Глава 24

А следующие его слова поразили меня до глубины души:

- Рассказывай, как ты сюда попала, - приказал он тоном, не терпящим возражений.

- В смысле, попала? – я все еще пыталась косить под дурочку и сделала вид, что не понимаю его слов.

- В таком самом смысле: как ты попала сюда с Земли, - поморщился он и недовольно дернул плечом.

- С начала рассказывать или откуда? – совсем растерялась я. С одной стороны, был страшно, как он отреагирует на мое попаданство. А с другой, я уже наговорила воз и маленькую тележку.

- Откуда посчитаешь нужным, оттуда и рассказывай, - милостиво разрешил Раслан, устраиваясь в кресле и давая понять всем видом, что готов слушать.

Раз джинсы его совсем не удивили, да и с такой легкостью он сложил два плюс два и вычислил, что я иномирянка, следовательно, знает все или догадывается об очень многом. Поэтому врать или выкручиваться я не стала. И начала свой рассказ с первого сентября того памятного года, когда мама привела меня за ручку в первый класс.

Вернее, даже чуть раньше. 28 августа у нас был пробный сбор. Такие раньше практиковались в школах. Нас встречала чуть полноватая женщина в спортивных штанах и малиновых резиновых сапогах. В тот год горели леса. Все бюджетники и просто порядочные граждане регулярно ездили на их тушение. Женщину звали Лидия Александровна. И она на три года стала нашей второй мамой и наставницей. И именно она поставила нас тогда в пару с Русланом, наказав, чтобы мы 1-го сентября встали в том же порядке. А еще нам дали с ним по стишку и велели выучить вместе с родителями.

Я к тому времени уже умела читать и гордо продекламировала написанное. А мой новый знакомый погрустнел и сказал:

- А я пока не научился буквы в слова складывать. Все буквы знаю. А что из них получается, не понимаю!

В итоге все оставшиеся три дня мы с ним встречались в садике возле наших домов и учили стих, сидя на лавочке, болтая ногами и жуя карамельки, которые он приносил в кармане. Стих он выучил минут за пятнадцать. Остальные дни мы учили его читать.

- «Клюковка» была… - задумчиво произнес Раслан.

- Что клюковка? – не поняла я.

- Ничего, - отмахнулся он. - Рассказывай дальше.

И лишь ночью, нежась в его объятиях, я вспомнила, что мальчик кормил меня карамелькой с этим названием. Сразу будить я его не стала. Пожалела. А к утру это непостижимым образом выветрилось из моей головы.

Он слушал мой рассказ очень внимательно, с неподдельным интересом. Словно это были и его воспоминания тоже. Такой интерес просыпается в человеке тогда, когда события касаются непосредственно и его.

И когда я дошла до того места, как за мной закрылась дверь в лифте, мужчина внезапно помрачнел и сжал мою руку:

- Ника, ты только не нервничай, хорошо?

Я удивленно подняла на него глаза:

- Что случилось? – я не понимала резкой перемены в его настроении. Ничего крамольного я не рассказала.

- Понимаешь, - он замялся, не зная, как начать разговор.

- Рас, не томи, говори, что случилось, - я нетерпеливо подергала его за рукав.

- Понимаешь, - он вздохнул, - тот лифт до первого этажа так и не доехал. Он упал. И Ника Орлова, в девичестве Пьянкова погибла, оставив осиротевшего мужа и детей.

- Откуда ты про это знаешь? – тут же встрепенулась я. Понятно, что в свой мир я уже и не собиралась. Но все же надеялась, что Вероника Сархош заменила моим детям меня. Мы так редко виделись в последнее время, что подмены они, наверное, и не заметили бы. А вот тело свое было до слез жалко. Все-таки это была я. Как бы вы восприняли новость о своей кончине? Сложный вопрос.

- Когда я перенесся в мир, где должен был найти свою истинную, оказалось, что попал на ее похороны. Меня так поразило ваше сходство, что я разузнал все подробнее, - рассказ Картала был подозрительно равнодушным. Или это я насочиняла себе черт знает что?

- И что там твоя истинная? – этот вопрос волновал меня не меньше. И от него зависела моя дальнейшая жизнь. Я все еще держала его за рукав, а теперь еще развернулась лицом к мужчине, чтобы видеть выражение его глаз.

- А что истинная? Она покинула Землю и переместилась в другой мир. Я решил временно приостановить ее поиски.

Опять этот равнодушный тон, словно он кастрюлю для кухни выбирает, а не спутницу жизни. А затем сграбастал меня в объятия и поцеловал. На этом простом действии все мысли в моем истосковавшемся и перенервничавшем мозгу закончились.

***

Утром следующего дня мы отправились в Асклеру. Я представила хозяйке гостиницы моего «мужа». Спасибо Раслану, который без проблем подыграл мне в этом вопросе. Так как мы уже покидали гостеприимный дом, документы с него никто спрашивать не стал. Но скептически приподнятая бровь все же показала степень недовольства хозяйки тем фактом, что в ее доме кто-то ночевал без должной регистрации. А я была благодарна этой мудрой женщине, которая в сложное время дала мне приют и не сдала Римме-Галине.

- Что ж, я была рада знакомству с вами! – улыбнулась женщина на прощание, приобняв меня. – Жизнь штука непредсказуемая, милочка! И если, не приведи триединый, что-то случится, мои двери всегда для вас открыты!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Еще бы не открыты были! Оплату, которую я ей отдала, возвращать никто не подумал и не предложил. Да я, в принципе, и не спрашивала. Рядом с Карталом деньги мне были ни к чему. Но, наученная горьким опытом, я решила копить некую подушку безопасности, чтобы не зависеть от подачек Риммы или кого-нибудь еще. И по приезде обязательно попрошу денег «на булавки», как говорили наши прабабушки.

Поняв по моей мимике, что про мешочек с золотом я помню, хозяйка все с той же неизменной улыбкой добавила:

- Разумеется, без оплаты! – и улыбнулась еще шире, давая понять, что все прекрасно помнит, понимает и ждет от меня ответного шага. Я улыбнулась в ответ соглашаясь с предложением. Не нужна мне Галкина подачка!

- Не будет больше такого случая! – категорично отверг ее слова Раслан. Я же лишь скептически приподняла брови и пожала плечами, уже ни в чем не уверенная. В этом мире может быть всякое.

К моему удивлению, во дворе нас ждал обычный наемный экипаж.

- Великий и ужасный правитель Асклеры готов ехать на обычном извозчике? – не удержалась и поддела мужчину я.

К сожалению, он был глубоко занят своими, только ему ведомыми, мыслями и мой сарказм не заметил. Поэтому ответил серьезно и совершенно спокойно:

- Строить отсюда портал до столицы слишком энергозатратно. А после прогулок по мирам я далеко не в лучшей форме. Доедем до предгорья и оттуда перейдем домой.

Что ж на данном этапе меня эти объяснения вполне удовлетворили. Я расслабилась, откинулась на спинку мягкого дивана и поняла, что вот сейчас можно и поговорить.

- Картал, объясни мне глупой пожалуйста, почему жители Асклеры не узнают своего правителя в лицо? Если бы наш президент проехался по улицам любого города, даже самого затрапезного, его бы точно узнали, - это был первый вопрос, который меня волновал.

- И он при этом остался бы жив и здоров? – усмехнулся ехидно мой попутчик. Я задумалась. А вопрос был справедливый. Несмотря на поддержку большинства населения, враги у него, несомненно, были. И неизвестно, чем закончилась бы такая прогулка. Бедный, он же даже за хлебом в магазин сходить не может! Да ну, нафиг, такую власть! Озвучила мысли в слух.

- Вот в этом я с тобой совершенно согласен. И я не хочу протокольной жизни и ограничения по всем статьям. Люди знакомы с моим официальным портретом. Когда прибудем во дворец, я тебе его обязательно покажу. Там, с одной стороны, я, но с другой, на себя реального похож мало. Я заплатил круглую сумму знаменитому художнику за эту работу, - улыбнулся Раслан и погладил мою руку и переплел наши пальцы. – А телевидения или интернета, как ты смогла убедиться, здесь еще не изобрели.

- И ты не хочешь их переместить из нашего мира? – последние слова вылетели у меня непроизвольно.

- Ты по ним скучаешь? – собеседник внимательно вгляделся в мое лицо.

- По телевизору нет, я и дома его мало смотрела. А вот интернета иногда не хватает! Я бы давно уже погуглила и нашла все, что меня волнует по запросу Раслан Картал! – состроила смешную мордашку, погладила его руку свободной рукой. Все же я по нему скучала.

- Я бы привез, но, во-первых, здесь нет электричества. А во-вторых, сама сеть пока отсутствует.

- Может стоит начать со строительства электростанции?

- Чтобы испоганить экологию? Нет, магия более чистый и дешевый источник энергии, - не принял он моего предложения. Не быть вдове Порфириус первопроходцем в этой области.

Господи, как хорошо разговаривать с человеком, не таясь и не боясь быть раскрытой. Но оставался еще один вопрос, который волновал меня не меньше.

- А что будет с Мариндой?

- А с ней должно что-то случиться? - и глазки такие синие-синие, наивные-наивные. Ух, прибила бы гада!

- Если ты успел забыть, то напоминаю, что твоя бывшая любовница вступила в преступный сговор с нашей дражайшей Риммой-Галиной, чтобы отправить меня на тот свет. И спасло меня даже не чудо, а банальная ветка на родовом дереве. Поэтому я и оказалась в гостинице. Но что она хотела сделать, появившись здесь? – с этими словами отодвинулась от мужчины, выдернув руку из его пальцев. Пусть поймет, что я на него обиделась, и застыла в ожидании ответа. От его слов зависело многое. В том числе и наше совместное будущее.

Раслан растерянно посмотрел на свою ладонь, которая осталась совершенно одна без моей поддержки. Затем сжал ее яростно в кулак, разжал, выдохнул сквозь зубы:

- Поймаю, голову оторву! – встряхнул головой, словно породистый жеребец, и застыл, смотря в никуда.

- Это, конечно, хорошо – Римма с оторванной головой, - никогда не ожидала от себя подобной кровожадности. – Но меня больше волнует собственная судьба и собственное спокойствие.

На слово «собственное» делаю ударение. Пусть поймет, что себя в обиду я не дам и манипулировать кому-либо не позволю. Следом он повернулся вполоборота ко мне и посмотрел долгим взглядом.

- Ник, Рыжик мой, приедем домой, я со всем разберусь. Ты мне веришь? – он спрашивает негромко, словно боится испугать или оказаться совсем отвергнутым.

Ника… Как давно меня никто так не называл! Даже за это была готова простить. Верила ли я ему? И вообще, что делать с этим пресловутым доверием? Когда любовник вдруг оказывается единственным близким человеком во всей вселенной (дядя не в счет), то вера остается основным связующим вас звеном. Без веры не выжил еще никто. И он, кстати, не всегда говорил мне всю правду до конца, но еще ни разу не обманул.

На этом сложный разговор сам собой сошел на нет. Мы переключились на другие, более спокойные темы, понимая, что основная драма развернется уже дома. И мне, и, наверное, Раслану нужны были силы, чтобы разобраться во всей ситуации. Поэтому оба не сопротивлялись

Когда поднялись по высокому крыльцу дворца правителя, тут же раздался топот каблучков, и на крыльцо выпорхнула, другого определения даже дать не могу, Маринда собственной персоной.

- Ах, Раслан, я так по тебе скучала! – все у этой… дамы было выверено до мелочи. Сладкий голос с нотками тревоги. Полупрозрачное платье с плотной вышивкой на стратегических местах, чтобы раздразнить фантазию, но не удовлетворить. Пара небрежных локонов, выпущенных из высокой прически. Весь ее вид буквально кричал: «Возьми меня, я вся твоя!».

Я резко затормозила, не зная, то ли спасаться бегством, то ли идти в нападение. А девушка удивленно уставилась на меня, словно не ожидала увидеть. Хотя, скорее всего, и не ожидала. Только слова, произнесенные Карталом, ввергли нас обеих в шок:

- Айра Маринда Винсент Барроуз, вы обвиняетесь в государственной измене! И завтра на рассвете будете казнены на дворцовой площади. Стража, взять ее!

Два бугая в доспехах охраны появились словно из ниоткуда и подхватили стоящую перед нами нимфу под руки.

- Ты! Ты! Ты не сможешь так сделать! – она испуганно вытаращила глаза и приоткрыла рот в немом крике.

- И что мне помешает? – так же лениво поинтересовался Картал.

- Мой отец высокопоставленный сановник! – высокомерно сообщила девушка.

- И что с того? Я правитель этого государства, - пожал плечами Раслан.

- Я из древнего асклерского рода! – прокричала она уже не так самоуверенно.

- Древность рода на пощаду изменникам никак не влияет, - я просто поразилась его холодному тону. Со мной он так никогда не разговаривал. Мне даже на секунду стало жалко эту легкомысленную дурочку.

- Я все расскажу! – в последней попытки выторговать себе жизнь, уже шепотом произнесла она и повесила голову.