Глава 14. Вибрации душ

Казалось бы, ситуация была хуже некуда: меня обманом привели во враждебный и незнакомый мир, а цель, которую я в нем преследовала, оказалась фантомной. Несмотря на все это, мое настроение стремительно поползло вверх. Особенно после того, как плотный обед и откровенные разговоры плавно перетекли в увеселительную прогулку по Килару.

В последние несколько дней я только и делала, что думала о собственной шкуре, редко обращая внимания на окружающее меня пространство, но сегодня смогла убедиться, что мир Айо был по-своему красив.

Килар, или, как его называли местные, “Жемчужина Ашироса”, был небольшим городом, пронизанным каналами с голубой прозрачной водой, на берегах которых ютились небольшие, двух-трехэтажные цветные домики, выполненные из камня. Клумбы с растительностью всех цветов радуги раскинулись вдоль каждой набережной, привлекая внимание прогуливающихся парочек. Мы с Тейном тоже выглядели так, словно у нас было романтическое свидание, однако это впечатление было обманчивым.

Не знаю, как Элла со своим французом так сразу перешли к стадии с романтическими отношениями. Статус наших мне до сих пор был непонятен. Да, родственные души, ну и что теперь? Душа – вещь очень эфемерная, а вот склад ума, менталитет и жизненный опыт у нас все же сильно отличаются. Я даже не уверена, что эмоциональный набор у двух столь разных видов может быть одинаковым, раз все имеющиеся органы чувств улавливают информацию иначе.

В общем, тем для размышления и наблюдения у меня было предостаточно, торопиться с какими бы то ни было выводами я не спешила. Хотя некоторые пункты все же требовали разъяснения, поэтому примерно через час любования городскими пейзажами, я решила задать новую порцию вопросов.

– Я имею весьма скудное представление о местных порядках. Ты упомянул Арсанай, видимо, это и есть ритуал поиска родственных душ? Расскажешь о нем?

– Верно. Мы проводим его в Храмах Богини Эстиды, которая указывает нам Судьбу через младших Богов. Люди не особо заинтересованы в его прохождении: место под солнцем для них превыше провидения. – Я уже не в первый раз замечала, как при упоминании людей на его лицо набегала тень отвращения. – Да и к тому же их жизненный путь слишком короток. Души входят в круг возрождений по велению Богини, не дожидаясь друг друга, и поэтому велика вероятность попросту не застать свою родственную душу живой.

– Получается, рожденный человеком переродится человеком?

– Души находятся во владении Богов. Мне неведом их замысел, но считается, что это происходит именно так.

Мы некоторое время помолчали, пока я переваривала услышанное.

– Сколько тебе лет, Тейн? - Задала я давно мучивший меня вопрос.

– Мне уже больше сотни, и я могу прожить еще несколько раз по стольку же.

Вот, еще одно доказательство того, что нам не по пути. Моя относительная молодость продлится еще лет десять, в лучшем случае пятнадцать – всего-лишь песчинка в море его существования.

– Должно быть, ты разочарован, что Судьба выделила тебе меня, с таким коротким сроком годности?

– Душа не имеет сроков годности. Жизнь циклична, и рано или поздно мы все встретимся вновь, не в этой жизни, так в следующей.

Я не могла понять, какие чувства испытала, услышав такой ответ. Готова поклясться, что на секунду я даже почувствовала неуместный прилив ревности к той, будущей мне, которая родится в новом теле, с новым набором воспоминаний, чувств и эмоций, и встретит все того же Тейна.

Я была словно неподходящим, неправильным сосудом для лучшего вина: стоит мне прийти в негодность, как меня с радостью заменят на новый, отполированный до блеска. Но и тот не прослужит вечно. Мое воображение подкинуло вереницу графинов, стоящих на бесконечно длинной полке в ожидании своего часа – того момента, когда чувственные губы Тейна прикоснутся к узкому горлышку, дабы пригубить единственно подходящий ему напиток.

– Почему моя душа так важна для тебя? – Внезапно охрипшим голосом спросила я. – Живут же люди, женятся на тех, кто не предназначен им Судьбой, и не жалуются.

– Известно ли тебе, как возникла каждая из рас нашего мира?

– Из Бога-прародителя?

Тейн кивнул. Мы остановились на небольшой смотровой площадке, с которой открывался завораживающий вид на озеро, до того огромное, что противоположный берег виднелся едва заметной полоской на горизонте. Солнце лениво ползло к границе между небом и землей, окрашивая облака во все оттенки розового и лилового.

– Долгое время после создания Айо, мир населяли лишь неразумные существа. Но Богиня Эстида была горделива, поэтому решила создать расы по своему образу и подобию, навсегда запечатлев частицу себя в каждой из них. Восхитившись парящими в небе драконами, создала она первого драга, Райнена, наделив его силой, превосходящей обитателей небес. Очаровавшись журчанием реки, создала она богиню Лириэль – покровительницу Водных. Привела ее в трепет мощь вулкана, и вышел из него Кернон, отец демонов. Следом была Юта, давшая начало горному народу – цвергам. Любая жизнь заканчивается смертью, поэтому из самых темных глубин обиталища душ вышел Кхассар, чьи дети и по сей день приносят смерть всему, что видят. Последним появился Безликий, рожденный из чрева самой Богини. Пусть и был он самым слабым из Богов, но именно ему предстояло поддерживать баланс Жизни и направлять людей.

Я слушала как завороженная. До сих пор не верится, что я встретила целых двух Богов на своем пути! Неужели они существовали там, на заре зарождения разумной жизни, принимая заветы Богини-матери?

Тем временем Тейн продолжил:

– Подарила Эстида искру своей силы сотворенным расам, но не все могли с нею справиться: смертное тело не предназначено для энергии подобного рода. Самые сильные маги во всех расах начали угасать – они терялись в Хаосе, дестабилизированной божественной силе. Большинство из них сходили с ума, чтобы затем быть убитыми своими сородичами. Они начали считать, что великая сила – это наказание Богини. Возможно, так и было. Младшие Боги попытались помочь своим детям: именно они предложили разделить ношу на двоих. Созданное или заклинание, Арсанай, предназначалось для соединения двух идеально подходящих друг другу душ, одна из которых источала Хаос, вторая его стабилизировала.

– Получается, я нужна тебе в качестве усмирителя силы?

Кажется, Дарина рассказывала нечто подобное, но в очень общих чертах. Вообще, я заметила, как разговор с ней становится в моей голове все более и более туманным, словно мы виделись в последний раз где-то в другой жизни.

– Родственность души предполагает собой связь с существом, равным по силе духа, похожими жизненным устремлениям. Говорят, даже физическая близость гарантирует идеальную совместимость. Неужели неинтересно?

Он посмотрел на меня с хитрым прищуром, а в уголках губ застыла легкая ухмылка. Я окинула взглядом его высокое сильное тело, скрытое привычной одеждой: штаны из мягкой кожи, темная рубашка. Рукава закатаны до локтей, открывая вид на загорелую кожу рук. Мне внезапно захотелось коснуться ее своими пальцами, и я даже плотно сложила руки на груди, чтобы не поддаться порыву.

– Думаю, я насмотрелась достаточно, – скучающим тоном ответила я, имея в виду второй сон с участием Тейна и безымянной жрицы. Как ни странно, драг понял, что я имею в виду.

– Пока ты рядом, мне не понадобится помощь Жриц, – медленно проговорил он, глядя мне в глаза. – И, предупреждая твой вопрос: нет, тебе не придется делить со мной постель, если ты того не желаешь. Достаточно в буквальном смысле быть рядом, хотя с физическим контактом дело идет быстрее… и приятнее, – он подмигнул мне и протянул руку, которую я с небольшим колебанием приняла. Его ладонь была сухая и твердая, держать ее было действительно приятно.

В моей груди разлилось необъяснимое тепло – может, неведомый божественный механизм уже запустил процесс стабилизации чужой магии, а может, это мое сердце дрогнуло в ответ на физический контакт.

Мы постояли так некоторое время, провожая глазами закатное солнце, пока то окончательно не скрылось за горизонтом. Подул холодный ветер, развеивая очарование момента, и я передернула плечами.

– Пора возвращаться. Ночи холодные.

Не отпуская рук, мы побрели в направлении постоялого двора.

– Слишком холодные, – призналась я, ощущая, как все новые и новые волны прохлады окутывают мое тело.

– Говорят, что так было не всегда. Когда Кернон и его приспешники пали, тепло будто начало покидать Айо.

– Бог огня? Это его создали, вдохнув жизнь в вулкан? Не думаю, что это хороший признак, – задумчиво проговорила я, скорее про себя, старательно пытаясь припомнить, что помнила из школьных уроков географии. Мелькнула шальная мысль, а что, если убив Бога, они запустили процесс застывания целой планеты? Как вообще искать правду, когда мои догадки стоят где-то на грани между наукой и магией?

– В истреблении целой расы вообще мало что может быть хорошего. А в падении одного из младших Богов тем более.

– Ты поэтому так ненавидишь людей?

– В том числе. Они возомнили себя выше Богов, а в итоге нашли свое место на дне. Должно быть, они это заслужили, раз даже сам Безликий их проклял.

– И все равно, мне их жаль. – Высказалась я так, словно не принадлежала к человеческой расе. – Прошли столетия, дети не должны расплачиваться за грехи родителей.

– А кто тогда должен? Кто должен расплачиваться за целые нерожденные поколения демонов, как ни поколения их убийц?

Я поджала губы и промолчала. Кажется, я задела Тейна за живое, и если продолжить этот разговор, то ни к чему хорошему мы не придем. Да и могу ли я претендовать на справедливость, если мое пребывание в этом мире ограничивается лишь несколькими днями, а век Тейна является веком вовсе не в переносном смысле?

– Далеко нам еще идти? – Сделала я попытку сменить тему, но почти сразу заметила нужное нам здание в самом конце улицы.

– Почти пришли, – выдал очевидную вещь драг. Меж его бровей пролегла складка, словно он все еще боролся с раздражением.

Я как-то не сообразила сразу спросить, где буду ночевать, а когда мы оказались в уже знакомой мне комнате, то оказалось, что делать это поздно: провести ночь нам предстояло на одной кровати. Я не стала строить из себя жеманную даму, особенно после того, как вспомнила обещание Тейна, что если у нас что-то будет, то по обоюдному согласию. Честно говоря, после разговора о его отношении к людям, неизвестно еще, с чьей стороны это согласие бы отсутствовало: я и моя низкая самооценка не хотели бы проверять.

Поужинав и приняв ванну, ради которой драг предусмотрительно покинул номер, я попросту улеглась на общее ложе, не раздеваясь. В штанах было неудобно, но выбирать не приходилось. Я надеялась дождаться Тейна, но сон сморил меня, едва голова коснулась подушки. Я не слышала прихода Тейна, и уже тем более не могла видеть, как тот, сев на край кровати пристально рассматривал меня почти в упор. И еще, я абсолютно уверена, что не чувствовала, как тот лег рядом, подминая под себя мое безвольное тело, зарываясь лицом в мою шею.

Точно, мне это просто приснилось.