Глава 11. О многоликих драконах и непредсказуемых эльфах
Из леса я выползла на рассвете, не помышляя уже ни о таинственных артефактах, ни о драконах, ни о загадочных кладах. Вот котику моему все было нипочем – он бодро скользил по мокрой траве, задрав хвост трубой, подгонял меня обидными восклицаниями и даже напевал, немузыкально, но, по счастью, тихо.
– Шагу, шагу прибавь! Не ведьма, а улитка какая-то… Светлым дне-ем тебя замечу, темной ночкой прима-а-аню!.. Тиль! Ну чего ты плетешься, как пьяный орк!
– Много ты пьяных орков видал? – огрызнулась я.
– Мне хватило. Лунный свет упал на пле-ечи! Я от страсти весь горю-у-у!.. У тебя чулки на каблуки спали, я не пойму?
Надо, надо было кастрировать поганца!
– Тиль, тебе там карман не тянет? Так он подпространственный вроде! И мы уже почти дошли! Полон нежности и си-илы…
Я мрачно оглядела бузинные заросли, загораживающие подъем к тракту, проходившему мимо Лужаек. Куда-то мы не туда вышли. Обойти, что ли… Но через бузину гораздо ближе. Тракт перейти – и вот он, город. Занести корзины в лавку, добраться домой, помыться, а поем после сна… Вот почему я метлу не взяла?! Прогуляться, видите ли, захотелось!
Кот, уже шуршавший в кустах, резко замолчал и вдруг зашипел:
– Ложись!
Да! Лечь! Как можно быстрее! В уютную теплую постельку!
Что?!
– И ползи сюда, только тихо! – добавил Жозик громким шепотом. – Тут градоправитель…
Где – в кустах?!
С проклятьями опустившись на четвереньки, я забралась в бузину, нашла кота и накрыла его шляпой. А раздвинув ветки, буквально обомлела.
На тракте стояла открытая овальная повозка, запряженная парой крылатых лошадок. Вся в кованых завитках, блестящая, с круглыми пятнами синего тумана вместо колес. Эльфийский транспорт.
А в повозке сидел, перегнувшись через высокий борт, лоэр Хелвирин собственной персоной.
Ладно, тут ничего особо интересного нет. Мало ли куда собрался поутру градоправитель Лужаек? Мало ли с кем остановился поговорить… ага, на пустынном тракте, на рассвете.
Вот этот самый «мало ли кто» и вогнал меня в полный ступор одним своим видом.
Потому что знакомый балахон не оставлял никаких сомнений в личности собеседника градоправителя.
Тот же самый мужик. Капюшон сброшен, на голове какая-то дурацкая вязаная шапка. Стоит, жестикулирует. А лоэр внимает, в скучающей такой позе.
– Подслушать бы, – подал голос Жозефин, выбираясь из-под шляпы.
Подкинутая котом вверх, шляпа повисла на корявой ветке, а другая ветка, качнувшись, прошлась по моей щеке. Но я уже кастовала заклинание и на очередную царапину внимания не обратила.
– Тоньше, тоньше! – напряженно мявкнул кот. – Заметят…
Да, могут. Очень уж близко… Но не мою прослушку. Преподы в столичном университете не замечали, а тут – подумаешь! – эльф с драконом.
Дракон тем временем почесал в затылке, сдвинув шапку на лоб, и добыл из воздуха лопату. Причем так, что едва не задел черенком красивую морду градоправителя. Тот отшатнулся и нервно что-то выкрикнул.
Ага, заработало.
– …неуклюжий! Можно ведь эту лопату подальше убирать!
– Уж простите, ваша светлость! – смущенно пробубнил дракон, убирая лопату и запуская в «карман» обе руки.
Я хмыкнула. Неуклюжий, как же! Похоже, мужик просто развлекается, и не первый раз…
– Во! – радостно гаркнул рыжий, тыча в градоправителя каким-то узлом.
Ух ты, а вовсе и не рыжий… Блондин! Личина, понятно. В лицо бы ему еще заглянуть…
– Точно он! – продолжал дракон. – Уж на такой глубине нарыл – даже не сомневайтесь, ваша светлость! Он!
– На сидение положи, – брезгливо буркнул лоэр. – И сначала я проверю, ты понял, Лидс? Потом деньги. Вот уверен, что опять не то…
– Так за работу по-любому следует, ваш блародь! И маячки-то там ваши. Уж куда посылаете, там и рою, а то как же.
В руки дракона перекочевал мешочек, видимо, с монетами, и «балахончик» с размаху поклонился, заставив градоправителя опять отшатнуться.
– Где ж нормального мне найти… – процедил сквозь зубы Хелвирин, отряхивая рукав.
– Да нигде ж не найдете! – радостно возвестил мужик. – Копать умеючи надо! Да и бегать тоже… там то дозоры ваши, то сети попутанные, без моих порталов кто хошь застрянет, даже и с маячками. А вам же тайну надобно, вот значица я и работаю. По мелочи не сделать вам чего?
– В конюшне убери. Да аккуратней там, а то без рук останешься!
– Не извольте волноваться! – прогудел дракон. – Ваш Лютик ко мне как к родному!
– Лютаир! – высоким голосом поправил градоправитель.
– Так я ж и говорю – Лютик… – недоуменно пожал плечами… наемный работник.
Дракон – наемный работник эльфа! Чудеса, да и только.
Хотя какие чудеса? Лоэр и в страшном сне не предположит, что вот этот туповатый детина – дракон. А самому дракону, понятно, очень удобно изображать недалекого человеческого мага. Это ж полный доступ! Градоправитель его и от дозора отмажет, и маячки даст… Ищи свои артефакты сколько влезет!
Хотя он ведь уже нашел. И вряд ли отдал Хелвирину.
– А неплохо дракоша устроился, – задумчиво оценил под боком Жозик. – Вот вопрос – зачем…
– Ага, – подтвердила я. – Очень интересненько…
Работодатель и наемник расстались, не прощаясь. Эльфийская повозка рванула по тракту – видно, градоправитель и впрямь торопился по делам. А мужик в балахоне, проводив его взглядом, вдруг обернулся на бузинные заросли.
Я мгновенно отозвала заклинание, но он, кажется, не заметил. Потянулся, накинул капюшон и зашагал по направлению к городу.
Мы с котом переглянулись и синхронно кивнули. Усталость с меня как рукой сняло. Успею отдохнуть. Вот прослежу за ночным вором – и сразу!
* * *
Вообще, Лужайки – городок очень красивый. И интересный при этом. Взаимодействие рас, основанное на королевской программе, проявлялось здесь в том числе и в архитектурном плане. Дома-деревья замечательно соседствовали с нормальными каменными, в оформлении улиц отлично совмещались пристрастия нескольких культур, и все вместе выглядело на удивление органично. Ну, по крайней мере, оригинально.
Однако в любом городе имеются окраины, закоулки, наспех застроенные кварталы и прочие места, по которым экскурсии не водят.
Вот по таким мы с Жозиком и пробирались. И вовсе не потому, что желали изучить «темную» часть Лужаек. Просто именно закоулками-переулками шел рыжий дракон, он же наемный работник градоправителя, он же библиотечный вор, он же кладоискатель. А мы шли следом, тщательно прячась то за углами, то за деревьями. И лично я очень радовалась, что не пришлось идти по центру города. Нетрудно представить, как выгляжу после веселенькой ночки в лесу! А демонстрировать всем окружающим драную одежду и замученный вид вот ни чуточки не хотелось.
Впрочем, вряд ли в такую рань на улицах много народу. По крайней мере, на пути дракона нам встретились только несколько мальчишек, играющих у стеночки кирпичного дома в «камешки». Расы, кстати, взаимодействовали и в таком простом занятии – среди этих ранних пташек было двое пацанят-орков, один наг и кто-то еще, кого я опознать не успела – слишком уж быстро шел «балахончик».
К дому градоправителя мы вышли чуть не после часа блужданий. Разномастные домики и узкие улочки сменились парком, который с каждым шагом выглядел все более ухоженным.
Наконец дракон вывел нас к кованой высокой ограде, через которую с легкостью перемахнул, не утруждаясь поиском ворот.
– Догоняй! – бросил мне Жозик, протискиваясь между изогнутых прутьев.
Нет, ну я, конечно, не один забор в своей жизни перелезала… Да и полосу препятствий на боевой подготовке в университете проходила без труда. Но – увольте! – не сегодня. Ведьма я или куда?!
Повинуясь грубой магической силе, прутья разъехались в стороны, образуя овальную лазейку, вполне достаточную даже и для толстенькой девицы, каковой я вовсе не являлась. Однако исхитрилась зацепиться многострадальной юбкой за завиток с красивыми листиками. Да что ж за ночь такая! Плавно перешедшая в утро…
Но оказавшись по ту сторону ограды, про юбку я мгновенно забыла. Потому что эльфийское поселение – это все-таки потрясающее зрелище! Это вам даже не элитная часть столицы!
Район, где жили местные аборигены, выглядел картинкой из книжки сказок: все такое воздушное, прекрасно-изящное, плавных линий и немыслимых ажурных переплетений! Дома-деревья сливались с прочей флорой, дорожки окаймлены цветочными клумбами, клумбы – резными каменными парапетиками, ограды увиты плющом и виноградом… В общем, красотень неописуемая! И посреди этой красотени топали два представителя фауны, сильно выбивающиеся из общего великолепия: здоровенный мужик в грязном балахоне и следом – прячась за цветочками – взъерошенный котяра, облепленный репьями.
Я еле сдержала смех. Бедный Жозик! Ладно бы в лесу колючек наловил, так ведь нет – в начале парка! Хотя смешного мало – вот шляпой клянусь, весь этот ужас из его шерсти выбирать придется именно мне…
Объект нашей слежки остановился у неприметной калиточки в высоком, опять же кованом заборе, изображающем что-то вроде цветочного лабиринта. Такое не раздвинуть – только ломать.
Калитка закрылась за драконом совершенно бесшумно, и, выждав минутку, мы с котом прильнули к забору.
По счастью, калитка вела на хозяйственную часть территории: зеленая лужайка, за ней низкое и непомерно разросшееся в стороны дерево-домик. Конюшня, видимо. Справа и слева еще по два таких же, но поменьше – эльфийские сараи. Наверное. За конюшней – сад, за садом возвышался весь из себя ажурный особняк. Градоправительский, вне сомнений.
Но вся эта ажурность меня уже не интересовала. Вот дракон – да.
Дракон… раздевался. Прямо посреди лужайки.
Но заклинание «бинокля» я скастовала вовсе не для того, чтобы оценить его мужские стати. Лицо я хотела увидеть, лицо! Хотя, если честно, при такой фигуре разглядывать лицо было трудновато.
– Тиль, а Тиль? – прошипел рядом Жозефин.
– А? – рассеянно отозвалась я.
Нет, ну мощный мужик! И при этом весь такой… гармоничный. Пропорции тела – как у древней статуи какого-нибудь бога. Не чета, в общем, худощавым эльфам. Эльфы – они, безусловно, прекрасны и неотразимы. Но от этого совсем невозможно взгляд оторвать. Потрясающее тело! Слышала я, что драконы физически очень развиты и в человеческой ипостаси, но не видела…
– Да Тиль же! Ты чего, мужиков голых не видала? – фыркнул мой котик.
Таких – не видала. Даже университетский препод по боевке откусывает. Тоже, конечно, хорош, но не так, ой, не так!
– Отвернись уже! Надо же стыд какой-то иметь!
– Ну он не совсем же голый! – огрызнулась я.
Штаны снимать дракон не стал. Застыл посреди лужайки, разбросав вокруг балахон, шапку и темную рубаху, и сладко потягивался. И его кожа золотилась под солнечными лучами – смуглая, чистая, словно атласная. И нет, мне вовсе не хотелось ее потрогать!
Я с усилием перевела взгляд на драконье лицо.
Лицо обрамляли короткие светлые волосы. И оно мне было знакомо. Совершенно человеческое, с носом-картошкой, безумный просто контраст с телом. Интересно, может, тело – тоже личина?
Нахмурившись, я попыталась вспомнить, где же видела эту простецкую морду. Уж точно не в библиотеке – там дракон был, видимо, без личины, и очень даже… даже очень.
– Хм-м… – протянул Жозик, вырывая меня из воспоминаний. – А это ведь тот дурень припадочный, что тебя испугался, когда мы в Лужайки телепортировали. Чего-то он там рыл, помнишь? И в обморок грохнулся, когда тебя увидел. Вот артист, мря…
Да уж. Артист так артист.
Дракон прекратил, наконец, потягиваться, подобрал рубаху и направился в конюшню. Выпустил пегаса, немедленно принявшегося щипать травку, но ничего чистить не стал, а уселся неподалеку, скрестив ноги и занявшись непонятным делом.
– Артефакт разглядывает, – уверенно заявил Жозик. – Значит, градоправителю что-то другое отдал.
– Конечно, другое, – хмыкнула я. – Там сверток был огроменный.
– Ну мог и разбухнуть… – заметил кот. – Знаешь, как бывает – раз, и маленькое, раз – и в натуральную величину. Может, попробовать ближе подобраться?
Но тут дракон поднял голову и уставился прямо на нас. Не мог увидеть, совершенно точно! Но смотрел так внимательно, что я даже попятилась. А потом широко улыбнулся и помахал рукой.
– Ого… Это он нам? – напряженно спросил Жозик.
– Не нам, – сказала я с уверенностью. – Далековато…
– То есть ты думаешь, что он «бинокль» делать не умеет? – уточнил кот. – А я бы так не думал. И вообще мне кажется, что пора сваливать. Мы ж узнали, что хотели.
– А что мы хотели узнать? – задумчиво спросила я. – Жоз! А ты что – зонтик не поставил?!
– Ну и что, – буркнул фамилиар.
– А я поставила.
– Кому он машет тогда? И знаю я твои зонтики! Прорезать – раз плюнуть!
– Неправда! Я противопогодные не тренирую, а такую пелену…
Тут в нашу сторону снова помахали и… подмигнули.
– Уходим, – коротко сказала я.
Не то чтобы так уж требовалось остаться неузнанной. Но и светиться ни к чему. Пока что мне с этим драконом говорить не о чем.
Обратно к парку и через парк мы бежали под двумя зонтиками и очень быстро. Так быстро, что снова оказавшись в окраинных кварталах, я плюхнулась на первую попавшуюся лавочку, чтобы отдышаться.
– Итак, резюмируем! – важно сказал Жоз, устраиваясь рядом. – Это дракон. Он что-то ищет в местных лесах. Точнее, нашел уже. Носит личину, и градоправитель думает, что он простой маг-работяга. Живет, скорее всего, у эльфа в сарайчике.
– Мне бы такой сарайчик, – заметила я. – Словом, понятно, что ничего не понятно. И особенно непонятно, почему я с ним сталкиваюсь все время?
– Это как раз случайность, мне кажется. Интересно другое, – промурлыкал кот. – Что вот ему тут понадобилось? Вот если б он приехал по программе, тогда бы неинтересно… а так…
– Пошли уже, – вздохнула я. – Еще же корзины заносить…
Город я не знала от слова «совсем», и вся надежда была на Жозика, успевшего здесь погулять. Кот уверенно вывел меня к лавке миасы Вераиль, где я отчиталась сильно заспанной ведьме в успешном сборе треклятого мха и получила новое задание на вечер.
И поплелась домой.
Наверное, если б знала, что меня там ждет, осталась бы в лавке! Поспала бы в кресле, да и ванна у старой травницы непременно должна быть… И щетка, чтобы репьи из Жозика вычесать…
Но увы… Понесло!
* * *
Ничто, как говорится, не предвещало! Не было никаких предвестников представшего передо мной кошмара! Более того – увидев издалека суетящуюся на веранде соседку, я даже прибавила шагу, понимая, что сейчас меня несомненно накормят!
А также пожалеют, утешат и, возможно, даже починят изодранную юбку. Все не самой возиться… Не то что у меня не было другой, но эту, длиной чуть за колено, широкую и уютную, я очень любила.
Разглаживая фиолетовые складки юбки, я опустила глаза, а потому кошмар первым заметил Жозик. И даже остановился, радостно возвестив:
– А у тебя гости, Тильда! Ой, какие милые-то гости! Ты небось всю ночь мечтала об этой встрече!
В этот момент я уже пересекла окружавшую домик тропу и перешагнула низенькие, совсем еще юные кустики шиповника, обещавшие вырасти в шикарную живую изгородь. Ни одного высокого дерева на нашей лужайке тоже еще не выросло. Словом, спрятаться негде, а бежать – уже глупо как-то…
Круглый столик был буквально уставлен блюдами, блюдцами и вазочками. Мне даже показалось, что Милана его увеличила, чтобы все это уместить. Сама ведьмочка яростно взбивала что-то в большой миске, устроившись на табуреточке. На широких перилах веранды восседала ее черепаховая фамилиара – в очень приличной позе, подобающей истинной королеве, снисходительно принимающей гостей.
Гостя.
Одного.
Но мне хватит!
Гость устроился на мягком стуле спиной ко мне и уплетал за обе щеки, низко склонившись над тарелкой и явно забыв о хороших манерах. И я бы хотела обмануться – ну мало ли на свете эльфов? И мало ли их носит дурацкие камзолы нежно-салатного цвета в обтяжку? Да и обладателей серебряных волос наверняка и не сосчитать! Но спина эта тощая, острые плечи… а главное, потеплевший знак на запястье и странное ощущение под ложечкой – как будто я вижу очень близкого мне человека…
– Вирни! – рявкнула я. – Ты что тут делаешь?!
Невежливо, да, но ведь и время – семь утра!
Эльфик замер и выпрямился. Громко сглотнул, вскочил и изобразил поклон.
– Леди Тильда, я… рад, что вы наконец-то дома! – сообщил он срывающимся фальцетом.
А я уже не рада…
– И ты должна меня понять! – заявил Вирниэль, плюхаясь обратно на стул. – У меня нет другого выхода.
– Это ты о чем? – подозрительно спросила я.
– Я о том, что… В общем, я теперь здесь живу. – И уточнил: – С тобой!
У меня аж дар речи пропал. В отличие от моего фамилиара.
– Чудненько! – фыркнул Жозик. – Вот она, настоящая любовь! Променять огромное дерево на жалкий домишко! Без слуг, без маменьки! Неужто вас, лоэр, проняло наконец чувствами к истинной паре? Ну поздравляю вас, всячески поздравляю! И тебя, Тиль, тоже! – добавил он, поворачивая ко мне морду.
Эльфенок густо залился краской – даже ушки заалели, а я наконец опомнилась.
– Что значит – живешь?!
– То и значит, – буркнул Вирни, отворачиваясь.
– Нет, подожди… Какого демона?! Я же тебе объяснила все! Мне глубоко плевать на… В общем, убирайся отсюда. Хочешь поговорить – приходи после обеда. А лучше вечером! Завтра!
– Чары любви невозможно отринуть! – влез Жозефин, и я, не сдержавшись, пнула его. Легонько, но кот возмутился: – Вот ты злая, Тиль! И бесчувственная!
– Ой, милая, ну правда, ну что ты! – Милана отставила миску и, подбежав ко мне, обняла за плечи. – У мальчика ситуация, ты хоть его выслушай сначала.
– А то я не знаю его ситуацию!
– Леди Тильда, я вынужден настаивать, – твердо сообщила эта малолетняя ушастая поганка. – И ты… и вы! Как моя истинная пара, вы должны понять.
– Это что же я должна понять? – тихо спросила я, приближаясь.
Все-таки доля правды в рассказах о темных ведьмах есть. Не зря все-таки от нас шарахаются. Умеем вот, когда хотим. А я хотела!
Пятиться Вирни было некуда, но он вжался в спинку стула и опять поменял цвет. Побледнел, то есть, аж до зелени, почти в цвет своему камзольчику. Голубые глаза заметно увеличились в размерах, и эльфик перепуганно забормотал:
– Я нет! Я не это… Он неправ! – Тонкий длинный палец ткнул в кота. – Я не с чувствами! Я просто это…
– Он ушел из дома, Тиль, – пояснила Милана, поглаживая меня по руке. – Ну что ты хочешь от мальчика? Ему больше некуда идти, понимаешь?
Пока не понимаю.
– Зачем ты ушел из дома? – продолжила я допрос, нависнув на мальчишкой. – И что значит – некуда идти?! Да у тебя толпа родни!
– Любой родственник вернет его домой, – фыркнул Жозик. – Тиль, его сейчас удар хватит, прекрати!
Логично, на самом деле. По обоим пунктам. А как бы славно: вот наследник рода Вечно Зеленой Сосны хватается за сердце и падает со стула, я вызываю его отчима и умоляю спасти мальчика… и мальчика увозят, увозят далеко-далеко, на приморский курорт, лечить, отдыхать…
Эх, мечты…
Я отошла от съеженного эльфенка, уселась за стол и схватила истекающий маслом, теплый еще рогалик. Немытыми руками, ну да зараза к заразе не пристает…
Милана тем временем причитала над гостем, кидая на меня укоризненные взгляды.
– Ты кушай, лоэрчик, кушай! Вот я тебе сейчас сметанки подложу… Худенький-то какой, и не кормят, что ли, дома! Косточки все наружу, бедный мальчик!
– Не в коня корм, – любезно подсказал Жозик. – А мне сметанки?
– Я не мальчик! – огрызнулся Вирни, но принялся сворачивать блин в трубочку. Дрожащими руками. Ну хоть так.
– Ой, прости, не мальчик, конечно! – затараторила ведьмочка. – Ну вот будешь хорошо питаться – и не примет больше никто за мальчика! Все образуется, не расстраивайся! Мама все поймет, и Тиль тоже! Правда, Тиль?!
– Так что у тебя случилось? – мрачно спросила я, прожевав.
Эльфик покосился на меня и вздохнул.
– Ну… Да, я ушел из дома.
– Причина?
– Они меня достали! – горячо сказал Вирни. – Каждый мой шаг контролируется мамой! А если не мамой – то еще кем! Даже в дозоре тот же дядюшка с меня глаз не спускает, а сам мне десятый лист на соседском дереве! Я устал и больше не хочу! Желаю быть самостоятельным, – пафосно заявил он и снова поднял на меня прекрасные глаза. – Обрести свободу! Творить, наконец, не оглядываясь на тех, кто мешает мне развиваться!
Я сидела, подперев ладонями подбородок, и невольно ощущала… ну да, сочувствие.
Сочувствие к самовлюбленному, агрессивному, избалованному подростку, который хочет быть центром мира прямо сейчас, без труда и бесплатно. Уверенному в своей безнаказанности, в своей неотразимости, в своем глубоком уме и в непроходимой тупости окружающих. Да чего там! Я и сама такая была. И не так уж давно…
– Потому я решил, что буду жить с тобой! – продолжал Вирни. – И дело вовсе не в том, что мне больше негде!
– Конечно-конечно, – пробормотал Жозик, не отрываясь от мисочки со сметаной.
– Я решил, что никто не может больше мне указывать! Я не позволю! И первый мой шаг – воссоединение с истинной парой!
По счастью, я не успела открыть рот.
– Позвольте прервать ваш страстный монолог? – мурлыкнула вдруг Корица, спрыгивая с перил. – Очень хотелось бы узнать, что именно вы собираетесь творить, благородный лоэр?
Мальчишка опять покраснел и скромно, но горделиво ответил:
– Я пишу стихи, уважаемая фамилиара.
О не-е-ет… только не это!
– О любви к прекрасной Гарили? – не удержалась я.
– Гарриэли! – поправил Вирни. – Гариль – это мой троюродный дядя, ну ты видела его, тогда, в лесу. И нет! Это все в прошлом.
Он подумал и добавил:
– За черной стеной беспрецедентного предательства.
– Чего, изменила? – с глубоким любопытством осведомился кот. Даже жрать перестал.
– Тиль, мне кажется, или твой фамилиар надо мной глумится? – обиженно спросил эльфик.
– Тебе кажется, – успокоила я. – Ладно, я поняла. Но ты не забыл, что у меня нет никакого желания с тобой соединяться?
– Не забыл, – несчастным голосом ответил Вирни. – Но мы могли бы пожить вместе и лучше узнать друг друга.
– Я уже подумала об этом, – вклинилась Милана. – Знаешь, Тиль, ведь я могу освободить кладовку. Она довольно большая, прорежем окошко, поставим кровать… Ну, пока вы будете узнавать друг друга, – предупредила она возмущение мальчишки. – Все будет хорошо, лоэр, вот увидите!
Вирни показательно уложил лоб в ладонь и трагически вздохнул:
– Я готов на все. Ради твоего удобства, Тильда! И ради вашего, леди Милана! – дополнил он, подхватывая очередной блин. – Я так счастлив, что вы меня понимаете!
– Ну конечно понимаем! – с готовностью откликнулась светлая ведьмочка. – Как же можно не понять!
– Я напишу для вас венок сонетов! – пообещал Вирни.
Мы с Миланой переглянулись, но уточнять, кому именно, не стали. Вдруг да забудет…
Вообще, кладовка – мысль отличная. С собой я это чудо точно селить не стану, а кладовка подойдет. Ну не выгонять же его, в самом деле. Мало ли куда он тогда двинет? И что с ним, дурачком, там случится…
Вот в этот момент я точно поняла, что именно ощущаю по отношению к свалившемуся мне на голову эльфику. Ответственность, чтоб ее! Ну вроде как к младшему брату, которого у меня, правда, никогда не было. Странно как-то для истинной пары…
– А я бы пока не стала кладовку трогать. Можно и в коридоре пожить, он у нас большой, – заметила Миланина кошечка.
– Почему? – озадаченно спросила ее хозяйка, тихонечко, почти незаметно поглаживая гостя – или нового жильца? – по голове.
– Потому что за ним маменька скоро придет, – ехидно прокомментировал Жоз.
А ведь прав, пожалуй…
Вот уж когда начнется настоящий кошмар!