Глава тринадцатая

Альтан увлекся женой.

И знал ведь, что ничего хорошего из этого не получится, оттого и старался держаться подальше, но чем лучше он узнавал Теону, тем сильнее хотелось сделать ее своей. Он едва дождался ее пробуждения, с удовольствием наблюдал за ней… и теперь тщательно скрывал страх.

Если Мышка переживала, как перенесет наказание, то и он — тоже. Однако проверить необходимо, и откладывать… не хочется.

Альтан устроился на кушетке и поманил Теону. Она подошла мелкими шажками, нервно оглядываясь.

— Кого-то ищешь? — мягко спросил он. — Мы одни. Прислуга ничего не услышит.

— Я не вижу… — сдавленно пискнула Мышка и замолчала. — Вы говорили…

Вторая попытка объясниться тоже провалилась, но Альтан догадался, отчего она озирается. Вчера он сердился и упоминал розги и плеть. Глупый маленький мышонок…

— Ложись. — Он похлопал себя по бедру.

Недоуменный взгляд объяснил ему, что Тео ничего не поняла.

— Тебя когда-нибудь пороли?

Тео побледнела, потом покраснела, но все же ответила:

— Да, милорд. Розгой по рукам, когда я…

— Достаточно, я понял, — перебил ее Альтан, поморщившись.

А это не жестокость? Разбивать в кровь маленькие детские пальчики в наказание за какую-либо оплошность…

Теона понурилась, определенно погрузившись в неприятные воспоминания.

— Ложись ко мне на колени животом. — Альтан притянул ее к себе. — Руками обними подушку.

Мышка испуганно вздрагивала, но слушалась.

— Для наказаний удобнее использовать другую часть тела. — Альтан провел ладонью по ее ягодицам. — Воспитательный эффект… лучше.

Он задрал подол платья, приподнял нижнюю юбку. Мышка обеими руками вцепилась в подушку. И напряглась, когда он развязал ленточки и потянул панталоны вниз, обнажая ягодицы.

— Тео?

Тишина.

— Теона!

— Д-да? — Она судорожно перевела дыхание.

— Я хочу убедиться, что ты можешь говорить. — Альтан гладил ягодицы, едва касаясь их пальцами. — И остановишь меня, если понадобиться.

— Да, милорд…

Она немного расслабилась от ласки. Альтан спустил панталоны до колен и погладил бедра. Мышка поерзала, пытаясь сползти с колен. Он хмыкнул и просунул ладонь между ее бедер, заставляя развести ноги. Мышка недовольно запыхтела, сопротивляясь, за что получила первый легкий шлепок.

— Ай! — пожаловалась она.

— Послушные девочки после порки получают награду, — нравоучительным тоном произнес Альтан, укладывая ее так, как считал нужным. — А непослушные стоят на коленях в углу.

Мышка наконец-то смирилась с тем, что ее гладят между ног, и пыхтение сменилось чувственными всхлипами.

— Какую награду? — поинтересовалась она.

— Тебе понравится, — пообещал Альтан и слегка коснулся клитора.

Он мысленно похвалил себя за то, что не стал наказывать Тео сразу. Вчера хотелось выдрать ее за опрометчивый поступок так, чтобы было больно сидеть. Сегодня, успокоившись и разобравшись во всем, он знал, что вина Тео невелика, да и не дело бить жену, когда сам виноват не меньше. Но воспитательный урок пойдет ей на пользу, если не вызовет отторжения.

Альтан начал с легких шлепков, постепенно наращивая темп и силу ударов. И все равно бил вполсилы, внимательно следя за тем, как меняется цвет кожи. Ягодицы быстро порозовели, а потом и покраснели.

Теона вела себя… сдержанно. И это настораживало. Она не визжала, не кричала и не плакала: только вздрагивала от каждого шлепка и стонала в подушку, крепко прижавшись к ней лицом. Вполне вероятно, что она решила показать Альтану, как стойко переносит экзекуцию.

— Тео, — позвал он, остановившись. — Ты в порядке?

Мышка оторвалась от подушки и повернулась к нему. По пылающим щекам текли слезы, а взгляд… метал молнии.

— Ты лупишь меня по заднице! — выпалила она. — И спрашиваешь, все ли в порядке?

Альтан чуть не рассмеялся. Мышка неисправима! И это замечательно. Она дерзит, значит, не сломлена, и желание угодить мужу не сильнее здравого смысла. А то, что она строптива… так даже интереснее. С Мышкой не будет скучно.

— Попробуй ответить еще раз, милая. — Альтан разминал ягодицы, зная, что это уменьшает жжение. — И я сделаю вид, что ничего не слышал.

Всхлип. Пыхтение. Шумный вздох.

— Прошу прощения, милорд. Пожалуйста, не надо больше… Я все поняла!

Он улыбнулся и отсчитал еще три шлепка.

Теона отчаянно взвыла и дрыгнула ногой, отчего панталоны слетели ниже и опутали лодыжки. Альтан пожалел, что нельзя взять ее прямо сейчас, на кушетке. Его жена — девственница, и первый раз должен запомниться ей не болью, а удовольствием. Или хотя бы желанием продолжить, а не навеки отлучить мужа от своей постели.

Альтан осторожно провел пальцем по складкам, влажным от выделений. Похоже, Мышке недолго оставаться девственницей. У него не осталось причин отказываться от нее. Если бы не еще одно важное дело…

Мышка нетерпеливо вильнула бедрами.

— Хочешь еще? — вкрадчиво поинтересовался Альтан и ущипнул ее за ягодицу.

— Нет! — взвизгнула она. И добавила нахально: — Я жду награду.

— Не заслужила. — Альтан спихнул ее с колен. — Тео, не зли меня. Я снисходителен к твоим выходкам, потому что ты юна и неопытна, но вечно так продолжаться не может.

И не будет.

Она не ударилась, густой ковер смягчил падение. Села, поморщившись. Одернула платье. Выпуталась из панталон и, встав на колени, тщательно их сложила.

— Надеть не хочешь? — предложил Альтан.

— Я не смогу… в платье.

Он насторожился — голос прозвучал как-то глухо, бесцветно.

— Тео?

Она быстро встала, поправляя юбки и подол платья.

— Позвольте мне уйти, милорд.

— Нет, ты останешься.

Теона отвернулась. Альтан шагнул к ней, взял лицо в ладони, заставил посмотреть в глаза. Обида? Но определенно не на порку. Повинуясь порыву, он поцеловал Мышку в губы — с жадностью, вторгаясь в ее рот языком.

Целоваться она не умела.

Объяснимо… И этому ее придется учить. Но сейчас Альтана волновала неожиданная тоска в глазах Теоны. Все же поняла, что такие игры не для нее? Переволновалась? Или…

Он опустился в кресло, усаживая ее на колени, обнял.

— В чем дело? — спросил он тихо, когда Мышка замерла в его руках. — Ответь честно, не бойся.

— Я пошутила насчет награды, — пробормотала она.

— И?

— Я не могу объяснить. Все было… — она запнулась, — нет, не хорошо, но… приемлемо. А потом я вдруг почувствовала… пустоту. Как будто меня окатили ледяной водой. Милорд, простите, если я вела себя неподобающе. Я научусь…

Научится.

Альтан гладил ее по спине и по плечу, перебирал мягкие волосы. Чувствительный мышонок, ее нельзя отталкивать, даже в шутку. Может, и это побочный эффект от истинной связи? Он покосился на книгу, которую недавно начал читать. Вопросов все больше, а ответов так и нет.

— Спасибо за откровенность, Тео. Нам осталось выяснить еще кое-что, и я надеюсь, что ты скажешь правду.

— Да, милорд?

Она наконец-то расслабилась и прижалась щекой к его груди. Интересное чувство… Ему льстила ее доверчивость.

— Кто подтолкнул тебя к мысли о том, что за мной нужно следить?

— Никто…

Как-то неуверенно это прозвучало.

— Тео, ты хочешь сказать, что придумала все сама? Просто так?

— Са… сама, — икнула она.

Мышка лгала, что неудивительно. Она ничего не рассказала ему о краже кошелька, но тогда они с Эмилем решили, что это к лучшему. Теперь же попытка защитить кого-то из прислуги ставила под удар ее безопасность.

— Я хочу услышать правду, Тео, — произнес Альтан раздраженно.

— Это правда, — возразила она.

— Отлично! — Он не стал ее отталкивать, но поднялся и усадил на свое место. — Жди здесь. Я схожу за розгами, и мы поиграем в интересную игру. Правда или ложь. Не слышала о такой?

— Милорд… — всхлипнула перепуганная Мышка, вжимаясь в кресло.

— Последняя попытка, милая.

— Я говорю правду, — выдохнула она упрямо.

Альтан кивнул и вышел из комнаты.