Глава восемнадцатая

Теона задыхалась.

Альтан, внезапно превратившийся в зверя, окунул ее в кошмар, полный боли и ужаса. Она до последнего надеялась, что это игра. Муж мог быть строгим, но не жестоким. Что же заставило его так разозлиться? Неужели то, что она танцевала с другими мужчинами? Но это же не ее выбор!

Теона не ожидала, что Альтан проигнорирует ее мольбы о пощаде. Оказалась не готова к дикой раздирающей боли, к ощущению несвободы и беспомощности.

Больно, больно, больно…

Теона рыдала в голос: хватка ослабела, и крепкая ладонь перестала зажимать ей рот. Если это и есть настоящая близость, то лучше наложить на себя руки, чем подвергаться такому насилию.

Альтан не шевелился, и Теона не сразу это поняла. Он лежал сверху, пригвоздив ее к кровати, и почти не дышал.

— Аль… тан…

Теона попыталась его позвать, потрясла за плечо — никакой реакции. Собравшись с духом и морщась от боли, она выползла из-под мужа. В комнате горела лишь одна лампа, и стояла она далеко от кровати, однако и ее света достаточно, чтобы понять — Альтан лежит в неестественной позе. Теона даже подумала, что он умер. Пересилив себя, она попыталась перевернуть его на спину. Куда там! Ее сил не хватило, чтобы сдвинуть мужа с места.

Несмотря на жуткий страх — Теоне все время казалось, что Альтан встанет и снова на нее набросится, — она похлопала его по щеке. Он вдруг дернулся, запрокинув голову, и Теона, закричав, отпрянула. Однако Альтан опять отключился, а из уголка рта потекла пена.

— Альтан! Альта…

Теона в ужасе прикрыла рот рукой, сообразив, что это может означать. Ей не справиться с этим в одиночку! Пошатываясь, она сползла с кровати и нащупала халат, завернулась в него, вышла из комнаты. Идти было трудно: резкая боль между ног усиливалась при каждом шаге, а по бедрам текло что-то теплое.

— Помогите! — крикнула Теона, добравшись до лестницы. — Быстрее!

Первой на зов прибежала Элина. При виде Теоны она побледнела и застыла, тыча пальцем в пол.

— Ми… ми… миле… — Едва выдохнула она. — Кровь! Ле… каря…

И, сорвавшись с места, понеслась вниз, крича:

— Лекаря для миледи, срочно!

Какая бестолковая! У Теоны не было сил бежать следом. Она цеплялась за перила, но все же ноги подкосились, и она опустилась на ступеньку. И не заметила, как рядом появился Эмиль.

— Теона, что…

— Альтан! — Она вцепилась в его руку. — Он… его… Ему нужен лекарь, лучше чародей…

В ушах шумело, а боль выбивала воздух из легких. Теона снова задыхалась, только теперь еще и падала… падала…

Очнулась Теона в своей спальне, в кровати, и Альтана рядом не было. Это первое, что она поняла, открыв глаза. Рядом на стуле дремала Элина. Сквозь неплотно задернутые шторы проникал дневной свет. В комнате пахло лекарственными травами.

Теона пошевелилась, прислушалась к ощущениям. Боль исчезла, но голова казалась тяжелой.

— Эли… — Она откашлялась. — Элина.

Горничная подскочила.

— Как вы, миледи? Я позову…

— Погоди, — остановила ее Теона. — Что с мужем? Он… он…

Она не могла произнести слово «умер».

— Все хорошо! — выпалила Элина. — Как и с вами. Лекарь успел вовремя.

С ней все хорошо? Сомнительно. Она чувствовала себя… раздавленной.

— А он… где?

— У себя. Милорду не разрешают вставать, но он скандалит и… ой… — Элина смутилась. — Я не то хотела сказать…

Теона махнула рукой. Если Альтан жив, да еще скандалит, с ним точно все в порядке. Значит, она ошиблась, и это был не яд. Или лекарь успел вовремя, как говорит Элина.

Вставать не хотелось, но никто и не настаивал. Элина привела лекаря, тот осмотрел Теону и сообщил, что она здорова.

Она не смущалась. Несомненно, не только он понял, что произошло между ней и мужем, и это гораздо хуже, чем осмотр лекаря. Альтан взял ее силой, и боль, и кровь — от разрывов.

Когда он ушел, Теона спряталась под одеялом.

— Миледи, вам надо поесть. — Элина тронула ее за плечо.

— Не надо, — отозвалась Теона. — Уходи, я хочу побыть одна.

Она плакала — горько и безутешно. Почему она не послушалась? Почему настаивала? Альтан предупреждал… И он старался, пытался уберечь ее… И не смог.

Теона содрогалась при мысли, что муж захочет повторить то, что сделал. Пожалуй, и теперь она все еще его любит, но даже истинная связь не заставит ее радоваться новой близости. На то, что Альтан сдержит слово и не тронет ее, надежды нет. Так как жить дальше?

— Теона…

Она едва сдержала крик. Мужской голос показался ей похожим на голос Альтана. Но нет, почти сразу она поняла, что это не муж.

— Эмиль?

Она повернулась к нему, смахивая слезы.

— Простите, миледи. — Он поморщился. — Я не должен так к вам обращаться.

После того, как видел ее в крови после изнасилования? После женского дома? Какая ерунда!

— Нет, ты можешь, — отозвалась она. — Я разрешаю. Спасибо… за помощь.

— Как вы себя чувствуете… Теона?

— Лучше. — Она подумала и добавила: — Наверное.

— Элина сказала, вы отказались…

— И ты пришел, чтобы меня уговорить? — перебила она его. — Сам или хозяин прислал?

Это прозвучало грубо и, наверняка, несправедливо. Эмиль ни в чем не виноват: исполняет ли он приказ Альтана или явился по своей воле. Он один из немногих, кому она может доверять. Однако настроение не располагало к светским беседам.

— И то, и другое, — согласился Эмиль, ничуть не обидевшись. — Милорд беспокоится о вашем здоровье, Теона, но я пришел бы и без его просьбы.

— Зачем?

Она попыталась привстать, но голова закружилась. Эмиль наклонился, чтобы поправить подушки, помог ей лечь повыше.

— То, что произошло между вами, меня не касается, — сказал он, опускаясь на стул. — Но я понимаю, как и все в этом доме…

— Лучше замолчи, — попросила Теона. — Я не дура, но не желаю ничего обсуждать.

— Нет, вам… нужно знать. То, что знают все, кроме вас.

— И что же?

Удержаться от этого вопроса было невозможно.

— Милорда отравили…

— О, я догадалась. Я же позвала на помощь.

— Да, но вы не знаете, что это за яд.

— К счастью, не быстродействующий, — пробормотала Теона. — Иначе его не спасли бы.

— Да, не быстродействующий, но предназначен он был для милорда, потому что основное действие этого яда — блокировка истинной связи.

— То есть? — не поняла она.

— Яд блокирует магическое поле, позже наступает смерть, если рядом не оказывается чародея, способного вывести яд из организма. Побочное действие — желания превращаются в одержимость. То есть…

— Альтан ревновал, — перебила Теона. — И желал близости. Он поэтому не смог сдержаться?

Эмиль кивнул.

— Погоди… Но какое поле блокировал яд, если Альтан выгорел? У него же не осталось… магии.

— Либо осталось что-то, чего он не чувствует, либо… кто-то хотел убедиться, что магии нет.

— А кто его отравил? Как?

— Расследуют, — кратко ответил Эмиль. — Теона, я рассказал вам это не по просьбе милорда, а вопреки его желанию.

— Он не хочет, чтобы я знала? — удивилась она. — Но почему?

— Мужская гордость бывает глупой. Он считает, что не имеет права оправдываться.

— Он обсуждал это с тобой?

— Пусть вас это не удивляет. Между нами есть определенное… доверие. Любой нуждается в человеке, с которым можно поговорить.

— Хорошо, это не мое дело. — Теона откинулась на подушки. — Я поняла, что ты хотел сказать, Эмиль. Спасибо.

И правда, стало легче. Чуть-чуть. Альтан не виноват в срыве. Можно сказать, это был не он. Хотя Теону все так же тошнило при мысли о том, что придется делить с мужем постель. Наверное, это пройдет?

— Теона, вам надо поесть.

— Позже. Я устала, хочу спать.

Она закрыла глаза, но Эмиль не спешил уходить.

— Передать что-нибудь милорду? — спросил он.

— Да, конечно, — отозвалась она вежливо. — Я рада, что он жив. Передай ему, пожалуйста.

Эмиль коснулся ее руки, лежащей поверх одеяла, и вышел из комнаты.

Спать не хотелось, но и на слезы сил не осталось. Теона все же задремала, а потом какая-то неведомая сила словно толкнула ее, заставляя открыть глаза. Взгляд тут же столкнулся со взглядом Альтана, и Теона сжалась, сдавленно охнув.

Альтан на коленях стоял возле кровати и что-то беззвучно шептал, едва шевеля губами.