Глава 7

— Рэбел, ты перезвонила приму Доретту?

— Да, он сказал, что заберет свой заказ вечером.

— Отлично. А что насчет той огромной коробки в подсобке?

— Разберу, как только будет время.

— Завтра?

— Завтра у меня выходной!

Точно! Я и забыла, что пообещала его помощнице.

Прошла неделя с того вечера, как Доминик привез меня в клуб для альф.

Тогда он просто ушел из номера и вернулся практически под утро. Я спала, но тут же проснулась, почувствовав на себе его взгляд.

Я не знаю, чем он занимался всю ночь, но от него пахло потом и чем-то звериным. Диким. И я действительно пожалела, что я не волчица, которая может улавливать обонянием мельчайшие детали. Я не спросила, решила притвориться, что мне все равно, хотя любопытство раздирало меня на части, а он постоял возле гамака и отправился под водопад.

Там я тоже побывала вечером. Как и обошла по кругу странный номер, прогулялась по коридорам, но нашла только еще одну комнату, джакузи и выход в лес. Проход в общий зал отеля оказался закрыт.

Доминик меня просто запер.

Вот тут не нужно было спрашивать «зачем», видимо, он не хотел, чтобы я общалась с кем-то еще. Не то, чтобы я сильно жаждала этого, но идея поговорить с другими альфами приходила мне в голову. Банально для того, чтобы получше узнать их общество, а в идеале — услышать для себя что-то важное. Конечно же, Доминик перестраховался, и когда я это поняла, то первые полчаса хотела разбить что-нибудь о его голову.

Потому что никакие сделки не позволяли ему запирать меня где-либо!

Но в этом номере даже разбить ничего толком нельзя было. Поэтому моя ярость перетекла в режим «Да пошло оно все!», и я легла спать, а проснулась от его взгляда.

Мы не сказали друг другу ни слова. Я кожей чувствовала, что Доминик злится, но мне было плевать. Если кто-то здесь и имеет право злиться, то это я. Это меня бросили и оставили в одиночестве на всю ночь. Это мне давали советы не заморачиваться и быть благодарной альфе, который меня выбрал. Это меня чуть не задушила его амбициозная невеста, совершенно не согласная с правилом мира вервольфов, где волчицы созданы исключительно для продолжения рода, а во главе стаи стоят только самцы.

Бесы меня забери, я его не понимала!

Чего он вообще хочет?

Игрушку? Обожающую его девицу? Так выбрал бы такую, как Элис!

Зачем ему я?

Доминик прав: я не волчица, и постельной зайкой тоже стать не смогу. Я — человек. Я согласилась стать его любовницей, но на этом все. Я не обещала ему ничего кроме.

Может, вервольф сам это понял, потому что привез меня домой, и с тех пор не звонил и не присылал подарков. С одной стороны это меня устраивало, с другой — здорово напрягало. Ведь не общаясь с ним, я не могла узнать, что там происходит с самопровозглашенным альфой. К тому же, меня раздражал сам факт того, что он больше не требует от меня выполнения условий нашей сделки.

Что он хочет мне доказать?

Ощущение, что меня пытаются проучить, наказать, подстроить под себя усиливалось с каждым днем. Желание взять и позвонить первой перемежалось с желанием никогда больше его не видеть. Я окунулась в работу, забирала ее домой и засыпала в обнимку с ноутбуком, но все равно продолжала о нем думать. Все-таки встретилась с примом Лораном, и узнала, что сейчас мой магазин стоит больше, чем год назад, но все же недостаточно, чтобы покрыть долг Дэнвера. Долг, доказательства о котором так никто и не предоставил. Я набирала еще больше работы, а когда переделала все на несколько недель вперед, то взялась за собственную книгу.

Я всегда писала медленно, но тут дело пошло, и я выдала три полноценных главы, впереди замаячил экватор сюжета. Книга помогла там, где не помогала рутина, и я писала даже на работе, когда покупателей не наблюдалось. Впрочем, последних становилось все больше и больше: приближалась зима, а с ней Самая длинная ночь — большой праздник, на который было принято дарить полезные подарки. А что может быть полезнее книг? Поэтому будущий выходной Рэбел обещал стать последним в ближайший месяц. Про свои вообще молчу!

Новый звонок как раз настигает меня, когда я прощаюсь с одной из покупательниц, улыбаюсь ей и желаю хорошего дня. Правда, Рэбел говорит, что в последние дни моя улыбка устрашает.

— Алло?

— Прима Мэддисон, добрый день. — У девушки очень приятный, мягкий голос. — Меня зовут Венера. Я ассистент Доминика Экрота.

Бесы! Только о нем забудешь — тут как тут!

Точнее даже не сам Доминик, а его ассистентка.

— Прима Мэддисон?

Понимаю, что залипла, и машу Рэбел, чтобы она меня подменила на кассе.

— Простите, раньше мне звонил сам прим Экрот, поэтому я сейчас немного в шоке. А так… Приятно познакомиться. Чем обязана?

— Мы с вами знакомы заочно. Вам не понравился мой выбор одежды. Поэтому предлагаю сегодня встретиться и подобрать вам новый гардероб. По вашему вкусу.

Что я там говорила про немного в шоке? Теперь я много в шоке.

— Мне не нужен новый гардероб! Меня полностью устраивает мой.

— Но он не устраивает прима Экрота. Поэтому он предлагает компромисс: вы покупаете новую одежду, а я помогаю вам с выбором.

Компромисс? Какой же это компромисс, если он отправляет ко мне какую-то девицу, которая все равно выберет за меня? Я просто закипаю, и желание бросить трубку, набрать Доминика и высказать ему все, что думаю, горчит на языке.

— Если приму Экроту так хочется меня приодеть, то пусть делает это сам.

— Он просил передать, что сейчас занят вашим вопросом, поэтому поставил задачу мне.

Хорошо, намек на долг заставляет меня передумать просто повесить трубку. Кажется, Венера это тоже понимает:

— Поверьте, я полностью компетентна и как ассистент, и как стилист.

— То есть часто одеваете его пассий?

Вот теперь я прикусила язык. Потому что какое мне дело, кого они там одевают и кого сопровождают?

— Нет, — я слышу в голосе Венеры улыбку. — Просто долгое время сталкивалась с миром моды.

Хорошо, что она не видит мою скептически приподнятую бровь. Сталкивалась с модным миром, а потом стала работать на Доминика? Это даже звучит смешно. Но я опять убежала не в ту степь.

Ладно, я смирилась с тем, что Доминик меня одевает, и у меня уже не дергается от этого глаз. Но одно дело подарки, совсем другое — разгуливать с ассистентом Доминика по магазинам. Кто вообще такая эта Венера? Кроме того, что ассистент.

— Может, Доминик заодно подгонит мне пару помощников в магазин? Раз он такой щедрый.

Но Венера не ведется на мой сарказм, отвечая с все той же мягкостью:

— Я передам ему вашу просьбу.

Я вздыхаю и мысленно считаю до десяти.

— Послушайте, я сегодня не могу. У меня много работы.

— Может, тогда завтра?

— И завтра тоже.

— Тогда я вынуждена передать приму Экроту, что вы слишком устаете на работе.

Ага, чтобы Доминик запретил мне работать.

Вот манипулятор!

Телефон буквально скрипит, настолько сильно я его стискиваю в ладони.

— Сегодня в шесть вас устроит?

— Идеально.

Я продолжаю работать в удвоенном темпе, потому что до шести нужно все успеть, и даже почти со всем успеваю. Но, разумеется, даже речи не идет о том, чтобы продолжить книгу. Доминик со своим шопингом все мои планы поломал! Хотя лучше шопинг с этой Венерой, чем встреча с ним.

Видеть не могу этого деспота!

Когда без пяти шесть в магазин входит брюнетка в стильном светлом костюме и направляется ко мне, я решаю, что это может быть только клиентка. И с очень большим кошельком. Потому что первое, что бросается в глаза — это тонкие черты и манера держаться по-королевски.

Поэтому, когда она протягивает мне руку с идеальным маникюром и представляется:

— Венера.

Я понимаю, что меня уже ничего сегодня не способно шокировать. Передо мной явно одна из тех женщин, которые даже спросонья выглядят прекрасными. Немного раскосые глаза, густые иссиня-черные волосы и стройная фигура. Ощущение идеальности портит крупноватый нос с горбинкой, но даже он умудряется добавить ей экзотичности.

Доминик издевается?!

Или у него все ассистенты, как с обложки журнала?

— Вы просили о помощи по магазину, — она кивает двум вервольфам за ее спиной. — Дайте им задание, и они все выполнят, пока мы будет заняты более приятным занятием.

Я складываю руки на груди.

— Терпеть не могу шопинг.

— Я тоже, — улыбается Венера, обнажая белые ровные зубы. А мне хочется позвонить Доминику и сказать, что этот ассистент мне не подходит, и попросить выдать другого. Лучше подслеповатую бабулю лет восьмидесяти. — Приятное будет после него.

Так! Никуда я звонить не собираюсь, как и быть милой с этой Венерой. Что вообще за странное имя? И почему она не представилась официально? Но то, что от шопинга не отвертеться, было понятно сразу.

Воспользовавшись “добротой” Доминика, я сдала волков в подчинение Рэбел и взяла ключи от машины, поставив Венеру перед фактом, что мы отправимся по магазинам на моей. Уже на улице поинтересовалась.

— Вы правда не любите выбирать одежду?

— Для себя нет. У меня небольшой рост, поэтому сложно найти что-то подходящее.

Венера действительно ниже меня на голову, и это несмотря на то, что я в кроссовках, а она в туфлях на высоких каблуках.

— Куда едем?

— Примроуд восемнадцать. Начнем оттуда.

— Хорошо, прима Мэддисон.

Примроуд — улица дорогих брендов. Неудивительно, что мы направляемся именно туда. Замечательная новость — от моего магазина до нее минут тридцать, и нам с Венерой даже не приходиться разговаривать друг с другом. Хотя я то и дело на нее поглядываю, пытаясь понять, что с ней не так.

— Вы не назвали свою фамилию, — напоминаю я.

— У меня ее нет.

— Как — нет?

— Муж после нашего развода не захотел, чтобы я использовала его фамилию, а родители от меня отказались, поэтому у меня осталось только мое имя.

Я едва не пропускаю поворот, и на мгновение впиваюсь взглядом в лицо Венеры, но оно безмятежно.

— Это вообще законно?! — рявкаю я.

— Для вервольфов да.

Теперь до меня доходит, что с ней не так. Все с ней так, просто она волчица.

Мне хочется спросить, за что. Внутри просто зудит от этого вопроса! Но в последний момент я сдерживаюсь и плотно сжимаю губы.

Несмотря на то, что я была замужем за вервольфом, я мало о них знала. Они жили рядом с людьми, но всегда были закрытым обществом со своими правилами и звериными законами. К тому же, Дэн не любил говорить о «предателях». Стоило вспомнить его родителей, он выходил из себя, и как правило такие разговоры заканчивались либо ссорой, либо сменой темы. Поэтому большую часть я знала из наших встреч до свадьбы. Например, то, что волчицы рождаются гораздо реже, чем волки, поэтому девочки для них очень ценны. Они в основном занимаются продолжением рода, мужем и семьей, и не работают.

В отличие от девушки на соседнем сиденье.

Семейка Дэнвера рассталась с ним из-за женитьбы на мне. Но спрашивать, что натворила Венера, я не стану. Это как минимум бестактно. Слишком личный вопрос. И судя по тому, что она работает на Экрота, сейчас у нее все хорошо.

— Тогда зовите меня Чарли. Чтобы было честно.

Только сейчас замечаю, что Венера расслабляет пальцы, крепко сжимающие темно-кофейный клатч, а на ее губах мелькает едва заметная улыбка.

— У вас интересное имя, — говорит она.

— Папа постарался.

Мы как раз приехали, так что разговор сворачивается сам по себе. Я паркуюсь возле бутика «Ария», а потом следую за Венерой по мраморным ступенькам. В витринах застыли манекены в молочного цвета платьях, очевидно, модного в этом сезоне, но я без интереса скольжу по ним взглядом.

Внутри все то же самое: пастель и роскошь. Нас с Венерой встречают искренними улыбками и сразу предлагают помочь. Венеру здесь явно знают, потому что консультанты переключаются на нее. Если по телефону я действительно решила, что она одевает любовниц Доминика, то сейчас, глядя на девушку и узнав ее происхождение, поняла, что все проще — она сама одевается в таких местах.

Я решаю оглядеться, но делая круг по магазину, не нахожу ничего, за что бы зацепился глаз. Да и какая разница? Доминик же сказал, чтобы купила себе новой одежды. На его вкус, конечно же.

— Вам здесь не нравится? — интересуется Венера, присоединившись ко мне.

— Просто выберите мне одежду, которая устроит прима Экрота, и перейдем к приятному. И я очень обрадуюсь, если под этим вы подразумеваете визит в бар.

Венера кашляет в ладонь, и я понимаю, что она таким образом сдерживает смех. Потому что ее темные глаза искрятся весельем.

— Какой же это компромисс? — спрашивает она, отсмеявшись. — Мы подберем то, что нравится вам.

— Тогда нам стоит махнуть в ближайший торговый центр.

— Или выбрать другой магазин. Мне кажется, мы не с того начали. Что вам нравится?

— Я люблю джинсы и удобную обувь вроде этой, — я киваю на свои кроссовки. — В ней удобно водить, и не нужно переживать, что подвернешь ногу. Но мне известно мнение Доминика: пока мы вместе, я должна выглядеть как вы. Ну или как они.

Я махнула на девушек-консультантов, застывших в стороне.

— А вам этого не хочется? — приподняла брови Венера. — Порадовать его.

Собственное «нет» я тоже ловлю на подлете. Браво мне! Наши отношения с Домиником ее не касаются, и вряд ли Венера в курсе о нашей сделке.

— Понимаете, у меня есть собственный стиль, — говорю я. — В другой одежде мне некомфортно.

— В более женственной?

— У меня есть платья! Я надеваю их иногда. По праздникам.

— То есть базовые капсулы одежды у вас есть?

— У меня есть девять пар джинс и деловой костюм. И еще летний сарафан. А теперь еще юбка-карандаш от вас.

— Две, — поправляет Венера.

— Одна, — признаюсь я. — Золотая, очевидно, в химчистке.

Ассистент Доминика смотрит на меня как-то странно, но потом быстро берет себя в руки. Видимо, работает на него давно.

— Давайте так, Чарли. Мы гуляем по магазинам в моем списке, подбираем вам базовый гардероб и находим компромиссное решение между вашим вкусом и запросом прима Экрота. Тем более что он не ограничивает наши ресурсы. И я знаю места, где вам точно понравится.

То есть Доминик дал много денег и сказал ни в чем мне не отказывать? А почему бы и нет! Отвертеться не получится, так хоть удовольствие получу.

— Давайте попробуем.

Мы прощаемся с консультантами и пропускаем несколько бутиков, прежде чем завернуть в один из них. Здесь одежда поярче и есть брючные костюмы, но фасоны опять мимо. Поэтому мы переходим в следующий, и дальше, и дальше, пока Венера не приводит меня в совершенно неприметный магазинчик, на дверях которого лишь черная табличка с серебристой гравировкой «Салон модной одежды примы Баро».

— Это место для своих, — говорит мой самопровозглашенный стилист. — Мало кто знает об этом магазине, но здесь можно найти действительно эксклюзивные вещи, а главное — удобные.

На входе нас «встречает» манекен в юбке-шортах, а сам магазин чем-то напоминает мой с поправкой на то, что здесь вместо книг одежда. В воздухе витает приятный цветочный аромат, играет музыка из маминой молодости и даже есть клетка с яркими попугайчиками, но нет гнетущего стерильного ощущения бутиков.

А платья какие! Я залипаю на черное в мелкий цветочек. Правда потом залипаю на ценник. Да уж, не зря я сравнила их с редкими книгами.

— Винтажная мода, — объясняет вынырнувшая будто из ниоткуда светловолосая женщина. — Под старину. Здравствуй, Венера. Ты в гости?

— Привет, Джантия, — сияет волчица. — Это Чарли, и ей очень нужен такой гардероб, чтобы все кусали локти от зависти.

— Красивый и удобный, — уточняю я.

— Тогда вы по адресу!

И понеслась.

В следующий час (а может, два, я совершенно теряю счет времени) я перемериваю, наверное, треть магазина. Спорю с Джантией и Венерой и, кажется, начинаю входить во вкус. Мой гардероб пополняется несколькими свободными юбками, яркими блузками и коктейльными платьями.

— Осталось найти обувь, — улыбается Венера, довольная шопингом, и отправляется все оплачивать, а я влезаю в кроссовки и иду следом.

Правда, застываю на полпути, будто натолкнувшись на стену, потому что в салон как раз входят Джинджер и Одри. Смех и разговор сестер резко обрываются, а с лиц одновременно слетают улыбки, сменяясь поджатыми губами и холодными взглядами.

Только смотрят они вовсе не на меня. Они замирают при виде Венеры.

Ассистент Доминика тоже вскидывает голову и пристально смотрит на волчиц. Если бы я не знала, что это в принципе невозможно, то решила бы, что они ведут мысленный диалог. И далеко не самый приятный, потому что в их взглядах проскальзывает нечто хищное. Угрожающее. Особенно это касается Одри: в глубине темных глаз мелькает ярость, которая, впрочем, тут же сменяется уже знакомым мне высокомерием.

Невеста Доминика вскидывает подбородок, расправляет плечи и шагает навстречу невозмутимой Венере. Слишком невозмутимой. Насколько я успела понять, она прекрасно умеет прятать свои чувства.

— Здравствуй, — говорит Одри.

— Здравствуйте, прима Конелл.

Они знают друг друга? Хотя, конечно же, знают. Одри — невеста Доминика, Венера — его ассистент. Еще одно можно сказать точно: друг друга они не любят.

— Не ожидала встретить тебя здесь. Я думала, у тебя сейчас совершенно другой стиль.

— Я здесь по работе.

В этот момент Джинджер замечает меня и восклицает на весь магазин:

— Чарли! Ты почему прячешься за вешалками?

Естественно, на меня теперь все смотрят, а я чувствую себя донельзя глупо. Потому что со стороны это действительно выглядит так, будто я стояла и подслушивала. Хотя никогда не занималась ничем подобным!

— У моей сестры дар ставить в неловкое положение себя и остальных, — неожиданно приходит на помощь Одри. — Здесь слишком много ароматов, иначе бы мы заметили тебя раньше.

Уверена, мой запах она запомнила и внесла в черный список.

— Очевидно, ты была занята кем-то другим.

Я подошла ближе и встала рядом с Венерой: от Одри я точно не собиралась прятаться. Пасовать перед ней тоже, как и мило общаться. Поэтому я перехватываю у Джантии пакеты с одеждой. Быстрее отсюда уйдем, быстрее оставим неприятную встречу в прошлом.

— Значит, пока Доминика нет в городе, развлекаетесь шопингом? — интересуется его невеста.

Нет в городе?

То есть мы не встречались, потому что он в отъезде?

Мне, конечно же, не нужно об этом сообщать. Лучше отправить своего ассистента.

Видимо, до невозмутимости Венеры мне далеко, потому что Одри вскидывает брови:

— Ты была не в курсе? Любопытно.

— Он же не мальчик, чтобы передо мной отчитываться, — не теряюсь я. — Альфа все-таки.

— Ты права, — усмехается Одри. — Он альфа, а я его — невеста. Поэтому неудивительно, что тебе он не рассказывает, где он и с кем.

Я складываю руки на груди.

— А тебе, значит, рассказывает?

— Рассказывает, как же, — фыркает подошедшая Джинджер. — От папы случайно узнала.

Во взгляде Одри снова вспыхивают яростные искры.

— Джин! Сколько раз я тебе говорила не лезть в мои разговоры.

— Это общий разговор, — по-детски надувает щеки ее сестра. — Он в общественном магазине, и я знакома с Венерой и Чарли. Так что это и мой разговор тоже.

— Иногда тебе лучше не открывать рот.

— Как же я тогда буду есть?

— Если бы я знала, что ты будешь сегодня здесь, выбрала бы другой магазин или другой день, — мягко вклинивается в их стычку Венера. И ее слова явно относятся не к Джинджер.

— Ну почему же? — ослепительно улыбается Одри. — Это судьба. Предлагаю выпить кофе и поболтать. Всем вместе. О своем, о женском.

Пить кофе с невестой Доминика? Да я лучше с моста спрыгну!

— Прости, но нет, — отвечаю я за Венеру. Из нас двоих она, конечно, более дипломатичная, но мне хочется сразу все прояснить между мной и Одри. — Ты знаешь кто такая я, а я знаю кто ты. Мы точно не подружимся.

— То есть общество его бывшей любовницы тебя не смущает?

Венера бледнеет, Джинджер закрывает рот ладонью, а Одри расплывается в победной улыбке. Гаденькой такой. Отчего хочется как следует оттаскать ее за темные патлы. Но единственное, что я могу сейчас сделать, это принять правила игры и уделать ее на ее же поле.

— Бывшая? — отвечаю я. — Так это замечательно! Венера как раз помогает мне с выбором стиля, который бы понравился Доминику, и делится женскими секретами. Невесте в нашем милом обществе точно не место. Благодарю Джантия. Пока, девочки!

Я подхватываю ассистента-любовницу под локоть и протискиваюсь мимо волчиц. От улыбки Одри не остается и следа: хорошенькое лицо перекошено от ярости. Но, как сказала ее сестра, мы в общественном месте, поэтому она не может меня придушить.

А во мне говорит единственное желание — придушить одного конкретного вервольфа, который не придумал ничего лучше, чем отправить свою бывшую помогать мне с выбором одежды. И думай теперь: кому из нас на ее место указали. Мне или Венере?

— Пока, Чарли, — кричит мне вслед Джинджер, когда я уже шагаю прочь из магазина.

Пакеты с одеждой сбрасываю на заднее сидение и занимаю место водителя. Жду, пока Венера пристегнется, и старательно на нее не смотрю. А она ведь красивая, правда. И вся такая женственная. Вот чего Доминику не хватало? Экстрима?

— Где этот магазин обуви? — интересуюсь сухо. Пожалуй, слишком сухо, но меня прямо трясет от желания при встрече с Домиником оторвать ему все самое ценное. Даже пальцы подрагивают.

Венера называет адрес, и я понимаю, что это в конце квартала и можно было дойти пешком, но так как мы уже в машине, приходится ехать.

— Надеюсь, там мы не встретим Одри, — говорю себе под нос. — Встреча с невестой Доминика уже как плохая примета, хоть на улицу не выходи.

Моя фраза, кажется, срабатывает на все еще бледную Венеру ободряюще:

— Прима Мэддисон…

— Чарли, — поправляю я.

— Чарли, прошу прощения за этот инцидент.

— Вы тут при чем? — интересуюсь, выбирая новое место для парковки. — Не вы же гадости про себя говорили.

— Я должна была это предусмотреть.

— Как? Заткнуть ей рот трусами?

У Венеры вырывается нервный смешок.

— Было бы неплохо.

— Соглашусь.

На долю секунду я даже чувствую что-то вроде симпатии к этой волчице, но потом вспоминаю слова донельзя противной невесты. Улыбка Венеры тут же испаряется.

— Одри неправа, — говорит она. — Между мной и примом Экротом ничего нет и не было. Я всего лишь ассистент.

— И кому верить?

Вопрос риторический, но волчица понимает его буквально.

— Если не верите мне, спросите у него самого.

Можно подумать, Доминик — святой! И честный.

— Меня не интересует прошлое прима Экрота, — говорю. — Я так понимаю, в вашем обществе это норма, пить кофе с невестами и с бывшими пассиями…

— Кто вам такое сказал? — внезапно сверкает глазами Венера. — Я вообще не представляю, как получилось, что вы с Одри знакомы.

— Это была случайность.

— Это многое объясняет.

Я почти готова ей поверить. Почти, потому что здесь явно кое-что не стыкуется.

— Если у вас с ним ничего не было, почему ты не поправила Одри, когда она сказала про любовниц?

Венера тяжело вздыхает.

— Потому что уже устала это делать.

Да, думаю, для Одри существует свое мнение и неправильное, но мне не хочет разбираться во всем этом дальше. Я понимаю, что новая встреча с невестой Доминика высосала из меня все силы, и продолжать шопинг я просто не в состоянии.

— Мы можем перенести покупку обуви на другой день? Я не готова продолжать. Куда тебя подвезти?

Венера долго смотрит на меня, прежде чем ответить:

— Когда от меня отказалась семья, прим Экрот взял меня ассистентом. Помог устроиться и начать новую жизнь, а взамен попросил серьезно отнестись к своей работе. Но если вам неприятна моя кандидатура, вы можете попросить о замене ассистента.

Бесы! Не думала, что обижу кого-нибудь отказом покупать шпильки.

— Ты хорошо выполняешь свою работу. Я бы сказала, идеально. И я буду рада, если мы перенесем нашу встречу на субботу или воскресенье и перейдем на ты. Мне так гораздо проще общаться.

— Как приму Экроту, — улыбается Венера. — Теперь я понимаю, почему вы вместе. Вы вообще с ним очень похожи.

Я и Доминик?!

Я так не думаю, но держу свое мнение при себе. Судя по тому, что Венера рассказала, вервольф для нее действительно святой. Только я и другую сторону его знаю.

Она просит высадить ее возле одного из магазинов, а я еду домой. Даже не так надолго застреваю в пробках. Квартира встречает меня тишиной и умиротворением. И это именно то, что мне сейчас надо.

Я скидываю кроссовки, сбрасываю пакеты прямо на пол и босиком шлепаю на кухню, чтобы попить воды. Это был долгий день, который наконец-то, слава Владыке, завершился! Никаких ассистентов Доминика. Никаких невест Доминика. Никаких мыслей про Доминика.

Только я и моя книга.

Прохожу гостиную и понимаю — что-то не так. Я всегда оставляю приоткрытым окно, поэтому здесь всегда прохладно и пахнет свежестью. Но сейчас окно закрыто и в воздухе отчетливо ощущается сладковато-приторный аромат. Настолько отчетливо, что хочется немедленно проветрить комнату. Что я делаю, распахивая окно на полную, а после включаю свет.

Источник запаха — большая корзина тропических цветов. Прекрасных, но настолько сладко-вонючих, что меня едва не мутит от этого аромата.

Ну и кто подарил мне это кошмар?

А главное, как пронес в мою квартиру?

Единственный, кто приходит в голову — Доминик. Но почему такой странный выбор?

Подойдя ближе, я замечаю карточку в самом центре букета. На ней просто написано:

Уверена, что выбрала правильно, Чарли?

Подписи нет.