Глава 12 · О подарках и древних легендах
Уже когда мы шли обратно, я заметила, что Вирни сначала задумчиво глядел себе под ноги. Потом мрачно. Я уж было озадачилась вопросом, чем ему так не угодила мостовая, как ход быстрых эльфийских ног начал замедляться. Теперь остроухий едва тащился.
Судя по потрясенному выражению лица, на парнишку свинцовой тяжестью свалилась какая-то жизненная истина, и сейчас он мучительно ее постигал.
Я уже хотела попросить поделиться тяжкими думами, как вдруг парень вскинул голову и потряс меня. Одной фразой, кстати!
– Я виноват.
– В чем? – не на шутку перепугалась я.
Когда Вирни в последний раз был виноват – он упустил драконенка. Так что если все его свершения происходят с таким же размахом, то стоит держать ухо востро!
– Деньги, – эльф вновь покрылся краской стыда. – Я совсем-совсем не подумал. У меня же нет своих денег… сейчас. Стало быть, ты тратила на меня личные сбережения. Ты! На меня!
Вот так вот, посреди драконьего города нас внезапно настиг кризис взросления.
– Так. – Я подошла поближе и, чтобы Вирни было чем заняться кроме самобичевания, передала ему практически все свои пакеты. Физический труд прочищает мозги – пусть тащит! – Это все мы обсудим, когда придем домой. Все не так страшно. Можем даже Жоза взять, кажется, он произвел на тебя впечатление своей маскулинностью.
Впрочем, серьезный разговор пришлось немного отложить. Стоило нам появиться на пороге, как со второго этажа спустился орк и сначала стиснул меня в приветственных объятиях, а потом пожал руку эльфенку.
– Цыпочка, хоть в чём-то ты нормальная баба! – пробасил Харт, глядя на многочисленные свертки в руках у Вирни.
– Ну-у… – неопределённо пожала я плечами.
Но Вирниэль выпрямился, развернул плечи и твёрдо сказал:
– Увы, но кажется, что нормальная баба тут я. Покупки в основном для меня.
– Знаешь, малой, от Таэра тебе стоило все же что-то другое перенимать, – расхохотался в орк.
– Он тоже много покупок делает?..
– Скорее, редкости любит, – немного подумав, ответил Харт. – А вообще, крошка Тиль, я тут не просто так приперся же. Подарок у меня для тебя есть!
– Для меня? – недоверчиво переспросила я.
– Точно. – Шаман сграбастал меня за плечи и увлек на второй этаж. Там взял с изящного комода яркую коробку и вручил. – Вот. Вы же, девочки, любите всякую вкуснятину. А в Нэосе делают лучший в мире шоколад. Я всегда женам беру, вот и тебе решил подарить. А то ходишь кислая. Шоколад – он для радостного выражения бабского лица зело полезный.
Я подозрительно смотрела на коробку. Соседство в одной фразе «тебе и женам» как-то настораживало.
– Бери-бери! – Харт впихнул сладости мне в руки и вполголоса добавил: – Я без умысла. Просто жалко. Вы с эльфенышем как куры в ощип попали. Хорошие дети в плохой компании.
Я уже думала было проникнуться неожиданным сочувствием, так как себя действительно периодически было очень жалко. А во все остальное время терпимо жалко!
Разом вспомнила все свои неприятности. От Таэра до Хаора и лесного бога. Лидировал Тирол, так как если от всего остального я могла спастись хотя бы в смерти, то тут далеко не факт. Есть немало легенд о том, как божества вытаскивали людей с того света.
Но не успела я сердечно поблагодарить орка за вкусняшки, как с лестницы с удивительным для кота грохотом спустился Жозефин. Недовольный как демоны знает что и даже слегка потрепанный.
Видимо любовь не удалась.
– Пытаешься умаслить мою ведьму?
– Конечно, – ни капли не постеснялся зеленый шаман. – Твоя ведьма это не просто пятьдесят килограмм симпатичного тельца, но и примерно четыре литра крови, которая нам понадобится на горе. Так что вот – инвестирую. От шоколада и мяса кровушка быстрее восполняется. Мясо в столовой, кстати.
Я возмущенно смотрела на ржущего наемника, когда на верхнем пролете лестницы появились босые ступни. Ноги были настолько изящны, что я разом осознала, что никому кроме эльфа они принадлежать не могут. Вообще, я внезапно поняла, почему некоторые скульпторы уделяли столь пристальное внимание именно рукам или ногам своих моделей.
Это действительно могло быть красиво.
Спустившийся через несколько секунд Таэрлин потрясал своим одновременно домашним, но весьма впечатляющим обликом. Домашние свободные штаны с низкой посадкой, льняной удлиненный жилет, что небрежно расходился на груди, открывая красивые, литые мышцы.
Я зависла. Кот зашипел. Орк заржал и прокомментировал:
– Я смотрю в ход пошла тяжелая артиллерия?
– Не понимаю о чем ты, – с королевским достоинством проигнорировал его выпад Таэр.
Тут наконец-то отмер Вирни. И право лучше бы и дальше стоял потрясенный!
– Таэрлин! Это возмутительно, немедленно прикройся! Своим откровенным видом ты вводишь в смятение мою избранную!
Шаман приобнял эльфенка за плечи и доверительно прошептал на острое, возмущенно оттопырившееся ухо:
– Пацан, ты не поверишь, но в том и цель.
В глазах старшего эльфа мелькнул смех, а после он невозмутимо направился к выходу из комнаты, со словами:
– Как понимаю вы в столовую? Как раз время ужина.
Жоз ехидно поинтересовался.
– Не замерзнешь? Там окна открыты. Сквозняк и все такое!
– Я эльф, – все с той же невозмутимостью отозвался сереброволосый лоэр. – Голая кожа мне совершенно не мешает.
– Подтверждаю, – охотно кивнул орк. – Как он совершенно голый драпал по сугробам когда к северной леди не вовремя явился муж – любо дорого было посмотреть.
– Угу. Потому что бежали вместе и тебя как раз догнали и хорошо так потрепали.
Я потрясла головой, стараясь не вдумываться в смысл этих слов и решительно сообщила.
– Общее прошлое у вас несомненно бурное, но я бы предпочла остаться в неведении о его деталях.
И ушла. Переодеваться!
А в комнате… в комнате меня ждал еще один подарок. Восхитительный, прекрасный, просто чудесный подарок.
* * *
Она была прекрасна. От изгиба древка до единого полотна веточек, подогнанных друг к другу настолько плотно, что даже просветов не было.
Нос щекотал свежий запах морилки и древесный. Тонкий и едва ощутимый, все же материал для волшебных метел очень долго сначала вымачивается в специальных растворах, а после бережно высушивается.
Едва дыша, я кончиками пальцев провела по полированному стержню, нажала на упругое сиденье обтянутое хорошей кожей и повинуясь мелькнувшей в голове догадке, перевернула метлу. И да, на той стороне были выгрированы буквы: “А-Д”.
Форма “Анкер-Досер”!
У меня даже пальчики дрогнули и вовсе не из-за того, что такая метла, была дорогой. Нет, анкеры отличались как раз очень, нет даже не так… ОЧЕНЬ бюджетной ценой. Но их делал всего один мастер выпускал он ограниченное число летательных аппаратов в месяц.
Стало быть достать такую метлу – маленький подвиг.
И кто же у нас такой героический?
Пока я любовалась подарком в комнату зашел Жозефин, запрыгнул на кровать и самодовольно спросил:
– Нравится?
Я с удивлением развернулась к коту.
– Ты ее уже видел, что ли?
– Я на нее вообще вдоволь насмотрелся пока сюда левитировал, – широко зевнул в ответ фамильяр.
– Так это ты?!
Как у меня глаза не выпали из орбит я не знаю.
Жоз недовольно сверкнул желтыми радужками.
– А ты догадливая. Даже не знаю в кого такая умница…
– Но как?!
– Знакомства, – еще раз зевнул кот. – Связи.
– В драконьем городе?! Такие, что можно достать анкер? – позволила себе вслух озвучить эти сомнения я.
– Вот такое ощущение, что ты совсем в меня не веришь. Тильда, ты вообще что о фамильярах знаешь?
– М-м-м… магические спутники ведьм. Если ведьме повезет, то при посвящении один из духов ею заинтересуется и вселится в принесенное с собой животное, – заученно оттарабанила я.
– Говорю ж гения, все помнишь. Итак, а как ты думаешь откуда берутся магические духи с навыками колдовства?
Я озадаченно замолкла. Не то чтобы я не интересовалась данным вопросом, скорее за время моего недолгого дополнительного обучения у ведьм любопытство в этом направлении не поощряли. Даже не так. СОВСЕМ не поощряли.
– Люди? – рискнула высказать шокирующее предположение я.
Ну а что, после Вераиль и ее кукол я уже ничему не удивляюсь.
– Маги-преступники, – неохотно ответил Жоз. – Теоретически они лишаются памяти. Остаются лишь знания.
Я озадаченно молчала, не зная что меня шокирует больше. То ли то что кот преступник, то ли то, что в прошлом у него настолько интересные связи, что стоит ему куда либо явиться даже в виде белого кошары, ему на блюдечке поднесут редкий анкер. И только ли его?
Но я решила зайти с наиболее безопасной, как мне казалось, стороны.
– Ты вспомнил?
– Не все… В данном случае вспомнил то, что в Нэосе живет один коллекционер, что собирает разные модели метел. И он мне должен.
Это ж как надо задолжать, чтобы даже смерть кредитора не послужила оправданием.
– Расскажешь? – все же решилась я.
– А ты про брата? – вернул мне коварную подачу фамильяр.
Руки сами собой сжались вокруг древка.
Я не знаю, что со мной, если честно. С одной стороны это вроде бы так просто… в этом нет ничего такого, что стыдно бы было рассказать.
Но стоит хотя бы представить ту давнюю ночь, как у меня холодеют пальцы, а горлу подступает тяжелый ком, парализуя способность к речи.
Оправдывая мое мнение о нем как о мудром животном, Жозефин к счастью не стал настаивать.
А я как умная девушка тоже решила не копаться в прошлом фамильяра. Оно успеется… после Хаора. Если все будет в порядке. Ну а если нет, то вряд ли меня станут интересовать такие вещи.
Ужин прошел благополучно.
В хвастовстве, если честно он прошел. Сначала мы подробно рассказали о том, что именно купили, а после собрались в гостиной для того, чтобы показать.
Дэса с нами не было, и это, как ни странно, подействовало на компанию расслабляюще. Какая ирония. Мы все идем за ним, но нас тяготит его общество.
Как же быстро меняется отношение к мужчине. Еще неделю назад я напоминала себе, что нельзя влюбляться в обаятельного дракона, даже если он хорошо целуется. Особенно если он хорошо целуется!
А сейчас… сейчас все иначе.
Я сидела в кресле поджав ноги, руки грела чашка с чаем, которую передал Таэрлин и следил за тем, чтобы напиток в ней не кончался.
Кстати, на эльфа было сложно не обращать внимания. Он оделся, но это не особенно помогло ситуации. Тонкая кофта обтягивала его торс подобно второй коже и оставляла еще меньше простора для фантазии, чем жилетка. Особенно сейчас, когда он сидел ко мне спиной и периодически подавался вперед, чтобы посмотреть многочисленный арсенал, разложенный Хартом на ковре. Мышцы лениво, завораживающе перекатывались.
Жозик сидевший у моих ног поднял переднюю лапу, полюбовался на выпущенные когти и со всей дури всадил их в мою ногу. Я подпрыгнула и возмущенно уставилась на животину. Тот не менее возмущенно на меня.
Я прямо-таки бегущей строкой читала там все прегрешения Таэрлина в алфавитном порядке.
Подавив желание пихнуть негодника в ответ, я перевела взгляд на Вирни. Парнишка сидел в противоположном углу комнаты и с чрезвычайно одухотворенным выражением строчил что-то на листе бумаги. Тем самым крашеным гусиным пером, кстати. Хоть использует, и то хорошо! Мой брат в детстве просил много всяких игрушек и потом они пылились в его комнате, а после выбрасывались на свалку. Часто ни разу не востребованные.
Помрачнев, я вновь посмотрела на Таэрлина. Во-первых – там было на что полюбоваться, а во-вторых, я не просто так на него пялилась. А дела ради, да-да!
В зеленых глазах эльфа периодически сверкали искры лукавства, а это значило, что внимание мое он несомненно заметил. И зная Таэра – обязательно попытается закрепить успех!
Тут-то я его и разговорю.
И верно. Спустя полчасика я дожевала все пирожные, а Жозик успел задремать на спинке моего кресла, с которого пытался усиленно бдить за моим моральным обликом. Таэрлин поднялся, сказал, что хочет спуститься на кухню, чтобы захватить чего-нибудь еще, и попросил меня составить компанию. Рук у эльфа только две, хоть и ловких!
Я послушно повелась на шитую белыми нитками причину.
Все же расспрашивать о Тироле при остальных не хотелось.
Кухня в драконьем доме была просторной, чистой и оснащенной последним словом магической техники. Силовые поля на шкафчиках, чтобы продукты медленнее портились, холодильные камеры, печи на кристаллах, которые нагреваются, стоит коснуться выпуклости на передней стенке.
Лепота! В таких условиях даже я бы готовила.
Эльф жестом позвал меня за стол. Широкие доски столешницы из цельного массива, покрытого лишь лаком для проявления текстуры дерева, массивные ножки… даже не ножки, а ножищи, что упирались в каменный пол. Я осторожно примостилась на столь же монументальном стуле и мимолетно порадовалась, что у Таэра не получится сесть вплотную к мне.
– Ну?
Судя по всему, высокородный лоэр решил не ходить вокруг да около, да и мой интерес не остался им незамеченным и был истолкован верно: как призыв к диалогу.
И слава святым корешкам!
– Расскажи мне о Тироле. И о жрицах.
– М-м-м-м… ты наконец-то решила поинтересоваться данным вопросом? – в мшисто зеленой зелени глаз мелькнуло лукавство.
– «Наконец-то»? – откровенно возмутилась я. – Я всего несколько дней как этой самой жрицей стала. А потом случилась целая череда событий, которая совсем не располагала к задушевным беседам.
Таэр чуть сжал зубы, из-за чего мужественная линия подбородка стала еще четче, и резко ответил:
– Если бы ты не сбегала из Луэжела, то спокойно бы сидела в моем имении и постигала все, что могло бы понадобится. К твоим услугам были бы все мои ресурсы, все знания, а это, поверь, немало.
Ну офонареть теперь.
Если честно, в моей голове много чего варилось. Доминировало желание скандала и потребность высказать авторитарному остроухому все то, что я думаю о его взглядах на жизнь и отношения.
Но у лоэра Таэрлина кроме массы несомненных достоинств был ряд таких же внушительных недостатков. И главным для меня являлось то, что он совершенно не слышит других. Есть его мнение и неправильное. А если неправильное вдруг доминирует силой или хитростью, то эльф на какое-то время затаится, а после внезапным, смертоносным броском возьмет реванш.
В общем, если резюмировать эту мысль, – с Таэром было совершенно бесполезно спорить!
Самая правильная тактика – игнорирование. К ней я и приступила.
– И все же, раз мы уже не в Лужайках, то поделишься знаниями?
– М-м-м… – Этот оценивающий взгляд я уже не так давно видела. – А что мне за это будет?
– Низко торговаться в таких вещах. Все же в Хаор идем, вдруг я чего-то еще не знаю о божественных подарочках? Я, конечно, о многом уже догадалась и кое-что использовала, но вдруг есть неведомые плюшки, и они помогут нам в пути?
– М-да… смотрю, на флирт ты решительно не настроена. Хорошо, Тиль. Если кратко, то Тирол Рогатый дарует своим последователям возможность воззвать к силам природы. А степень воззвания регулирует сам бог. Кто-то может ускорить рост растений, кто-то – попросить их о защите, кто-то – менять их свойства.
– Например? – озадачилась я сутью последнего.
– Ну вот варишь ты зелье и вдруг понимаешь, что забыла накопать корешки мяты. А она очень нужна! Тогда берешь любой другой корешок и меняешь его суть.
– И он становится мятой?!
– Да.
– Обалдеть, – восхищенно выдохнула я. Кажется, сотрудничество с Тиролом перестает быть таким уж бесполезным!
– Именно. – В уголках губ эльфа появилась улыбка. – Ну и в качестве бонуса для совсем уж избранных – можно попросить помощи бога в любой момент жизни. Правда, оплата будет соответствующей.
Вот же корыстная рогатая сволочь. За все ему плати.
– А как можно разорвать контракт? – с надеждой спросила я. – Неужели все только с разрешения самого Тирола-из-Леса? Должен же быть какой-то выход!
– Есть, конечно, – подтвердил Таэр. Но не успела я радостно пискнуть и пуститься в пляс, как он тотчас бахнул на ложечку меда корыто дегтя: – Обратиться к другому богу, и он сможет избавить от уз. Если захочет.
Ну блин. Хрен редьки не слаще.
– Вопросы кончились? – Эльф протянул руку и игриво дернул меня за выбившуюся из косы прядку.
– В целом да, – чуть подумав, ответила я. – Как понимаю, за деталями превращения растений одно в другое – это не к тебе?
Он лишь загадочно улыбнулся. Встал, вскинул руки, со смаком потягиваясь и вновь позволяя оценить то, как филигранно одежда облепляет мышцы, а после двинулся к холодильнику.
– Думаю, нас уже заждались.
Таэрлин критически оглядел выставленный на полках ассортимент и спросил:
– Радость моя, чего ты хочешь?
Я подошла ближе, подныривая под руку эльфа, ткнула в пирожные и шоколадные конфеты и попросила:
– Давай без неуместных нежностей?
– Почему бы не да? – невозмутимо пожал плечами Таэр, выставляя на стол все, что мне понравилось. – Ты меня действительно радуешь. Стало быть, радость моя.
Я серьезно заглянула в яркие зеленые глаза и сказала:
– Ну не нравится мне. Ощущаю себя дискомфортно.
– Ты первая девушка, которая напрягается от комплиментов. Харт прав – уникальное создание. Хоть воруй. – Эльф достал с боковой полки несколько бутылок пива и выставил на поднос рядом со сладостями. Натюрморт смотрелся забавненько.
– Воровать не надо, – тотчас предупредила я в ответ и, не удержавшись, спросила: – Зачем ты это делаешь?
– Пиво достаю? – делано удивился Таэрлин, выгибая серебристую бровь. – Ты не поверишь – я его люблю И Харт любит, а он как-никак мой друг. А о друзьях надо заботиться!
Забота, выраженная в пиве, – это интересно!
– Я про другое.
Таэр озадаченно почесал длинный нос, что смотрелась удивительно по-человечески… и достал блюдо с колбасной нарезкой и копченым мясом.
– Закуску достаю?..
– Таэр!
Снова захотелось заключить эльфа в объятия, дабы ему прилетело тироловской дубиной. Хотя, возможно, она не работает, если инициатор я? Печалька.
– Ладно, ладно, не злись. Просто меня действительно удивляет твой вопрос. Я же… мужчина, если ты не заметила.
Минута молчания. Так как заметить я, конечно, заметила, а вот связь не уловила.
– И что? – тупо уточнила я.
Таэр закрыл дверку, прислонился к ней боком и, наклонившись ко мне, вкрадчивым шёпотом заговорил. Каждое его слово словно язык пламени вспыхивало между нами. Они сыпали искрами, словно наяву жаля кожу, они медленно оседали на пол и еще какое-то время пылали, словно в попытке прожечь камень. Тщетной попытке.
– То, что если я испытываю чувства к девушке, то мне свойственно это проявлять. Настаивать. Завоевывать. Владеть.
Последнее слово он выдохнул практически мне в губы.
Я вздрогнула.
– Прекрасно, конечно. Но знаешь… не трогает.
– Вообще? – вновь эта дико раздражающая усмешка. Самоуверенность на красивом лице Таэрлина начисто стирает все позитивно-любовательное впечатление от его телосложения.
Вообще никогда не думала, что можно действительно совершенно отстраненно глядеть на мужчину и оценивать его… без эмоций.
Подозреваю, что даже голый Таэр кроме стыда вызвал бы разве что тот же исследовательски-эстетический интерес, что и статуи в музее искусства.
В некотором роде это даже обидно.
Когда мне еще будет суждено вот так вот упасть в пучину страсти с опытным и властным мужчиной?
Мелькнула крамольная мысль, а что, если вот оно и есть – действие истинной пары? И что мужчину я в своей жизни разгляжу только в Вирниэле, и то, когда он подрастет?
От таких мыслей немедленно захотелось выпить.
Потому я самым деловым тоном спросила:
– У нас только пиво или еще и вино есть?
– Гранатовое. Мне нравится ход твоих мыслей!
Мне тоже. Возможность надраться – не исключено, что последняя в жизни! – не может не радовать.
Наше возвращение удостоилось нескольких любопытных взглядов и одного ревнивого от Вирниэля. К счастью, ни проснувшийся Жоз, ни Харт ничего не прокомментировали. Орк вообще настолько обрадовался пиву и мясу, что вряд ли моя персона могла обогнать их в рейтинге ценностей шамана.
Один бокал, второй, третий…
– Тиль, – на меня крайне осуждающе посмотрел эльфеныш.
– Она еще и выпить любит. И умеет! – Орк смахнул воображаемую слезинку. – Точно идеальная баба. Слушай, может ты еще и пивас уважаешь?
Дэс мягко рассмеялся и покачал головой, а после посоветовал:
– Тильда, лучше скажи, что в жизни не видела ничего отвратительнее, чем пенное.
Харт лишь оглушительно расхохотался, а Таэрлин подлил винишка. Фамильяр наклонился к моему уху и забормотал, что это все не просто так и имеет целью коварно соблазнить пьяную ведьму.
Решив сменить тему, я обратилась к дракону.
– Дэс, расскажи о Хаоре.
– Например? Я вроде как еще на дневном совете изложил все, что знал.
– Я про легенды. Есть же наверняка что-то красивое… эффектное. Например, о тех, кто в последний раз пытался добраться до вершины горы Живого Камня.
– М-м-м… да, есть такие сказки. – Дракон растянулся на ковре, опираясь спиной о боковину кресла.
Коварное гранатовое все же давало в голову.
В расслабленной позе Дэса была ленивая уверенность и тщательно скрываемая мощь огромной рептилии, по прихоти богов, запертой в человеческом теле. Три верхних пуговицы на рубашки расстегнуты, а коса растрепалась. Все это придавало рыжему домашний до безобразия вид.
Я посмотрела еще раз на Таэрлина.
Выглядит гораздо изящнее дракона. Не такой широкий разворот плеч и ростом уступает, если вспомнить.
В общем – красивые они.
Были бы стату́ями – любовалась бы! А так – живые и проблемные мужики. Ну их.
У меня кот есть. Стянула Жозефина со спинки кресла, положила на колени и начала усердно гладить. Фамильяр сначала раздраженно дергал хвостом и предупреждающе выпускал когти, но скоро смирился с моим незапланированным проявлением нежности и, расслабившись, замурлыкал.
– Несколько столетий назад в Нэосе жил дракон. Знатный род, богатый клан, он обладал огромной даже по меркам аристократов второй ипостасью и чудовищно сильной магией. Воин. Завоеватель. Генерал. Легенда, чьим именем называли детей. Йоир Полночный.
– О, я, кажется, это слышал! – воспользовавшись паузой в размеренной речи Дэса, воскликнул Вирниэль.
Жоз приоткрыл глаз и, прервав бархатистое мурлыканье, посоветовал парнишке:
– Значит, помолчи и не мешай нам.
Я щелкнула пальцем по уху грубияна, но тот лишь возмущенно воззрился на меня в ответ. Одними губами проговорила: «Не обижай мальчика». Кот закатил глаза, но неохотно буркнул извинения.
– А с кем воевали-то в тот период? – озадаченно спросил орк. – Не припомню у драконов внешних конфликтов.
– С соседним драконьим городом, – отозвался Дэс. – В то время у моего народа еще было внутривидовые споры. Но не суть… Скорее, данное вступление долженствовало показать, насколько Йоир был велик и почитаем. Также он очень долго любил драконицу… жестокую и эгоистичную Сайфер Темную. Она играла им, то манила, то отталкивала и несмотря на все победы Йоира, что он бросал к ее ногам, – отказывалась разделить с ним брачный полет. Ничего не могло растопить ее сердце. Долго мучился Полночный… уезжал в военные походы, пытался переехать в другой драконий город, но, словно привязанный на невидимую нить, раз за разом возвращался в Нэос. Пока в один из свой приездов не встретил юную драконицу. Ее красота была столь нежна и воздушна, что сумела пробиться к окутанному греховным влечением сердцу генерала. Они заключили помолвку. Но до конца преодолеть старые чувства он все равно не мог, потому спустя какое-то время Йоир Полночный предложил юной невесте совершить совместное путешествие к горе и попросить освободить его сердце. Только они не вернулись. А Сайфер пропала, исчезнув незадолго до собственной свадьбы с каким-то драконом, чьего имени история не сохранила.
Тишина опустилась на гостиную как тяжелое ватное одеяло. Гулко тикали секунды в массивных напольных часах, да гудел вечный мотор в кошачьей груди.
– Красивая история, – наконец ожила я. – Но разве они должны были вернуться? Не помню, от кого слышала, но есть же сказки, что с горы не возвращаются те, кто смог исполнить свое желание. То есть все легендарное мероприятие по освобождению плененного коварной женщиной сердца – теряет смысл. Разве что они кого-то третьего захватили.
– Таковы сказки. И да, ты права, путешественники не возвращаются в полном составе, – покачал головой Дэс. – Всегда кто-то остается на вершине… говорят, что Террахор открывает ему знания, глубокие как сама бездна. И заглянувшие в нее уже не могут жить в обычном мире и остаются в свите бога.
– То есть кто-то из нас не вернется с вершины? – взволнованно уточнил Вирни.
– Малой, ты не поверишь, но до вершины к нашим услугам весь каньон, а он, поверь, – местечко не приветливое. – Харт методично отправлял в свою бездонную глотку остатки нарезки, которую ухитрился изничтожить практически в одно лицо.
– Не пугай парня, – усмехнулся Таэрлин и уже мне сказал: – Все хорошо, и все будут живы. А на вершину Дэс собирается идти в одиночестве, не так ли?
– Именно, – спокойно подтвердил дракон. – Так что ваша роль в том, чтобы – если все пройдет хорошо – встретить моего младшего брата и вернуть его в Нэос. Хотя я все же надеюсь, что в этом случае легенды приукрасили правду и у меня тоже выйдет вернуться.
После этого откровения обстановка перестала быть легкой и томной. Вирни удалился наверх практически сразу, сказав, что собирается как следует отдохнуть на нормальной перине. Напоследок.
Ну и я пошла.
Пятки холодил пол, отзываясь на мои шаги, а впереди неслышно прыгал со ступеньки на ступеньку Жозефин.
Злость на Дэса улеглась. Пламя захлебнулось собственным жаром.
Если основная команда думала, что в теории что-то может пойти не так и они пострадают, то в случае с драконом все обстояло иначе.
Если все пойдет хорошо – он не вернется. И он был к этому готов.