Глава 7

Лисса

Когда мы вышли из подъезда, на улице стояла неестественная тишина. Никогда я не слышала настолько жуткой и угрожающей тишины. Она словно кричала об опасности, так что внутри всё сжималось от нехорошего предчувствия. Демонесса внутри вела себя беспокойно, и это говорило о многом.

— У меня сейчас мурашки по коже, — прошептала я, осматриваясь по сторонам.

Я обратила внимания на детскую площадку, где находились дети и их родители. Все словно застыли. Маленький мальчик, стоящий в песочнице, перевернул лопатку и сыпал песок на землю, самое необычное не то как он стоял с лопаткой и не двигался, а то, что песчинки зависли в воздухе, так и не упав на землю. Маленькая девочка, качающаяся на качели, замерла в неестественной позе, ее волосы торчали в разные стороны, на губах застыла широкая и счастливая улыбка.

— Жуть, — вздрогнула Нина, обходя мужчину застывшего возле своей машины.

— Кто обладает такой силой? Бог? — вслух размышлял Виктор, рассматривая людей, птиц, собак.

Страж хмурился и не мог объяснить происходящее. Ни ведьма, ни любой демон не смогут такое провернуть. Хотя мой дедуля вполне бы и справился, но я успела вовремя прикусить язык, и не сказать этого вслух, зачем шокировать Виктора своей родословной. Да и дедуле не особо нужно завоевывать этот мир. Ему, что заняться нечем?

— О чем задумалась? — спросил Виктор, обнимая меня за плечи.

— Что все кругом довольно странно, — можно сказать я не соврала, просто не рассказал все, о чем я думаю.

Когда мы вышли на главную улицу, наступила темнота, я могла только почувствовать, как возле нас кружат два стража, они двигались очень быстро и бесшумно. Как только темнота развеялась, я смогла увидеть двоих мужчин. Они стояли напротив нас и внимательно изучали меня, принюхивались.

— От меня что неприятно пахнет? — спросила я самый первый вопрос, который пришел мне в голову, ведь не просто так они морщатся.

— Пахнет, моим братом, — усмехнулась Нина.

— Она зло, — зарычал темнокожий мужчина, стоящий с левой стороны от меня.

— А ты что, ангел во плоти? — хмыкнула я, тоже мне, нашел всемирное зло.

Ох, не знаком он ещё с моими родственниками.

— Гэр, успокойся, — остановил его второй мужчина, у него были длинные волосы пшеничного цвета, а глаза были не просто желтыми, они были цвета расплавленного золота.

— Андриан, — улыбнулся Виктор длинноволосому, а вот Гэру достался предупреждающий взгляд.

— Лисса, не скажу, что мне приятно с вами познакомится, но раз сие событие состоялось, то я буду рад, если мы сможем найти общий язык. Хотя бы ради Виктора, — сказал Андриан.

Вот вроде говорит правильные слова, но настолько высокомерно, точнее таким покровительским тоном, что бесит.

Осмотрев его ещё раз, я спросила:

— Кто вы во второй ипостаси?

— Лев, — гордо сказала Андриан.

— Понятно.

— Не понимаю, с какой целью был задан этот вопрос?

— А я объясню, — улыбнулась я, и Виктор ладошкой закрыл мне рот.

— Она хотела сказать, что тоже рада найти с тобой общий язык. Правильно, Лисса? — нежным голосом сказал Виктор, а я только глаза закатила.

Хорошо — хорошо, не буду говорить, что он напыщенная задница, а то гордый лев не поймет.

Андриан поднял свои густые брови вверх и посмотрел на меня в ожидании моего ответа. Укусив Виктора за руку, я получила желанную свободу, и ответила гордому кошаку.

— Конечно, мы найдем общий язык, — улыбнулась я, как можно шире.

— Жаль, я бы послушала первый вариант её ответа, — хмыкнула Нина.

— Я думаю, мы ещё сможем найти время для общения и знакомства, сейчас нам нужно понять что происходит. Где остальные стражи?

— Бродят по городу, пытаются выяснить, хоть что-нибудь, — доложил Андриан.

А темнокожий до сих пор не сводил с меня злого, я бы сказала угрожающего, взгляда, чувствую к нему спиной лучше не поворачиваться и наедине не оставаться.

— И что нам делать? Стоять и ждать пока другие что-нибудь выяснят? — спросила я у Виктора.

— У нас нет необходимости ждать, стражи уже здесь, — сказал Виктор, и снова наступила темнота.

Что у них за фишка такая? Почему нельзя появиться по-нормальному, обязательно вот так? Хотя, согласна ощущения жутковатые, когда ты ничего не слышишь, но чувствуешь что в темноте ты не один, там есть кто-то ещё. Могу сделать вывод, что стражи любят пугать и появляться пафосно.

Когда кошки насладились своим появлением, темнота развеялась, и я смогла увидеть, как нас окружили леопарды, тигры, пантеры. Они ходили и рычали, кто-то смотрел на меня и пытался принюхаться ко мне, Кто-то смотрел на Виктора.

Создавалось ощущение, что они все говорят между собой, и если это действительно так, то я рада, что ничего не слышу. Представляю, какой галдеж сейчас в голове у стража.

— Пойдем, — сказал Виктор, взяв меня за руку.

— Куда?

— Стражи нашли единственного человека в городе, который не застыл, он находится на главной площади, вот туда мы и направляемся.

Сомневаюсь, что там обычный человек, да и человек ли это? Виктор, так же как и я, был сильно напряжен, иногда, задумавшись, он сжимал мою ладонь с такой силой, что удивительно, как он не переломал мне пальцы.

— Осторожнее, — прошептала я, поморщившись, забирая свою пострадавшую руку из хватки Виктора.

— Прости, я …

— Потом, — произнесла я одними губами.

Мне не хотелось, чтобы Виктор показал стражам свою слабость. Я чувствовала, что он переживает обо мне, что подвергает меня опасности.

Виктор с благодарностью посмотрел на меня и поцеловал в лоб. Дальше мы шли в полном молчании, рядом медленно брели кошки, Андриан и Гэр шли от нас по бокам, постоянно осматривались, словно ждали нападения. Даже Нина не язвила и не бросала на меня свои недовольные взгляды, она была словно испугана тем, что чувствовала. Не хотела бы я быть эмпатом, и чувствовать все, что сейчас летает в воздухе.

Когда мы стали подходить к площади в небе стали появляться вороны, сначала их было немного, но чем ближе мы подходили, тем больше становилось ворон, они словно заполонили небо.

Он приходит и вороны слетаются со всей округе и кружат над ним, словно выжидая, когда он их покормит.

Мне вспомнилась сказка, которую любила мне рассказывать бабуля.

Он просыпается первым и чувствует невыносимый голод. Он выбирает город и уничтожает его.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Да не может быть, он же спит в склепе в Аду.

— Лисса это плохая идея, ты знаешь, дед запрещает нам приближаться к этому склепу, — проворчал Дэмир

— Какой же ты зануда, братец. Мы же одним глазком, никто и не заметит, — прошептала я, открывая дверь в склеп.

— Дэм, ты действительно зря паникуешь, разве тебе не любопытно посмотреть на Всадников.

— Любопытно, но чувствую, что это выйдет нам боком.

Мы провели в склепе немного времени, распили адское вино и поздравили друг друга с днем рождения.

— Это самый крутой день рождения, среди сильнейших из сильнейших, — восторгался Лео.

Лео начал кружится по склепу, что поделаешь, мы были пьяны и вели себя не самым лучшим образом.

И когда из рук Лео выпала бутылка и разбилась о пол, то мы с ним громко засмеялись, как в то время Дэмир побледнел. Я ещё полезла собирать осколки, чтобы замести улики, и порезалась. Дальше Дэмир перенес нас домой, и долго нервничал, что мы могли пробудить спящих всадников моей кровью. Потому что в сказке, которую нам рассказывала бабушка, говорилось: Только кровь Высшего демона может пробудить Всадников…

— Ты в порядке? — спросил Виктор, заметив, как я побледнела.

— Сложно сказать.

— Не бойся я смогу тебя защитить!

Ага, но только навряд ли, ты сможешь защитить меня от Всадника.

Мы подошли к площади и я увидела силуэт мужчины, он стоял в центре площади в черных брюках, черной рубашке и в кожаном плаще. Длинные черный волосы развевались на ветру, его лицо было очень худым, словно он болел дистрофией. Но я все равно смогла увидеть знакомые черты.

На стенах склепа были высечены силуэты их лиц, где они явились на землю в прошлом пришествие. И не сложно сейчас сделать вывод, что я всё-таки по своей дурости разбудила Всадников.

— Ли-иса-а-а, — протянул Всадник, и я сглотнула от страха.

— Он тебя знает? — нахмурился Виктор, пряча меня за своей спиной.

— Страж, я знаю всё, что творится в этом мире. Я вижу вас всех насквозь, — усмехнулся Всадник.

Я уверена, что если бы он не был настолько худым, то его ухмылка выглядела намного лучше, чем сейчас.

— И что же ты видишь во мне?

— Страх, — на губах Всадника растянулась улыбка. — Люблю видеть страх других. Страх предшествует сытному приему пищи. И я так голоден, сколько я спал? Сотни, тысячи лет? — всадник глубоко вздохнул. — Как это прекрасно вдыхать свежий воздух, наполненный столькими жизнями. Мне даже становится жаль забрать это, уничтожить настолько прекрасные запахи жизни, а ведь некоторые из них только начали жить.

— Лисса, кто это, черт возьми, — дрожащим голосом сказала Нина, она вся дрожала, эмоции от Всадника шли ещё те, жуть просто.

— Один из Всадников. Это — Смерть, — тихо сказала я.

— Лисса, я благодарен, что ты меня всем представила, надеюсь теперь, вы понимаете вашу беспомощность передо мной?

— Это мы ещё посмотрим, — грозно сказал Виктор.

Всадник махнул рукой, и все застыли, кроме меня и Виктора.

— Они сейчас находятся на волоске от меня, я могу только пошевелить пальцем, и все в этом городе умрут, — радостно сказал Всадник.

— Псих, — прошептала я

— Лисса, ай-я-яй. Твой острый язычок, да в правильном применение, тебе бы цены не было, а так… — в голосе Всадника появились угрожающие нотки.

Виктор, стоящий передо мной, упал на землю, я наклонилась к нему и пыталась нащупать пульс, руки тряслись, в моей черной душе начал зарождаться страх перед потерей своей половины. И страх был не напрасен, я никак не могла нащупать пульс, сердце не билось. Я попыталась влить в него как можно больше своей силы, использовала магию, но ничего не помогало. Слезы застелили глаза, с каждой секундой я словно умирала сама. Боль разрывала сердце.

— НЕ-Е-Е-ЕТ! — закричала я.

— Он умер, Лисса, — улыбнулся мне Всадник.

Слезы не переставали литься, я прижала голову Виктора к груди. Неверие в происходящего, вместе с реальности выбивало меня из колеи. Я словно теряла себя в безумии и боли. Я раскачивалась из стороны в сторону, выпуская из себя силу Истинной ведьмы и Высшей Демонессы. Земля задрожала. Между мной и Всадником появилась большая трещина.

— Очень недальновидно открывать дверь в Ад. Ты ведь не знаешь, что может произойти с этим миром теперь. Кто выйдет из Ада.

Но я словно не слышала ничего, просто раскачивалась и прижимала к себе сильнее Виктора. Кругом стали появляться демоны, вампиры. Дома стали рушиться, грохот, дождь и гроза. Мне было всё равно, я словно была мертва.

Все прекратилось, как только возле меня появился дед.

— Лисса, закрой вход, — приказал он.

— Доченька, ты меня слышишь, — раздался голос матери.

Но я не хотела ничего слышать, просто раскачивалась из стороны в сторону. Боль. Пустота.

— Почему ты сам не закроешь этот чертов выход! — зарычала бабуля.

— Она использовала семейную печать, только она сама сможет закрыть его.

— Слушай меня, ты Люцифер или нет? ЗАКРЫВАЙ! — бабуля закричала.

— Я помогу тебе, — раздался голос Михаила.

Я не видела, что было дальше, я словно потеряла зрение.

— Лисса, не борись с ними, ты сгоришь, позволь им закрыть, — шептал отец, в его голосе было столько страха за меня.

Никогда не слышала, чтобы папочка чего-то боялся.

— Лисенок, не надо — шептал Лео.

— Как мы без тебя, — плакал Дэмир.

На меня словно что-то давило, внутри все пульсировало. Я чувствовала, как внутри все разрывается на части. Теперь не только в душе пустота, но и я пустая, демонесса свернулась внутри и медленно умирала, а я качалась из стороны в сторону и не могла остановиться.

— Как это романтично, умереть из-за смерти любимого, причем не просто умереть, а постараться сравнять все с землей. Я восхищен твоей внучкой Люцифер, у неё очень много от тебя.

— Что ты хочешь? — прорычал дедуля.

— С чего ты решил, что я чего-то хочу?

— Ты бы не вел разговоры, а давно уничтожил город.

— Что мне нравится в тебе, мой сир, так это ум, — веселился Всадник.

— Что тебе нужно?

— Ну что ты, не нужно злиться. Ты все равно мне ничего не сможешь сделать, ведь я тебе нужен, чтобы воскресить демонессу Лиссы и частично её душу и её пару, не так ли?

— Что ты хочешь взамен? — голос дедули дрогнул.

— Как мне повезло практически уничтожить самое дорогое существо Люцифера, об этом можно слагать легенды.

— Ты хочешь забрать камень, — жестоко сказал дедуля.

— Да, я хочу, чтобы ты мне его отдал!

— А если я прикажу тебе…

— Ты же понимаешь, что я не смогу отказаться, но сделаю ли я все так, как захочешь ты? Я могу вернуть Лиссу, но останется ли она живая до конца, и её пара. Я не могу обещать, — в голосе Всадника было столько счастья.

Он просто наслаждался происходящим.

— Лилит, принеси клеарсит, — сказал дедуля.

— Правильное решение. Люблю правильные решения, они несут за собой хорошие события, — произнес Всадник

— Люцифер, ты снимаешь с них ошейники, ты это понимаешь? — раздался голос Михаила.

— У тебя есть другое решение?

— Нет, но…

— Тогда я попрошу тебя замолчать. Не сейчас об этом говорить.

— Правильно, поговорите, когда я преспокойно уйду, — сказал Всадник.

— Вот, — раздался голос бабули.

— Забирай камень, но для начала верни жизнь Лиссе и её паре.

— Я клянусь вернуть им жизнь, отдавай камень, я никогда не нарушаю своих слов.

После минутной тишины, раздался голос Всадника, только он был другим, наполненный силой.

— Маленький камень, а столько силы. Как вам удалось собрать нашу кровь? Я не понимаю, как мы могли быть настолько глупы, что доверились вам. Мы считали вас друзьями, а вы надели на нас ошейники и посадили на цепь словно собак. Вы просто боялись нас. С этого момента Всадники никому не подчиняются! — раздался голос Всадника, и наступила тишина.

— Лисса, ты меня слышишь? — шептала мама.

Я моргнула и словно обрела зрение, кругом была разруха, дым, пепел, и вся моя семья.

— Что случилось? Где … ГДЕ ВИКТОР? — закричала я.

— Я здесь, — раздался слабый голос стража, он попытался встать, но у него ничего не получилось.

Я не помню, как я двигалась. И вот я уже в его объятьях, громко плачу и сжимаю его рубашку, целую его лихорадочными поцелуями.

— Тише — тише.

— Я думаю, что тебе стоит забрать Виктора и Лиссу к себе, — сказал Михаил.

— Я тоже так думаю. Вы восстановите город? — спросил дедуля.

— Да. Только, что делать с остальными?

— Я их заберу, — раздался нежный женский голос.

— Мама, — хрипло прошептал страж.

— Виктор, не двигайся, сиди вместе со своей женщиной, я позабочусь о стражах.

Я мельком взглянула на мать Виктора. Она была очень красивой женщиной, подарив мне дружелюбный взгляд, она исчезла вместе со всеми кошками, оставив после себя шлейф цветов.

— И кто это был? — спросил Лео.

— Все вопросы и разговоры потом, сейчас я перенесу Лиссу и Виктора к ней в комнату, и мы продолжим разбираться с демонами и вампирами, которые успели убежать из Ада, ещё прибавьте ко всему полсотни душ, — дедуля был собран и серьезен.

Он подошел к нам и возле нас закружился черный вихрь. Когда мы оказались в моей комнате, дедули с нами уже не было.

Откровение

После того, как дедуля нас перенес в мою комнату, нам хватило сил только на то, чтобы добраться до кровати.

Я положила свою голову на грудь Виктора, и слушала стук его сердца. Теперь это самый любимый звук, любимая мелодия жизни моей пары.

Тук. Тук. Тук.

— Когда я умер… — Виктор прочистил горло, — я словно видел всё со стороны. Я навсегда запомню ту боль которую ты испытала…

— Давай не будем об этом, — прошептала я.

Откуда снова этот ком в горле? Я зажмурилась, но воспоминания произошедшего, словно лавина, обрушились на меня, та боль от потери, она до сих пор живет во мне. (Всхлип)

Я не замечаю, как по щекам снова бегут слезы. Сжимаю рубашку Виктора, и прижимаюсь к нему. Он крепко обнимает меня. Я успокаиваюсь под звук ударов его сердца. Живой. Он рядом.

— Лисса, — шепчет Виктор и притягивает меня к себе.

Смотрит на меня своими желтыми глазами, вытирает мои слезы.

— Это всё из-за меня, я разбудила его, — с болью шепчу я.

— Нет, не из-за тебя. Так сложились обстоятельства.

— Ты мне врешь. Ты сам знаешь, что я виновата.

— Зачем ты сейчас себя изводишь?

— Потому что я могла потерять тебя. Знаешь, я никогда до конца не понимала, что такое пара. Но сейчас…

— Понимаешь?

— Да. Это не любовь! Это что-то большее, чему нельзя дать название. Я чувствую в тебе часть себя, без которой я не могу существовать.

— Лисса, девочка моя, не плачь, — уговаривал Виктор, вытирая новый поток моих слез.

— Не могу …

— Я видел, как тебе было больно, я видел, как ты убивала себя. Я стоял рядом с тобой на коленях и умолял остановиться. Обещай мне, что если в нашей жизни повториться такая ситуация, ты будешь жить несмотря ни на что.

— Нет.

— Лисса.

— Нет! Я никогда не буду обещать тебе такого. Как ты можешь? Разве ты жил бы?

— Я бы умер в ту же секунду, что и ты.

— Тогда зачем просишь меня о том, что не сделаешь ты?

— Потому что видеть, как ты умираешь больно.

— А ты не умирай, и я буду жить, — шепчу я.

— Конечно, будешь. Я теперь с тебя глаз не спущу, — Виктор улыбается и целует меня, нежно, осторожно.

— Хочу сказать люблю, но это не передает даже толику моих чувств к тебе, — шепчет Виктор, разрывая поцелуй.

— Зачем слова, если я чувствую тебя и твои чувства?

Не знаю, что произошло на площади, но наши души словно переплелись между собой, мы словно единое целое.

Виктор понимающе улыбнулся и хотел снова поцеловать меня, как в комнате появился дедуля.

— Кхм… Молодой человек, вы не могли бы слезть с моей внучки, — угрожающе сказал дедуля.

Виктор хмыкнул, встал с кровати, и помог пунцовой мне встать рядом с ним.

— Деда, — промямлила я.

— Ничего не хочу слышать! Мы ждем вас в обеденном зале.

Дедуля подарил Виктору тяжелый взгляд, который тот с достоинством выдержал и посмотрел на меня. В его глазах мелькнула нежность, но потом они снова стали жестокими и суровыми.

— Скажи спасибо, что здесь я, а не твой отец.

— Дьявол хочет прочитать мораль? — хмыкнул Виктор.

Вот зачем?