой монолог.

Не будь день таким длинным, он бы расспросил у Ольги подробнее, чем с ней поделились ещё. Но сейчас есть и спать хотелось больше. О том, какой дурдом ожидает впереди, не думалось вообще. Это был бред, не имевший ничего общего с реальностью.

А в реальности… сегодня рядом с ним оказалась женщина, по которой он слишком сильно соскучился. Ей не нужно было никуда спешить, им никто не мог помешать. Большего для хорошего вечера и ночи не требовалось.

- Пошли ужинать, - он ссадил её с тумбы и снова прижал к себе.

- И ты даже не спросишь, откуда я все знаю, и почему меня познакомили с девушкой? - Ольга не дала ему увести себя.

- Это и так ясно.

- Что именно тебе ясно? - Власова будто решила поставить рекорд по упрямству.

Прекращая все разговоры, Игорь приложил палец к её губам.

- Ужин стынет.

- Нет! Скажи!

Игорь поднял взгляд к потолку. Вздохнул.

- Я не первый раз сталкиваюсь с «Альянсом». Они уже знают, что надавить на меня не удастся. Ищут слабое звено.

Будто открыл новый закон природы, а не сказал совершенно очевидную вещь, Ольга растерянно уставилась на него.

- Варшавский, тебе ум не жмет? - спустя пару секунд зелёные глаза снова засияли привычным блеском.

- Нет. Но вот если меня не покормить и не удовлетворить… хорошенько, где-то что-то может и начать жать.

- Ты самый невозможный тип из всех, кого я знаю!

Чуть не впечатав в стену своим напором, Ольга повисла на его шее и принялась покрывать поцелуями все, до чего могла дотянуться. Наконец-то это было правильное начало встречи. То, на которое он рассчитывал.

- И у кого ещё из нас скучная биография? - Игорь подхватил Ольгу под попу и, не надеясь больше на самостоятельность, понес в кухню.

- Обещай мне выпутаться? - она не сопротивлялась. - Обещай, что с тобой ничего не случится?

- Со мной ничего не случится.

- И не позволишь себя посадить!

В последнем Варшавский не сомневался вообще.

- Обещаю.

***

Верить Игорю было легко. Его дом был для Ольги маленькой Швейцарией, где всегда царил покой и мир, а сам Варшавский - атлантом. Последним, чудом сохранившимся среди прогнившей насквозь мужской популяции.

В его объятиях она напрочь забыла о визитке усатого, которая осела на дне её сумочки. Не думала о наглом, уверенном в своей правоте взгляде девчонки. Начисто стерла из мыслей совершенно дикую просьбу «второго». Ту самую, ради которой они так щедро поделились с ней информацией.

Сытный вечер сменился страстной ночью. Они с Игорем так и не дотерпели до кровати. Набросились друг на друга ещё в душе. Сверху в плечи ударили упругие теплые струи. Лишая контроля, мужские руки прижали к груди, и пальцы сдавили ягодицы до сладкой боли.

Как и в прошлый раз, прелюдия не понадобилась - только доверие.

Закинуть ногу на бедро.

Раскрыться.

Не заскулить от желания, когда набухшая головка издевательски-медленно заскользила по клитору и чувствительной плоти.

Позволить одним мощным толчком припечатать себя к холодному кафелю и…

… не заорать от удовольствия.

Она старалась. В кровь искусала губы, когда он долбился в нее, не останавливаясь ни на миг. Обессиленная и пульсирующая, приняла в себя всю его сперму. Сжала крепко, будто хотела невозможного. Целовала плечи и шею. Прикусывала, оставляя отметины.

Она очень старалась. Но когда он сфокусировался на ее лице своими затуманенными глазами, не выдержала.

- Люблю тебя, - слова сорвались сами. - Так сильно люблю, что страшно. Не думала, что такое со мной случится, но… Не смогу без тебя.

Созревшее давным-давно признание слилось с шумом воды. Глупое, сбивчивое. Такое же, как и она сейчас. Было бы не удивительно, если бы Игорь не понял или не услышал. Переполненная им и эмоциями, Ольга сама с трудом слышала себя.

Но неожиданно вместо струй и тёплого пара она оказалось в кольце сильных рук. Губы Игоря нашли её рот. Язык толкнулся внутрь, и от напора, жадности, страсти ноги превратились в вату.

Такое «люблю» было лучше всяких слов. Она чувствовала его на вкус. Ощущала силу. И таяла. Переплавлялась под этого мужчину очередной раз. Теперь уже без остатка.

***

Ночь накрыла их темнотой и покоем. Не было никаких предчувствий или вещих снов. Не было тревоги. Игорь, как обычно, уткнулся носом Ольге в макушку, прижал к себе рукой и отключился. Вместе с ним, пожелав мысленно «спокойной ночи» сыну, уснула и она.

Утро тоже их побаловало. Несмотря на дождь по прогнозу, за окнами светило солнце, и не было видно ни одной тучки. Под быстрые поцелуи глазунья получилась вкуснее, чем обычно. И даже остывший кофе, расплескавшийся по столу во время спонтанной близости, не испортил начало дня.

Все было идеально. Как в мечте. Ровно до того момента, пока не послышался звонок домофона, и на экране не появились одетые в полицейскую форму нежданные гости.

- Откройте, - вместо «здравствуйте» произнес один из них и ткнул в камеру удостоверением. - У нас ордер на арест Варшавского Игоря Юрьевича.

Несколько секунд разделили утро на две части. В первой хотелось летать от счастья. Во второй пол расползался под ногами. Все, от чего Ольга отреклась вечером, настигло в один миг.

По лицу Игоря невозможно было ничего прочесть. Он не тратил время на эмоции. В одну секунду Игорь нажал на кнопку домофона, чтобы впустить полицию. В другую уже набирал на телефоне чей-то номер.

Ольга не вмешивалась. Несмотря несколько десятков разоблачений, после которых герои её статей отправлялись за решетку, она впервые попала на противоположную сторону игры в закон. Без адвокатов, связей в судах она могла лишь наблюдать и молиться.

До того, как открылась дверь в квартиру, Игорь успел позвонить троим. Первым, как поняла Ольга, был Мартынов. Ему он сообщил об ордере, раздобытой в редакции папке, что-то выслушал и тут же отключился. Во вторую очередь Варшавский позвонил какому-то Диме. Сказал, что на него подготовлена генеральная доверенность, и предупредил о своём отсутствии.

Третьим, вероятно, был адвокат. С ним Игорь говорил меньше всего. Будто оба были готовы к такому повороту, он включил телефон на громкую связь и только после этого пошёл открывать дверь.