23

— Мы на месте, — говорю сестре. — Сейчас будем заселяться в домики, но сначала надо сдать телефоны тренеру.

Та самая тренер выразительно смотрит на меня прямо в этот момент, а я пытаюсь одними губами выдать «минутку!» и отворачиваюсь, чуть отхожу в сторону.

— Когда ты сможешь позвонить? — спрашивает Настя.

— Не раньше субботы.

— Ничего себе, — роняет она.

Чувствуется ей совсем такой поворот не нравится. Мне тоже. Думала, получится договориться так, чтобы еще хоть пару раз на неделе мобильный взять, но не тут-то было.

— Я попробую что-нибудь придумать, — начинаю.

— Надь, успокойся, все нормально, — отвечает сестра. — Ты лучше отдохни там. Про звонки не думай. Говорят, это очень полезно, побыть хоть день без гаджетов.

Именно так тренер и считает, поэтому установила строгие правила. Ну в каком-то смысле она права. Нам чуть дай послабление — снова от своих мобильных не отлипнем. И какой тогда смысл в запрете?

— Хорошо, — говорю. — Только ты не переживай. Маму успокой, если что. Ты же знаешь, какая она тревожная.

— Успокою, но тут переживать не стоит, мы же знаем, где ты.

Еще немного болтаем. Это занимает дольше «минуты», которую я просила, поэтому тренер обходит меня и показывает пальцем на свои наручные часы. Напоследок решаю спросить у сестры то, что меня волнует сильнее всего.

— Насть, а у тебя все нормально?

— Да, — после короткой паузы бросает она.

— Точно?

— Ну да, — опять выдает после небольшой запинки. — Почему ты спрашиваешь?

— Да так, — брякаю. — Просто.

Прощаемся, но на сердце у меня неспокойно. Волнуюсь за сестру. В ночь накануне моего отъезда Настя опять дома не ночевала. Вернулась рано утром, чтобы меня проводить. Вся сама не своя.

Наверное, у нее появился парень. Или снова начала встречаться с бывшим? Нет, вряд ли, тогда бы сказала мне.

Вроде и нет дурного предчувствия. Не вижу, чтобы сестра была в плохом настроении. Но что-то с ней не то. Какая-то она рассеянная и взвинченная. Вообще, когда общаемся, складывается впечатление, будто мысли у нее далеко.

Ладно, может, это во мне проблема?

Даже здесь расслабиться не могу. На природе. Вдали от цивилизации. Все время в напряжении. Какое-то тяжелое ощущение внутри.

Нет, нет. Мне бы забыть того. И поскорее.

Запрещаю себе думать о плохом.

Тренер раздает нам ключи. Кому-то достаются домики побольше — на двоих или на троих. А некоторым — отдельные. Идем заселяться.

— Ой, Надь, может поменяемся? — догоняет меня одна из девчонок.

Вопросительно смотрю на нее.

— Мне достался домик на двоих с Иркой, — вздыхает и закатывает глаза. — Ты же знаешь, какая она. Ну то есть не хочу ничего сказать плохого. Просто у вас с ней нормальные отношения, но…

— Нет, извини, меняться не хочу.

В другой раз может и поменялась бы. Со всеми тут спокойно общаюсь. Но сейчас рада, что буду одна в доме.

— Так этот дом больше. И вид на озеро, — расписывает плюсы.

Больше. Но на отшибе. А мой — рядом с центром, где дежурный сидит, и где наш тренер ночевать будет. Там спокойнее.

— Извини, не получится, — качаю головой.

— Ну ты и стерва, — фыркает. — Не ожидала.

Чего?

Смотрю ей вслед, ведь она стремительно удаляется, едва бросает эти гадости, а мне остается только моргать и обалдевать.

Что-то пока не замечаю умиротворяющего действия природы.

Хотя когда наступает вечер, атмосфера меняется. Наверное, в первые часы сказывалась «ломка» без гаджетов. А потом мы вместе собираемся, готовим ужин. Замечаю, как девчонка, которая меня обозвала, вполне ровно говорит с Ирой.

Ночью собираемся вокруг костра, расстелив свои коврики. Смотрим на небо. Странно, но здесь даже звезды как будто смотрятся иначе. Крупнее, ярче. Сверкают по-другому. С городом не сравнить.

Или в городе мы не так уж часто запрокидываем голову назад, чтобы этим видом полюбоваться?

Добираюсь до своего домика такая уставшая и сонная, что с трудом принимаю душ и сразу же заваливаюсь спать.

Завтра утром рано вставать.

Первая тренировка на рассвете. Или в пять утра или в шесть. Уже лень искать точное расписание.

Тренер обещала всех разбудить.

Отключаюсь. О дурном больше не вспоминаю.

***

Будит меня громкий стук в дверь. Подскакиваю, открываю на автомате, толком ни о чем не подумав.

На пороге незнакомая женщина.

— Надежда? — спрашивает она, после прибавляя мою фамилию.

— Да, — киваю рассеянно.

— Хорошо, — выдыхает женщина. — А то вас все уже обыскались. Поехали. Быстрее.

— Что? — не понимаю ее.

— Тренировка, — бросает она. — Ваша группа уже уехала.

— Как? Без меня?

— Ну да, вас потеряли. Вот меня и отправили обратно. Собирайтесь поскорее, пожалуйста. Нужно ехать.

— Ехать, — повторяю заторможенно. — А разве тренировка не тут? Возле озера?

— Возле озера, верно. Но не возле этого.

Она быстро объясняет, что к чему, пока я собираюсь, постоянно что-то забывая спросонья. Подхватываю свою сумку, коврик.

— Все? Готовы?

— Да, — говорю.

На улице уже рассвело. Везде тихо. Похоже, и правда все уехали.

Ну да, тренировка планировалась на рассвете. Другие быстро собирались, пропустили, что меня нет.

Как же я могла проспать и не услышать, что меня звали?

Женщина подводит к машине, открывает дверцу. Замечаю за рулем какого-то мужчину. Угрюмый тип. Высокий, крупный.

Впервые вижу его. Впрочем, как и ту женщину, которая за мной приехала. Конечно, она выглядит намного приятнее, но…

Да какая разница, как она выглядит?

Снова смотрю по сторонам, не спеша усаживаться в машину.

Странно, что тренер меня не разбудила. А точнее странно, что я ее не слышала. Она же будила меня? И почему все настолько сильно торопились? Почему меня сразу не хватились?

У нас такой порядок, что мою пропажу бы сразу заметили.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Присаживайтесь, — говорит женщина, мягко подталкивая меня в спину, а я отхожу на шаг от нее.

— Нет, — качаю головой. — Извините, но я не поеду.

— Как это? — будто удивляется. — Почему?

— Голова сильно болит, — бросаю первое, что подворачивается на язык. — Не могу. Какая тут тренировка.

— Хорошо, — медленно кивает женщина, но в ее голосе звучит сомнение. — Наверное, и правда лучше тебе тут остаться. Сейчас только позвоню…

— Кому?

— Твоему тренеру, — отвечает она, уже полезая в сумочку.

Тут у меня все внутри и холодеет.

Как же она дозвониться, если все телефоны на базе? Под замком еще со вчерашнего дня. Наши мобильные отключены.

Поворачиваюсь и снова смотрю на человека за рулем. Он не двигается, вроде никак не реагирует. Но спокойнее от этого не становится.

Мутные они оба. А я… опять влипла?

Делаю вид, что растираю виски, поддерживая легенду насчет головной боли. Хотя такими темпами изображать болезненный вид совсем не трудно. А сама смотрю по сторонам, гадая, как бы от них скрыться.

— Ай! — вскрикиваю, ощутив укол в шею.

Резко оборачиваюсь и вижу шприц в руках женщины.

— Не переживай, — говорит она. — Сейчас ты просто уснешь. И никакой головной боли.

Да как же…

Отключаюсь прежде, чем успеваю хоть о чем-то еще подумать. Даже дернуться не выходит. Меня буквально валит.

***

Прихожу в себя. Моргаю. Осматриваюсь.

Где я? Что это за место?

Похоже на… кабинет. Шкафы по обе стороны комнаты. Стол прямо передо мной. Окно, прикрытое занавесками.

Осознаю, что полулежу в большом кресле.

Взгляд падает вниз. На полу моя сумка. Вывернута наизнанку, буквально выпотрошена. Все вещи разбросаны. И коврик рядом, тоже раскрыт, эластичные петли сорваны, причем так, что сам коврик теперь в нескольких местах надорван.

Кровь ударяет в голову. Вскакиваю на ноги. Собираюсь броситься прочь отсюда, действуя на рефлексах. Однако застываю, потому что улавливаю движение в стороне. С ужасом смотрю на еще одно кресло. В углу. Оттуда вдруг поднимается массивная темная фигура.

Нет. Нет. Нет!

Только не это…

Лютый мрачно усмехается, впечатывает в меня тяжелый взгляд. От такого поворота ноги подкашиваются, оседаю вниз. Обратно в кресло.

— Скажи, ты о чем думала, когда решила мое взять? — рявкает.

— Ваше? — оторопело переспрашиваю.

— Даже не думай мне мозги ебать, — отрезает жестко. — Эти игры больше не пройдут.

О чем он?

Говорит и ведет себя так, будто и правда уверен, что я в чем-то виновата, что-то у него забрала.

Но я же просто…

— Ничего я не брала, — стараюсь говорить ровно, а внутри задыхаюсь, чувствую, как слезы наворачиваются на глаза. — Я на йогу поехала. Вместе с группой, с тренером и с другими девочками. Мы должны были тренироваться. Растяжку делать. И…

Он направляется вперед, и у меня остаток слов забивается в горле.

— Растяжку? — недобро ухмыляется.

Надвигается будто хищный зверь.

— Ты не волнуйся, — бросает хрипло и оскаливается, буравит горящими глазами. — Сейчас я тебя сам хорошенько растяну.