Глава 27

Арсений

В понедельник утром Варя заявляет, что хочет сидеть в машине рядом с Натали, и выселяет меня на переднее сиденье. Мысленно благодарю сестру за такое решение, потому что сегодня утром я чётко убедился, что мне начинает нравиться сводная.

Если ещё пару дней мысль, которая пролетела у меня в голове под вечер, казалась абсурдной, то вчера я осознал, она была верной. Мне нравится Натали, нравится моя сводная, которую я на дух не переносил ещё до нашего знакомства.

После того как мы забрали её от тёти, отец предложил заехать в торговый центр. Пока мы с ним бродили между рядов, решая, что купить домой, девчонки дурачились. Примеряли дешманские панамы по акции, очки а-ля стрекоза и какие-то ужасные пластиковые украшения. Они смеялись, комментируя свои образы. А я шёл следом словно надсмотрщик и не сводил жадного взгляда с Натали.

Она была такой живой и непосредственной, казалась ровесницей Вари, а не молодой девушкой. На миг представил на её месте Зою и сморщился — она никогда бы себе не позволила подобного. Леди от корней волос до кончиков ногтей, без укладки не выйдет даже из дома. Что уж говорить о подобном поведении в общественном месте?

Несмотря на то, что девчонки ведут себя нормально, Зоя бы восприняла их поведение отвратительным. А Натали искренне улыбалась и получала удовольствие от компании сестры, сделала какую-то нелепую гульку на голове и была вполне довольна обстановкой и собой. Она в принципе редко красилась, ограничиваясь в основном тушью или же блеском для губ. Легко носила безразмерные худи и шаровары с кроссовками.

И во всех образах выглядела потрясающе. Просто потому что словно светилась изнутри.

Дико злился, что не могу отвести от неё свой взгляд, а ещё больше бесило то, что как дурак залипал на её улыбке. Она какая-то нереальная. Отличающаяся от всех вокруг. В ней нет надменности и высокомерия, нет глупости и наивности. Она умело сочетает в себе лёгкость и силу, которую проявляет в нужный момент.

Дома в совершенно отвратительном настроении отнёс к ней в комнату сумку с вещами и заперся у себя. Слышал, как из кухни доносились взрывы хохота, и злорадно ожидал, что мать сейчас прибежит и разгонит сестёр по комнатам. Но, видимо, отец помешал ей это сделать.

За ужином выяснилось, что девчонки испекли целую гору овсяного печенья. К слову, моего любимого. Хоть я и буркнул, что не хочу, позже, когда кухня опустела, вернулся, решив стащить парочку.

Блин, это самое вкусное овсяное печенье из всех, которые я пробовал! Ну точно ведьма! Как-то так вышло, что я и не заметил, как сточил половину тарелки. Вернулся в комнату опять в дурном настроении — неужели сводная не может быть чуточку злобной овцой? Почему она всегда такая милая, что все вокруг от неё в восторге?

Она как добрая волшебница снимает злые чары со всех вокруг.

Со всех вокруг кроме меня. Я словно живу на вулкане, а её магия действует на меня не так, как надо. Потому что злость продолжает скапливаться во мне, бурлить, грозясь вот-вот вырваться наружу.

— Воу, вот это меня понесло, — поражаюсь своим мыслям себе под нос, сидя рядом с отцом в машине. — Перегрелся, похоже.

В зеркало заднего вида наблюдаю за девчонками. Варя открыла какой-то блокнот и что-то показывает в нём Натали. Обе склонились над страницами, о чем-то перешёптываясь.

Натали заправляет за уши волосы, что сегодня оставила распущенными, и тепло улыбается сестре. А затем, словно почувствовав мой взгляд, поднимает глаза. На миг мы встречаемся в зеркале взглядами, и я тороплюсь отвернуться.

Меня пугает то, что происходит со мной в последние дни. Моё нездоровое внимание к сводной и то, что я вечно ищу её глазами. Это не нормально, неправильно, тем более у меня есть девушка.

Поэтому решаю максимально дистанцироваться от Натали. Мы с ней не в дружеских отношениях, и сближаться нам точно не следует.

Утром за завтраком я пересел на место Вари, чтобы быть ближе к отцу. Когда девчонки появились на кухне, обе сделали вид, что ничего не заметили. Варя поставила стул рядом с Натали, и весь завтрак они без умолку трещали, вызывая во мне сильнейшее раздражение. А отец, наоборот, смотрел на них с таким теплом, что мне захотелось срочно перевести его внимание на себя.

Мне кажется, я становлюсь неадекватным параноиком, который вечно ищет подвох, варится в недопустимых мыслях и злится на малейшее поведение окружающих, которое не совпадает с моим представлением.

В школе сестры сразу же уходят вперёд, словно мы не знакомы.

— Удачного дня, — кричу им в спину, злясь, что они демонстративно меня игнорируют.

Они останавливаются, переглядываются, явно в недоумении, а затем одновременно поворачивают головы в мою сторону и, крикнув: «И тебе удачи», уходят.

— А они прям сдружились, — заметил то, что я и так знаю, Сэм, подошедший со спины.

— Без тебя вижу, — огрызаюсь на друга.

— У кого-то плохое настроение с утра? Неужели милашка Ната успела тебя куда-то послать? — ехидно замечает друг.

— А ты был бы этому очень рад, да?

— Думаю, да. Тебе полезно иногда огребать ментальных подзатыльников, чтобы твоя корона слегка съезжала с головы и кровь вновь насыщала твой мозг.

— Ты меня бесишь, — рычу.

— Бывает, — усмехается друг.

Он точно знает, как быстро и просто поднять мне настроение. Всего пара раздражающих фраз, и я уже готов подкалывать его в ответ.

— Чего ты такой бодрый?

— Просто день хороший, — пожимает он плечами. — Идём?

— Я Зою жду.

— Ок.

Зайка приходит за пять минут до начала урока и на моё ворчание — ненавижу опаздывать — невинно хлопает своими длиннющими ресницами, обещая больше так не делать. Делаю вид, что верю, хотя мы оба знаем, что опаздывает она через день, потому что очень много времени тратит на сборы.

Закидываю на плечо её рюкзак и, переплетя наши пальцы, веду её вперед.

— Никак не могла выбрать, какую блузку надеть. Хотела новую, но с этой юбкой это настоящий кринж. Кто вообще придумал это убожество? — возмущается Зоя, пока мы идём в класс.

— Да вроде нормальная юбка. Ты же столько лет в этой форме ходишь, и раньше всё устраивало.

— Никогда не устраивало. Не понимаю, почему мы должны ходить в форме? Вон в сотой можно ходить в чём угодно.

— У нас элитная школа, и форма специально создана выделять нас среди других учеников. Чтобы сразу было понятно, откуда ты, — разжёвываю элементарные вещи.

— Это скучно.

Доходим до кабинета, продолжая разговор о форме. Зоя делает вид, что между нами на выходных не произошло скандала, и я решил ей подыграть. К тому же ссора вышла очень глупой, и вспоминать о ней не хочется абсолютно.

Провожаю Зайку до её парты, передаю рюкзак и, чмокнув в макушку, иду к своей.

— У вас новый виток в отношениях? — интересуется меланхолично Сэм, пока я вытаскиваю тетради.

— Что-то типа того.

— Зойка выглядит счастливой. Глаза блестят, и подобрела, что ли.

— Как ты это выяснил за пару секунд, что смотрел на неё?

— Последнее время она буквально на всех кидалась, а сейчас со всеми поздоровалась и даже улыбалась, — разводит руками друг.

— Может, наконец поняла, что Натали ей не соперница и не враг?

— Вряд ли, скорее всего, это временное затишье, — уверенно заявляет друг.

Я лишь закатываю глаза. Зойка не тот человек, который будет держать в себе эмоции. Поэтому если сейчас она действительно стала спокойней и мягче, значит, в её душе настал штиль.