Глава 12. О женских истериках и серьезных разговорах
Резиденция дома Вечно Зеленой Сосны
– Как сбежал? – в голосе лоэры Цирилль звонко сталкивались льдинки северного моря. – Вирниэль? Мальчик никуда не мог пойти, не предупредив меня.
Дворецкий, высокий эльф в летах, подавил желание досадливо скривиться и с поклоном передал госпоже записку молодого хозяина. Поклоны вообще хорошая вещь. Можно скрыть насмешку в глазах, к примеру.
Цирилль жестом отослала слугу и, дождавшись пока за тем закроется дверь, обратила взгляд на послание. Досадливо дернув бровью, эльфийка разжала слишком сильно стиснутые пальцы. На бумаге остались вмятины, но полной тревоге матери было не до очередного подтверждения своей чрезмерной эмоциональности. Она торопливо расправила лист и вчиталась в ровные строки, начертанные идеальным почерком. Идеальным, как и все остальное в ее мальчике. Она столько в него вложила!
“Дорогая матушка!
Простите, что не сказал это вам в лицо, но осознание боли в ваших прекрасных очах убивало вернее меча.
Я знаю, что вы были бы против, но так решил! Я достойный сын своего отца, я наследник клана, и обязан научиться действовать сам. Я ухожу во взрослую жизнь. И прошу, не ищите меня, я сам появлюсь, как только добьюсь успеха и покорю все намеченные вершины.
Не плачьте, матушка! Вы сами говорили, что меня ждет великое будущее и нужно лишь сделать шаг ему навстречу.
Лоэра Цирилль все же стиснула бумагу, на этот раз проткнув тонкое полотно ногтями. А после, яростно выкрикнув что-то, растерзала несчастное письмо в клочья. Исчерченные образцовым почерком идеального мальчика, обрывки посыпались на дорогие мозаичные полы резиденции, разлетаясь по ним словно хлопья пепла.
Слегка успокоившись, лоэра спокойно прокомментировала:
– Это ни в какие рамки. Таэрлин!
Мужа, впрочем, рядом не было, как и в практически любой момент жизни, но сиятельная остроухая леди не растерялась и, подхватив шелковые юбки голубого платья, так чудесно оттеняющего ее глаза и волосы, отправилась в кабинет мага.
– Телепортируй меня в личную резиденцию мужа.
Худощавый эльф от явления главной леди клана слегка смутился, но твердо сказал:
– Рад приветствовать прекраснейшую леди клана. Но вынужден отказать. Госпожа, лоэр Таэрлин оставил четкие распоряжения, и вы о них знаете.
О да, знает…
Уединенное место для отдыха Таэрлин себе завел примерно лет десять назад, и от одних слухов о том, чем он там занимался, у достопочтенной эльфийки готовы были отсохнуть уши!
Верность? Что есть верность для такого, как он?!
Эльфа сначала побледнела от гнева, потом покраснела от унижения и отчеканила:
– Также лоэр Таэрлин предусмотрел форс-мажорные обстоятельства, в которых можно действовать иначе, не так ли?
– Вы берете на себя ответственность? – вскинул темную бровь эльф-телепортист.
– Беру! – рявкнула исходящая злостью Цирилль, совершенно потеряв контроль над голосом. – Строй наконец портал, бестолковый слуга!
Маг лишь слегка сузил глаза и, не слова не говоря, вышел на середину комнаты, туда, где под ногами простиралась каменная площадка.
– При всем уважении, госпожа, я не ваш слуга. Потому не вам называть меня бестолковым… а сейчас – прошу! – и махнул рукой в сторону клубящегося портала.
Цирилль влетела в дымку настолько стремительно, что оставила на полу одну из лент из прически.
Надо сказать, что этого момента она ждала давно, хоть и сожалела, что случился он по причине побега малыша Вирни.
Убежище Таэрлина не давало покоя его жене долгие годы. Сколько раз она воображала себе это! О, Цирилль не сомневалась в том, что такой распущенный хам, как Таэр, несомненно содержит здесь любовницу, а возможно, и не одну. И предается с ними… разврату! И вот наконец-то она сможет бросить ему в лицо все, что о нем думает! И наконец-то он посмотрит на нее, такую прекрасную в гневе, на своих потрепанных смертных девиц и поймет, поймет, как ошибался! В том, что любовницы – это человечки, она практически не сомневалась. Кто еще позарится на женатого эльфа?
Очень не хотелось признаваться даже себе в том, что не вся остроухая нация свято чтит институт брака, а Таэрлин является очень влиятельным лордом при дворе. И богатым, очень богатым… в комплекте с личным обаянием это творило чудеса с моральным обликом многих особ женского пола.
Но сейчас не об этом. Сейчас Цирилль предвкушала если не реванш, то скандал, у которого будет повод. Поистине роскошный.
Когда вокруг светлейшей лоэры развеялась телепортационная дымка и она смогла разглядеть хоть что-то в медленно обретающем четкость мире… то немедленно об этом пожалела! В просторной гостиной царил легкий беспорядок, и привыкшая к аккуратности Цирилль тотчас поморщилась… пока не присмотрелась!
При всем уважении к мужу – он никогда не был накачанным мужчиной. Ну а мужская рубашка из грубого волокна, что висела на спинке дорогого кресла, очевидно принадлежала кому-то, обладающему крайне могучей комплекцией.
Ошарашенный взгляд высокородной лоэры рассеянно блуждал по помещению и замечал все больше и больше поистине ужасающих деталей. На полу возле дивана небрежно валялась рубашка из драконьего сатина, с нежно-салатовой вышивкой, сделанной лично Цирилль! А рядом с рубашкой здоровенный меч на грубой кожаной перевязи и сапог огромного размера…
Сам супруг нашелся на диване в совершенно непотребном виде. Обнаженный торс, криво сидящие огромные домотканые штаны, босые ноги и распущенные волосы. Они серебристым потоком стекали прямо на пол, а сам муж размеренно дышал с закрытыми глазами.
Женщина потянула носом, не в силах понять, что смущает ее обоняние, но тут блуждающий взгляд наткнулся на изящный круглый столик, богато инкрустированный перламутром. В центре змеилась надпись на древнем языке, что-то на тему супружеского счастья. Она это знала точно, так как подарила Таэру стол на десятилетие брака! А сейчас именно на этих рунах стояла огромная миска с ошметками каких-то ракообразных. Несколько целых раков грустно таращились на нее с газетки. Пару им составляла очень несчастная вобла, которую с одной стороны явно жевали. Завершали натюрморт два огромных пустых стакана.
Великие боги, с кем же он спит?!
Она вновь обратила пылающий гневом взор на мужа и рявкнула:
– Таэрлин!
Эльф вздрогнул, повернул голову и попытался сфокусировать взор на дражайшей жене. Получалось плохо.
– Боги, какие у меня хреновые видения…
– Ах ты… – задохнулась от возмущения женщина, но закончить фразу не успела.
Прогрохотали чьи-то шаги, и на пороге комнаты появился огромный, лысый и, о ужас, полуголый орк. В кольчуге, в трусах и в одном сапоге.
К груди он нежно прижимал трехлитровую бутыль и огромную тарелку с мясной нарезкой. Сосредоточенно глядя себе под ноги, орк пробасил:
– Эльфятина, в твоем погребе сам дракон ногу сломит! Раки кончились, я покромсал нам мясца. Пивас тоже захватил, теперь пойдем по темному! И берегись, я все еще претендую на твои штаны. – Тут он поднял взгляд, внимательно посмотрел на эльфийку и хмыкнул: – А че, ты уже заказал телочек? А почему одну? Нам ж не хватит!
– Да как ты смеешь, грязный степной уродец, так разговаривать со мной?!
Таэрлин встал, чуть покачнулся, прищурился и на всякий случай спросил:
– Цирилль?
В голосе потрепанного крепкой мужской дружбой и алкоголем эльфа звучала робкая надежда, что зеленый змий шутит с ним дурные шутки.
– Да! – Леди терялась между двумя шикарными стратегиями поведения. Одна ее сторона желала бить посуду, кидаться на мужа с кулаками, а другую тянула тихо, мирно и, главное, с достоинством сползти в обморок.
Цирилль посмотрела на пол и поняла, что падать сюда не будет. Это не резиденция, тут точно не моют трижды в день.
Орк прошел к столу, сгрузил на него свою ношу, и с края столешницы мягко спланировали несколько игральных карт. В мозгу лоэры забрезжила робкая надежда, что все не так ужасно, как показалось на первый взгляд.
– Цирилль… – пробасил лысый, с прищуром глядя на нее, а после покосился на Таэра. – Жена, чоль?
– Да.
– Ты же говорил, что про нас никто не узнает! Меня Совет Вождей засмеет! Чтобы я с эльфом! Это же священно.
Боги, неужели все же да?! Все же… но это же противоестественно, когда мужчина с мужчиной! Нет, конечно, как и любая дама в долгом браке (особенно когда от мужа не дождешься супружеского долга) она временами фантазировала, о всяком… и как образцовая жена не могла обойти наличия супруга, потому даже в самых развратных видениях он присутствовал.
Но даже разнузданные сновидения с огромными орками в воображении Цирилль все равно начинались как-то более романтично. И уж точно с нее, а не Таэра. И тем более там нигде не было пива с раками и мясной нарезки!
– Ты так низко пал, – осуждающе (и с легкой завистью) посмотрела на супруга лоэра. – Это противоестественно, Таэр!
– С такой жизнью и такой женой никто не осудит меня за пиво, – резко отрезал ее муж, нащупывая жилетку и набрасывая ее на голое тело. Волосы по-быстрому затянул в хвост, но все эти манипуляции не помогли. Теперь сереброволосый эльф напоминал лихого пирата. Надо заметить, такие в фантазиях Цирилль тоже были.
Особенно ей нравился тот сон где она плыла на корабле в далекие дали, а ее захватывали. А потом еще раз захватывали! И так – пока не просыпалась.
– Так… а о чем ты подумала, Цири? – вдруг рявкнул Таэрлин.
Орк хохотнул, плюхнулся на диван и, пошло подмигнув, заявил:
– Кажется шуточка о том, что я претендую на твои штаны, была лишней!
Таэрлин с тяжелым вздохом посмотрел на приятеля-собутыльника:
– Харт, а тебя случаем не ждут великие дела?
Орк со вкусом потянулся, играя мускулатурой, а после вполне миролюбиво спросил:
– Возвращаться или до следующего раза?
– Думаю, свяжемся, – спустя несколько секунд решил эльф и протянул собутыльнику руку. – Спасибо за вечер.
– Не за что, сладкий, – подмигнул в ответ лысый и, покосившись на Цирилль, добавил: – Если что – зови, я всегда рад оставить тебя без штанишек.
– Как бы самому без трусов и кольчуги не остаться!
– Правильная очередность, – натягивая штаны, расхохотался орк. – Воин, скорее, без белья уйдет, чем без доспеха! Важнее прикрытая грудь, чем прикрытый тыл и, гы… достоинство.
– Харт! – Таэр, покосившись на все же готовую разлечься в обмороке жену, призвал друга к порядку.
Цирилль, отчаянно краснея, старалась не смотреть на места дислокации внушительного “достоинства”.
– Ладно, ладно… – Степняк окончательно облачился, достал небольшой жезл, украшенный бусинами и обмотанный обрывками кожи разных животных, и, гортанно прочитав заклинание, несколько раз крутанул его.
– Шаман? – почти неверяще прошептала эльфийка, ради такого даже забыв про свой шок и стыд.
Здоровяк лишь подмигнул и скрылся в пространственной дымке.
– Шаман, – вместо ушедшего гостя спокойно подтвердил Таэрлин и, поднявшись, решительно пересек комнату. Остановившись в шаге от супруги, спросил: – Что тебе нужно? Полагаю, причина была достаточно весома, иначе домашний телепортист тебя бы и на порог не пустил!
– Более чем! – вздернула подбородок Цирилль, стараясь не обращать внимания на широкую, обнаженную грудь прямо перед носом. – Наш сын пропал.
– Наш? – иронично уточнил Таэр. – Кажется, ты постоянно напоминала мне, что я ему не отец.
Женщина едва заметно поморщилась, но парировала:
– Потому что ты вел себя не так, как должно супругу и отцу.
Небрежно брошенная фраза вызвала на удивление сильную эмоциональную реакцию. Таэрлин наклонился к лицу супруги и свистящим шепотом выплюнул:
– Да ты что? А как я себя должен был вести, Цирилль? Я женился на тебе после гибели моего друга и твоего мужа и сделал это лишь для того, чтобы клан не подмяли до того момента, как наследник не окрепнет и не войдет в силу. Я давал клятву позаботиться о вас.
Златовласая дева подавила желание сделать хотя бы один, пусть даже самый крошечный шаг назад, увеличивая дистанцию.
– У тебя отвратительные понятия о заботе! – Она вдруг покраснела, но все же добавила: – Ты… ты даже не желал делить ложе.
– А ты договаривай-договаривай, – нехорошо усмехнулся Таэрлин. – Пока ты не опоила меня и не залезла в кровать!
– А что оставалось делать? – Эльфа всплеснула руками и все же отступила, не выдержав агрессивного противостояния.
– Возможно, не бросать мне в лицо обвинения на нашей же свадьбе? – демонстративно задумался эльф, и потерев подбородок продолжил. – Или после не кидаться вытирать мальчишке слезы всякий раз, когда я указывал на его поведение?
– Вирни ребенок!
– Вирни эльф, стало быть, отрывать бабочкам крылышки вдвойне неправильно. И Вирни будущий мужчина, а значит должен уметь что-то еще кроме стихосложения. На любые попытки принять участие в его воспитании я получал твои отповеди и, конечно же, со временем отстранился.
– Ты никогда его не любил!
“Меня не любил” не было сказано, но отчаянно звенело в голове у женщины.
– А должен? – хладнокровно осведомился Таэрлин и, резко, на пятках развернувшись, отошел от Цирилль. Приблизился к столу, одним движением выдернул пробку из бутыли и наполнил кружку темным напитком. С видимым удовольствием отпил. – Который это по счету разговор? Ты слышишь только себя.
– Да как ты смеешь! – задохнулась от возмущения эльфийка.
– Пиво как смею пить? – напоказ “не понял сути” лоэр. – Уверяю тебя, отличное пенное!
– Ты знаешь, о чем я! – Цирилль сжала губы в тонкую нитку. – Как ты смеешь унижать вдову своего друга после всего, что он для тебя сделал?!
– Знаю, – опускаясь на диван, спокойно признал Таэр и чуть устало спросил: – Что ты от меня хочешь, Цири? Я выполнил свой долг. Я пожертвовал свободой ради этого и тонной нервных клеток, которые даже у эльфов восстанавливаются с огромным трудом.
– Страдалец-то какой, – с отчетливым ерничаньем отозвалась лоэра. – Живой, здоровый и, о ужас, женатый. Скажи это моему мужу, который давно сгнил в корнях своего древа!
– У всех свои боли. Говори, зачем пришла, и закончим с этим.
– Я уже сказала. Вирни сбежал!
– Прелестно, – усмехнулся Таэрлин. – Неужели пацану хоть на что-то хватило силы воли? Отцепиться от материнской юбки – это, несомненно, очень отважно.
Цирилль проглотила его насмешку, не позволив сбить себя с мысли.
– Я не знаю, куда он ушел, и это нужно выяснить. А потом забрать домой!
– Зачем?
– Ты издеваешься?!
– Нет, я действительно не понимаю, – спокойно ответил Таэр. И объяснил: – Он в таком возрасте, что подростковый бунт естественен. Так что стоит отпустить и наблюдать издалека… держу пари, что он пошел к ведьмочке.
– К той человечке? С чего это?
– С того, что насколько я помню, твой чудесный сын с ангельским характером не обзавелся друзьями, стало быть, истинная пара для него сейчас основной ориентир.
– Я заберу его оттуда. Чем только думал, негодный мальчишка…
– Зря ты. Подожди месяцок, перед тем как прийти.
– Зачем?
– Ну как же. За этот срок он как раз вдоволь напробуется реальной жизни и со слезами счастья и благодарности рухнет в материнские объятия.
Лоэра прикусила губу, в сомнениях глядя на супруга, а тот развел руками и добавил:
– Ну или все же станет нормальным парнем, а в будущем и мужчиной.
– И все это ценой брака с человеком?! – Кажется, раса нареченной сына до сих пор вымораживала Цирилль.
– Не переживай на этот счет. У меня на ведьму другие планы, так что счастливого воссоединения под родовым древом можно не бояться.
– Ага… – Облегчение схлынуло так же быстро, как и появилось, и эльфийка осторожно уточнила: – У тебя есть план? Ты не допустишь этого?
– Конечно же, не допущу, Цирилль. Конечно же, не допущу.
Предвкушающая улыбка на красивых губах мессира рода Вечно Зеленой Сосны могла бы многое сказать знающим его людям. Но Цирилль нельзя было отнести к их числу.