Глава 8, · в которой мы подозреваем всех

К ночи в квартире стало совсем тесно. Чуть было не подумала «людно», но человеком – да и то не самым обычным – тут была только я. Во-первых, я наконец познакомилась со здешним домовым. Он был светло-серый, очень благообразный, с седыми бровями и толстым брюхом. Под стать дому: обстоятельный, приземистый, с долгой историей и старыми секретами, которые прятались где-то глубоко в душе. Он посмотрел мне в лицо, нахмурившись, потом протянул широкую ладонь с аккуратно подпиленными когтями и улыбнулся:

– Ты, это, Марфу лишний раз не зли. Болтлива она и ворошится не по делу, но пользу дому приносит, угум-с.

Я кивнула и пообещала быть поаккуратнее со входной дверью. В следующие дни, когда будет не так волнительно… хотя кого я обманываю? Если так пойдет, то чем дальше, тем волнительнее будет происходящее.

Во-вторых, явилось целых три городских эльфа. Двое явно здешних, из старых кварталов, с желтоватым цветом лица и темными глазами, в которых, казалось, плескалась Нева. И еще один рыжий, с облупившимся носом и россыпью веснушек на запястьях. Я с удивлением поняла, что от него одновременно пахнет горячим бетоном и разнотравьем, мокрым асфальтом после дождя и лесной чащей… Как такое вообще возможно? Но они серьезно и коротко кивнули мне и куда-то ловко испарились до того, как я успела спросить.

В-третьих, сквозь распахнутое кухонное окно к нам проник… Нет, проник не то слово. Величественно бухнулся на кухонный пол гигантский гусь. Шумно забил крыльями, зашипел, поглядел на меня с подозрением и отрапортовал так торжественно, будто мы были на параде:

– Герр Гусинус-с-с Мар-р-ртинович прибыл!

Его тут же забрал Сигизмунд. Увел на балкон, по-дружески похлопывая по широкой спине.

Потом тем же путем явился селезень. Не такой откормленный, но очень, очень деловой.

– Курт! – представился он и решительно протянул крыло. – Приятно познакомиться. Был на свадьбе вашей сестры, если помните.

Точно! Я рассмеялась. Когда Инна выходила замуж, кейтеринг от ресторана привез с собой ручную утку, которая на протяжении всего действа прогуливалась с Сигизмундом туда-сюда и не отсвечивала.

– Помню! – ответила я и осторожно пожала пару перьев. – Я Женя.

– Сигизмунд говорил о вас.

– Вот как?

– Мы с ним дружим с некоторых пор… Часто болтаем о том о сем. Вспоминаем совместные боевые операции.

– То есть вы…

– Работали вместе. Так оно и бывает. Дружба на фоне совместных успехов… и неудач.

«Неудач?» – подумала я, глядя в спину Курту, который тоже пошел на балкон здороваться с Сигизмундом. Я-то думала, что великолепное котейшество не способно на ошибки. А тут получается, что он несколько более человечен… если можно вообще так говорить о коте.

Последней появилась фея с искристо-зелеными крылышками под руку с еще одним эльфом. Тот носил форменный пиджак, по которому было видно – в городской иерархии он большая шишка. Я вспомнила, как Сигизмунд накануне поднял всех на уши на мои поиски… и даже немного покраснела. Совсем чуть-чуть. Незаметно.

Фея мило улыбнулась мне, склонив голову набок, и с ходу спросила, пропустив вежливые фазы приветствия и знакомства:

– Пьешь?

– Бывает.

– А чего любишь?

– Травяные штуки. Вермут, степняк, абсент…

– Наш человек! – рассмеялась она и хлопнула меня по плечу. От ее взгляда и без всякого алкоголя в голове плыло, казалось, что потолок начинает тихонько вращаться, а еще пахло полынью и анисом. – То есть ведьма! Ты если выживешь, то в гости приходи, угощу. Разопьем бутылочку «Дьявольской ночи», восемьдесят пять процентов крепости и лакричное послевкусие, ммм…

– Но сначала дела, – улыбнулся эльф. – Кстати, насчет «выживешь» она пошутила.

– Очень рада, – искренне ответила я, – что у фей абсента нет дара предсказывать будущее. Иначе я бы очень заволновалась.

– Заволновалась бы? – возмутился Сигизмунд, заглядывая в кухню. – То есть сейчас у нас поводов для волнения нет? Вот вообще никаких?

Я вздохнула. Кто-то вновь решил поукорять меня за несерьезность и легкомыслие. Ну а что я могла ответить? Поэтому промолчала. Сигизмунд продолжал стоять и многозначительно СМОТРЕТЬ.

Через минуту я пробормотала:

– Пойду проверю, как там Джу.

Пару часов назад я перенесла ее, спящую, с кухонной табуретки к себе на подушку.

– Под охраной, – ответил Сигизмунд. – Домовой и один из эльфов готовы дать бой любому.

– Ты параноик? – осведомилась я. – Считаешь, что враг может просочиться сюда мимо Марфы Пантелеевны, мимо охранных знаков, мимо…

– Ничего я не считаю, – огрызнулся Сигизмунд. – Вон, в Лахта-центре тоже на первый взгляд было безопасно. И что потом?

– Что? – ответила я на вопрос вопросом.

– Ничего хорошего, Евгения. Пошли на балкон, – отозвался он. – Только вас и ждем. Пора начинать военный совет.

На балкон я отправилась во всеоружии. С большой чашкой какао с маршмеллоу, с пледом и диванной подушкой. И с маленьким стеклянным колокольчиком без язычка, который дала мне Стелла прошлой ночью. Он должен был начать звонить, если бы мне угрожала опасность. Но в итоге так и промолчал весь день, потому что лично мне никто не угрожал. Лично мне… Я помотала головой, отгоняя мысль… даже не мысль, а тень мысли о том, чтобы заплакать. С Джу все нормально. Сейчас она под охраной, и больше я такого не допущу.

Эльфы и фея уселись в самом темном углу балкона, где сильнее всего была видна их призрачная сущность и способность прятаться-в-тенях. То они сидят и перешептываются, подталкивая друг друга плечами, вполне материальные. А в следующее мгновение пропадают, будто расплываются, растворяются в полутьме. Хочется протереть глаза и проверить, это обман зрения или фокус такой?

Гусь и утка расположились рядом с Сигизмундом. Эдакие птичьи то ли телохранители, то ли советники. Уморительно серьезные и надутые, как будто мы тут судьбы мира решать собрались.

Клара взволнованно расхаживала по полу туда-сюда и выглядела еще более взъерошенной, чем обычно. А Карлос раскачивался на оконной створке. Та очень жалобно поскрипывала, и мне тут же стало страшно. Сломается еще! Это ж натурально не маленькая птичка, а помесь альбатроса, черной молнии подобного, и пингвина в утесах с телом жирным! Ну, если судить по весу. Поэтому я опустила на пол диванную подушку, плюхнулась на нее, накинула на плечи плед и сладким голоском пропела:

– Карлос, Карлос, иди сюда, ко мне под бок! Ты таким крутым был сегодня!

И это был правильный ход. Просиявший от похвалы Карлос тут же спикировал ко мне, влез под руку и подставил голову: гладь, мол, гладь срочно! Чего тормозишь?

– Все в сборе, – проговорил Сигизмунд. – Так, и что у нас есть? Если говорить только о фактах, без лирики и украшательств?

Карлос у меня под боком тут же обиженно встопорщился всеми частями тела.

– Да-да, Карлос, я именно о тебе говорю. Давай попробуем обойтись без всех этих завываний о громе, молниях и урагане, которые выпали на долю герою, но он их победил в самой что ни на есть эпической манере?

– Тогда Клара пусть рассказывает, – буркнул герой.

– Угу-угу, – затараторила Клара. – Только факты. Когда выключился свет, Джу продолжала сидеть на месте – Карлос ее видел. Когда он зашел на следующий круг, то заметил, как она бежит вдоль стекла, а следом за ней – двое.

– Людей? – прищурился Сигизмунд.

– Самых что ни на есть людей. На третьем круге Карлос их уже не видел, зато приметил, где прячется Джу.

– Как он ее заметил вообще? Серую кошку в серой комнате?

– У нее глаза блестели, – подал голос из-под пледа Карлос. – Как раз молния ударила, и я того…

– Ну и на четвертом круге он уже увидел Женю, – чайка махнула крылом в мою сторону. – Понял, что она ищет Джу, и показал ей, куда идти.

– То есть все произошло очень быстро? – уточнил Сигизмунд.

Тут Клара покосилась на меня.

– Три-четыре минуты, – ответила я. – Может, от силы пять. С момента, когда вырубился свет, до момента, когда я взяла Джу на руки.

– Что именно случилось со светом? – поинтересовался герр Гусинус.

– Нам сказали, что это авария. Форс-мажор. Не заложенный в программе. Даже миллионер о нем не знал и, похоже, не обрадовался.

– Агаааа… – многозначительно протянул Сигизмунд, и, прежде чем он начал демонстрировать шоу «Шерлок Холмс и Эркюль Пуаро в одной морде», я поспешила добавить:

– Еще пара фактов. Ведьминский колокольчик даже не звякнул, то есть именно на меня никто не покушался. Еще моя подруга так и не нашла… свое животное. То есть змею.

– С этого места можно поподробнее? – встрепенулся Курт.

– Сейчас скажу. И… слушайте! – Я не была уверена, что это: случайность или достойный внимания факт, но сейчас мне почему-то показалось важным о нем упомянуть. – Когда я бросилась к Джу, меня остановил юрист миллионера. Как будто хотел задержать. До этого он стоял совсем далеко. А когда погас свет, очень быстро переместился и вырос у меня прямо на дороге.

– Думаешь, он хотел дать время похитителям?

– Очень похоже, – нахмурилась я. Не к месту вспомнила, как мы весело ехали в машине, вспомнила, что у Вадима до сих пор мой фикус, который я все никак не заберу… И поморщилась, словно глотнула настойки из полыни и корня аира.

– Итак, у нас есть первый подозреваемый, – Сигизмунд прищурился, а гусь кивнул настолько яростно, что будь я Вадимом – уже со всех ног бежала бы покупать антищипковую броню. Желательно с дополнительной защитой от ударов крыльями. И еще – хорошие наушники, специализирующиеся на поглощении шипения. – Думаю, стоит выяснить, где он живет, договориться с тамошними домовыми о наблюдении и за его перемещениями по городу проследить.

– Верно, – кивнул самый важный из городских эльфов. – Это я устрою. И еще разузнать бы о нем получше. Подключим кибердемонов? А то, я так понимаю, мы мало что о нем знаем. Юрист на стороне миллионера, контролирует договоры со съемочной группой и шоу, лично проверяет участниц… Что еще?

– Боюсь, что демоны мало что отыщут, – я покачала головой. – Он слишком хорошо знает, где искать в сети информацию о других. А значит, вряд ли будет выкладывать свои тайны на всеобщее обозрение. Даже под замком в соцсетях. Даже просто в интернет. Разве что мы хотим его банковские операции проследить… Но нам же в первую очередь не деньги интересны?

Сигизмунд странно поглядел на меня. Как будто сильно удивился. Нет, он что, реально ждал, что я тут буду сидеть исключительно в роли свидетеля? И позволю другим заграбастать самое интересное, то есть выдвигать версии и помогать следствию? Ну уж нет. Не на ту напал.

– Евгения, это твои предположения или реальность?

– Слушай, после знакомства он перечислил все мои подвиги за последний месяц. Примерно как ты, Сигизмунд. То есть агентурные сети у вас обоих хороши. А потом начал цитировать стихи второй участницы. Он изучил все ее публикации: и в интернете, и на бумаге. И под псевдонимами на скрытых аккаунтах. Проверял, видишь ли, подходим ли мы для того, чтобы приблизиться к его драгоценному подопечному.

– Ага. Или искал слабые места, чтобы посильнее туда ударить, если понадобится…

– Стой! – перебила я Сигизмунда. При этом все вытаращились на меня так, как будто я наплевала в чай английской королеве. Ой-ой-ой. Вот преступница, а. – Вторая участница. Алла. Слишком много совпадений.

У меня в голове будто щелкнул выключатель. При мысли о том, что Алла может оказаться совсем не той, за кого себя выдает, мне стало еще более тошно, чем пару минут назад. Она же такая классная. Злобная. Умная. Друг-мушкетер. Нет, мне совсем не хотелось думать о том, что это она просто втирается в доверие… но теперь не думать об этом я просто не могла.

– Каких таких совпадений? – ядовито мурлыкнул Сигизмунд.

– Так, – я быстро перебрала в памяти все факты. – Мы вдвоем прошли с одного и того же кастинга – в последний момент. Мы одновременно оказались в офисе на подписании документов. Она могла следить за мной, когда я ехала на… Короче, в ту ночь, когда на меня первый раз напали. Но не это главное.

– А что? – любопытный клюв высунулся из-под локтя.

– То, что у нее была змея, которая вела себя странно. То ли как очень послушный фамильяр. То ли как одурманенная или заколдованная.

– Поясни.

– Она очень долго сидела на одном месте и смотрела именно туда, куда надо. Когда ее стали пугать, она чуть сдвинулась с места, но не попыталась уползти и не поменяла позу. Хотя Аллы рядом не было.

– Может, она просто заклинатель змей?

Хорошая версия, угу. Она бы идеально объясняла, почему Алла такая ядовитая в общении. Наверно, сливает яд у обитателей своего серпентария. И вкалывает себе вместо завтрака ежедневно.

– Может, и заклинатель. Только она бросилась к змее одновременно со мной. И одновременно со мной врезалась в Вадима.

– А потом?

– А потом она не нашла свою идеально дрессированную змею. И в процессе поисков мы Аллу не видели, и телефон не отвечал. Тут пара версий. Если это был фамильяр, то Алла – ведьма. Ее полоза хотели украсть, так же как и Джу. Просто змее меньше повезло.

– Но…

– Но Стелла говорила мне, что никто из местных ковенов не участвует в этом сезоне. То есть Алла свободная художница, типа меня. Которая идеально притворяется обычным человеком – так, что я не сомневалась в ее сущности до сегодняшнего дня.

– И тут одно из двух, – продолжил эльф мою мысль. – Либо сегодня она такая же жертва, и ее фамильяру просто повезло меньше, чем Джу. Либо она играет против тебя, пропажа змеи – просто для отвода глаз, и уже не так важно – ведьма она или нет.

– Может, мы спросим Джу? – спросила Клара. – Она там ближе всех была. Может, что-то видела…

– Нет! – заорали мы хором с Сигизмундом.

– Почему? – удивился герр Гусинус. – Мы ж не будем ее сейчас будить, просить докладывать по форме, допрос устраивать. Просто по-дружески, завтра там или послезавтра…

– Нет, – повторили мы, чуть более спокойно, но таким тоном, чтобы всем стало ясно: вот это вот «нет» ни при каких обстоятельствах не превратится в «может быть».

– Значит, за Аллой тоже проследим. И стихи ее почитаем, – пожал плечами эльф.

А я сидела и жалела, что здесь-и-сейчас такое дурацкое. И что я в нем вообще оказалась. По отсиженной ноге бегали мурашки, какао закончилось, даже плед не спасал от липкой промозглости, которая заползала в окно… И на душе было мерзко-мерзко. Я терпеть не могу думать о людях плохо. Особенно о тех, которые мне нравятся. Но не сказать опергруппе о своих подозрениях было бы глупо. Поэтому я вздохнула и спросила:

– Ну что, перейдем к третьему подозреваемому? То есть подозреваемой?

– Что за подозреваемая? – деловито спросил гусь с такой интонацией, как будто заносил список неблагонадежных личностей в черную тетрадь смерти.

– Та, которая рассказала мне про само шоу, – ответила я. – Варвара. Из Москвы.

Тут я немножко умолчала о том, что познакомились мы только в поезде, случайно оказавшись на соседних местах. А может, и не случайно…

– Она особенно напирала на то, что сам отбор и конкурсы там для умных. А не в обычном стиле «два притопа – три прихлопа». В итоге я заинтересовалась. Может, это и совпадение. А может… – я пожала плечами. – Потом мы все время были рядом. Очень удобно для того, чтобы следить за мной. Правда, сама она не сумела бы украсть Джу, тут уже нужны сообщники. Во-первых, в момент выключения света точно стояла в другом месте. Впрочем, это и к Алле с Вадимом относится. А во-вторых, она страшно ее боится.

– Кто кого боится?

– Варвара боится Джу, – уточнила я. Почему-то мне не хотелось называть ее «Барби» во время обсуждения подозреваемых. Язык не поворачивался. – Прям аномально боится.

– Или она думает, что фамильяр может учуять дурные намерения, – сказал Сигизмунд.

– Хм, – это мне в голову раньше не приходило. Джу вроде ничего необычного не ощущала. Просто удивлялась и немного презирала. Ну, какой человек может бояться такого пушистого милаша? Только если он очень, очень трусливый. До смешного.

– Ты близко с ними общаешься? – спросила фея невинным тоном. – Достаточно близко для того, чтобы как-нибудь пойти вечером вместе выпить кофе с пироженкой? И не только кофе… Я бы помогла выбрать правильный напиток, который развязывает язык.

– С девочками – без проблем, – прикинула я. – Наверно, если следующий конкурс пройдет без неожиданностей, сумею зазвать их на бокал коктейля. А вот с Вадимом… Я не уверена, что он правильно меня поймет. Может, решит, что я пытаюсь таким образом подлизаться к миллионеру и нарушаю правила договора? Или… что он мне понравился?

А ведь и вправду понравился. Всего два дня не получилось толком пообщаться и узнать, как там поживает фикус Степан, а мне по этому поводу уже было то ли грустно, то ли досадно. Ай-ай-ай, Женя. Только не говори, что ты положила на него глаз.

– То есть свидания с другими людьми, кроме Александра, вам на время шоу запрещены?

– Да вроде нет. Надо перечитать документы, но я такого пункта не помню.

– Тогда ты ничего не теряешь, – хитренько улыбнулась фея. – Будем на связи. Я посоветую тебе нужное место и подскажу, что выбрать в барном меню. Сначала пообщаешься с девицами, а потом, если надо будет, и Мистера-все-о-всех-знаю привлечем к веселью.

Я улыбнулась. Подходящее прозвище для Вадима. И кажется, они с Сигизмундом понравились бы друг другу, если бы познакомились. Что-то в них было неуловимо общее. И не только в желании копаться в моем прошлом и моральном облике.

– Мы закончили с подозреваемыми? – зевнула Клара. – А то мы спать. Мало ли куда завтра с утра лететь придется.

– Еще среди организаторов есть Ангелина, – вспомнила я. – Все время злится и огрызается на меня. Но, по-моему, у нее такой характер, никто ей не нравится, никто ей не мил. А в остальном… вроде никого подозрительного.

– Ладно, – сказал Сигизмунд. – Начинаем слежку за Вадимом. И пусть кибердемоны почитают соцсети Аллы и Варвары. И давай, Евгения, завтра ты заручишься лично поддержкой какой-нибудь из сестер, не надеясь только на колокольчик. Хорошо?

– Угу, – ответила я. – Как только Игорь позвонит и место встречи назначает, сразу же напишу Зинчику. Надеюсь, нас повезут не в закрытый бункер, где вход только по пропускам.

– Тогда всем спасибо. – Сигизмунд поднялся и медленно, показательно размял лапы. – На сегодня расходимся.

Прощаясь с Карлосом и Кларой, я погладила перышки им на спине, а остальным степенно кивнула и ушла в кухню, прихрамывая. Ногу отсидеть – это вам не шутки. Две ноги отсидеть – не шутки вдвойне. Требовалось срочно доесть оставшиеся в пакете маршмеллоу и вытряхнуть из головы темные мысли. Чтобы и следа их там не осталось. Как минимум на грядущую ночь.